Решение по делу № 2-388/2022 от 18.07.2022 - о взыскании денежной компенсации морального вреда, третьи лица Министерство здравоохранения Астраханской области, <ФИО>, <ФИО>, <ФИО>, <ФИО>, <ФИО>.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«18» июля 2022 года г. Ахтубинск

Астраханская область

Ахтубинский районный суд Астраханской области в составе: председательствующего судьи Лубянкиной Ю.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кузнецовой О.А., с участием представителя ответчика ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» ФИО1, помощника Ахтубинского городского прокурора Семеновой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Ахтубинске в помещении Ахтубинского районного суда гражданское дело № 2-388/2022 по иску ФИО2, ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» о взыскании денежной компенсации морального вреда, третьи лица Министерство здравоохранения Астраханской области, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8,

установил:

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к ГБУЗ Астраханской области «Ахтубинская районная больница» (далее по тексту ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных исковых требований истцы указали, что 13.06.2020 отец истцов ФИО9 обратился в ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» для получения медицинской помощи, где был осмотрен участковым врачом-терапевтом ФИО10, ему было назначено лечение: обильное питье, «Парацетамол» и «Арбидол». 15.06.2020 по месту жительства ФИО9 участковым врачом-терапевтом ФИО11 был взят мазок для анализа на коронавирусную инфекцию (COVID-19), определен уровень кислорода в крови (сатурация 94 %), добавлено лечение: «ФИО12 500 мг», «Цетрин», «Эуфиллин», «Бромгксин», «Шалфей», назначено КТ-исследование. 18.06.2020 участковый терапевт замерила уровень кислорода в крови (сатурация 91 %) и назначила грудной бор от кашля. 19.07.2020 в связи с ухудшением самочувствия, ФИО9 бригадой скорой медицинской помощи был доставлении в приемное отделение ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница», откуда он был переведен в инфекционное отделение с диагнозом: ОРВИ, в состоянии средней тяжести, с температурой и жалобами на слабость, сухость во рту, температура 38,5. 20.06.2020 была констатирована биологическая смерть ФИО9 23.06.2020 ответчику поступили результаты лабораторного исследования анализов ФИО9 с подтверждением диагноза коронавирусная инфекция (COVID- 19). Причиной смерти ФИО9 явились острая дыхательная недостаточность, вызванная новой коронавирусной инфекцией (вирусом (COVID- 19), двусторонняя субтотальная интерстициальная серозногеморрагическая пневмония, серозно-десквамативный трахеобронхит. По факту смерти ФИО9 было возбуждено уголовное дело, в рамках которого была проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой, при оказании медицинской помощи ФИО9 медицинскими работниками ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» был допущен ряд нарушений. Данные обстоятельства стали причиной обращения в Ахтубинский районный суд Астраханской области 08.06.2021 супруги умершего ФИО13 с требованием о компенсации морального вреда, которое было оставлено судом без удовлетворения судом. Отменяя решение суда первой инстанции судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда пришла к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» в ползу ФИО13 компенсации морального вреда, поскольку в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства отсутствия его вины в оказании медицинских услуг ненадлежащего качества, наличии дефектов оказания медицинской помощи, находящихся в непрямой (косвенной) причинно-следственной связи с наступлением последствий в виде смерти ФИО9 Согласно ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную илу судебным постановлением по ранее рассмотренном делу, обязательны для суда. Смерть отца стала для истиц тяжелой нравственной травмой, невосполнимость утраты, разочарование в виду ненадлежащего оказания ФИО9 медицинской помощи, приведшего к его смерти, причинили им серьезные нравственные страдания. На основании изложенного просят суд взыскать с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 и ФИО3 в связи со смертью их отца ФИО9 по 5000000 рублей каждой.

Истцы ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, о дате и времени слушания дела извещены надлежаще, об уважительности причин неявки суду не сообщили.

Представители истцов ФИО14 и ФИО15 в судебное заседание не явились, о дате и времени слушания дела извещены надлежаще, об уважительности причин неявки суду не сообщили, буду ранее опрошенными посредствам системы видеоконференцсвязи исковые требования поддержали полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница»ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что ответчик предпринял все возможные меры по оказанию медицинской помощи пациенту, как в амбулаторных условиях, так и в условиях стационара, с учетом имеющегося в учреждении ответчика оборудования и наличия врачебного персонала. Лечение пациенту было назначено и проводилось в полном объеме, как на амбулаторном этапе, так и в инфекционном отделении. Учитывая, что допущенные нарушения при оказании медицинской помощи причиной возникновения новой коронавирусной инфекции у пациента не явились, с наступлением смерти пациента не связаны, как причинение вреда здоровью не расцениваются, на течение и исход острого инфекционного заболевания у ФИО9 не оказали, просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Астраханской области, третьи лица ФИО6, ФИО7 ФИО4, ФИО11, ФИО8 в судебное заседание не явились, о дате и времени слушания дела извещены надлежаще, возражений относительно заявленных исковых требований не представили.

Выслушав представителя ответчика ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница»ФИО1, помощника прокурора Семенову Е.И., полагавшую необходимым исковые требования удовлетворить в части взыскания компенсации морального вреда, определение размера компенсации оставила на усмотрение суда, исследовав материалы дела и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела ФИО2 является дочерью ФИО9, что подтверждается свидетельством о рождении № от 07.02.1985. (л.д. 19)

Согласно свидетельству о рождении № ФИО16, отцом последней является ФИО9. (л.д.20)

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО17 и ФИО16 заключен брак, жене присвоена фамилия «Кожевникова», что подтверждается свидетельством о заключении брака № от 29.09.2007. (л.д.21)

Согласно свидетельству о смерти, 22.06.2020 ФИО9 умер. Причиной смертиФИО9 явились острая дыхательная недостаточность, вызванная новой коронавирусной инфекцией (вирусом (COVID- 19), двусторонняя субтотальная интерстициальная серозногеморрагическая пневмония, серозно-десквамативный трахеобронхит.

В ходе рассмотрения данного гражданского дела установлено, что 13.06.2020 ФИО9 обратился в ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» для оказания медицинской помощи, где был осмотрен участковым врачом-терапевтомФИО10, ему было назначено лечение: обильное питье, «Парацетамол» и «Арбидол».

15.06.2020 по месту жительства ФИО9 участковым врачом- терапевтомФИО11 был взят мазок для анализа на коронавирусную инфекцию (COVID-19), определен уровень кислорода в крови (сатурация 94 %), добавлено лечение: «ФИО12 500 мг», «Цетрин», «Эуфиллин», «Бромгксин», «Шалфей», назначено КТ-исследование.

16.06.2020 ФИО9 в Ахтубинской районной больнице проведено КТ-исследование. Согласно протоколу исследования КТ уФИО9 выявлены признаки двусторонней интерстициальной Вирусной Пневмонии (лучевые признаки соответствуют COVID-19, КТ-согласно критериям оценки тяжести пневмонии по данным исследования (объем вовлечения паренхимы правого легкого 20%, левого легкого до 25 %) - легкая степень тяжести. Экстренная консультация пульмонолога, инфекциониста, лабораторное исследование на COVID-19, контрольное исследование КТ органов грудной клетки в динамике.

17.06.2020 в телефонном режимеФИО9 было сообщено врачу терапевтуВробьевой Г.Х.об ухудшении своего здоровья, увеличении температуры, на что врачом назначено дополнительное лечение цефтриаксон, демидрол и анальгин.

18.06.2020 участковым врачом - терапевтомФИО11 ФИО9 было назначено дополнительное лечение: грудной сбор, таблетки от кашля, коэффицент сатурации 91.

19.06.2020в связи с ухудшением состояния здоровья,ФИО9 доставлен бригадой скорой медицинской помощи в приемное отделение ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница». В этот же день он госпитализирован в инфекционное отделение с диагнозом: ОРВИ, в состоянии средней тяжести, с температурой и жалобами на слабость.

Согласно свидетельству о смерти, 22.06.2020 была констатирована биологическая смертьФИО9 Причиной смертиФИО9 явились острая дыхательная недостаточность, вызванная новой коронавирусной инфекцией (вирусом (COVID- 19), двусторонняя субтотальная интерстициальная серозногеморрагическая пневмония, серозно-десквамативный трахеобронхит.

23.06.2020в больницу поступили результаты мазкаФИО9 с подтверждением диагноза: коронавирусная инфекция (COVID- 19).

05.08.2020следователем Ахтубинского МСО СУ СК России по Астраханской области было возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.

