Решение по делу № 2-297/2023 от 06.03.2023 - о взыскании компенсации морального вреда.

№2-297/2023

26RS0024-01-2022-003159-48

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 марта 2023 года город Невинномысск

Невинномысский городского суд в составе:

Председательствующего судьи Рязанцева В.О.

при секретаре Шаковой М.М. с участием помощника прокурора города Невинномысска Симоновой истца ФИО1 - ФИО2 представителей ответчика Частного учреждения здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Минеральные Воды ФИО3, ФИО4 представителя третьего лица на стороне ответчика ОАО «РЖД» ФИО5, третьего лица на стороне истца ФИО6 рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Невинномысского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Минеральные воды о взыскании компенсации морального вреда.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратились в суд с иском к ЧУЗ Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что его супруга ФИО7 с 05.08.2013 года по 16.11.20220 года работала в ЧУЗ Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды врачом терапевтом.

В период работы 20.04.2020 года ей поставлен диагноз «Новая корон вирусная инфекция» в легкой степени. До 01.05.20220 года ФИО8 находилась на больничном, а потом вновь приступила к работе. 27.10.2020 года ФИО7 госпитализирована в ГУЗ СК г. Невинномысска 16.11.2020 года ФИО7 скончалась. Причина смерти «Корон вирусная инфекция, вызванная вирусом COVID 19».

Факт заболевания ФИО7 признан страховым случаем. Смерть наступила в результате полученного в период работы у ответчика профессионального заболевания.

ФИО7 умерла от профессионального заболевания, полученного при исполнении ей своих трудовых обязанностей в должности терапевта ЧУЗ Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды поскольку работодатель грубо нарушил права работника на безопасные условия труда, не соблюдал всех возможных мер направленных на недопущение распространения заболеваний среди работников.

Поскольку наступление смерти его супруги находится в причинно-следственной связи с его трудовой деятельностью, полагает, что указанная организация-работодатель обязана возместить ему причиненный моральный вред вследствие утраты близкого человека по причине необеспечения безопасных условий труда на производстве, компенсацию которого он оценивают в 2 000 000 рублей.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ЧУЗ Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды в его пользу, компенсацию морального вреда в размере 2000 000 рублей.

В судебное заседание истец не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, с участием представителя ФИО2

Представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержал, просил суд их удовлетворить. Полагает, что имеется прямая причинно-следственная связь между бездействиями работодателя который не обеспечил надлежащие условия труда ФИО9 и её профессиональным заболеванием, из-за которого наступила смерть ФИО7

Представители ответчика ЧУЗ Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды по доверенности возражали против удовлетворения исковых требований и просил в иске отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Суду пояснил, что данные о необеспечении работодателем безопасности условий труда ФИО7 ВА. отсутствуют. В поликлинике, где работала ФИО7 были приняты весь комплекс мер направленных на недопущение распространения Новой корон вирусной инфекции среди работников, что подтверждается представленными в судебное заседания журналами о выдаче средств индивидуальной защиты, контроля температур работника, санитарной обработки и проветривания помещений. У работников учреждения по графику отбирались мазки для выявления коронавирусной инфекции.

Актом проверки государственного контроля (надзора) органом муниципального контроля юридического лица, ИП составленного Государственной инспекцией труда в Ставропольскому крае не выявило нарушений в действиях работодателя.

Представители третьего лица на стороне ответчика ОАО «РЖД» представила письменные возражения по существу заявленных требовании, просила в удовлетворении заявленных исковых требовании отказать, поскольку не подтверждён факт нарушения работодателем трудовых прав работника.

Представитель третьего лица отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ставропольскому краю просила рассмотреть дело её отсутствие.

Третье лицо на стороне истца ФИО10 просила суд удовлетворить заявленные исковые требования частично, взыскав компенсации морального вреда в размере 250000 рублей.

Третье лицо ФИО11 в судебное заседание не явилась по неизвестной суду причине, надлежащем образом уведомлена о времени и месте рассмотрения дела, ходатайств об отложении и слушания дела не заявляла.

Судом, с учетом мнения сторон, определено рассмотреть дело в отсутствие представителя отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ставропольскому краю ФИО11

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41).

Статьей 37 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

В развитие указанных положений Конституции Российской Федерации приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту жизни, здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в главе 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей статьей, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

На основании ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии со ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В силу ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" профессиональным заболеванием является хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно п. 3 ст. 8 настоящего Федерального закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена.

