Дело №2-666/2025

РЕШЕНИЕ

21 июля 2025 года г.Владикавказ

Промышленный районный суд г.Владикавказа РСО – Алания в составе:

председательствующего судьи Арбиевой И.Р.

при секретаре судебного заседания Хубаевой А.Т.

с участием истца ФИО4, его представителя ФИО7,

ответчиков ФИО5 и ФИО6, их представителя ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 и ФИО6 о признании завещания недействительным,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 и ФИО6 о признании недействительным завещания, удостоверенного нотариусом Владикавказского нотариального округа РСО – Алания ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ, от имени ФИО2 в пользу ФИО5 и ФИО6.

В обоснование заявленных требований, с учетом изменения основания иска, истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его сестра ФИО2. После ее смерти открылось наследство, состоящее из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Будучи ее родным братом, он является единственным наследником второй очереди на основании наследования по закону. После смерти наследодателя, ему стало известно, что якобы ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Владикавказского нотариального округа РСО – Алания ФИО14 от имени ФИО2 было составлено завещание, по которому все имущество ФИО2 завещано ФИО5 и ФИО3 Считает, что на момент подписания завещания в 1998 году у ФИО2 имелись признаки психического заболевания.

Так, в архиве ФИО2 после ее смерти, истцом были обнаружены материалы уголовного дела в порядке частного обвинения по заявлению ФИО2 в отношении ФИО15 о совершении им преступления, предусмотренного ст.116 УК РФ, а именно:

- ходатайство ФИО15 о назначении судебно-психиатрической экспертизы ФИО2;

- постановление мирового судьи судебного участка №22 Промышленного МО г.Владикавказ РСО – Алания ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ о назначении по делу судебно-психиатрической экспертизы ФИО2;

- постановление мирового судьи судебного участка №22 Промышленного МО г.Владикавказ РСО – Алания ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела частного обвинения в связи с отказом частного обвинителя от обвинения (невозможность проведения судебно-психиатрической экспертизы из-за отказа частного обвинителя ФИО2). Как усматривается из данного постановления, допрошенные в судебном заседании свидетели – преподаватели средней школы № <адрес> Свидетель №5 и ФИО17 показали, что они наблюдали психическое нездоровье преподавателя ФИО2, со стороны родителей поступали замечания, они просили убрать ФИО2 из класса, по работе ей нельзя было делать замечания, поскольку она всегда оскорбляла коллег;

- постановление судьи Промышленного районного суда г.Владикавказ РСО – Алания ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ об оставлении постановления мирового судьи ФИО16 без изменения, апелляционной жалобы ФИО19 – без удовлетворения.

Вышеприведенные документы позволяют сделать вывод о том, что ФИО2 во избежание проведения в отношении нее судебно-психиатрической экспертизы и последующего возможного вывода об ее психическом нездоровье, не желая этого, отказалась от частного обвинения ФИО15

Среди личных бумаг ФИО2 истцом было обнаружено ее заявление на имя главного врача (без указания учреждения и без даты), из которого усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ врач Республиканского психоневрологического диспансера РСО – Алания ФИО10 посещала ФИО2 на дому для проведения психиатрического освидетельствования.

Истец ФИО4 и его представитель ФИО7, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности <адрес>2 в судебном заседании исковые требования и доводы в их обоснование поддержали в полном объеме, просили иск удовлетворить.

В судебное заседание ответчики ФИО5 и ФИО6 не явились, о причинах неявки суду не сообщили, о рассмотрении дела были извещены надлежащим образом. В состоявшемся ранее судебном заседании ответчик ФИО5 исковые требования не признала, просила в иске отказать. Пояснила, что ФИО2 была ее тетей и учителем английского языка, в школе №, где она училась. Отец ФИО5 был директором школы № и взял ФИО2 на работу. Когда было составлено завещание, ей было 14 лет, а ее сестре ФИО6 10 лет. О завещании ранее они ничего не знали, а узнали только после смерти ФИО2 от истца ФИО4. После окончания школы с ФИО2 они не общались.

В судебном заседании представитель ФИО5 и ФИО6 ФИО1 исковые требования истца не признала, просила, в иске отказать.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус Владикавказского нотариального округа РСО – Алания ФИО21 и представитель Нотариальной палаты РСО – Алания в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения дела. Ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие.

