Судья Варгас О.В.

Судья-докладчик Алферьевская С.А. по делу № 33-5646/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 июля 2023 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Сальниковой Н.А.,

судей Алферьевской С.А., Егоровой О.В.,

при секретаре Макаровой Н.И.,

с участием прокурора Зиминой Ю.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-455/2023 (УИД 38RS0035-01-2022-006183-84) по иску ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО, к областному государственному автономному учреждению «<адрес изъят>» о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ответчика областного государственного автономного учреждения «<адрес изъят>» на решение Октябрьского районного суда <адрес изъят> от Дата изъята ,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО, обратилась в суд с иском к областному государственному автономному учреждению «<адрес изъят>» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что ФИО2 осуществлял трудовую деятельность в АУ «<адрес изъят>» в должности машиниста бульдозера 6 разряда в ЛПС II типа, <адрес изъят>. Приказом работодателя от Дата изъята № Номер изъят, в связи с производственной необходимостью, в период с Дата изъята по Дата изъята направлен в (данные изъяты), для проведения реконструкции дорог противопожарного назначения. Дата изъята с ФИО2 произошел несчастный случай со смертельным исходом. Дата изъята работодателем составлен акт расследования несчастного случая, в котором вся вина за произошедший несчастный случай была возложена на погибшего. По результатам дополнительного расследования, проведенного Государственной инспекцией труда в Иркутской области, ответчик откорректировал акт расследования несчастного случая, установил лиц, ответственных за произошедший несчастный случай, а именно: ФИО3 - директор Черемховского филиала АУ «<адрес изъят>», ФИО4 – начальник участка Черемховского филиала АУ «<адрес изъят>», ФИО5 - машинист бульдозера, ФИО2 - машинист бульдозера. В результате трагической смерти ФИО2, мужа и отца, им причинены физические и нравственные страдания, которые повлекли за собой утрату здоровья (головная боль, общая слабость, головокружение, сниженный аппетит, тревожность, нарушение сна, эмоциональный упадок).

Просили, с учетом заявления об уточнении исковых требований от Дата изъята , взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб. в пользу каждой.

Решением Октябрьского районного суда <адрес изъят> от Дата изъята исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО, удовлетворены частично.

С областного государственного автономного учреждения «<адрес изъят>» в пользу ФИО1, ФИО взыскана компенсация морального вреда в размере 800 000 руб. каждой.

С ответчика в доход бюджета муниципального образования <адрес изъят> взыскана государственная пошлина в размере 600 руб.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО6 просит решение суда изменить, снизить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, до 200 000 руб., по 100 000 руб. каждому из истцов.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что судом не дана оценка доказательствам и доводам, приведенным ответчиком в обоснование своих возражений, не учтена степень вины причинителя вреда. Руководителями и специалистами учреждения не допущено нарушений требований охраны труда, которые могли являться непосредственной причиной наступления несчастного случая с ФИО2 Отсутствие таких нарушений подтверждено проведенной в порядке ст. 144 УПК РФ проверкой, по результатам которой в возбуждении уголовного дела отказано.

Выявленные в акте нарушения трудового законодательства не являются непосредственной причиной несчастного случая с ФИО2, несчастный случай является следствием действий самого потерпевшего, противоправное поведение которого и явилось причиной этого несчастного случая.

Судом также не дана оценка доводам о характере физических и нравственных страданий, которые были причинены истцам смертью ФИО2 С учетом характера физических и нравственных страданий, причиненных истцам, размер компенсации морального вреда должен быть определен ниже взысканной судом суммы.

В письменных возражениях участвовавший в деле прокурор Мещерякова М.В. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда ФИО14, объяснения представителя ответчика ФИО7, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Зиминой Ю.Р. возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В свою очередь, в силу части 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (часть 2 статьи 214 ТК РФ).

В силу части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку; реализацию мероприятий по улучшению условий и охраны труда.

Гарантии и компенсации при несчастном случае на производстве и профессиональном заболевании закреплены в статьей 184 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Таким федеральным законом, в частности, является Федеральный закон от Дата изъята № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в соответствии с частью 3 статьи 8 которого возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентировано, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Постановления).

В пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Дата изъята Номер изъят указано, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судом установлено, что ФИО2, супруг истца ФИО1 и отец истца ФИО, осуществлял трудовую деятельность в областном государственном автономном учреждении «<адрес изъят>» в должности (данные изъяты)).

Дата изъята ФИО2 в составе бригады направлен работодателем в (данные изъяты) для выполнения работ по реконструкции дорог противопожарного назначения. Утром Дата изъята в отсутствие начальника участка, несмотря на запрет выполнения работ в его отсутствие, ФИО2 поехал на бульдозере до места выполнения работ, где в дальнейшем начальником участка был обнаружен его труп и перевернутый бульдозер.

ФИО2 умер Дата изъята , место смерти – <адрес изъят>, свидетельство о смерти III-СТ Номер изъят.

Постановлением следователя СО по <адрес изъят> СУ СК России по <адрес изъят> от Дата изъята по результатам проведенной проверки в возбуждении уголовного дела по ч. 2 ст. 143 УК РФ отказано, в связи с отсутствием в действиях должностных лиц состава преступления.

