ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 сентября 2025 года город Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Ковалёвой А.В., при секретаре Подольской М.А., с участием представителя истца Прокофьевой О.А., действующей на основании ордера, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4037/2025 (УИД 38RS0001-01-2025-003298-16) по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении убытков, компенсации морального вреда,

установил:

в обоснование иска о возмещении убытков и компенсации морального вреда истец ФИО1 указал, что ** мировым судьей судебного участка <данные изъяты> вынесен приговор по заявлению частного обвинителя ФИО2, согласно которого истец был признан невиновным по предъявленному частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации и оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, на основании пункта 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Приговор вступил в законную силу ** после оставления жалобы ФИО2 без удовлетворения апелляционным определением <данные изъяты>. При рассмотрении уголовного дела истец обратился за юридической помощью к адвокату Прокофьевой О.А., оплатив ей за услуги общим итогом 113 000,00 руб. Указанную сумму просит возместить с ответчика в свою пользу, а также компенсировать полученный моральный вред в сумме <данные изъяты> руб. и взыскать расходы по оплате государственной пошлины при подаче иска в размере 5 890,00 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще.

В судебном заседании представитель истца Прокофьева О.А., действующая на основании ордера, на удовлетворении иска настаивала по доводам, приведенным в нем.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом, какие-либо возражения не представил.

По смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, извещения, с которыми закон связывает правовые последствия, влекут для соответствующего лица такие последствия с момента доставки извещения ему или его представителю.

Извещение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Кроме того, вся информация о датах судебных заседаний, в том числе о судебном заседании, назначенном на 8 сентября 2025 года, была размещена на официальном сайте Ангарского городского суда Иркутской области заблаговременно.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает ответчика надлежаще извещенным о дате и времени судебного заседания, и его неявка не является препятствием для рассмотрения дела.

Учитывая неявку ответчика, суд определил гражданское дело рассмотреть в соответствии со статьей 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в порядке заочного производства, о чем указано в протоколе судебного заседания.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

Вместе с тем, из пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что, согласно части 9 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.

Не подтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

В пункте 3.1 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. № 1057-О указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со статьей 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Эти расходы могут быть взысканы на основании и в порядке, предусмотренном статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ее положения следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности. Иными словами, истолкование положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

При этом, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности, однако возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос, - принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия соответствующих решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

В пункте 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2016 г. N 1141-О также разъяснено, что необходимость обеспечения требования Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть вторая статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 г. N 22-П).

Судом установлено, что приговором мирового судьи судебного участка <данные изъяты> от ** ФИО1 признан невиновным по предъявленному ФИО2 частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации.

Апелляционным постановлением <данные изъяты> от ** оправдательный приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

При рассмотрении мировым судьей судебного участка <данные изъяты> уголовного дела по предъявленному ФИО2 частному обвинению в совершении ФИО1 преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, истец по настоящему гражданскому делу для осуществления своей защиты заключил ** договор об оказании юридической помощи с адвокатом Прокофьевой О.А. с выплатой вознаграждения в размере 50 00,00 руб. (л.д. 53-57).

Согласно акту выполненных работ от **, при исполнении договора от ** адвокатом была осуществлена следующая работа: изучены материалы уголовного дела, определена позиция защиты, проведены устные консультации, производилась защита интересов ФИО1 в судебных заседаниях: **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, ** (л.д. 58).

Оплата по договору произведена ФИО1 **, что подтверждается квитанцией к ПКО № (л.д. 51).

** между ФИО1 и Прокофьевой О.А. заключено дополнительное соглашение (договор) об оказании юридической помощи, согласно которому стороны пришли к согласию о доплате адвокату вознаграждения в размере 20 000,00 руб., в связи с увеличением объема услуг, предоставляемых по договору от ** (л.д. 49).

Согласно акту выполненных работ от **, при исполнении дополнительного соглашения от ** адвокатом была осуществлена защита интересов ФИО1 в судебных заседаниях: **, **, **, **, **, а также произведены устные консультации (л.д. 50).

Оплата по дополнительному соглашению произведена ФИО1 **, что подтверждается квитанцией к ПКО № (л.д. 51).

В дальнейшем, продолжив сотрудничество с защитником в связи с обжалованием судебных актов мирового судьи стороной ФИО2, ФИО1 и Прокофьева О.А. заключили договоры об оказании юридической помощи от ** (л.д. 44-47) и ** (л.д. 39-42).

Согласно акту выполненных работ от **, при исполнении договора от ** адвокат провел устную консультацию и составил возражения на апелляционную жалобу ФИО2 на постановление мирового судьи судебного участка <данные изъяты> от ** (л.д. 48).

Стоимость услуг по данному договору составляла 8 000,00 руб. (п. 3.1) и была оплачена ФИО1 **, что подтверждается квитанцией к ПКО № (л.д. 51).

