Решение по делу № 2-2334/2025 от 03.03.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 марта 2025 года город Нижний Новгород

Автозаводский районный суд г. Нижний Новгород в составе председательствующего судьи Мороковой Е.О.,

с участием представителя истца прокурора Автозаводского района г.Н.Новгорода – ст.помощник прокурора Костюк Е.А., истца ФИО1, представителя ответчика ПАО «ГАЗ» - ФИО2

при секретаре судебного заседания Антоновой Ю.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Автозаводского района г.Н.Новгорода, действующего в интересах ФИО1, к ПАО «ГАЗ» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Автозаводского района г.Н.Новгорода обратился в суд в интересах ФИО1 с иском к ответчику ПАО «ГАЗ» о компенсации морального вреда, указывая, что ФИО1 работал на предприятии ответчика в литейном цеху [Номер] на обрубном участке в период с 30.01.1995г. по 31.05.2021г. В результате воздействия неблагоприятных факторов у истца возникли профессиональные заболевания – [ ... ]. Факт получения профессиональных заболеваний в период работы в ПАО «ГАЗ» подтверждается актами о случае профессионального заболевания от 12.05.2016г. [Номер], от 23.11.2018г. [Номер], от 23.11.2018г. [Номер].

Согласно акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 12.05.2016г. (п.18) профессиональное заболевание [ ... ] возникло в результате длительного воздействия на организм истца вредных производственных факторов: эквивалентный корректированный уровень виброускорения на рабочем месте обрубщика литейного цеха [Номер] составляет 126-130 дб, при предельно допустимом уровне 126 дб (превышение на 4 дб). В пункте 21 акта указано, что лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ПАО «ГАЗ», п.2.8 СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», вины истца в получении профессионального заболевания не установлено, кроме того, указано, что истец при работе использовал рукавицы комбинированные.

Согласно акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 23.11.2018г. (п.18) профессиональное заболевание [ ... ] возникло в результате воздействия на организм истца кремнеземсодержащей пыли, среднесменные концентрации которой на рабочем месте обрубщика литейного цеха [Номер] составляли: 2,5 – 12,0 мг/м?, при ПДК – 6,2 мг/м? (превышение в 1,25 – 6 раз). В пункте 21 акта указано, что лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ПАО «ГАЗ», п.2.8 СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», вины истца в получении профессионального заболевания не установлено, кроме того, указано, что истец при работе использовал респиратор ШБ-1 «Лепесток».

Согласно акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 23.11.2018г. (п.18) профессиональное заболевание «[ ... ] возникло в результате воздействия на организм истца шума производственного, уровни которого превышали ПДУ и составляли: эквивалентный уровень звука на рабочем месте обрубщика с 2001 года по 2015 год составлял 86-105 дБА (превышение ПДУ на 6-15 дБА). В пункте 21 акта указано, что лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ПАО «ГАЗ», п.2.8 СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», вины истца в получении профессионального заболевания не установлено, кроме того, указано, что истец при работе использовал беруши.

Профессиональные заболевания причиняют истцу физические и нравственные страдания и значительно ухудшают качество жизни. В настоящее время истца сопровождает чувство нехватки воздуха, иногда беспокоят приступы удушья, постоянный шум в ушах, снижен слух, частые головокружения, ломота во всем теле, ограничения в движениях, в связи с чем он не может спать, а днем чувствует себя без сил, быстро утомляется. Одним из последствий является одышка, которая возникает при любой физической нагрузке. Истцу приходится проходить лечение в НИИ гигиены и профпаталогии. Согласно программе реабилитации, ему показано санаторно-курортное лечение болезни [ ... ]. ФИО1 является пенсионером и с [ДД.ММ.ГГГГ] года не работает, активно лечится, курсами пьет таблетки, делает уколы, наблюдается у врачей. После установления профессионального заболевания истец недолго проработал на заводе и в 2021 году уволился по собственному желанию. Истец просит суд взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца прокурора Автозаводского района г.Н.Новгорода – ст.помощник прокурора Костюк Е.А., истец ФИО1 иск поддержали.

Представитель ответчика ПАО «ГАЗ» ФИО2 исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменном виде, суду пояснила, что вины ответчика в возникновении у истца заболеваний нет. Все требования по организации рабочего места истца ответчик выполнил, средствами индивидуальной защиты истец был обеспечен. Единственной причиной заболеваний стало длительное воздействие на организм вредного производственного фактора. Данный факт зафиксирован в п. 18 актов о случае профессионального заболевания. Истец работал во вредных условиях труда длительное время. Необходимость длительного пребывания в таких вредных условиях истец выбрал для себя сам, допуская при этом возможность получения вредных последствий для своего здоровья. Сменить работу истец мог только по своему желанию, а не по инициативе работодателя, так как законных способов для увольнения работника у работодателя не имелось. Просит в удовлетворении исковых требований отказать, заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. не соответствует требованиями разумности и справедливости.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ч.3 ст. 8 ФЗ от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Положениями ст. 212 ТК РФ на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Судом установлено, что истец работал на предприятии ответчика в литейном цеху [Номер] на обрубном участке в период с 30.01.1995г. по 31.05.2021г.

В результате воздействия неблагоприятных факторов у истца возникли профессиональные заболевания – профессиональная [ ... ]. Факт получения профессиональных заболеваний в период работы в ПАО «ГАЗ» подтверждается актами о случае профессионального заболевания от 12.05.2016г. [Номер], от 23.11.2018г. [Номер], от 23.11.2018г. [Номер].

В связи с профессиональным заболеванием [ ... ] истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%.

Согласно акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 12.05.2016г. (л.д.17-19)(п.18) профессиональное заболевание [ ... ] возникло в результате длительного воздействия на организм истца вредных производственных факторов: эквивалентный корректированный уровень виброускорения на рабочем месте [ ... ] литейного цеха [Номер] составляет 126-130 дб, при предельно допустимом уровне 126 дб (превышение на 4 дб). В пункте 21 акта указано, что лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ПАО «ГАЗ», п.2.8 СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», вины истца в получении профессионального заболевания не установлено, кроме того, указано, что истец при работе использовал рукавицы комбинированные.

Согласно акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 23.11.2018г. (л.д.23-25) (п.18) профессиональное заболевание «[ ... ] возникло в результате воздействия на организм истца кремнеземсодержащей пыли, среднесменные концентрации которой на рабочем месте обрубщика литейного цеха [Номер] составляли: 2,5 – 12,0 мг/м?, при ПДК – 6,2 мг/м? (превышение в 1,25 – 6 раз). В пункте 21 акта указано, что лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ПАО «ГАЗ», п.2.8 СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», вины истца в получении профессионального заболевания не установлено, кроме того, указано, что истец при работе использовал респиратор ШБ-1 «Лепесток».

Согласно акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 23.11.2018г. (л.д.31-33) (п.18) профессиональное заболевание [ ... ]» возникло в результате воздействия на организм истца шума производственного, уровни которого превышали ПДУ и составляли: эквивалентный уровень звука на рабочем месте обрубщика с 2001 года по 2015 год составлял 86-105 дБА (превышение ПДУ на 6-15 дБА). В пункте 21 акта указано, что лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ПАО «ГАЗ», п.2.8 СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», вины истца в получении профессионального заболевания не установлено, кроме того, указано, что истец при работе использовал беруши.

Согласно заключению консультативной поликлиники ФГУН «Нижегородский научно-исследовательский институт гигиены и профпатологии» Роспотребнадзора [Номер] от б/д (л.д.64) истцу установлен диагноз [ ... ]

Согласно заключению консультативной поликлиники ФГУН «Нижегородский научно-исследовательский институт гигиены и профпатологии» Роспотребнадзора [Номер] от б/д (л.д.66) ранее установленный диагноз подтвержден.

Согласно заключению консультативной поликлиники ФГУН «Нижегородский научно-исследовательский институт гигиены и профпатологии» Роспотребнадзора [Номер] от б/д (л.д.68) истцу установлен диагноз [ ... ]

Согласно заключению консультативной поликлиники ФГУН «Нижегородский научно-исследовательский институт гигиены и профпатологии» Роспотребнадзора [Номер] от б/д (л.д.70) истцу установлен диагноз «[ ... ]

Согласно заключению консультативной поликлиники ФГУН «Нижегородский научно-исследовательский институт гигиены и профпатологии» Роспотребнадзора [Номер]-н от б/д (л.д.72) истцу установлен диагноз [ ... ]

Согласно заключению консультативной поликлиники ФГУН «Нижегородский научно-исследовательский институт гигиены и профпатологии» Роспотребнадзора [Номер]-н от б/д (л.д.74) истцу установлен диагноз [ ... ]

Согласно выписке из медицинской карты ФИО1 в период с 25.07.2018г. по 07.08.2018г. ФИО1 находился в ГБУЗ НО «Городская клиническая больница [Номер]» с диагнозом [ ... ]

Согласно статье 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Статьей 220 ТК РФ определено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

По общему правилу, установленному пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Регламентированная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Таким образом, факт причинения вреда здоровью истца в результате профессионального заболевания по вине ответчика подтверждается актами о случае профессионального заболевания.

Ответчиком не представлено суду доказательств работы истца в безопасных и здоровых условиях труда.

Вины истца, выразившейся в грубой неосторожности, повлекшей профессиональное заболевание, судом не установлено.

С учетом представленных доказательств и установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что истец вправе требовать взыскания с работодателя компенсации морального вреда, в связи с установлением ему профессионального заболевания.

Истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Давая оценку доводам истца, приведенном в исковом заявлении, и возражениям ответчика, суд принимает во внимание, что в силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В разъяснениях, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Очевидным является тот факт, что после установления профессионального заболевания, степени утраты трудоспособности, истец должен был испытывать физические страдания, не возможность продолжать привычный образ жизни, ограничение социальной активности, что безусловно, привело к нравственным переживаниям.

Суд также учитывает, что истцу в настоящий период времени в связи с профессиональными заболеваниями установлена степень утраты профессиональной трудоспособности по каждому из трех заболеваний в размере 10%.

Суд учитывает отсутствие вины истца, о чем прямо указано в актах расследования о случае профессионального заболевания.

Также судом учитывается, что после установления диагноза истец прекратил работу во вредных условиях труда.

С учетом указанных обстоятельств, суд находит, что требование о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично в размере 400 000 рублей, тогда как заявленная истцом сумма компенсации в 1 000 000 рублей не соответствует характеру причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, не отвечает требованиям разумности, справедливости, является чрезмерно завышенной.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в местный бюджет в размере 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Автозаводского района г.Н.Новгорода, действующего в интересах ФИО1, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «ГАЗ» (ИНН [Номер]) в пользу ФИО1 (СНИЛС [Номер]) компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ПАО «ГАЗ» (ИНН [Номер]) государственную пошлину в местный бюджет в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Автозаводский районный суд г.Н.Новгорода в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Морокова Е.О.

Решение в окончательной форме изготовлено 17 марта 2025 года.