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, суд считает, исковые требования ФИО4 к ФИО5 и ФИО6 о признании завещания недействительным, подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Материалами дела, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Владикавказского нотариального округа РСО – Алания ФИО14 было удостоверено завещание ФИО2, по которому все имущество ФИО2 завещано ФИО5 и ФИО3 в равных долях.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО2. После ее смерти открылось наследство, состоящее из двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Истец ФИО4 является родным братом ФИО2 и ее наследником по закону второй очереди.

Доводы истца ФИО4 о том, в период составления завещания ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, нашли свое подтверждение в судебном заседании.

В частности, показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5

Так, свидетель Свидетель №2 показал в суде, что ФИО2 являлась его двоюродной сестрой. Она к себе никого не пускала, говорила, что вызовет полицию. Даже когда встречались в городе, ФИО9 не подпускала к себе.

Свидетель Свидетель №3 показала в суде, что она являлась соседкой ФИО2 ФИО9 была прямолинейная, упрямая. После смерти матери ФИО2 в феврале 1997 года характер ФИО9 поменялся, стал неуживчивым, она стала гораздо меньше общаться, стала обидчивой, злопамятной, совсем замкнутой. У нее стали проявляться раздражительность и агрессивность, она подралась с директором школы, где работала. У нее были напряженные отношения с братом, по ее словам, тот сделал выбор своей супруги, не согласовав с матерью и с ней. Свидетель №3 ФИО2 не понимала. ФИО9 имела склонность к жалобам, писала в различные инстанции, всегда была одна.

Свидетель Свидетель №4 показала в суде, что она являлась соседкой ФИО2 ФИО9 проживала с матерью, при этом вела себя грубо. Были периоды, когда из ее квартиры доносились крики, ФИО9 ругалась с матерью, доносился ее истерический смех. В разговорах с соседями ФИО9 вела себя вызывающе, также отмечался истерический смех. ФИО9 тогда работала в школе. После смерти матери ее характер поменялся в худшую сторону. Она стала безосновательно жаловаться на соседей, что те пачкают ее белье, в коридоре стоит чужая мебель, вызывала сотрудников полиции. В школе, где работала, устраивала скандалы. У нее были «сдвиги» в поведении, соседи ее воспринимали как больного человека, жалели ее, оказывали внимание, но ФИО9 это не понимала. Она никому не открывала дверь. Если заходила к соседям, то при себе имела газету, которую стелила на стул, перед тем как сесть. Пол в коридоре мыла с белизной, если кто-то прикасался к ее сушащемуся белью, сразу был скандал.

Свидетель Свидетель №5 показала в суде, что когда она пришла на работу в среднюю школу № <адрес>, в 1992 году, ФИО2 работала преподавателем английского языка. ФИО9 была закрытым человеком, с определенным сложным характером, жесткая. Жалоб на нее не было, но родители приходили по ее поводу. У нее имела место конфликтная ситуация с директором школы, она слышала громкий разговор за закрытыми дверями, шум в коридоре.

Показания свидетелей логичны, непротиворечивы, дополняют друг друга и объективно подтверждаются письменными доказательствами по делу, в том числе заключением проведенной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Поскольку в качестве основания для признания оспариваемого завещания недействительным истец ссылался на то, что в момент составления завещания ФИО2 страдала психическим заболеванием, которое лишало ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими, на основании части 1 статьи 79 ГПК РФ, определением суда от 3 апреля 2025 года была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Республиканская психиатрическая больница» Министерства здравоохранения РСО – Алания.

