Решение по делу № 2-11228/2024 от 02.04.2025

УИД 11RS0№...-24

Дело № 2-1170/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сыктывкарский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Докукиной А.А.,

при секретаре Стеблиной Е.П.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца адвоката Агалаковой О.В.,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Сыктывкаре

02 апреля 2025 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Гифт» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку, взыскании недополученной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности произвести начисление и уплату страховых взносов и передать сведения индивидуального персонифицированного учета,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Гифт» об установлении факта трудовых отношений в период с ** ** ** по ** ** ** в должности территориального менеджера, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу ** ** ** и увольнении по собственному желанию ** ** **, взыскании недополученной заработной платы в виде районного коэффициента и северной надбавки в размере 1 596 384,48 руб., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 423 560,54 руб., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., возложении обязанности произвести начисление и уплату страховых взносов и передать сведения индивидуального персонифицированного учета. В обоснование требований указал, что работал с ** ** ** по ** ** ** у ответчика в должности территориального менеджера в г. Сыктывкаре. Между сторонами каждый месяц заключались договоры гражданско-правового характера на оказание услуг, при этом истец лично выполнял заранее определенную ответчиком функцию в интересах, под контролем и управлением ответчика, подчинялся действующим в ООО «Гифт» правилам внутреннего трудового распорядка, труд носил возмездный характер. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что между истцом и ответчиком фактически сложились трудовые отношения, однако ответчик от заключения трудового договора уклонялся. Кроме того, оплата труда в период работы истца производилась без выплаты районного коэффициента и северной надбавки, а отпуск не предоставлялся.

В судебном заседании истец и его представитель требования поддержали.

Представитель ответчика с иском не согласилась по доводам письменных возражений.

Третье лицо ОСФР по Республике Коми в судебное заседание своего представителя не направило, извещено надлежащим образом.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (часть вторая статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19 мая 2009 г. № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии с частью четвертой статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работникам в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем и пр.

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац первый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Из приведенного правового регулирования, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Судом установлено, что ** ** ** между ООО «Гифт» (заказчик) и ФИО1 (исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг, согласно которому исполнитель обязуется выполнить работу, указанную в пункте 1.2 настоящего договора, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1.2 договора исполнитель обязуется выполнить следующую работу: подключить к развитию ТМ «...» не менее 2-х дистрибьюторов; произвести отгрузку ТМ «...» на площадку дистрибьютора (не менее 5 000 бутылок); осуществлять контроль ДЗ; осуществлять контроль остатков продукции на складах дистрибьюторов; предоставлять отчетность.

Разделом 2 договора предусмотрено, что исполнитель обязан выполнить вышеуказанную работу в установленный сторонами срок и с надлежащим качеством, а заказчик обязан: оплатить работу исполнителя в течение 60 дней с момента подписания акта сдачи-приемки выполненных работ; в течение 3-х дней после получения от исполнителя извещения об окончании работы либо по истечении срока выполнения работ осмотреть и принять результат работ, а при обнаружении недостатков заявить об этом исполнителю. Заказчик имеет право во всякое время проверять ход и качество работы, выполняемой исполнителем.

Пунктом 3.1 договора определена сумма вознаграждения за выполненную работу – 35 000 руб.

Пунктом 6.4 определен срок действия договора – с ** ** ** по ** ** **.

В последующем между истцом и ответчиком ежемесячно заключались аналогичные договоры сроком действия один месяц, имелись различия лишь в части суммы вознаграждения

С ** ** ** в заключаемых между сторонами договорах изменились виды выполняемой работы, исполнитель обязался: вести переговоры, вводить продукцию в ассортиментный портфель, отгружать в Республики Коми торговую марку, заводить в матрицу закупок торговую марку, отгружать товар под локальные сети, обеспечивать минимальный пакет дистрибьюции на территории Республики Коми и т.д.

В остальном договоры были идентичны.

Последний договор между сторонами заключен ** ** ** со сроком действия до ** ** **.

Соглашением от ** ** ** стороны пришли к согласию завершить сотрудничество.

Всего за период с ** ** ** по ** ** ** было заключено 54 договора (по одному каждый месяц).

В следующем месяце после заключения каждого договора сторонами подписывался акт приемки-сдачи оказанных услуг, которым определялась сумма вознаграждения, совпадающая с суммой, указанной в договоре на прошедший месяц.

Согласно справкам истца о доходах за 2020-2024 гг. все суммы учтены по коду дохода 2010 - выплаты по договорам гражданско-правового характера (за исключением авторских вознаграждений) (Приложение № 1 Приказа ФНС России от 10.09.2015 № ММВ-7-11/387@ «Об утверждении кодов видов доходов и вычетов»).

