Дело №2-4009/2025
74RS0031-01-2025-006657-59
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
04 декабря 2025 года г. Магнитогорск
Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего судьи: Рябко С.И.
при секретаре судебного заседания: Анопко А.С.
с участием помощника прокурора: Негамедчановой Ж.С.,
в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Сельта» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, уточняя исковые требования, обратилась с исковыми требованиями к ООО «Сельта» о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба в связи с причинением вреда здоровью. В обоснование заявленных требований указывает, что 01 августа 2025 года на территории разгрузочной зоны магазина «Магнит», расположенного по адресу <адрес обезличен> проводились разгрузочные работы из грузового автомобиля с фирменной символикой «Магнит» с регистрационным знаком <номер обезличен>, работы выполнял водитель ФИО2 При разгрузке автомобиля водитель открыл двустворчатые двери прицепа автомобиля, и не закрепил их в открытом положении с помощью фиксаторов, не проверил их устойчивость. Из-за отсутствия фиксации дверей, при сильном порыве ветра дверь неожиданно захлопнулась и ударила истца по голове. Истец не мешала разгрузке, не чувствовала опасности, и риска для себя. Удар дверью был сильным и неожиданным, после чего истец испытала физическую боль, сильное головокружение и тошноту, установлен диагноз сотрясение головного мозга, дополнительно зафиксирован диагноз <данные изъяты>. Истец прошла консультации врачей, в результате обследования выявлены <данные изъяты> На консультацию врача истцом было затрачено 2 500 рублей. Истец считает, что ей причинен вред здоровью, который подтверждается медицинскими документами, повреждение здоровья сопровождается серьезными переживаниями, страданиям, с учетом того, что ответчик не предпринял никаких мер для оказания помощи истцу, не интересовался ее состоянием здоровья, бездействие еще больше усилило переживания истца. Свои страдания истец оценила материально в размере 100 000 рублей, которые просит взыскать с ответчика, а также сумму понесенных материальных убытков в размере 2 500 рублей, расходы на оплату услуг юриста в размере 10 000 рублей (л.д.3-9,109-114).
В судебном заседании истец ФИО1 пояснила о том, что она 01 августа 2025 года села позвонить, между грузовым выходом магазина «Магнит». Резко открылась дверь грузового фургона, и ударила ей по голове. Она схватилась за голову, заплакала, зашла в магазин «Красное белое». Сотрудники магазина вызвали такси, и она поехала домой. Было плохо, болела и кружилась голова, была дезориентация. Вечером стало хуже, тошнило, кружилась голова, вызвала «скорую» в 22:05-22:10 часов. Отказалась госпитализироваться, потому что могла лечиться дома, фельдшер прописал лекарства. На следующий день взяла талон к терапевту, который в последующем направил ее к неврологу, поставили диагноз сотрясение головного мозга. Невролог направил к офтальмологу. К офтальмологу в поликлинике не смогла попасть, пошла платно на консультацию. Врач сказал, что от удара сдвиг позвонка пошел, поэтому и зрение упало. Врачу говорила, что ранее было все хорошо со зрением, он сказал, что такое бывает. Пока, более никуда не обращалась. К ответчику обращалась, через неделю написала в чат поддержки, но никто не связывался. Ответчик жалобу игнорировал. Такая сумма заявлена, потому что истец намерена сделать операцию на глаза, очки носить не хочет. Травма влияет на ее работу, стала плохо видеть, может ошибиться по работе, которая связана с документами. Степень вреда здоровью не устанавливалась. Извинений никаких не было, даже от водителя. Переживает до сих пор. В своем письменном возражении на отзыв ответчика указала также о том, что сумма компенсации морального вреда, определенная в размере 100 000 рублей соответствует разумности, не является завышенной, поскольку сам факт причинения вреда ответчиком не оспаривается, вред, который причинен истцу, причинен источником повышенной опасности и подлежит возмещению. Истец настаивает на том, что водитель автомобиля не предпринял мер, чтобы обеспечить безопасность разгрузки товара в магазине, не зафиксировал двери грузового автомобиля. На доводы ответчика о неправомерности заявления расходов на лечение, истец указала, что возможности обратиться за бесплатной медицинской помощью у нее не было; судебные расходы истца подтверждаются договором об оказании услуг, и данные услуги являлись необходимыми для истца, поскольку она не обладает специальными юридическими познаниями, в отличие от организации ответчика, в котором имеется штат юристов. На основании изложенного, просила требования удовлетворить в полном объеме (л.д.145-147).