05.06.2021указанное уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В рамках указанного уголовного дела Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Тюменской области «Областное бюро судебно- медицинской экспертизы» в период с03.09.2020по30.04.2021была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза и судебно- медицинская экспертиза внутренних органов и тканей трупаФИО9 за№от09.10.2020.

Из заключения комиссионной-судебной медицинской экспертизы№следует, что основной причиной смертиФИО9 явилось острое инфекционное заболевание - новая коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, с развитием двусторонней субтотальной интерстициальной серозногеморрагической пневмонии, серозно-десквамативного трахеобронхита, осложнившаяся острым респираторным дистресс-синдромом и дисметаболическим повреждением миокарда с возникновением очагово субэндокардиального инфаркта миокарда. Непосредственной причиной смерти явились острая дыхательная и сердечная недостаточность.

При оказании медицинской помощиФИО9 в ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» Поликлинике№2 были допущены следующие нарушения (дефекты): при проведении диагностических мероприятий13.06.2020,15.06.2020,18.06.2020не собран анамнез жизни (сведения о хронических заболеваниях, перенесенных травмах, операциях, переливании крови и т.п.).13.06.2020при наличии в анамнезе контакта с больным COVID-19 и появлении признаков ОРВИ рекомендован, но не осуществлен забор биологического материала для лабораторного исследования на наличие новой короновирусной инфекции COVID-19, забор мазка произведен с запозданием15.06.2020.13.06.2020при оценке функции дыхания не указаны частота дыхательных движений (ЧДД), наличие/отсутствие одышки;15.06.2020, соответственно, не указано, наличие/отсутствие одышки;18.06.2020- не указаны ЧДД, наличие/отсутствие одышки.14.06.2020,16.06.2020,17.06.2020не осуществлен дистанционный контроль динамики состояния пациента, подозрительного на развитие новой коронавирусной инфекции.15.06.2020при осмотре пациента на дому не выполнены термометрия непосредственно на момент осмотра.15.06.2020и18.06.2020не определена тяжесть состояния пациента.15.06.2020и18.06.2020, с целью определения тяжести заболевания (среднетяжелое/тяжелое) и принятия решения о необходимости госпитализации не назначены общий и биохимический анализы крови, определение уровня С- реактивного белка в сыворотке крови, электрокардиография. В ходе лечебных мероприятий в составе комплексной терапии ОРВИ не назначены желательные в данном случае интерфероны. При ведении медицинской документации13.06.2020,18.06.2020не указано время приема, в диагноз не внесен «контакт, с больным короновирусной инфекцией, сопутствующее заболевание «артериальная гипертензия», неразборчивое ведение рукописных записей на приеме18.06.2020. В остальном медицинская помощьФИО9 в поликлинике «Ахтубинская районная больница» была оказана правильно, в соответствии с требованиями регламентирующих документов. Все допущенные при оказании медицинской помощи в период с13.06.2020по18.06.2020в поликлинике «Ахтубинская районная больница» нарушения (дефекты) причиной возникновения уФИО9.новой коронавирусной инфекции и ее осложнений не явились, в прямой причинно-следственный связи с наступлением смерти от данного заболевания не состоят и как причинение вреда здоровью не расцениваются. Данные дефекты влияния на течение и исход острого инфекционного заболевания уФИО9 не оказали. Неблагоприятный исход имевшейся уФИО9 новой короновирусной инфекции обусловлен ее тяжестью, быстропрогрессирующим течением, обширностью поражения органов и систем с возникновением опасных для жизни осложнений.

Медицинская скорая помощь ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница»16.06.2020и19.06.2020ФИО9 оказана правильно, своевременно, в необходимом объеме и в соответствии с требованиями нормативных документов. Исключение составляет дефект диагностики и заполнения медицинской документации в виде отсутствия определения и указания в карте вызова СМИ 16.06.2020наличия/отсутствия уФИО9 одышки, что никаким образом не повлияло на течение и исход у него новой короновирусной инфекции.