Согласно акту выполненных работ от **, при исполнении договора от ** адвокат провел устную консультацию и составил возражения на приговор мирового судьи судебного участка <данные изъяты> от ** (л.д. 43). Исходя из того, что согласно п. 1.1 указанного договора адвокат принял на себя, в том числе, обязанность по составлению возражений на апелляционную жалобу на приговор мирового судьи судебного участка <данные изъяты> от **, суд полагает, указание в акте выполненных работ составление возражений на приговор технической ошибкой, допущенной при составлении акта, и полагает, что в данном случае речь идет о составлении возражений на апелляционную жалобу на приговор.

Стоимость услуг по договору от ** составляла 20 000,00 руб. (п. 3.1) и была оплачена ФИО1 **, что подтверждается квитанцией к ПКО №. (л.д. 52).

** истец и адвокат Прокофьева О.А. заключили договор об оказании юридической помощи на сумму 15 000,00 руб. (л.д. 34-37), в рамках исполнения которого, в соответствии с актом выполненных работа от ** (л.д. 38), защитник провел устную консультацию и представлял интересы ФИО1 в суде апелляционной инстанции в судебных заседаниях **.

Оплата по данному договору была произведена ФИО1 **, согласно квитанции к ПКО №. (л.д. 52)

Таким образом, адвокатом истцу были оказаны услуги по его защите при рассмотрении уголовного дела в судах первой и апелляционной инстанций. Всего за оказанные услуги истцом было оплачено 113 000,00 руб.

Поскольку понесенные истцом расходы на представителя находятся в прямой причинно-следственной связи с рассмотрением в отношении него уголовного дела частного обвинения, инициированного ФИО2, суд приходит к выводу о наличии у истца права на возмещение понесенных убытков.

Определяя размер подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца убытков в виде расходов на представителя по уголовному делу, суд полагает необходимым исходить из общего принципа разумности и справедливости несения таких расходов, установленного статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с частью 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов уголовного дела № мирового судьи судебного участка <данные изъяты> (далее - уголовного дела №) следует, что адвокат Прокофьева О.А., действуя на основании ордера № от ** (л.д. 1, т.3 уголовного дела №), производила ознакомление с материалами уголовного дела ** (л.д. 2, т.3 уголовного дела №) и ** (л.д. 66, т.3 уголовного дела №); подготовила ходатайство о проведении экспертизы с перечнем вопросов для разрешения эксперта (л.д. 5-7, т.3 уголовного дела №), письменные прения (л.д. 89-90, т.7 уголовного дела №); принимала участие в судебных заседаниях суда первой инстанции: **, ** (л.д. 38-39, т.3 уголовного дела №), **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, ** (л.д. 92-131, т.7 уголовного дела №); подготовила возражения на апелляционную жалобу на постановление от ** (л.д. 145-147, т.7 уголовного дела №) и апелляционную жалобу на приговор от ** (л.д. 71-77, т.8 уголовного дела №); принимала участие в судебных заседаниях суда апелляционной инстанции: **, ** (л.д. 116-118, т.8 уголовного дела №).

Разрешая спор, руководствуясь положениями статей 1, 10, 15, 151, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, 20, 133, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", суд приходит к выводу о том, что незаконным уголовным преследованием по вине ФИО2 истцу причинен материальный ущерб по оплате услуг представителя - защитника в рамках рассмотрения уголовного дела в размере 113 000,00 руб., в связи с чем, учитывая объем работы представителя, тот факт, что отсутствие правовых оснований для обращения ответчика с частным обвинением, привело к неблагоприятным последствиям для ФИО1 в виде расходов на оплату услуг представителя, подлежащая взысканию в пользу истца сумма ущерба должна быть определена в размере 113 000,00 руб.

Рассматривая требования истца о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в том числе в случае незаконного привлечения гражданина к уголовной ответственности.

Вместе с тем пунктом 1 статьи 1099 настоящего кодекса установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 этого же кодекса.

В силу статьи 151 данного кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствии со статьей 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 года № 22-П, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

В названном выше постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

Аналогичная позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года № 643-О-О.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведенные правовые нормы устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

При этом реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является предпосылкой для безусловного применения в отношении него специального, характерного для такого субъекта как государство, порядка возмещения вреда, в том числе морального в полном объеме и независимо от наличия вины.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о невозможности применения при разрешении требования о компенсации морального вреда по настоящему делу положений абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, и полагает необходимым отказать истцу в данной части заявленных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федеации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В связи с удовлетворением иска, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 390,00 руб., исходя из цены иска 113 000,00 руб., оплаченных согласно чеку по операции от **.

Руководствуясь статьями 194-199, 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении убытков, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ** года рождения, уроженца ..., паспорт №, в пользу ФИО1, ** года рождения, уроженца ..., паспорт № убытки в размере 113 000,00 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 390,00 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, отказать.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья А.В. Ковалёва