дело № 22-2429/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Тюмень 28 сентября 2023 года
Тюменский областной суд в составе:
председательствующего – судьи Валеевой Р.Э.,
с участием: прокурора отдела уголовно – судебного управления прокуратуры Тюменской области Щеглова Д.В.,
защитника – адвоката Хеладзе С.С.,
при помощнике судьи Мешковой Н.А.,
рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Хеладзе С.С., действующей в защиту интересов осужденного ФИО1, на приговор Ленинского районного суда г. Тюмени от 8 февраля 2023 года, которым
ФИО1, родившийся <.......>, судимый:
- 3 ноября 2020 года по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 300 часам обязательных работ. Снят с учета по отбытию наказания 3 мая 2021 года,
осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2641 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 месяцев, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.
Осужденному в соответствии с ч. 2 ст. 751 УИК РФ постановлено следовать к месту отбытия наказания самостоятельно за счет государства.
Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. Время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день.
Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке до вступления приговора в законную силу оставлена прежней.
В соответствии с п. «в» ч. 31 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтено время задержания ФИО1 в период с 10 апреля 2022 года по 11 апреля 2022 года из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.
В силу ч. 1 ст. 72 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исполнять самостоятельно, и в силу ч. 4 ст. 47 УК РФ оно распространяется на все время отбывания лишения свободы, но его срок постановлено исчислять с момента отбытия лишения свободы.
Срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислен с момента отбытия лишения свободы.
Проверив содержание приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав адвоката Хеладзе С.С., поддержавшую доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Щеглова Д.В., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения, суд
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 признан виновным и осужден за то, что 10 апреля 2022 года около 3 часов 10 минут управлял автомобилем, находясь в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
Преступление совершено в г. Тюмени при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В судебном заседании ФИО1 свою вину по предъявленному обвинению признал.
В апелляционной жалобе адвокат Хеладзе С.С., действующая в интересах осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным ввиду существенных нарушений при расследовании уголовного дела, в том числе при оформлении административных процессуальных документов. Полагает, что собранные по делу доказательства не отвечают требованиям допустимости. Анализируя действующее законодательство, отмечает, что при применении мер административного принуждения в отношении ФИО1 не был соблюден установленный законом порядок. Обращает внимание, что исследованная в судебном заседании видеозапись фиксации мер обеспечения в отношении ФИО2 представлена не в полном объеме. Указывает на отсутствие фиксации отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, предложения дать ему объяснение, ознакомиться с составленными протоколами, предоставления ему процессуальных документов для их подписания, а также сведений о том, кто и в связи с чем производил видеозапись, о времени и месте ее ведения, а также действий по документированию правонарушения. Особо отмечает, что, согласно представленным материалам дела, процессуальные действия в отношении ФИО1 производились в течение 15 минут без участия понятых при ведении видеозаписи в 3 часа 30 минут, 3 часа 38 минут и 3 часа 45 минут, тогда как длительность приобщенной к материалам дела видеозаписи составляет 2 минуты 30 секунд в количестве 1 единицы, что, по мнению защитника, свидетельствует о явном нарушении оформления процессуальных документов в рамках Кодекса РФ об административных правонарушениях. Автор жалоб приводит доводы о том, что проверить законность требования инспектора ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, разъяснения ему процессуальных прав, исходя из имеющейся в материалах дела видеозаписи, не представляется возможным. Обращает внимание, что на видеозаписи не зафиксирован момент составления протокола о направлении ее подзащитного на медицинское освидетельствование, наличие у него визуальных признаков опьянения, а именно резкое изменение окраски кожных покровов лица. Кроме того, указывает на факт подтверждения сотрудником ДПС ГИБДД нарушения им регламента, процессуальных норм, предусматривающих обязательное документирование административного правонарушения, а также нарушение им права ФИО1 на защиту. Защитник отмечает, что довод ФИО1 о том, что он не находился в состоянии опьянения подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 1613. Приводит доводы о необходимости исключения из числа доказательств вины ФИО1 протокола об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством, акта освидетельствования на состояние опьянения, а также протокола о направлении его на медицинское освидетельствование, которые по мнению адвоката, получены с нарушением требований закона, соответственно, являются недопустимыми доказательствами. Приводит доводы о том, что, в нарушение требований ч. 1 ст. 307 УПК РФ, при описании преступного деяния судом не указаны порядок установления состояния опьянения ФИО1, а также место совершения преступления с привязкой к населенному пункту. Обращает внимание на неоднократное неверное указание в приговоре марки автомобиля, которым управлял ФИО1 Полагает, что судом не дана надлежащая