При оказании медицинской помощи ФИО9 с19.06.2020по22.06.2020в стационаре ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» были допущены следующие нарушения (дефекты). В ходе диагностических мероприятий и ведения медицинской документации:19.06.2020не назначены, не выполнены: общий и биохимический анализы крови, общий анализ мочи (данные анализы выполнены однократно только22.06.2020), коагуллогическое исследование крови. За период госпитализации не осуществлялся ежедневный мониторинг в динамике: уровня лейкоцитов, нейтрофилов, лимфоцитов, тромбоцитов, АЛТ, ACT, СРБ, ферритина, тропонина, D-диаметра, фибриногена, ИЛ-6, количества Т- и В- лимфоцитов, не определялись протромбиновое время, АЧТВ (общий и биохимический анализы крови, ковгулограмма).20.06.2020при осмотре дежурным врачом при наличии жалоб на одышку в покое не установлено наличие/отсутствие одышки на момент осмотра, ее вид.20.06.2020не выполнена контрольная томография легких с целью оценки характера и площади поражения в динамике. Отсутствует наблюдение пациента средней степени тяжести с20.06.202000.00 часов до 09.30 часов22.06.2020с оформлением дневниковых записей в карте стационарного больного. При осмотре пациента22.06.2022в 15.30 часов гемодинамика неверно расценена как стабильная при АД 100/65 мм рт.ст., пульсе и ЧСС 110 в минуту. В медицинской карте отсутствует интерпретация фигурирующего в Посмертном эпикризе результата серологического исследования от19.06.2020(в эпикризе лишь указано «Мазок на COVID-19№ от19.06.2020положителен»). 22.06.2020в 16.55 часов в записи осмотра отмечено «на фоне прогрессивно ухудшающего состояния остановка сердечной и легочной деятельности», при этом не указано, чем именно проявлялось это ухудшение (какими клиническими признаками), в палату не приглашен реаниматолог. В ходе лечебных и организационно-тактических мероприятий при ухудшении состояния22.06.2020с 15.00 часов (расценено как тяжелое) при наличии признаков острой дыхательной недостаточности на фоне кислородной поддержки (ЧДД 26 в минуту, SpO2-90% на увлажненном 02, при осмотре неврологом в 15.30 Sp02- 69%), нарушения сознания, увеличения уровня глюкозы в крови, пациент не осмотрен реаниматологом, не осуществлен перевод в реанимационное отделение для определения дальнейшей тактики лечения и вида респираторной поддержки. При асистолии необоснованно применен атропин. При неотложных кардиологических состояниях атропин следует применять только по абсолютным жизненным показаниям: при выраженной брадикардии, вызывающей нарушения системного или регионарного кровообращения (артериальную гипотензию, ангинозную боль, острую неврологическую симптоматику) или частую желудочковую экстрасистолию. У пациентов с острым инфарктом миокарда и АВ- блокадой 2 степени 2 типа (дистальной) или 3 степени атропин малоэффективен и опасен. При ведении медицинской документации: при поступлении19.06.2020в записи осмотра лечащим врачом не указано назначенное лечение, обследование; в записях осмотров22.06.2020в 09.30 часов, в 15.00 часов, в 15.30 часов не указана специальность врача; в дневниковой записи врача22.06.2020в 15.00 часов имеет место несоответствие осмотра хронологии описанных в нем событий; некорректное указание времени проведения осмотров; в протоколе сердечно-сосудистой реанимации не указаны соотношения компрессий и дыхания, кратность введения адреналина; с учетом результатов серологического исследования от19.06.2020в диагноз не внесена «новая короновирусная инфекция». В остальном медицинская помощьФИО9 в стационаре ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» была оказана правильно, в соответствии с требованиями регламентирующих документов. Все допущенные при оказании медицинской помощи с19.06.2020по22.06.2020в стационаре ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» нарушения (дефекты) причиной возникновения уФИО9 новой коронавирусной инфекции не явились, в прямой причинно-следственный связи с наступлением его смерти от данного заболевания не состоят и как причинение вреда здоровью не расцениваются.

С учетом характера, тяжести и быстро прогрессирующего течения новой коронавирусной инфекции высказаться в достоверно-утвердительной форме оказали ли выявленные дефекты диагностики, лечебных и организационно-тактических мероприятий негативное влияние на прогрессирование и исход данного заболевания уФИО9, а, следовательно, и о наличии/отсутствии косвенной связи их (дефектов) с наступлением смерти не представляется возможным ввиду отсутствия достаточного и нормативно-объективного обоснования таковых.

Дефекты ведения медицинской документации влияния на течение и исход острого инфекционного заболевания уФИО9 не оказали.

Неблагоприятный исход имевшейся уФИО9 новой коронавирусной инфекции обусловлен тяжестью, быстропрогрессирующим течением, обширностью поражения органов и систем с возникновением опасных для жизни осложнений.