Согласно приведенным в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснениям, при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (далее - центр профессиональной патологии). Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профессиональной патологии в порядке, предусмотренном пунктом 16 названного Положения.

Согласно п. 1 Постановления Правительства Тульской области от 16 марта 2020 года N 112 "О введении режима повышенной готовности" с 18 часов 00 минут 16 марта 2020 года на территории Тульской области введен режим повышенной готовности.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 г. N 66 коронавирусная инфекция (2019-nCoV) внесена в Перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих.

Больные инфекционными заболеваниями, лица с подозрением на такие заболевания и контактировавшие с больными инфекционными заболеваниями лица, а также лица, являющиеся носителями возбудителей инфекционных болезней, подлежат лабораторному обследованию и медицинскому наблюдению или лечению и в случае, если они представляют опасность для окружающих, обязательной госпитализации или изоляции в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 33 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения").

Под неотложной понимается медицинская помощь, оказываемая при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострении хронических заболеваний без явных признаков угрозы жизни пациента (п. 2 ч. 4 ст. 32 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В соответствии с п. 11 и п. 6 Приложения N 5 Приказа N 543 безотлагательное оказание по направлению регистратора первичной (доврачебной, врачебной, специализированной) медико-санитарной помощи, в том числе в неотложной форме, лицам, обратившимся в медицинскую организацию с признаками неотложных состояний, является одной из основных задач поликлиники.

Приказом Минздрава России от 20.06.2013 N 388н утвержден Порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи", согласно которому скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается на основе стандартов медицинской помощи и с учетом клинических рекомендаций (протоколов лечения). Скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается а том числе в неотложной форме - при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострении хронических заболеваний без явных признаков угрозы жизни пациента. 4Скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь в амбулаторных и стационарных условиях оказывается медицинскими работниками медицинских организаций, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях.

В связи с пандемией новой коронавирусной инфекции COVID-19 19 марта 2020 года Минздравом России был издан приказ N 198н, которым утвержден ряд отраслевых нормативных правовых актов, призванных упорядочить работу медицинских учреждений в нестандартных условиях в целях недопущения распространения и снижения рисков распространения новой коронавирусной инфекции.

Так, настоящим приказом в числе прочего утверждены:

- Временный порядок организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19,

- Временный порядок организации работы медицинских организаций, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19,

- Основные принципы организации медицинской помощи пациентам с острыми респираторными вирусными инфекциями среднетяжелого или тяжелого течения, тяжелыми и (или) осложненными формами гриппа и внебольничной пневмонией при подозрении на новую коронавирусную инфекцию COVID-19 в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях,

- Протокол мероприятий, проводимых медицинскими работниками, по недопущению внутрибольничного распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях,

- Порядок организации дополнительной подготовки медицинских работников в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19.

Согласно п. 2.1, 2.6, 2.7, 2.8., 2.9,2.11, 2.23 Временный порядок организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 руководители медицинских организаций ведущих прием пациентов оказывающие первичную медико-санитарную помощь пациентам с симптомами острых респираторных вирусных инфекций, внебольничной пневмонии, гриппа, новой коронавирусной инфекции COVID -19 информируют медицинских работников по вопросам профилактики, диагностики и лечения новой коронавирусной инфекции, а также сбора эпидемиологического анамнеза и действий в очаге новой коронавирусной инфекции COVID-19. Проведение в медицинской организации проивоэпидемиологических мероприятий при выявлении подозрения на новую коронавирусную инфекцию, прием пациентов с симптомами ОРВИ в отдельно выделенных кабинетах, расположенных около дополнительного входа, проведение обеззараживания воздуха в помещениях с использованием бактерицидных облучателей и (или) других устройств для обеззараживания воздуха, соблюдение температурного режима, режима проветривания, текущей и заключительной дезенфекции в медицинской организации, использование работниками организации средств индивидуальной защиты

Возложение на работодателя обязанности по обеспечению работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты прямо предусмотрено положениями ст. 221 ТК РФ.