Как следует из объяснений истца, он работал в ООО «Гифт» с ** ** ** по ** ** ** в должности «территориальный менеджер». ООО «Гифт» направляло на электронную почту истца проект договора, истец его подписывал, после чего направлял обратно этот экземпляр по почте. В трудовые обязанности истца входило: подключать к развитию торговой марки не менее 2-х дистрибьюторов в месяц, производить отгрузку продукции на площадки дистрибьюторов, осуществлять контроль дебиторской задолженности, осуществлять контроль остатков продукции на складах дистрибьюторов, производить переговоры с организациями по теме поставки продукции, предоставлять отчет о проделанной работе. Работа осуществлялась удаленно от работодателя, в г. Сыктывкаре. Истец подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка ООО «Гифт», работал с 09:00 до 18:00 каждые день, выходные – суббота и воскресенье каждого месяца. График был установлен дивизионным менеджером, он одинаковый для всех сотрудников компании. Электронная переписка с работодателем, в том числе предоставление отчетности, велась в рабочее время. В период работы истцу выставлялись планы и смарт-задачи, что подтверждается перепиской с работодателем. Заработная плата перечислялась на карту один раз в месяц после получения от истца подписанного договора, предварительно предоставлялся расчет.

В обоснование своих требований истцом представлены документы, подтверждающие выполнение им работы в ООО «Гифт»: деловая переписка с отделом кадров, коммерческим директором, службой безопасности и другими сотрудниками, планы, стратегия развития на территории Республики Коми, таблицы и отчеты, еженедельные задачи в CRM, заказы в 1С.

Кроме того, как указано истцом и подтверждается представленными материалами, в период с ** ** ** по ** ** **, а также с ** ** ** по ** ** ** ФИО1 работал в ООО «Гифт» в должности территориального менеджера в Республике Коми.

Согласно трудовому договору, заключенному между ООО «Гифт» (работодатель) и ФИО1 (дистанционный работник) ** ** **, истец был принят территориальным менеджером по продажам Коми, работа осуществлялась дистанционно.

Пунктом 2.5 договора определена территория выполнения работу – Республика Коми.

Согласно пункту 2.6 рабочее место работника располагается по адресу: ....

Разделом 5 трудового договора определено рабочее время истца: пятидневная рабочая неделя с двумя выходными (суббота и воскресенье), начало работы – 09:00, окончание – 18:00, перерыв для отдыха и питания – с 13:00 до 14:00.

Оплата труда установлена с учетом районного коэффициента 20% и северной надбавки 50%.

Согласно должностной инструкции территориального менеджера по продажам в его должностные обязанности входит: осуществление сбора информации о региональном рынке (дистрибьюторы, сетевая розница, торговые точки и т.д.); анализ информации о региональном рынке; разработка планов развития по представлению товаров в регионе; координация приемки товаров на склады дистрибьюторов; организация преддоговорной работы и заключение договоров и т.д.

Как указывает истец, в 2019 году ответчик попросил его и других сотрудников уволиться, поскольку у компании были сложности. Впоследствии с 2020 году приняли обратно на работу, однако по договору ГПХ, обещали, что работа по ГПХ продлится три месяца (испытательный срок). Его функционал по сравнению с работой по трудовому договору в 2017-2019 гг. не изменился. При оформлении гражданско-правовых договоров после истечения трех месяцев он неоднократно просил руководство оформить с ним трудовой договор, как это было ранее, однако ему поясняли, что его показатели не достаточно хороши для того, чтобы оформить трудовые отношения. Руководителями истца являлись Свидетель №2 и Свидетель №1

Также истцом указано, что ответчик весь период работы предоставлял ему корпоративную связь, рабочий ноутбук, доступ к корпоративной почте и программам ... и ..., оплату ГСМ.