В судебном заседании представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности от 20 мая 2025 года (л.д.137) возражала об удовлетворении исковых требований. Пояснила, что водитель транспортного средства обеспечил безопасность разгрузки товара, при этом истец сама повела себя не предусмотрительно, находилась в небезопасной зоне разгрузки товара. Поддерживала письменные возражения на исковое заявление, в которых указано, что размер заявленного истцом морального вреда значительно завышен и не соответствует реальным обстоятельствам дела, степень вины водителя ООО «Сельта» не характеризуется как прямой умысел причинения вреда истцу. В момент происшествия истец сама повела себя халатно, должна была учитывать очевидный риск нахождения рядом с крупногабаритным грузом. Сама травма истца не привела к длительным негативным последствиям. Доводы истца о том, что ей не оказывалась помощь опровергается видеозаписью момента происшествия, на которой видно, что после удара истца между ФИО1 и водителем состоялся разговор. Считали, что размер компенсации не может превышать 20 000 рублей. Требования о взыскании расходов на консультацию офтальмолога также не подлежат удовлетворению, поскольку истец имела возможность получить такую медицинскую помощь бесплатно в поликлинике по месту жительства. Требования о взыскании с ответчика судебных расходов по составлению искового заявления также являются завышенными, не соответствующими разумности, и подлежат снижению до 3000-4000 рублей (л.д.140-144).
В своем заключении помощник прокурора Негамедчанова Ж.С. указала о том, что исковые требования подлежат удовлетворению, однако сумма, подлежащая взысканию, размер компенсации морального вреда должна остаться за судом.
Представитель третьего лица АО «Тандер» в судебном заседании участия не принимал, извещен надлежащим образом, ранее представитель давал пояснения о том, что ответственность за причинение вреда истцу лежит на собственнике транспортного средства ООО «Сельта», а не на собственнике магазина «Магнит» (АО «Тандер») (л.д.149).
Представитель третьего лица ООО СК «Сбербанк Страхование» участия в судебном заседании не принимал, извещен надлежащим образом (л.д.150).
В судебном заседании третье лицо ФИО2 участия не принимал, извещен надлежащим образом (л.д.152).
Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области, а также принимая во внимание, что задачами гражданского судопроизводства являются не только правильное, но и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел, на что прямо указано в статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.
Выслушав мнения сторон, заключение помощника прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, медицинскую документацию, суд приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина или юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 11 Постановления от 26 января 2010 г. "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из этого следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями (бездействием) и нанесенным ущербом).
Основания компенсации морального вреда предусмотрены ст. ст. 1099, 1100 ГК РФ.
В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено, что в Челябинской области в <адрес обезличен> располагается нежилое помещение, арендованное АО «Тандер» у ООО «Олимп» на основании договора аренды от 08 сентября 2016 года, срок предоставления аренды, срок заключения договора 10 лет (л.д.63-69), по данному адресу и в данном нежилом помещении располагается фирменный продовольственный магазин «Магнит» (л.д.155).
01 августа 2025 года вблизи магазина «Магнит» в зоне разгрузки происходила разгрузка товара из грузового автомобиля Ситрак (государственный регистрационный знак (<номер обезличен>), водителем был ФИО2
В материалы дела представлен трудовой договор от 26 декабря 2018 года, заключенный между ООО «Сельта» и ФИО2, который был принят на работу в ООО «Сельта» на должность водителя-экспедитора в подразделение Автоколонна, согласно трудового договора работник принял на себя обязательства добросовестно исполнять трудовые обязанности (л.д.72-74).
Представлена должностная инструкция водителя экспедитора автоколонны, согласно которой в обязанности работника по такой должности входит контроль правильности загрузки товара, осуществлять контроль крепления последнего ряда транспортных тележек в фургоне транспортного средства (п.10 инструкции) (л.д.75-76). Сведений о том, входит ли в обязанности водителя разгрузка товара, должностная инструкция не содержит.
Как указывает истец, 01 августа 2025 года в момент разгрузки товара из грузового автомобиля Ситрак (государственный регистрационный знак (<номер обезличен>) водитель ФИО2 не обеспечил безопасность, не зафиксировал двери рефрижератора, и порывом ветра одна из створок двери захлопнулась, ударив по голове ФИО1, которая в этот момент находилась рядом с зоной разгрузки, разговаривала по телефону.
Со слов истца, сразу после случившегося, она потеряла ориентацию, побежала в магазин, расположенный рядом, в котором сама работает, сотрудники помогли ей, сопроводили до дома.