Также, из заключения эксперта№от09.10.2020, проведенной в Областном бюро судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ Тюменской области, следует, что имеют место быть морфологические признаки диффузного альвеолярного повреждения с развитием распространенного интерстициального и внутриальвеолярного отека легких; формированием геалиновых мембран с гиперпластическими, реактивными и дисрегенераторными изменениями.

В части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее по тексту Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

ФИО2 и ФИО3, заявляя данное требование, указывают на то, что в результате смерти отца им причинен моральный вред, выразившийся в их переживаниях и нравственных страданиях, поскольку сам факт родственных отношений и факт преждевременной гибели близкого родственника подтверждает наличие данных страданий. Указывают, что общеизвестным и не нуждающимся в доказательстве является то обстоятельство, что духовная, психологическая и эмоциональная связь между родителями и детьми является фундаментальной, определяющей во многом состояние здоровья. Указанная связь не утрачивается с возрастом, при сохранении нормальных семейных отношений в значительной степени определяет образ и качество жизни человека. Разрыв указанной связи – внезапная смерть близкого человека причиняет значительные страдания его близким родственникам в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя.

С данными доводами суд соглашается, поскольку ФИО9 была некачественно оказана медицинская помощь сотрудниками ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница», что в силу родственных и семейных отношений, безусловно, причинило истцам моральный вред. Дефект оказания медицинской помощи не являлся причиной ухудшения состояния ФИО9, однако, он негативно повлиял на его состояние, не препятствуя их прогрессированию, и находится в непрямой (косвенной) причинно- следственной связи с наступлением последствия в виде смерти. При отсутствии указанного недостатка шансы на предотвращение наступления неблагоприятных последствий у ФИО9 повышались.

Поскольку ФИО9 была некачественно оказана медицинская помощь сотрудниками ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница», что в силу родственных и семейных отношений, безусловно, причинило истцам моральный вред, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд исходит из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Согласно п. 8 указанного Постановления, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из разъяснений, изложенных в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1"О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Вместе с тем, кроме подтверждения самого факта родственных отношений, истцы ФИО2 и ФИО3 не представили суду доказательств, подтверждающих характер сложившихся с ФИО9 семейных отношений.

Каких-либо доказательств наличия тесных семейных связей, проявления взаимной заботы и участия, того, что умерший ФИО9 был для них близким человеком, истцы в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, также не представили.

При таких обстоятельствах, суд, руководствуясь, положениями статей 1079, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, полагает заявленный истцами ФИО2 и ФИО3 размер компенсации морального вреда несоразмерным степени причиненных им нравственных страданий, основанных на факте близкого родства с погибшим.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, оказание медицинской помощиФИО9 ненадлежащего качества, а также тот факт, что недостатки оказания медицинской помощи не состоят в прямой причинной связи со смертью потерпевшего, но усугубили тяжесть его состояния здоровья, степень и длительность перенесенных истцами нравственных страданий, их характер, вызванный переживанием за состояние здоровья близкого родственника, его последующую утрату, а также требования разумности и справедливости, полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» в пользуФИО2 в размере 100000 рублей, в пользу ФИО3 в размере 100000 рублей.

По мнению суда, указанная сумма является разумной и справедливой, обеспечивающей баланс прав и законных интересов сторон. Данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истцов и степенью ответственности, применяемой к указанному ответчику.

Таким образом, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств и требований закона, суд считает необходимым исковые требованияФИО2 и ФИО3 удовлетворить частично, взыскать с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» в пользуФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб., взыскать с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» в пользуФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, в остальной части иска отказать.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, то с ответчика с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» в силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6000 рублей в доход бюджета муниципального образования «Ахтубинский район».

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

исковые требования ФИО2, ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» о взыскании денежной компенсации морального вреда, третьи лица Министерство здравоохранения Астраханской области, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 - удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница», ИНН <***>, ОГРН <***> в пользу ФИО2, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» ИНН <***>, ОГРН <***> в пользу ФИО3, <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» в доход бюджета МО «Ахтубинский район» государственную пошлину в размере 6000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Астраханского областного суда через Ахтубинский районный суд Астраханской области.

Мотивированное решение изготовлено на компьютере 22 июля 2022 года.

Судья: Лубянкина Ю.С.