Согласно заключению государственного инспектора труда Номер изъят и акту о несчастном случае на производстве, утвержденному областным государственным автономным учреждением «<адрес изъят>» Дата изъята , причинами несчастного случая явились:

1. Неудовлетворительная организация производства работ, в том числе:

- необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов Черемховского филиала АУ «<адрес изъят>» за ходом проведения работ по реконструкции дорог противопожарного назначения в квартале Номер изъят и соблюдением трудовой дисциплины, а именно нахождение пострадавшего в рабочее время при исполнении трудовых функций в состоянии алкогольного опьянения, подтвержденное в установленном порядке медицинской организацией, чем нарушены требования абз. 1 ч. 1 ст. 76. ч. 2 ст. 189 ТК РФ.

2. Недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, в том числе:

- неэффективное функционирование системы управления охраной труда, а именно на момент несчастного случая мероприятий по идентификации и выявлению опасностей на рабочем месте машиниста бульдозера представляющих угрозу жизни и здоровью работников – опрокидывания транспортного средства, оценка уровня профессиональных рисков опрокидывания транспортного средства не проведены, чем нарушены требования абз. 2, 4, 5, 6 ч. 3 ст. 214, ч. 4, 5 ст. 218 ТК РФ. п.п. 19-30 Приказа Минтруда России от 29.10.2021 № 776н «Об утверждении примерного положения о системе управления охраной труда», разделов IV, V.

3. Нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, в том числе нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного опьянения.

- нарушение абз. 3 ч. ст. 21, абз. 7 ч. 1 ст. 215 ТК РФ, п. 1.4 должностной инструкции машиниста бульдозера, утвержденной директором Черемховского филиала АУ «<адрес изъят>» Дата изъята , в части несоблюдения трудовой дисциплины пострадавшим машинистом бульдозера 6 разряда ФИО2, нахождение в квартале Номер изъят в ходе проведения работ по реконструкции дорог противопожарного назначения в состоянии алкогольного опьянения, подтвержденное медицинской организацией в установленном порядке;

- нарушение машинистом бульдозера 6 разряда ФИО5 требований абз. 3 ст. 21, абз. 7 ч. 1 ст. 215 ТК РФ, п. 4.1.5 должностной инструкции машиниста бульдозера, утвержденной директором Черемховского филиала АУ «<адрес изъят>» Дата изъята , в части неизвещения своего непосредственного или вышестоящего руководителя о несоблюдении трудовой дисциплины машинистом бульдозера 6 разряда ФИО2

Разрешая требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО, установив, что смерть ФИО2 наступила при исполнении им трудовых обязанностей в областном государственном автономном учреждении «<адрес изъят>», суд признал обоснованными требования истцов о компенсации морального вреда, и, руководствуясь нормами статей 22, 214 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Дата изъята Номер изъят, пришел к выводу о необходимости компенсировать истцам моральный вред, причиненный потерей мужа и отца в результате несчастного случая на производстве, в сумме 800 000 руб. каждому.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, судом правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами по настоящему делу, а также закон, подлежащий применению, в полном объеме определены и установлены юридически значимые обстоятельства, оценка всех доказательств, представленных сторонами, судом произведена полно и всесторонне, нормы процессуального права не нарушены.

Доводы апелляционной жалобы ответчика областного государственного автономного учреждения «<адрес изъят>» о несогласии с размером компенсации морального вреда, поскольку в действиях работодателя не имелось признаков грубой неосторожности, допущенные нарушения не являлись непосредственной причиной несчастного случая, а несчастный случай с ФИО2 явился следствием действий самого потерпевшего, судебная коллегия отклоняет, данные доводы не свидетельствуют о наличии оснований для отмены либо изменения судебного акта, размер компенсации морального вреда определен судом по правилам статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и отвечает требованиям разумности и справедливости.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а является оценочной категорией, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

В свою очередь, определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

При этом сама компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, а также характеру и степени причиненных ему физических и/или нравственных страданий.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Вышеприведенные разъяснения судом учтены, с целью определения размера компенсации морального вреда суд первой инстанции опросил ФИО1 по фактическим обстоятельствам дела, о характере и глубине причиненных истцам страданий, из представленных медицинских документов и заключения специалиста установил, что в связи со смертью супруга ФИО1 наблюдалась у врача-невролога по причине посттравматического стрессового расстройства, у дочери умершего – ФИО присутствовали повышенный уровень тревожности и возрастные страхи, причиной которых явилось нарушение стабильной ситуации в семье, вызванной смертью отца.

Суд также принял во внимание характер и степень допущенных должностными лицами областного государственного автономного учреждения «<адрес изъят>» нарушений, последующее поведение работодателя, учел, что учреждением семье погибшего оказана материальная помощь, выплачены денежные средства на погребение.

Кроме того, суд дал оценку и тому обстоятельству, что несчастный случай на производстве произошел с ФИО2 и по причине грубой неосторожности самого потерпевшего, нарушившего п. 1.4 должностной инструкции машиниста бульдозера, утвержденной Дата изъята директором Черемховского филиала АУ «<адрес изъят>», который при исполнении трудовых обязанностей находился в состоянии алкогольного опьянения, что является основанием для уменьшения размера возмещения вреда.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иной оценки доказательств, доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика, изложенную в суде первой инстанции, являлись предметом судебной проверки, обоснованно признаны несостоятельными, не содержат обстоятельств, свидетельствующих о нарушении судом норм материального и процессуального права, не опровергают правильность выводов суда и законность принятого решения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 15 марта 2023 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судья-председательствующий Н.А. Сальникова

Судьи С.А. Алферьевская

О.В. Егорова

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 14 июля 2023 года.