Так, согласно указанной норме права на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением, работникам бесплатно выдаются прошедшие обязательную сертификацию или декларирование соответствия специальная одежда, специальная обувь и другие средства индивидуальной защиты, а также смывающие и (или) обезвреживающие средства в соответствии с типовыми нормами, которые устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. Работодатель за счет своих средств обязан в соответствии с установленными нормами обеспечивать своевременную выдачу специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, а также их хранение, стирку, сушку, ремонт и замену.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО7 принята на должность врача терапевта участкового на 1 ставку в Негосударственное учреждение здравоохранения «Узловая поликлиника на ст. Невинномысская» (в последствии ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды на неопределённый срок, согласно трудового договора от 05.08.2013 года №56/447 (л.д. 7-9)

16 ноября 2020 года ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения умерла (л.д.10).

Согласно справке о смерти №с-03064 причиной смерти ФИО12 явилась дыхательная недостаточность, долевая пневмония неуточненная, короновирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19(л.д.11).

ФИО1 является супругом ФИО7, что подтверждается свидетельством о браке IIГН №447084(л.д. 12).

Согласно протокола заседания комиссии по контролю за качеством и безопасностью медицинской деятельности третьего уровня ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды от 20.04.2021 года установлено, что заболевание ФИО7 COVID-19 произошло во время её трудовых обязанностей. Данный случай можно признать страховым.(л.д. 31-36).

Согласно приказов Фонда социального страхования РФ ГУ – Ставропольского регионального отделения ФСС РФ от 05 октября 2021 года № 3274-КВ и № 3275-КВ ФИО1 супругу ФИО7 и ФИО11 – матери Бахтояровой ОГ.В. в соответствии с п.п. 2а» п.2 Указа назначена единовременная выплата в связи со смертью ФИО7 инфицированной новой коронавирусной инфекцией COVID-19 при исполнении своих трудовых обязанностей

Согласно приказа Фонда социального страхования РФ ГУ – Ставропольского регионального отделения ФСС РФ от 23 ноября 2021 года № 3726-В ФИО1 как супругу умершей в следствии профессионального заболевания ФИО7 полученного 31.08.2021 года в период работы в ЧУЗ «Клиническая Больница» РЖД-Медицина» города Минеральные Воды» назначена единовременная страховая выплата в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 года № 125 –ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях»

Согласно п. 7 заключительный диагноз профессионального заболевания новая коронавирусная инфекция. тяжелое течение, осложненное двусторонней полисигментарной вирусной пневмонией извещения об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления) его уточнения или отмене № 13 от 31 августа 2021 года. Согалсно п. 8 вредные производственные факторы и причины, вызвавшие профессиональное заболевание- биологический Фактор, контакт с биологическими выделениями больных с подтверждённым диагнозом новая короновирусная инфекция (л.д. 148)

Согласно медицинского заключения о наличии профессионального заболевания от 31 августа 2021 года № 13 ФИО7 врач терапевт ЧУЗ «КБ» РЖД-Медицина» г. Минеральные Воды при контакте с биологическими средами больных с подтвержденным диагнозом новая короновирусная инфекция заболела новой короновирусной инфекцией тяжёлое течение. Заболевание профессиональное, установлено впервые посмертно. При постановке диагноза учитывались данные санитарно-гигиенической характеристики условий труда, данные и разбора истории болезней больной ФИО7 и протокола патологоанатомического исследования

В соответствии с комиссионным актом о случае профессионального заболевания от 02 сентября 2021 года утвержденным заместителем главного государственного санитарного врача по Северо-кавказской железной дороге было установлено, что заболевание ФИО7 острое профессиональное, получено от воздействия вредного производственного фактора (биологическая среда от больного новой корон вирусной инфекцией) которое привело к смерти больной.

Профессиональное заболевание возникло при следующих обстоятельствах и условиях ФИО7 работая в должности врача-терапевта участкового терапевтического отделения Поликлиники № 4 на ст. Невинномысская ЧУЗ «Клиническая больница» «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды с 05.08.2013 года по 22.10.2020 года во время выполнения своих обязанностей подверглась профессиональному риску заражения COVID 19 контактным и воздушно капельным путем при проведении осмотра и консультации пациента ФИО14 у которого установлен диагноз COVID 19

Согласно заключению членов комиссии заболевание ФИО7 является профессиональным и возникло в результате контакта ФИО7 с больным - выделителем новой коронавирусной инфекции COVID-2019.

В п. 19 акта наличие вины работника не установлено.

Из п. 4.4. санитарно-гигиенических характеристик условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 20.08.21021 года № 128 следует, что ФИО7 еженедельно выдавался запас средств индивидуальной защиты, одноразовый медицинский халат – 7 шт., одноразовые маски -20 шт, одноразовые перчатки 100 шт. одноразовые шапочки 7 шт, очки защитные экран и респиратор – 1 шт, при этом марки, обеспеченность с учетом неблагоприятного производственного фактора, систематичность применения в представленных санитарно-гигиенических характеристиках рабочего места не приведены, эффективность СИЗ не оценивалась.

Поскольку акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, то факт смерти застрахованного лица ФИО7 вследствие профессионального заболевания, в данном случае следует отнести к страховому случаю, подтвержденному в установленном порядке.

Как следует из записей журналах учета за выдачей средств защиты в условиях действиях режима повышенной готовности в связи с неблагоприятной эпидемиологической обстановкой за период с13 мая 2020 года по 31 октября 2020 (л.д. 169-178) имеются запись о предоставлении в указанный период времени ФИО7 средств защиты маски, анисептика, перчаток. Подписи ФИО7 в получении СИЗ не имеется, также как и данных об иных СИЗ шапочек, защитных экранов, халатов, респираторов, тогда как такие средства обязательны к выдаче, так же как и их сипользвоание врачами в соответствии с положениями п. 2.1 ременного порядка организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО15, пояснила, что она работала медицинской сестрой - терапевтического отделения Поликлиники № 4 на ст. Невинномысская ЧУЗ «Клиническая больница» «РЖД-Медицина» города Минеральные Воды совместно с ФИО7

Когда началась пандемия ФИО7 отказалась работать непосредственно с больными у которых имелось подозрение на COVID19. Для работы с таким больными на первом этаже поликлиники был организован прием в кабинете № 5. Но поскольку больных с признаками ОРВИ было очень много и кабинет № 5 не справлялся половина больных с признаками ОРВИ направляли на прием ФИО7.В. При измерении температуры тела у пациентов очень часто ФИО7 выявляла повышенную температуру, пациенты кашляли, имели иные признаки респираторных заболеваний. При этом ФИО7 принимала всех больных в одноразовой маске., а халат одноразовый и очки выдавали, когда идешь на прием к больному на дом. Респираторов не было. Поскольку ФИО7 принимала всех больных она в апреле 2020 года заболела CОVID 19, потом заболела повторно, и умерла. Её супруг ФИО1 после смерти супруги стал нелюдим, не желает общаться с родственниками, участвовать в поминальных мероприятиях говорит, что ему ничего не нужно.

Суд относит показания указанного свидетеля к числу относимых и допустимых и достоверных доказательств по делу, поскольку они сообщены лицом, которому известны сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Его показания носят последовательный, непротиворечивый характер, оснований для оговора не установлено.

Таким образом, установлено, что из средств индивидуальной защиты обеспечивался лишь масками и перчатками и то неизвестно, в каком именно количестве было такое обеспечение.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем. (абз. 5 п. 46 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Сведения об обеспечении ФИО7 работодателем иными средствами индивидуальной защиты с учетом специальных требований, установленных приказом Минздрава России, а именно: очками, респираторами соответствующего класса защиты, защитными костюмами или одноразовыми халатами в достаточном количестве для работы в смену, обработки кабинета в котором работала ФИО7 специальными техническими устройствами, суду не представлены.

Кроме того, в суде установлено, что руководителями поликлиники не принимались достаточные меры, направленные на разобщения пациентов с симптомами ОРВИ и прием их в отдельном кабинете в соответствии с положениями п. 2.7 Временного порядка организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 о чем указал свидетель ФИО15

Доказательств того, что в период работы ФИО7 применялись средства защиты: с учетом риска заражения новой коронавирусной инфекцией, вызванной вирусом COVID-2019, в частности многоразовый защитный экран, халаты, шапочка, респиратор, соблюдение температурного режима, разъяснения порядка работы в условиях риска распространения коронавирусной инфекции (ознакомление с приказом на отдельном от приказе листе) ответчиком, не представлено, что вопреки доводам ответчика объективно свидетельствует о ненадлежащей организации безопасности условий труда со стороны работодателя работнику в рассматриваемый период. Само по себе наличие приказа по медицинской организации «Об обеспечении порядка организации работы в НУЗ «Отделенческая клиническая больница на ст. Минеральные Воды ОАО «РЖД» по профилактике и снижения рисков распространения новой короновирусной инфекции COVID 19» и закрепленные в нем положения, направленные на недопущение распространения короновирусной инфекции не свидетельствуют о его выполнении.