Данные обстоятельства не опровергаются сторонами, подтверждаются видеозаписью случившегося события, на котором запечатлен процесс разгрузки товара и одномоментный удар истца ФИО1 створкой двери грузового рефрижератора в область головы.
Вечером того же числа ФИО1 стало плохо, вызвали скорую помощь, от госпитализации отказалась, но чувствовать лучше себя не стала, обратилась к лечащему врачу.
Из медицинской карты ФИО1 следует, что она посещала врача 04 августа 2025 года, из протокола осмотра врача следует, что слов ФИО1 01 августа 2025 года получила удар дверью от фуры по голове. Дальнейшие события плохо помнит – очнулась дома, появилось головокружение, тошнота, рвота, смазанность зрения. Диагноз: <данные изъяты>, даны рекомендации по лечению, в том числе консультация окулиста, наряду с принятием лекарственных препаратов (л.д.100). Более из медицинской карты не следует сведений об обращениях ФИО1 за получением медицинской помощи в рамках полученной травмы.
По рекомендации лечащего специалиста ФИО1 обратилась в платную медицинскую организацию на прием к окулисту, стоимость приема составила 2 500 рублей, о чем в материалы дела представлен договор и чек (л.д.54,55).
Исследовав представленные в материалы доказательства в порядке, предусмотренном ст. 67 ГПК РФ, суд принимает указанные доказательства в качестве доказательства обстоятельств произошедшего несчастного случая с ФИО1 Истцом в судебном заседании представлены доказательства, подтверждающие факт причинения вреда здоровью в указанный период, а именно 01 августа 2025 года и по указанному истцом адресу. Ответчиком факт получения травмы истцом не оспаривался, доказательств, опровергающих обстоятельства, указанные истцом, не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что факт причинения вреда истцу является доказанным.
Из представленных материалов усматривается, что истцом предъявлены требования о возмещении вреда здоровью в порядке ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Пленума от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по смыслу указанной нормы в предмет доказывания по данному делу входит совокупность следующих условий: факт причинения вреда потерпевшему, причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникшим вредом, объем причиненного вреда, вина причинителя вреда. При этом, установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший в свою очередь представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При таких обстоятельствах, возложение обязанности по доказыванию факта причинения вреда при указанных истцом обстоятельствах в полной мере соответствует принципам гражданского процессуального законодательства в части распределения бремени доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение при рассмотрении спора.
В соответствии с п.п.12 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом при установлении факта причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию.
Согласно ст. 151 ГК РФ моральный вред это физические и нравственные страдания, причиненные виновным действием (бездействием).
Таким образом, указанные правовые нормы одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда определяют вину причинителя.
В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях.
Таким образом, в гражданско-правовых отношениях под осуществлением деятельности граждан и юридических лиц, связанной с повышенной опасностью, понимается работа производства, предприятия, управление транспортными средствами и тому подобная деятельность, связанная с высокой вероятностью причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека.
Разрешая при изложенных обстоятельствах спор, оценив по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ представленные в дело доказательства в их совокупности, в том числе показания свидетелей, доводы и возражения сторон, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении вреда здоровью истца и удовлетворении требований ФИО1 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате травмы от 01 августа 2025 года.
Разрешая вопрос об объеме причиненных в результате действий (бездействия) причиненного вреда, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что в результате падения истец получила вред здоровью, в виде получения <данные изъяты>.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает длительность лечения и реабилитации истца ФИО1, что лечение истца было непродолжительным, на больничном истец находилась 5 дней, суд учитывает моральные и нравственные страдания истца, выразившиеся в причинении боли, тяжести от полученных травм. Суд соглашается с доводами истца о том, что в результате несчастного случая она испытала нравственные страдания (переживания), боль, чувство страха. Данные доводы также основаны на личных переживаниях. При этом, суд учитывает степень вины и самой истицы, которая достоверно знала о том, что находится в зоне разгрузки грузового транспортного средства, из которого выгружались тележки значительной массы, истец при этом не выполняла трудовые функции, не исполняла какие-либо обязательства, с ее слов, просто вышла на улицу, разговаривала по телефону, как опять же таки сама поясняла, в данном здании находились несколько магазинов, о которых достоверно было известно истцу, поскольку она также работает в данной отрасли и также на ее глазах неоднократно происходила разгрузка товаров, и в данном случае истец не озаботилась о том, чтобы отойти от места разгрузки и разговаривать по телефону в другом месте. Исходя из характера причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, отсутствия сведений о добровольном предоставлении ФИО1 компенсации морального вреда, как в денежной, так и в иной форме, и исходя из того факта, что представители торговой сети «Магнит» игнорировали подачу жалоб истца на случившееся с ней происшествие, отсутствие извинений и оказание какой-либо помощи истцу, исходя из требований разумности и справедливости, конкретных обстоятельств дела, суд полагает возможным взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей.
Сведений о тяжелом материальном положении ответчика, позволяющем учесть это при определении размера компенсации морального вреда, суду не представлено.
Разрешая довод стороны ответчика о том, что истец вправе получить страховую выплату от ООО СК «Сбербанк Страхование», с которой у ответчика заключен договор на страхование, суд указывает на то, что страховые выплаты, произведенные в рамках Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, в силу подпункта "б" пункта 2 статьи 6 данного федерального закона, которым наступление гражданской ответственности вследствие причинения владельцем транспортного средства морального вреда не отнесено к страховому риску по обязательному страхованию, не учитываются при определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу потерпевшего с владельца источника повышенной опасности, участвовавшего в происшествии.
Следовательно, даже в случае получения истцом выплаты от страховой компании за причиненный случай, данная сумма не могла бы быть учтена судом, при определении компенсации морального вреда.
Истцом заявлены требования о компенсации затрат на лечение (посещение врача окулиста) на общую сумму 2 500 рублей.
В обоснование заявленных требований представлен договор и чек на указанную сумму (л.д.54).
Согласно п.1 ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
Из данной нормы следует, что при решении вопроса о компенсации дополнительно понесенных расходов на лечение, приобретение лекарств и медицинских препаратов, обстоятельством, подлежащим доказыванию, является наличие причинно-следственной связи между полученной травмой и полученными медицинскими услугами, нуждаемость в данных медицинских услугах, а также отсутствие права на их бесплатное получение.
Указанная правовая позиция согласуется с пп.«б» п.27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» в котором указано, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.
Таким образом, возмещение расходов на лечение должно производиться при наличии совокупности ряда условий: нуждаемости потерпевшего в определенном виде помощи и лечения, отсутствии права на их бесплатное получение (независимо от реализации этого права), реальное несение расходов.
При этом все эти условия должны быть подтверждены достоверными и допустимыми доказательствами.
Согласно Конституции Российской Федерации медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).
Статьей 5 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», установлено, что доступность и качество медицинской помощи обеспечивается предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.
В силу требований ст. ст. 12, 56, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно истец должен представить суду относимые, допустимые и достоверные доказательства наличие причинно-следственной связи между полученной травмой и полученными медицинскими услугами, нуждаемости в определенном виде помощи и лечения, отсутствии права на их бесплатное получение (независимо от реализации этого права), реальное несение расходов.
Данное посещение врача окулиста было осуществлено истцом ФИО1 по рекомендации лечащего врача, в связи с ее жалобами на ухудшение состояния зрения.
Таким образом, с учетом рекомендаций врача, указанных в медицинской документации, протоколе осмотра лечащего врача, а также положений ст. 1085 ГК РФ, суд приходит к выводу, что взысканию подлежит сумма в размере 2 500 рублей, затраченная на посещение врача окулиста.
Истицей ФИО1 было заявлено о взыскании с ответчика расходов на оплату судебных издержек в размере 10 000 рублей.
На основании ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Суд приходит к выводу о том, что расходы по составлению искового заявления являлись необходимыми для реализации права истца на обращение в суд, следовательно, они подлежат взысканию. Согласно квитанции от 09 сентября 2025 года, сумма за составление искового заявления о компенсации морального вреда составила 10 000 рублей (л.д.26), указанная сумма оплачена ФИО1, и следовательно подлежит взысканию в ее пользу, однако подлежит снижению исходя из принципа разумности до 5 000 рублей.
По искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением, государственная пошлина истцом не уплачивается (пп. 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).
Если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, она взыскивается с ответчика в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины (ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации).
Сумма государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в таком случае составит 7 000 рублей, по требованиям материального и нематериального характера.
Руководствуясь ст. ст. 103, 194 -198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 обществу с ограниченной ответственностью «Сельта» о взыскании компенсации морального вреда, убытков, судебных расходов, удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сельта» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<дата обезличена> года рождения, паспорт серии <номер обезличен> №<номер обезличен>) в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей, расходы на медицинское обследование в размере 2 500 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 5 000 рублей.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сельта» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 7 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.
Председательствующий:
Мотивированное решение изготовлено 18 декабря 2025 года.
Председательствующий: