Решение по делу № 2А-3209/2022 от 04.10.2022 | Ухтинский городской суд (Республика Коми)

Дело №2а-3209/2022

11RS0005-01-2022-001510-72

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 4 октября 2022г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми и ФСИН России о признании условий содержания в штрафном изоляторе с 11.11.2021г. по 24.11.2021г. ненадлежащими, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с указанным административным исковым заявлением, указав в обоснование исковых требований, что с 08.11.2019г. отбывает уголовное наказание в ИК-24 (г. Ухта). За нарушение ПВР ИУ постановлением истец был водворен в штрафной изолятор (ШИЗО) на 13 суток и содержался в камере №1 ШИЗО с 11.11.2021г. по 24.11.2021г. Площадь камеры составляет 16,4 кв.м., в камере имеется санузел с чашей Генуя, который отгорожен перегородкой высотой 1 м. Справлять нужду приходится на корточках, что причиняет неудобства из-за имеющегося заболевания простатит. Имеется бак для питьевой воды и естественная вентиляция через форточку окна без механизма для открывания и закрывания. Имеется искусственное освещение, естественное освещение отсутствует поскольку перед окном камеры стоит деревянный забор высотой 5 м. Горячее водоснабжение в камере отсутствует. Спальные места представляют собой 4 полки, которые в дневное время крепятся к стене. Стол для приема пищи приварен к этим полкам и в ночное время служит опорой, в результате положить вещи перед сном не имеется возможности. Вешалка для кружек отсутствует, отсутствует уборочный инвентарь. Вышеизложенное нарушает требования СП 308.1325.800.2017. Истец просит признать условия содержания в камере №1 ШИЗО сроком 13 суток ненадлежащими и взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 120 000 руб.

Определением суда к участию в деле в качестве административного ответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России.

Административный истец ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежащим образом, своего представителя в судебное заседание не направил.

Представитель ответчика ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК ФИО2, представляющая также на основании доверенности ответчика ФСИН России, с иском не согласилась.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 55 Конституции РФ определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3).

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).

Норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров (ч. 1 ст. 99 УИК РФ).

В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 99 УИК РФ осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности, осужденные обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин).

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы материально-бытового обеспечения осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Приказом Минюста РФ от 02.06.2003г. №130-ДСП в целях обеспечения условий содержания осужденных в исправительных учреждениях в соответствии с требованиями Уголовно-исполнительного кодекса РФ и обязательствами, принятыми Российской Федерацией при вступлении в Совет Европы, утверждена Инструкция по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ (Инструкция СП 17-02 Минюста России).

Согласно п. 1.1 Инструкции СП 17-02 Минюста России ее положения должны соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Судом установлено, что административный истец осужден к уголовному наказанию в виде лишения свободы приговором суда, в учреждение ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК (г. Ухта) прибыл в ноябре 2019г.

В период отбывания уголовного наказания в ФКУ ИК-24 административный истец привлекался к дисциплинарной ответственности за различные нарушения установленного порядка отбывания наказания, при этом на него налагались взыскания в виде выговора, водворения в штрафной изолятор.

Административный истец ссылается на ненадлежащие условия содержания в период его нахождения в камере ШИЗО №1 с 11 по 24 ноября 2021г.

Ответчик указал, что площадь камер составляет: №1 – 16,1 кв.м. (наполняемость до 4 человек), №2 – 10,8 кв.м. (наполняемость до 4 человек), №3 – 10,9 кв.м. (наполняемость до 4 человек), №4 – 10,4 кв.м. (наполняемость до 4 человек).

Тем самым, предусмотренная законом (ст. 99 УИК РФ) норма жилой площади в отношении административного истца нарушена не была.

Камеры оборудованы санитарным узлом (антивандальный унитаз без сливного бачка), отделенным от остальной камеры, умывальной раковиной из нержавеющей стали с подводом воды, откидными кроватями с деревянным покрытием и тумбой для сидения (по числе осужденных), столом для приема пищи (один на 2 осужденных), баком для питьевой воды (один на камеру), окнами с открывающимися форточками. Оснащение туалетов камер чашей Генуя не свидетельствует о нарушении прав административного истца, поскольку в деле отсутствуют доказательства того, что в силу индивидуальных физиологических особенностей либо по состоянию здоровья истец не может справлять естественные надобности таким образом.

Температурный режим в камерах соответствует СанПин 2.1.2801-10. Камеры ШИЗО регулярно обследуются работниками ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России на предмет санитарного состояния и температурного режима.