Допрошенный в качестве свидетеля Свидетель №1 (ООО «...», менеджер) суду пояснил, что с ** ** ** года работал вместе с истцом в ООО «Гифт», в период пандемии истец уволился, потом в 2021 года снова пришел на работу в ООО «Гифт». Свидетель был руководителем истца - дивизионным менеджером, а истец - региональным менеджером. Истец в первый год своей трудовой деятельности у ответчика работал по срочному трудовому договору, а потом - по бессрочному трудовому договору. В его обязанности входило: выполнение плана продаж – продажа алкогольной и безалкогольной продукции на территории Республики Коми, план ставился на месяц, а также ставились задачи на квартал. У истца была окладная часть и премиальная часть заработной платы. Окладная часть заработной платы была всегда одинаковая, а премиальная – зависела от выполнения плана. В расчетных листках ФИО1 строк «районный коэффициент» и «северная надбавка» не было, заработная плата у истца рассчитывалась как у всех остальных работников, без региональных надбавок, но при этом ФИО1 работал исключительно в Республике Коми. В период работы истца по трудовому договору рабочий день у него был нормированный: с 09.00 до 18.00, час обед, суббота и воскресенье - выходные дни. Когда истец был на срочном договоре, он работал по такому же графику, но отпуска ему не предоставлялись. В период пандемии истец уволился, а потом трудоустроился вновь, но по договору ГПХ. Зарплата из года в год менялась, после пандемии зарплата у истца была уже другая. Когда истец работал по трудовому договору и по договору ГПХ, его должностные обязанности были одинаковые, график работы также был одинаковый: с 09 до 18. Распорядок в организации для всех был одинаковых, независимо от того, какой заключен договор. Все обязанности и трудовые функции у истца после пандемии были точно такие же, как и до пандемии, то есть такие же, как в период работы истца по трудовому договору. В компании работают работники и по трудовому договору, и по договору ГПХ, вопрос заключения договоров решается отделом кадров. При этом перед всеми работниками (и по трудовому договору и по договору ГПХ) ставились одинаковые задачи, они выполняли одинаковые трудовые функции. Изначально работников устраивали на испытательный срок по договору ГПХ, а вопрос дальнейшего трудоустройства решал отдел кадров. Истец неоднократно обращался по поводу заключения трудового договора, но отдел кадров пояснял, что это нецелесообразно из-за уменьшения объема продаж. Снижение продаж послужило причиной незаключения трудового договора с истцом. В компании были случаи перевода работников с договора ГПХ на трудовой договор за хорошие показатели, но это было в других командах. Для того чтобы быть оформленным по трудовому договору, в том числе, нужно было показать хорошее качество работы, высокие показатели. Свидетель воспринимал истца как своего подчиненного, у них проводились рабочие встречи с партнерами с участием истца, партнеры воспринимали истца как работника ООО «ГИФТ». Продажи продукции снижались, так как точки партнеров закрывались из-за прихода федеральных сетей, они не выдерживали конкуренции, но в перспективе можно было заключить договоры с новыми партнерами, тем самым снизить потери. Истец в этом направлении и работал, он вел переговоры с новыми партнерами, чтобы компенсировать потерянный объем продаж. В организации проводились собрания, видеоконференции по подведению итогов: раз в месяц, раз в полгода, истец участвовал в собраниях, докладывал планы, готовил аналитику, анализировал цены. Отчеты истцом передавались в виде электронных презентаций, слайдов. Руководство ответчика воспринимало истца как работника, который отвечает за результаты на территории Республики Коми. По вопросу перевода на трудовой договор истец обращался к свидетелю устно: и по телефону, и при личных встречах, когда свидетель приезжал в Республику Коми. Были периоды, когда истец месяцами получал лишь оклад без премий, поскольку продукция не отгружалась, так как партнер закрылся. В этом не было вины истца. Вопрос о сокращении менеджера в Республике Коми не поднимался, все понимали, что данный работник нужен для развития продаж на территории республики. Истец обращался за заключением трудового договора и к свидетелю, и к руководству общества, но, поскольку были риски снижения продаж (имели место периоды, когда отгрузок не было), то вставал вопрос о том, зачем нужна штатная должность истца, и он оставался на договоре ГПХ. Трудовые функции у истца были те же самые, как и у штатных работников ответчика, работающих в других регионах. В периоды, когда не было продаж, истец полный рабочий день занимался переговорами с новыми партнерами для увеличения объема продаж, с этими партнерами в дальнейшем были заключены договоры. Задачи истцу выставлялись в начале месяца, итоги подводились в конце месяца, договор ГПХ с ним подписывался «задним» числом, когда уже видны итоги работы (например, за январь в феврале), именно поэтому имеет место такая разница в оплате труда истца в разные месяцы. Региональные менеджеры, в том числе истец, работали в программе СРН. Обычно в пятницу региональным менеджерам ставились задачи, неделю эти задачи выполнялись, а в следующий понедельник менеджеры отчитывались о проделанной работе. Постановка задач, отчеты, подведение итогов, рассылка расчетных листков - все делопроизводство в обществе происходило в электронном формате, никто указанные документы не подписывал, в том числе электронной подписью, и не ставил печати, но сомнений эти документы ни у кого не вызывали. Информацию об оформлении договоров ГПХ «задним» числом после подведения итогов свидетель узнал от самих сотрудников ответчика, сам он в подготовке договоров участия не принимал. Лично свидетель не знакомил истца с локальными нормативными актами общества, но по умолчанию у всех работников был установлен рабочий день с 09.00 до 18.00. Со всеми документами знакомил истца отдел кадров.

Свидетель ФИО7 суду пояснил, что в спорный период работал дистрибьютором в ООО «...», а истец был представителем ООО «Гифт», весь заявленный период истец работал в городе Сыктывкаре, взаимодействие с ним происходило в рабочее время с понедельника по пятницу. Через истца в ООО «Гифт» передавались планы, акты сверок, решились вопросы по браку, матрице, компенсации за просрочку товаров. Истец всегда решал все вопросы от имени ООО «Гифт».

Свидетель Свидетель №2 суду пояснила, что ранее работала в ООО «Гифт» по договору гражданско-правового характера дивизионным менеджером по СЗФО, истец ФИО1 с ** ** ** 2023 года работал в ее (свидетеля) подчинении. Будучи руководителем, свидетель отслеживала работу своего сотрудника, он работал пять дней в неделю с 09:00 до 18:00, выполнял работу на своем рабочем месте, о чем ежедневно отчитывался. Истец неоднократно обращался к руководству по вопросу заключения трудового договора, ему отказывали, говоря, что необходимо повышать результаты работы. Оплата труда истца состояла из окладной части и премии за выполнение поставленных задач. Премии выплачивались ежемесячно. Истец надлежащим образом выполнял поставленные перед ним задач, был ответственным сотрудником. У него, как и у всех сотрудников ООО «Гифт», был служебный ноутбук, предоставленный ответчиком, а также имелся доступ к корпоративной почте. Договор оказания услуг заключался в 15-тых числах следующего месяца, проект договора присылался работнику на электронную почту вместе с актом приемки-сдачи работ. В указанные документы работник сам вносил сведения о проделанной работе. Также свидетель пояснила, что ранее обращалась в суд с требованием установить факт трудовых отношений и выплатить компенсацию за неиспользованный отпуск. В ходе рассмотрения дела с ответчиком было решено закончить спор миром, ответчик выплатил свидетелю компенсацию за неиспользованный отпуск, а свидетель, в свою очередь, отказалась от иска. Установление факта трудовых отношений было непринципиально.

Свидетель ФИО8 (руководитель отдела кадров ООО «Гифт») суду пояснила, что истец не желал заключать трудовой договор с ответчиком, по этому вопросу к руководству не обращался. Акт выполненных работ за текущий месяц сотруднику посылали в начале следующего месяца, договор ГПХ составлялся в указанную в нем дату. В последующем свидетель уточнила, что не оспаривает тот факт, что договоры были заключены не в дату их составления, а позднее.

При этом свидетель не смогла пояснить, каким образом определялась сумма вознаграждения (различная каждый месяц), если договор заключался заблаговременно, и никакие работы по нему еще не выполнены.

Судом не принимаются в качестве надлежащего доказательства показания свидетеля ФИО8, поскольку, являясь действующим сотрудником ответчика, свидетель может быть зависима от работодателя. Кроме того, показания указанного свидетеля противоречат показаниям других свидетелей, не состоящих с ООО «Гифт» в трудовых отношениях, а также собранным по делу письменным доказательствам. Также в ходе допроса свидетель меняла свою позицию, изначально настаивая, что договоры оказания услуг заключались в ту дату, которая указана в договорах, а потом указала, что договоры могли заключаться позднее.

Показания остальных свидетелей согласуются между собой и не противоречат письменным доказательствам.

Исходя из анализа письменных материалов дела, показаний свидетелей, пояснений истца, суд приходит к выводу, что сторонами достигнуто соглашение о личном выполнении истцом определенной, заранее обусловленной трудовой функции по должности территориального менеджера в интересах, под контролем и управлением работодателя. Истец подчинялся действующему в ООО «Гифт» режиму рабочего времени с 09 час. до 18 час., его трудовая функция соответствовала должностным обязанностям территориального менеджера по продажам, правоотношения сторон носили возмездный характер (ответчиком производилась регулярная оплата за труд истца).

Таким образом, сложившиеся между сторонами отношения в полной мере отвечают признакам трудовых правоотношений, в связи с чем утверждение ответчика о том, что истцом выполнялась работа на основании гражданско-правовых договоров является несостоятельным, поскольку в силу части 2 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Доводы истца о предоставлении дистанционного рабочего места в г. Сыктывкаре ответчиком не опровергнуты.

То обстоятельство, что трудовой договор не был оформлен, истец не писал заявление о приеме на работу, трудовую книжку ответчику не передавал, приказ о приеме на работу не издавался, не исключает возможности признания отношений между сторонами трудовыми.

Как было указано выше, обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) возлагается на работодателя.

Злоупотребление прав истца в ходе рассмотрения дела не установлено.

Так ответчиком не представлено никаких относимых и допустимых доказательств, что с истцом был заключен трудовой договор, и он отказался его подписывать.

В соответствии со статьей 68 ГПК РФ в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны. Поскольку на ответчике лежит обязанность по доказыванию отсутствия трудовых отношений, а таких доказательств суду не представлено, не смотря на то, что судом были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, неоднократно слушание дела откладывалось в целях содействия в реализации прав сторон на предоставление доказательств.

Кроме того, сам факт систематического заключения гражданско-правовых договоров на одну и ту же трудовую функцию по должности территориального менеджера свидетельствует о том, что в указанный период истец находился в длящихся трудовых отношениях с ответчиком, при этом данную трудовую функцию он выполнял лично, работал в соответствии с установленным работодателем графиком, то есть работал под управлением и контролем ООО «Гифт». При этом подписание между сторонами гражданско-правовых договоров свидетельствует о неисполнении работодателем обязанности оформить трудовые отношения с истцом, и данное обстоятельство не исключает возможности фактического установления таких отношений.

Рассматривая довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд, суд приходит к следующему.

Согласно статье 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Как указывает истец и подтверждают свидетели, на протяжении всего периода работы истец неоднократно просил ответчика оформить трудовые отношения, однако работодатель обещал сделать это позднее, когда показатели работы истца будут лучше.

Отношения между истцом и ответчиком являются длящимися, в связи с чем на протяжении всего периода работы истец рассчитывал на добросовестность ответчика и оформление трудовых отношений, поскольку дорожил работой и боялся ее потерять.

В октябре 2024 года истец, поняв, что добровольно ответчик заключать с ним трудовые отношения не будет, полагая свои права нарушенными, заключил с ответчиком соглашение от ** ** ** о завершении сотрудничества, а ** ** ** обратился с настоящим иском в суд.

С учетом изложенного, суд полагает, что срок исковой давности по требованию об установлении факта трудовых отношений истцом не пропущен.

Таким образом, требования истца о признании отношений между ним и ООО «Гифт» в период с ** ** ** по ** ** ** трудовыми подлежат удовлетворению.

Согласно сведениям ОСФР по Республике Коми иного места работы, кроме работы в ООО «Гифт», истец не имел.

Поскольку судом установлен факт трудовых правоотношений сторон, на истца распространяются гарантии, предусмотренные трудовым законодательством.

С учетом изложенного, также подлежат удовлетворению требования истца о возложении на ответчика обязанности внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу ** ** ** на должность «территориальный менеджер» и увольнении по собственному желанию ** ** **.

В части доводов о пропуске срока исковой давности по требованиям о взыскании заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, суд руководствуется правовой позицией, закрепленной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2024 N 64-КГ24-4-К9.

Так, по общему правилу работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Вместе с тем законом установлены и специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий индивидуальных трудовых споров. К таким спорам отнесены споры о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, срок на обращение в суд по которым составляет один год, исчисляемый со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе при увольнении.

Сроки выплаты работнику заработной платы установлены статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации, сроки расчета с работником при увольнении регламентированы статьей 140 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, согласно части шестой статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете (часть первая статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации).

Между тем, как установлено ранее, между истцом и ответчиком с ** ** ** по ** ** ** заключались гражданско-правовые договоры возмездного оказания услуг, в связи с чем истцом в суд были заявлены исковые требования о признании этих отношений трудовыми. Одновременно с данными требованиями истцом также были заявлены исковые требования о взыскании с ответчика как с работодателя в его пользу как работника за весь период его работы задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, обязании внести в трудовую книжку запись о приеме на работу и увольнении по собственному желанию, обязании произвести начисление и уплату страховых взносов и передать сведения индивидуального персонифицированного учета с учетом признания отношений трудовыми.

Частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ установлено, что если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (часть вторая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью четвертой статьи 19.1 Трудового кодекса РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей этой статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

В абзаце третьем пункта 24 названного постановления обращено внимание на то, что если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей (часть первая статьи 14 Трудового кодекса РФ).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае признания судом отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми, они подлежат оформлению работодателем в установленном трудовым законодательством порядке, а у истца по такому спору возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место фактически трудовые отношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Следовательно, нормы трудового законодательства, включая нормы, устанавливающие сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в том числе о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, подлежат применению к отношениям, возникшим на основании гражданско-правового договора, только после признания судом таких отношений трудовыми.

Поскольку отношения, возникшие между истцом и ответчиком на основании гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, признаны трудовыми только в судебном порядке, а исковые требования о взыскании заработной платы и других выплат, причитающихся истцу как работнику, были заявлены им одновременно с исковыми требованиями о признании отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, трудовыми, срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании заработной платы и других выплат, причитающихся истцу как работнику, им не пропущен.

В силу статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Статьей 22 Трудового кодекса РФ предусмотрена обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно статье 84.1 Трудового кодекса РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Нормы главы 50 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливают особенности оплаты труда работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, направленные на обеспечение государственных гарантий повышенной по сравнению со всеми остальными категориями работников оплаты труда. Оплата труда, выполняемого в этих районах и местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате (ст.ст. 148, 315, 316 и 317 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьями 316 и 317 Трудового кодекса Российской Федерации размер районного коэффициента и порядок его применения, как и размер процентной надбавки и порядок ее выплаты, должны определяться Правительством Российской Федерации. Но поскольку до настоящего времени соответствующих нормативных правовых актов не принято, районный коэффициент и процентные надбавки продолжают начисляться и выплачиваться в размерах и порядке, ранее установленных законодательством Союза ССР.

Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержден Постановлением Совета Министров СССР от 03.01.1983 №12, которым город Сыктывкар отнесен к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера.

То есть лицам, выполняющим трудовую функцию в городе Сыктывкаре, оплата труда (заработная плата) должна производиться с применением районного коэффициента (20%) и процентной надбавки (50%), установленных для данной местности.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, доводы истца о том, что в спорный период он осуществлял трудовые функции в г. Сыктывкаре, вследствие чего работодатель обязан был начислять ему районный коэффициент в размере 20% и процентную надбавку к заработной плате в размере 50% за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, являются обоснованными, и со стороны ответчика допустимыми доказательствами, с достоверностью свидетельствующими об обратном, не опровергнуты.

Истцом представлен расчет недополученной заработной платы, который составил 1 596 384,48 руб. Ответчиком контррасчет не представлен, как и доказательств уплаты северной надбавки и районного коэффициента.

Проверяя расчет истца, учитывая полученные истцом в спорный период суммы, суд приходит к выводу, что сумма задолженности ответчика перед истцом по выплате северной надбавки и районного коэффициента составляет 1 638 408, 58 руб.:

апрель 2020 года – начислено 35 000 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 450 руб. на руки. 70% 30 450 = 21 315 руб.

май 2020 года – начислено 35 000 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 450 руб. на руки. 70% 30 450 = 21 315 руб.

июнь 2020 года – начислено 34 840 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 310,80 руб. на руки. 70% 30 310,80 = 21 217,56 руб.

июль 2020 года – начислено 34 830 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 302,10 руб. на руки. 70% 30 302,10 = 21 211,47 руб.

август 2020 года – начислено 45 740 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 793,80 руб. на руки. 70% 39 793,80 = 27 855,66 руб.

сентябрь 2020 года – начислено 34 840 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 310,80 руб. на руки. 70% 30 310,80 = 21 217,56 руб.

октябрь 2020 года – начислено 34 830 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 302,10 руб. на руки. 70% 30 302,10 = 21 211,47 руб.

ноябрь 2020 года – начислено 42 950 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 37 366,50 руб. на руки. 70% 37 366,50 = 26 156,55 руб.

декабрь 2020 года – начислено 48 535 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 42 225,45 руб. на руки. 70% 42 225,45 = 29 557,82 руб.

январь 2021 года – начислено 35 000 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 450 руб. на руки. 70% 30 450 = 21 315 руб.

февраль 2021 года – начислено 69 185 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 60 190,95 руб. на руки. 70% 60 190,95 = 42 133,67 руб.

март 2021 года – начислено 34 845 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 315,15 руб. на руки. 70% 30 315,15 = 21 220,61 руб.

апрель 2021 года – начислено 35 000 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 30 450 руб. на руки. 70% 30 450 = 21 315 руб.

май 2021 года – начислено 46 290 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 40 272,30 руб. на руки. 70% 40 272,30 = 28 190,61 руб.

июнь 2021 года – начислено 45 885 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 919,95 руб. на руки. 70% 39 919,95 = 27 943,97 руб.

июль 2021 года – начислено 49 335 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 42 921,45 руб. на руки. 70% 42 921,45 = 30 045,02 руб.

август 2021 года – начислено 29 190 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 25 395,30 руб. на руки. 70% 25 395,30 = 17 776,71 руб.

сентябрь 2021 года – начислено 57 540 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 50 059,80 руб. на руки. 70% 50 059,80 = 35 041,86 руб.

октябрь 2021 года – начислено 44 830 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 002,10 руб. на руки. 70% 39 002,10 = 27 301,47 руб.

ноябрь 2021 года – начислено 60 735 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 52 839,45 руб. на руки. 70% 52 839,45 = 36 987,62 руб.

декабрь 2021 года – начислено 33 625 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 29 253,75 руб. на руки. 70% 29 253,75 = 20 477,63 руб.

январь 2022 года – начислено 86 790 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 75 507,30 руб. на руки. 70% 75 507,30 = 52 855,11 руб.

февраль 2022 года – начислено 54 809 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 47 683,83 руб. на руки. 70% 47 683,83 = 33 378,68 руб.

март 2022 года – начислено 41 668 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 36 251,16 руб. на руки. 70% 36 251,16 = 25 375,81 руб.

апрель 2022 года – начислено 27 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 23 840,61 руб. на руки. 70% 23 840,61 = 16 688,43 руб.

май 2022 года – начислено 28 000 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 24 360 руб. на руки. 70% 24 360 = 17 052 руб.

июнь 2022 года – начислено 41 791 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 36 358,17 руб. на руки. 70% 36 358,17 = 25 450,72 руб.

июль 2022 года – начислено 86 398 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 75 166,26 руб. на руки. 70% 75 166,26 = 52 616,38 руб.

август 2022 года – начислено 27 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 23 840,61 руб. на руки. 70% 23 840,61 = 16 688,43 руб.

сентябрь 2022 года – начислено 27 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 23 840,61 руб. на руки. 70% 23 840,61 = 16 688,43 руб.

октябрь 2022 года – начислено 27 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 23 840,61 руб. на руки. 70% 23 840,61 = 16 688,43 руб.

ноябрь 2022 года – начислено 27 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 23 840,61 руб. на руки. 70% 23 840,61 = 16 688,43 руб.

декабрь 2022 года – начислено 64 237 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 55 886,19 руб. на руки. 70% 55 886,19 = 39 120,33 руб.

январь 2023 года – начислено 27 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 23 840,61 руб. на руки. 70% 23 840,61 = 16 688,43 руб.

февраль 2023 года – начислено 27 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 23 840,61 руб. на руки. 70% 23 840,61 = 16 688,43 руб.

март 2023 года – начислено 105 403 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 91 700,61 руб. на руки. 70% 91 700,61 = 64 190,43 руб.

апрель 2023 года – начислено 101 053 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 87 916,11 руб. на руки. 70% 87 916,11 = 61 541,28 руб.

май 2023 года – начислено 45 380 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 480,60 руб. на руки. 70% 39 480,60 = 27 636,42 руб.

июнь 2023 года – начислено 45 380 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 480,60 руб. на руки. 70% 39 480,60 = 27 636,42 руб.

июль 2023 года – начислено 47 180 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 41 046,60 руб. на руки. 70% 41 046,60 = 28 732,62 руб.

август 2023 года – начислено 45 870 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 906,90 руб. на руки. 70% 39 906,90 = 27 934,83 руб.

сентябрь 2023 года – начислено 45 823 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 866,01 руб. на руки. 70% 39 866,01 = 27 906,21 руб.

октябрь 2023 года – начислено 108 867 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 94 714,29 руб. на руки. 70% 94 714,29 = 66 300 руб.

ноябрь 2023 года – начислено 45 306 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 416,22 руб. на руки. 70% 39 416,22 = 27 591,35 руб.

декабрь 2023 года – начислено 45 977 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 999,99 руб. на руки. 70% 39 999,99 = 27 999,99 руб.

январь 2024 года – начислено 45 683 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 744,21 руб. на руки. 70% 39 744,21 = 27 820,95 руб.

февраль 2024 года – начислено 45 977 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 999,99 руб. на руки. 70% 39 999,99 = 27 999,99 руб.

март 2024 года – начислено 77 063 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 67 044,81 руб. на руки. 70% 67 044,81 = 46 931,37 руб.

апрель 2024 года – начислено 45 977 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 39 999,99 руб. на руки. 70% 39 999,99 = 27 999,99 руб.

май 2024 года – начислено 68 818 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 59 871,66 руб. на руки. 70% 59 871,66 = 41 910,16 руб.

июнь 2024 года – начислено 80 229 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 69 799,23 руб. на руки. 70% 69 799,23 = 48 859,46 руб.

июль 2024 года – начислено 68 918 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 59 958,66 руб. на руки. 70% 59 958,66 = 41 971,06 руб.

август 2024 года – начислено 68 918 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 59 958,66 руб. на руки. 70% 59 958,66 = 41 971,06 руб.

сентябрь 2024 года – начислено 68 965 руб., за вычетом НДФЛ (13%) – 59 999,55 руб. на руки. 70% 59 999,55 = 41 999,69 руб.

Согласно части 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Из Постановления Конституционного Суда РФ от 25.10.2018 № 38-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса РФ в связи с жалобами граждан ФИО3, ФИО4 и других» следует, что положения статьи 9 Конвенции МОТ № 132, а также положения части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса РФ, ни сами по себе, ни во взаимосвязи с иными нормами не затрагивают право работника на получение денежной компенсации за все неиспользованные отпуска при увольнении, в том числе в случаях, когда положенные работнику отпуска или их часть не были предоставлены в пределах срока использования, при условии обращения гражданина в суд в пределах установленного законом срока.

Согласно статье 321 Трудового кодекса Российской Федерации кроме установленных законодательством ежегодных основного оплачиваемого отпуска и дополнительных оплачиваемых отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в районах Крайнего Севера, предоставляются дополнительные оплачиваемые отпуска продолжительностью 24 календарных дня, а лицам, работающим в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - 16 календарных дней.

В силу пункта 35 Правил об очередных и дополнительных отпусках (утв. НКТ СССР 30.04.1930 № 169, в ред. от 20.04.2010) при исчислении сроков работы, дающих право на компенсацию за отпуск при увольнении, излишки, составляющие менее половины месяца, исключаются из подсчета, а излишки, составляющие не менее половины месяца, округляются до полного месяца.

Как следует из пояснений истца, за весь спорный период с ** ** ** по ** ** ** отпуск ему не предоставлялся, что ответчиком также не оспаривалось.

Таким образом, с учетом фактически отработанного и заявленного истцом периода компенсации подлежат 198 дней отпуска: с ** ** ** по ** ** ** – 44 дня, с ** ** ** по ** ** ** – 44 дня, с ** ** ** по ** ** ** – 44 дня, с ** ** ** по ** ** ** – 44 дня, с ** ** ** по ** ** ** – 22 дня (44 всего : 12 месяцев в году * 6 месяцев отработано).

Для расчета полагающейся компенсации за неиспользованный отпуск необходимо умножить полученное количество неиспользованных дней отпуска на средний дневной заработок.

В силу статьи 137 Трудового кодекса РФ средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Сумма начисленной истцу заработной платы за период с октября 2023 года по сентябрь 2024 года (последние 12 календарных месяцев) составляет 770 698 руб. (до вычета налога).

С учетом удовлетворения требований истца о выплате северной надбавки и районного коэффициента сумма подлежащей начислению заработной платы составляет 1 310 186,60 руб. /770 698 + 70%(770698)/.

Соответственно, средний дневной заработок составляет 3 726,36 руб. /1 310 186,60 руб. : 12 месяцев х 29,3/.

Сумма компенсации за неиспользованный отпуск составит 737 819,28 руб. /198 х 3 726,36/.

С ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в размере 737 819,28 руб.

В соответствии с п. 1 ч.1 ст. 419 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками страховых взносов признаются следующие лица, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования: в частности, лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам: организации; индивидуальные предприниматели; физические лица, не являющиеся индивидуальными предпринимателями.

Согласно ст. 420 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса): в рамках трудовых отношений (в том числе вознаграждения в пользу членов совета многоквартирного дома, включая председателя совета многоквартирного дома, избранных собственниками помещений в многоквартирном доме в соответствии с положениями Жилищного кодекса Российской Федерации, начисляемые уполномоченной управляющей организацией на основании решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме); по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.

Принимая во внимание, что судом установлен факт трудовых правоотношений сторон, соответственно, на ответчика следует возложить обязанность произвести начисление и уплату страховых взносов и передать сведения индивидуального персонифицированного учета с учетом признания отношений трудовыми.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на компенсацию морального вреда, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В ходе рассмотрения дела подтвержден факт нарушения трудовых прав истца, выраженный в не оформлении трудовых отношений, а также в неполной выплате заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает обстоятельства дела, степень вины работодателя, характер нарушенных трудовых прав истца и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, период нарушения прав истца (четыре с половиной года), размер удовлетворенных исковых требований, требования разумности и справедливости, и полагает возможным определить к взысканию с ответчика в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей, считая указанную сумму разумной и справедливой.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 39 062,28 руб.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

Исковые требования ФИО1 (...) к ООО «Гифт» (ИНН <***>) удовлетворить.

Признать отношения между ООО «Гифт» и ФИО1 в период с ** ** ** по ** ** ** трудовыми.

Обязать ООО «Гифт» внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу ** ** ** на должность «территориальный менеджер» и увольнении по собственному желанию ** ** **.

Взыскать с ООО «Гифт» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в виде районного коэффициента и северной надбавки в размере 1 638 408 рублей 58 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 737 819 рублей 28 копеек, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Обязать ООО «Гифт» произвести начисление и уплату страховых взносов и передать сведения индивидуального персонифицированного учета с учетом признания отношений трудовыми.

Взыскать с ООО «Гифт» государственную пошлину в доход бюджета в размере 39 062 рубля 28 копеек.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 25.04.2025.

Председательствующий А.А. Докукина