Согласно заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 при жизни страдала хроническим психическим расстройством в форме щизотипического расстройства (F-21 по международной классификации болезней-10). На это указывают материалы гражданского дела об отмечавшихся на протяжении жизни ФИО2, в особенности с 1997 года (после смерти матери), таких психических нарушений как замкнутость, социальная отгороженность, эмоциональная холодность, подозрительность, психопатоподобные проявления с агрессивными действиями, чудаковатость поведения, социальная дезадаптация с нетрудоспособностью, что привело к необходимости назначения судебно-психиатрической экспертизы в 2004 году, психиатрического освидетельствования в 2009 году, сутяжничество, амбивалентность воли, расстройства мышления в виде паралогичности, витиеватости, гипердетализации, некритичности, бредподобные идеи недоброжелательного отношения, ущерба, преследования, совершения с ней насилия, что особенно выявляется в письменной продукции ФИО2 По данным научной литературы лица, страдающие хроническим психическим расстройством в форме шизотипического расстройства, при наличии выраженных психопатоподобных нарушений, социальной дезадаптации, расстройств мышления, квази-психотических эпизодах с бредоподобными идеями, приоритетно признаются несделкоспособными. Как страдающая шизотипическим расстройством в юридически значимый период, во время составления завещания ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 ввиду расстройства мышления с паралогией, некритичностью, нарушений прогностических способностей не могла понимать характер своих действий и руководить ими.

В соответствии с частью 3 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного Кодекса.

Суд оценивает экспертное заключение с точки рения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдение процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Суд принимает в качестве доказательства заключение посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, поскольку данное экспертной заключение выполнено на научной основе, о чем содержатся ссылки в самом заключении, по правилам, установленным статьями 85 и 86 ГПК РФ, а также в соответствии с Федеральным законом от 31.05.2001г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты, проводившие исследование, предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ.

В силу положений статей 14 и 21 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» руководитель учреждения по получении определения о назначении судебной экспертизы обязан поручить ее производство комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы, а эксперты в силу статьи 16 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» обязаны провести полное исследование представленных материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ними вопросам. В соответствии со статьей 8 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследование объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Представленное в материалах дела заключение комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № в полной мере отвечает требованиям вышеприведенных норм закона, является мотивированным, представляет собой полные и последовательные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, неясности отсутствуют. Заключение выполнено экспертами, имеющими соответствующие образование и стаж работы, необходимые для производства данного вида экспертиз, предупрежденными об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ, вследствие чего оснований не доверять указанному заключению у суда не имеется.

Доводы стороны ответчика о том, что эксперты, проводившие посмертную экспертизу, могут существенным образом заблуждаться, что приводит их к ошибочным выводам, признаются судом необоснованными, так как экспертами в полном объеме были исследованы материалы гражданского дела, в том числе документы и собственноручно выполненные многочисленные заявления в различные инстанции ФИО2 и ее медицинские документы. Экспертиза является полной и понятной. Довод стороны ответчика о необходимости ее разъяснения – голословным, надуманным, ничем объективно не подтвержденным.

При назначении экспертизы возражений против выбора экспертного учреждения со стороны ответчика не поступало, отводы экспертам не заявлялись.

Каких-либо доказательств, которые не были исследованы экспертами, проводившими посмертную комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу, сторона ответчика не представила. Достоверность выводов посмертной экспертизы стороной ответчика не опровергнута, а доводы его представителя в данной части носят общий и формальный характер.

При указанных обстоятельствах отсутствуют основания для проведения повторных экспертиз с целью проверки порока воли наследодателя, а также вызова судебных экспертов.

Оценив все установленные обстоятельства дела, пояснения сторон, показания свидетелей, исследовав заключение посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, суд приходит к выводу о том, что указанные доказательства как в отдельности, так и в своей совокупности подтверждают, что на момент составления завещания ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 как страдающая шизотипическим расстройством ввиду расстройства мышления с паралогией, некритичностью, нарушений прогностических способностей не могла понимать характер своих действий и руководить ими. Что в силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для признания судом недействительным оспариваемого завещания.

В связи с чем, исковые требования ФИО4 о признании завещания недействительным, являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 к ФИО5 и ФИО6 (ФИО26) ФИО8 о признании завещания недействительным, удовлетворить.

Признать недействительным завещание ФИО2, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Владикавказского нотариального округа РСО – Алания ФИО14, по которому все имущество ФИО2 завещано ФИО5 и ФИО26 ФИО8 в равных долях.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд РСО – Алания в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Промышленный районный суд города Владикавказа РСО – Алания.

Решение суда в окончательной форме изготовлено «28 июля» 2025 года.

Судья: И.Р. Арбиева