Как следует из отзыва ответчика, других документов между ФКУ ИК-24 и МУП «Ухтаводоканал» заключаются контракты на холодное водоснабжение и водоотведение. Питьевая вода ежеквартально проходит исследование в бактериологической лаборатории ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, в результате исследований установлено, что вода соответствует СанПиН 2.1.4.1074-01. Доступ истца и иных лиц к питьевой воде не ограничен, кроме того, содержащиеся в штрафном изоляторе лица имеют возможность обратиться к работнику кухни (при раздаче пищи три раза в день) с просьбой набрать в бак для питьевой воды воду из кухни, где установлена система очистки воды.

Оценивая доводы иска в части несоответствия нормативным требованиям спальных мест, столов и стульев, отсутствие вентиляции, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.

По смыслу ч. 3 ст. 99 УИК РФ минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством РФ.

В соответствии с приказом ФСИН РФ от 27.07.2006г. №512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» камеры штрафного изолятора оборудуются: откидной металлической кроватью с деревянным покрытием (1 шт. на 1 человека), столом для приема пищи (1 шт.), тумбой для сидения (1 на чел.), умывальником (рукомойником (1 на камеру).

Наличие иных предметов мебели (инвентаря) в камерах не предусмотрено.

Гл. 4 п. 32 пп. 10 приказа Минюста РФ от 04.09.2006г. №279 «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» предусматривает, что в ПКТ и ШИЗО/ЕПКТ, одиночные камеры в исправительных колониях особого режима оборудуются откидными койками, закрываемыми в дневное время на замок, тумбами или скамейками для сидения (по числу содержащихся лиц) и столом, наглухо прикрепленными к полу.

В силу норм УИК РФ осужденные пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Пунктом 19.3.6 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, установлено, что во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в т.ч. автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Таким образом, указанными санитарными нормами обязательно приточно-вытяжной вентиляционной системы в камерах не предусмотрено. В тоже время материалами дела подтверждается, что камеры ШИЗО, ОК, отряда оборудованы естественной вентиляцией, в т.ч. обеспечивается проветривание через форточки.

По мнению суда, отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

Незначительное несоответствие установленным требованиям прогулочных дворов является несущественным, поскольку нахождение в прогулочных дворах носит краткосрочный характер, право на прогулку, гарантированное уголовно-исполнительным законодательством, было реализовано.

Несостоятельны доводы истца об отсутствии шкафов в камерах, а также полочек для вещей, поскольку указанные доводы опровергаются материалами дела, в том числе фотографиями, справками должностных лиц, отзывом ответчика. Отсутствие баков для питьевой воды, в отсутствие доказательств невыдачи питьевой воды по требованию и отсутствие доступа истца к питьевой воде, не может свидетельствовать о безусловном нарушении прав истца.

Наличие забора жилой зоны возле здания ШИЗО/ОК не нарушает права истца на надлежащее освещение камер, поскольку камеры оборудованы окнами, а также искусственным освещением.

Установленные обстоятельства безусловно свидетельствуют об отсутствии со стороны администрации учреждения нарушения прав административного истца на материально-бытовое санитарно-эпидемиологическое обеспечение и обеспечение ежедневной прогулкой.

С учетом изложенного, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что приведенные выше отклонения унижали достоинство заявителя и причиняли ему расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый для содержания в исправительных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания, и являются основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Сторонами по делу не оспаривается отсутствие горячего водоснабжения в отрядах ИК, карантинном отделении, блоке ШИЗО/ОК.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10 июня 2010 года № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Обеспечение горячим водоснабжением являлось и является обязательным.

Согласно правовой позиции, изложенной пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В силу ч. 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Согласно п. 43 ПВР при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Между тем, суд учитывает, что истец содержался в камере штрафного изолятора в течение 13 суток. Следовательно, факт отсутствия горячего водоснабжения в помещениях ШИЗО в течение такого непродолжительного периода времени не является обстоятельством, влекущим необходимость взыскания компенсации за нарушение условий содержания. По делу не оспаривается, что данный недостаток компенсировался возможностью регулярной помывки истца. Доказательств наличия ограничений на помывку заявителем не представлено. В материалы дела истцом не представлено доказательств его обращения к администрации учреждения за предоставлением горячей воды для этих целей, и отказа администрации в удовлетворении его обращения. Заявитель не ссылался на ограничения его администрацией учреждения в правах на пользование баней и недостатка горячей воды, что соответствует ч. 3 ст. 101 УИК РФ и п. 43 ПВР ИУ в части принятия администрацией дополнительных компенсационных мер с учетом потребностей осужденных для поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

Из материалов дела установлено, что нормы закона при содержании административного истца в камере ШИЗО соблюдались. Камера была оборудована откидными койками с постельными принадлежностями, столами для приема пищи и скамейками для сидения с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере. Таким образом, администрацией учреждения созданы условия для сна и приема пищи, лицам, содержащимся в камерах. Кроме того, административный истец пользовался правом на ежедневную прогулку продолжительностью, установленной законом, в деле отсутствуют достоверные сведения о необоснованном лишении истца прогулки со стороны администрации колонии. Возможное отсутствие баков для питьевой воды, в отсутствие доказательств невыдачи питьевой воды по требованию и отсутствие доступа истца к питьевой воде, не может свидетельствовать о безусловном нарушении прав истца. Вопреки доводам истца, несоответствие откидных коек, тумб, столов нормативным требованиям не повлекло существенных отклонений от требований, установленных законом, которые могут рассматриваться в качестве нарушений условий содержания с учетом режима места принудительного содержания и являться основанием для присуждения компенсации в порядке ст. 227.1 КАС РФ.

Установленные обстоятельства, безусловно, свидетельствуют об отсутствии со стороны администрации учреждения нарушения прав административного истца на материально-бытовое санитарно-эпидемиологическое обеспечение и обеспечение ежедневной прогулкой.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске.

Судом отклоняется ссылка истца на ранее состоявшиеся судебные постановления, поскольку они не имеют преюдициального значения в настоящем споре в силу ст. 64 КАС РФ и разъяснений п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года №36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации».

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам КАС РФ, руководствуясь нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, достоверно установив то обстоятельство, что материально-бытовое обеспечение истца соответствовало предъявляемым требованиям, что не противоречит установленным законом требованиям, суд полагает заявленные им требования о компенсации не обоснованными.

Как отметил Верховный Суд Россйской Федерации в определении от 14.11.2017г. №84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10.10.2003г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в утверждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства. При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (ст. 10).

Таким образом, у суда первой инстанции не имеется оснований не доверять представленным административными ответчиками доказательствам.

Согласно позиции вышестоящих судов меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения, тем не менее государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Принимая во внимание сложившуюся судебную и межгосударственную практику, неправомерное обращение с человеком должно нести в себе некий минимум жестокости, чтобы на акт такого обращения распространялось действие ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В своей практике суд относит обращение с тем или иным лицом к категории «бесчеловечного» только в случае преднамеренного характера такого обращения.

Суд отмечает, что ст. 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от обстоятельств или поведения жертвы. Для отнесения к сфере действия ст. 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня относительна и зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы. Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя реальные телесные повреждения или интенсивные физические или нравственные страдания.

По делу подобные обстоятельства не установлены.

При таких обстоятельствах именно истцу следует доказать, что условия содержания в исправительном учреждении, не обеспечивали нормальные условия для жизни, оказывая негативное воздействие на его здоровье или нормальный жизненный уровень, что сделано не было.

В нарушение требований ст. 62 КАС РФ доказательства, которые свидетельствовали бы о том, что условия содержания фактически не обеспечивали охрану здоровья или нормальный жизненный уровень в условиях отбывания уголовного наказания, суду не представлены.

Наличие признаков бесчеловечного обращения из материалов дела также не усматривается.

Поэтому даже признание судом ненадлежащими условия содержания в части отсутствия горячего водоснабжения и т.п. само по себе не означает констатацию нарушения личных неимущественных прав истца, включая право на гигиеническое обеспечение, охрану здоровья, поскольку установление одного лишь факта несоблюдения ответчиком утвержденных норм содержания осужденных к лишению свободы недостаточно для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Оценивая доказательства в их совокупности, суд не находит оснований к удовлетворению заявленных требований, поскольку в дело не представлены доказательства того, что действия администрации исправительного учреждения противоречили действующему законодательству и рекомендациям Комитета Министров Rec(2006)2 государствам - членам Совета Европы о Европейских пенитенциарных правилах, нарушали права и свободы заявителя, в том числе причинили ему нравственные страдания.

Претерпевание осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

В нарушение ст. 62 КАС РФ административным истцом не представлены доказательства нарушения его прав и законных интересов вышеуказанными действиями администрацией исправительного учреждения.

При изложенных обстоятельствах основания удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми и ФСИН России о признании условий содержания в штрафном изоляторе с 11.11.2021г. по 24.11.2021г. ненадлежащими, взыскании компенсации за нарушение условий содержания– отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 14 октября 2022г.).

Судья В.И. Утянский