оценка показаниям свидетеля Свидетель №1, в которых неверно отражена дата события преступления, указан признак опьянения «запах алкоголя изо рта», который у ФИО1 отсутствовал и при оформлении административного материала в отношении него указывалось лишь на покраснения кожных покровов. Кроме того, данный свидетель пояснил, что изначально ФИО1 согласился пройти медицинское освидетельствование, что противоречит представленным материалам дела. Отмечает, что противоречия в показаниях данного свидетеля судом устранены не были. В связи с чем протокол допроса свидетеля Свидетель №1 от 6 мая 2022 года, содержащий сведения, не имеющие отношение к настоящему делу, не может быть признан допустимым доказательством. Защитник указывает, что в приговоре имеется ссылка на рапорт инспектора ДПС Свидетель №1 как на доказательство вины ФИО1, содержание которого раскрыто без существа нарушения, которое может свидетельствовать о совершении им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2641 УК РФ. Полагает, что содержание указанного в приговоре протокола осмотра предметов от 12 мая 2022 года не соответствует ни представленным материалам дела, ни самой видеозаписи, осмотренной в рамках данного следственного действия. При этом сведения, изложенные в данном протоколе, также противоречат видеозаписи, просмотренной в ходе судебного заседания. По мнению адвоката, протокол осмотра видеозаписи, как и сама видеозапись не могут быть признаны допустимыми доказательствами. Кроме того, обращает внимание, что, вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, судом при постановлении приговора не разрешен вопрос о судьбе вещественного доказательства. Приводит доводы о том, что орган предварительного расследования, возвращая транспортное средство свидетелю, в пределах своей компетенции определил лишь место его хранения, тогда как разрешение вопроса о судьбе вещественных доказательств относится к исключительной компетенции суда, постановившего приговор. Также защитник полагает, что при назначении наказания судом не в полной мере учтены положительные данные о личности ФИО1, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. С учетом изложенного, автор жалоб просит приговор отменить, оправдать ее подзащитного в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2641 УК РФ.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.
Суд апелляционной инстанции считает выводы суда о виновности осужденного в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах.
В соответствии с требованиями ст. 87 и ст. 88 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации суд проверил и оценил все представленные ему доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он принял доказательства, представленные в обоснование вины ФИО1, и отверг другие.
Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании.
В судебном заседании ФИО1 вину по предъявленному обвинению полностью признал и показал, что около 3 часов 10 апреля 2022 года автомобиль под его управлением остановили сотрудники ГИБДД. Отвечая на вопросы сотрудников ГИБДД, он им сообщил, что был лишен права управления транспортными средствами. Инспектор ГИБДД проверил его по базе данных, после чего стал составлять протокол отстранения от управления транспортным средством. Находясь в служебном автомобиле, с применением видеозаписи он прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. От прохождения медицинского освидетельствования он отказался, поскольку у него отсутствовали признаки опьянения, а также отказаться от прохождения данного процессуального действия ему сказали сотрудники ГИБДД. После чего он был доставлен в отдел полиции. На следующий день он прошел медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Об уголовной ответственности за отказ от прохождения медицинского освидетельствования он не знал.
Из показаний ФИО1, данных им в ходе производства предварительного расследования, следует, что 10 апреля 2022 года около 3 часов 10 минут он после отдыха с друзьями на своем автомобиле возвращался домой. По пути следования, около 3 часов 10 минут он был остановлен сотрудником ГИБДД. На требование сотрудника ГИБДД он предъявил документы на автомобиль, а именно свидетельство о регистрации транспортного средства и страховой полис, пояснив, что он лишен права управления транспортными средствами. При проверке документов он сообщил сотрудникам ГИБДД, что в указанный день и накануне спиртные напитки, а также вещества, запрещенные в гражданском обороте, он не употреблял. После чего, сотрудник ГИБДД пригласил его пройти в служебный автомобиль, где по базе данных была установлена его личность. Пояснив, что у него имеются признаки опьянения, а именно резкое изменение окраски кожных покровов лица, с применением видеозаписи, он был отстранен от управления транспортного средства, и ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что он согласился. Результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения составил 0,00 мг/л. После чего, ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в наркологическом диспансере, от чего он отказался, о чем собственноручно написал в протоколе и поставил свою подпись. Сотрудники ГИБДД доставили его в наркологический диспансер, где в присутствии медицинского работника он также отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. После чего, его автомобиль был эвакуирован на специализированную стоянку, а он был доставлен в отдел полиции №3 для дальнейшего разбирательства. Находясь в отделе полиции, дознаватель вынес в отношение него отношение о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в наркологическом диспансере. После чего он прошел медицинское освидетельствование на состояние опьянения, результат которого составил 0,00 мг/л.
Оценивая показания ФИО1, данные им в ходе производства предварительного расследования, с точки зрения допустимости, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что нарушений закона при их отобрании допущено не было. ФИО1 был допрошен в присутствии защитника, ни в ходе, ни по окончании следственного действия, ни от допрашиваемого, ни от адвоката заявлений, замечаний, дополнений по ходу и результатам допроса не поступило. Каких-либо данных свидетельствующих о том, что показания ФИО1 в ходе предварительного следствия носили вынужденный характер, не имеется.
При этом суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что показания ФИО1, данные им в ходе производства предварительного расследования, являются достоверными, поскольку они подробны, последовательны, детализированы и согласуются с другими доказательствами по делу.
Суд первой инстанции правильно расценил изменение показаний ФИО1 относительно причин отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в судебном заседании, поскольку объективная действительность была им несколько искажена.
Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, который подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и подробно изложенных в приговоре.
Свидетель Свидетель №1 показал, что 9 апреля 2022 года в вечернее время он, являясь старшим инспектором ДПС <.......>, приступил к несению службы. Около 3 часов 20 минут им был остановлен автомобиль марки <.......> государственный регистрационный знак <.......> регион. После чего, он подошел к водителю автомобиля, представился и попросил предъявить водительское удостоверение и документы на автомобиль. На его требование, водитель передал ему документы на автомобиль, представился ФИО1 В ходе общения с ФИО1 были выявлены признаки опьянения. Он попросил ФИО1 пройти в служебный автомобиль, где последний был проверен по базе ФИС-М ГИБДД МВД. В результате проверки было установлено, что 24 ноября 2020 года ФИО1 был подвергнут административному наказанию по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях. С применением видеозаписи, он отстранил ФИО1 от управления транспортным средством, после чего, ему было предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения на месте, на что он согласился. Сделав выдох в трубку прибора «Алкотест», на приборе результат составил 0,00 мг/л. После чего, ФИО1 было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в наркологическом диспансере, на что последний согласился. Находясь в наркологическом диспансере, ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения отказался. Автомобиль был эвакуирован на специализированную стоянку, а ФИО1 был доставлен в ОП <.......> для дальнейшего разбирательства. Кроме того, свидетель пояснил, что все процессуальные документы были составлены им под видеозапись с разъяснением ФИО1 его прав.
Оценивая показания свидетеля Свидетель №1 суд апелляционной инстанции находит, что в целом относительно обстоятельств совершения преступления они отражают объективную действительность. Вместе с тем показания свидетеля Свидетель №1 о том, что ФИО3 на месте было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в Областном наркологическом диспансере и он согласился, а отказался от прохождения освидетельствования уже находясь в наркологическом диспансере, противоречат собранным по делу доказательствам, в том числе носящим и объективный характер.
В качестве доказательств, подтверждающих вину ФИО1, суд привел в приговоре акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокол направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения <.......> от 10 апреля 2022 года, согласно которым ФИО1 отказался от прохождения медицинского освидетельствования, копию постановления мирового судьи судебного участка № 9 Центрального судебного района г. Тюмени от 24 ноября 2020 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях, а также протокол осмотра видеозаписи, на которой зафиксирован факт прохождения осужденным освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, сведения о добровольности прохождения освидетельствования и согласия с его результатами, а также отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
Из протокола <.......> от 10 апреля 2022 года следует, что ФИО1 отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в условиях медицинского учреждения. Данное обстоятельство было зафиксировано не только в протоколе, но и на видеозаписи, которая велась при проведении данных действий.