Акт проверки государственного контроля (надзора) органом муниципального контроля юридического лица, ИП составленного Государственной инспекцией труда в Ставропольскому крае на который ссылается ответчик также относится первому заражению ФИО7 коронавирусной инфекции не приведшему к летальному исходу.

Анализ установленных по делу фактических обстоятельств и правовая оценка представленных суду доказательств вопреки доводам ответчика позволяют суду сделать вывод о том, что смерть ФИО7 наступила от профессионального заболевания, полученного в период работы в должности терапевта, в том числе по вине работодателя, вследствие соблюдения не в полном мере им требований отраслевых нормативно-правовых актов и федерального законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия в части обеспечения безопасности условий труда, что позволяет судить об обоснованности доводов истца.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Исковые требования о возмещении причиненного близким родственникам умершего морального вреда основаны на положениях ст. 1068 ГК РФ.

Как следует из положений ст. 1083 ГК РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий

Документально подтверждено, ФИО1 состоял с ФИО7 в зарегистрированном браке.

Таким образом, ФИО7 для ФИО16 была близким человеком.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из содержания искового заявления и пояснений представителя истца в судебном заседании следует, что требования о компенсации морального вреда были заявлены в связи с тем, что лично истцу в связи с трагическим случаем (смертью), произошедшим вследствие профессионального заболевания ФИО7 причинены нравственные страдания, выразившиеся в невосполнимой утрате близкого человека.

Согласно разъяснениям, данным в п. 46,47 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Поскольку смерть ФИО7 наступила вследствие профессионального заболевания и по вине работодателя вследствие не в полном мере соблюдения им требований законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия в части обеспечения безопасности условий труда, в пользу истца должна быть взыскана компенсация морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что на момент гибели ФИО7 было 60 лет, ее смертью лично истцу причинены нравственные страдания, так как он лишились близкого и дорогого человека - супруги, детей у них не было в связи с чем, это был его единственный близкий человек.

ФИО1 на протяжении более 30 лет поддерживал близкие, родственные отношения с супругой. между ними были доверительные, добрые взаимоотношения, семья была дружной, они постоянно общались, много времени проводили вместе. Смерть ФИО7 серьезно отразилась на его самочувствии, настроении, работоспособности, непременно привела к снижению активной общественной жизни: он стал нелюдим, не хочет ни с кем разговаривать, участвовать в поминальных мероприятиях.

Данные обстоятельства не могут не свидетельствовать о том, что истец испытал глубокое потрясение, стресс, сильные душевные переживания.

Внезапная смерть близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, неоспоримо причинившим нравственные страдания, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право истцов на родственные и семейные связи. Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания с учетом вины причинителя вреда. Утрата, близкого человека (родственника), рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

В связи с изложенным исковые требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, а размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, характера и степени, причиненных истцу нравственных страданий, выразившихся в невосполнимой утрате близкого человека, что является тяжелейшим событием в жизни человека, степени родства истца с умершим, их взаимоотношений в семье, давности события (с момента смерти пошло чуть более двух лет), индивидуальных особенностей потерпевшего, в частности его возраста, а также степени вины работодателя, который не имел прямого умысла на причинение вреда здоровью ФИО7, хотя при наличии достаточной организации в работе направленной на снижения риска заболеваний работников новой коронавирусной инфекцией мог обеспечить соответствующие действующему трудовому законодательству условия труда ФИО7, требований разумности и справедливости, в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, в размере 250 000 рублей.

При таких данных, исходя из характера и степени перенесенных истцом нравственных страданий, принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, индивидуальные особенности истца, степень вины причинителя вреда, имущественное (финансовое) положение ответчика - причинителя вреда, являющегося частным учреждением здравоохранения, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить ко взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей,

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК Российской Федерации, суд,

решил:

Исковое требования ФИО1 к ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Минеральные воды о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Частного учреждения здравоохранения «Клиническая больница «РЖД – Медицина» города Минеральные Воды в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Невинномысский городской суд Ставропольского края в течении месяца с момента составления мотивированного решения по делу.

Мотивированное решение по делу изготовлено 7 марта 2023 года

Судья В.О. Рязанцев