При таких обстоятельствах, сопоставляя показания ФИО1, признанные судом первой инстанции достоверными, протокол направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, протокол осмотра видеозаписи, а также показания свидетеля Свидетель №1 суд апелляционной инстанции находит, что показания последнего о том, что ФИО1 согласился пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, противоречат фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем в данной части подлежат критической оценке. При этом оснований подвергать сомнению все сведения, изложенные свидетелем Свидетель №1 оснований, нет, поскольку с его стороны отсутствуют причины для искажения объективной действительности, неверное отражение им части изложенных событий суд апелляционной инстанции расценивает как заблуждение свидетеля.
К аналогичным выводам приходит суд апелляционной инстанции и относительно признаков опьянения, выявленных у ФИО1 со слов Свидетель №1 Из представленных документов, а также видеозаписи производства действий по делу следует, что у ФИО1 был установлен признак опьянения – резкое изменение кожных покровов лица, а из показаний Свидетель №1 следует, что признаком опьянения являлся запах алкоголя изо рта. Между тем, письменные материалы дела и видеозапись, которая отражает объективно происходящие события, свидетельствуют о том, что выявленный признак опьянения у ФИО1 резкое изменение кожных покровов лица, в связи с чем показания свидетеля Свидетель №1 в данной части не в полной мере отражают произошедие события.
Данное обстоятельство не влияет на правильность выводов суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. Между тем, со слов свидетеля Свидетель №1 следует, что пройти освидетельствование ФИО1 было предложено в связи с выявленным признаком опьянения, что не оспаривается сторонами и бесспорно установлено судом.
Согласно показаниям свидетеля Свидетель №1 описываемые им события произошли в ночное время после того, как он заступил на смену вечером 9 апреля 2022 года. Сомнений относительно времени совершения преступления нет, а единичное указание Свидетель №1 в протоколе допроса в ходе следствия, что автомобиль под управлением ФИО1 был остановлен 4 апреля 2022 года является явной технической ошибкой и не вызывает недоверие к показаниям свидетеля Свидетель №1
Вопреки доводам апелляционных жалоб оснований для признания показаний свидетеля Свидетель №1 недопустимым доказательством не имеется, поскольку нарушений закона при их отобрании допущено не было.
Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела и признал ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого ему преступления, дав содеянному правильную правовую оценку, основанную на фактических обстоятельствах дела.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, судом установлены приведенной в приговоре совокупностью доказательств, с указанием мотивов принятого решения, оснований не соглашаться с которыми, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор изменить по следующим обстоятельствам.
По смыслу закона, отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.
Как следует из материалов уголовного дела, составление протокола об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством производилось с применением видеозаписи, без привлечения понятых.
Вместе с тем, указанная видеозапись фиксации отстранения ФИО1 от управления транспортным средством не содержит, что противоречит требованиям закона, предъявляемым к производству отстранения от управления транспортным средствам.
С учетом изложенного, протокол об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством является недопустимым доказательством и подлежит исключению из числа доказательств по делу.
При этом, исключение данного доказательства не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, поскольку не устраняет имеющейся совокупности других доказательств виновности осужденного, так как материалы дела содержат иные неопровержимые доказательства, исследованные и проверенные судом по правилам ст. ст. 73, 88 и 307 УПК РФ, с учетом обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что протокол об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством как не подтверждает, так и не опровергает факт отказа ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
Видеозапись, осуществленная сотрудниками полиции в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 27.12 Кодекса РФ об административных правонарушениях, последовательно и в полном объеме отражает порядок проведения освидетельствования, его результат, а также позволяет удостовериться в добровольности согласия ФИО1 на прохождение освидетельствования на месте и его согласие с результатами, полученными в ходе данного процессуального действия, а также в отказе от прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, отсутствие на видеозаписи факта разъяснения ФИО1 в полном объеме процессуальных прав при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, не свидетельствует о том, что фактически указанные права ему не разъяснялись.
Кроме того, доводы стороны защиты об отсутствии на видеозаписи момента оформления процессуальных документов, анкетных данных должностного лица, составляющих их, а также производящего фиксацию, не свидетельствует о нарушении порядка их оформления, поскольку, по смыслу закона, применение видеозаписи при отстранении от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения, направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляется для фиксации содержания соответствующих действий, а не процесса оформления протоколов. Более того, из содержания составленных в отношении ФИО1 документов следует, что он участвовал во всех процессуальных действиях.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований для признания представленной видеозаписи и протокола ее осмотра недопустимыми доказательствами не имеется.
Изложенные в апелляционных жалобах доводы о незаконности направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения суд апелляционной инстанции также признает необоснованными.
Из показаний свидетеля Свидетель №1, а также содержания акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокола направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения следует, что при наличии у ФИО1 признака опьянения, имелись достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения.
Основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения послужило наличие достаточных оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения, что зафиксировано в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, содержание которого удостоверено как подписями должностного лица ГИБДД, так и подписью ФИО1, который не был лишен возможности заявить о нарушениях порядка направления на медицинское освидетельствование.
При таких обстоятельствах, акт освидетельствования на состояние опьянения, а также протокол о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование составлены уполномоченными должностными лицами, существенных нарушений требований закона, влекущих признание их недопустимыми доказательствами, при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в протоколах отражены.
Доводы апелляционных жалоб о том, что ФИО1 не находился в состоянии опьянения, не влияют на правовую оценку его действий, поскольку действующим законодательством отказ от медицинского освидетельствования на состояние опьянения приравнен к состоянию опьянения.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, в том числе описание преступного деяний, совершенного осужденным, с указанием места, и времени его совершения, были установлены судом и отражены в описательно-мотивировочной части приговора. Выводы суда об указанных обстоятельствах основаны на исследованных судом доказательствах. Доводы стороны защиты о том, что судом в нарушение закона допускалось неверное указание в приговоре марки автомобиля, которым управлял ФИО1 являются надуманными.
Не устраненных сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования их в пользу последнего, судом апелляционной инстанции по делу не установлено. Оснований для иной оценки представленным доказательствам, не имеется, суд апелляционной инстанции также их не усматривает.
Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, всех характеризующих данных осужденного, требований ст. 6, ст. 60, ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного.
Судом первой инстанции при назначении наказания были учтены все имеющиеся на момент вынесения приговора данные о личности виновного, в том числе смягчающие наказание обстоятельства, которыми суд признал активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении несовершеннолетнего и малолетнего детей, неудовлетворительное состояние здоровья ФИО1 и его близких родственников, признание вины и раскаяние в содеянном, оказание близким родственникам материальной и посильной помощи в быту, положительные характеристики.
При назначении наказания судом также учтено отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности применения положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания ФИО1, однако суд обоснованно не нашел для этого оснований, должным образом мотивировав свои выводы в приговоре. Принимая во внимание отсутствие обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, а также данные о личности ФИО1 суд апелляционной инстанции находит выводы суда правильными.
В приговоре изложены аргументированные основания, по которым суд, учитывая обстоятельства совершения ФИО1 преступления, его общественную опасность и тяжесть, пришел к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде реального лишения свободы, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и положительных данных о личности осужденного. Поводов для сомнений в правильности указанных выводов суда первой инстанции не имеется и в апелляционных жалобах они не приведены.
Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений и не усматривает оснований для его смягчения.
Судьба вещественных доказательств по делу приговором разрешена в соответствии с положениями ст. 81, ст. 82 УПК РФ. В ходе производства предварительного расследования автомобиль марки «283 BJ» (283БДЖЕЙ) государственный регистрационный знак <***> регион был возвращен владельцу ФИО4 для хранения до вступления приговора в законную силу. Оснований для внесения изменений в приговор в указанной части суд апелляционной инстанции не усматривает. В случае возникновения сомнений и неясностей при исполнении приговора, данные вопросы возможно разрешить в порядке ст. 397 УПК РФ.
Нарушений уголовно – процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора и влекущих его отмену, не установлено.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38915, 38919, 38920, 38928 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ :
Приговор Ленинского районного суда г. Тюмени от 8 февраля 2023 года в отношении ФИО1 – изменить.
Исключить из приговора ссылку суда на протокол об отстранении от управления транспортным средством от 10 апреля 2022 года, как на доказательство, подтверждающее виновность ФИО1 в совершении преступления.
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – удовлетворить частично.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, с соблюдением требований статьи 4014 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110 – 40112 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий