Дело № 2-378/2022

УИД:59RS0043-01-2022-000497-91

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 октября 2022 г. г. Чердынь

Чердынский районный суд Пермского края в составе:

председательствующего Хорошевой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мисюревой Ю.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя Отдела МВД России по Чердынскому городскому округу ФИО3, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №/ю,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделу МВД России по Чердынскому городскому округу, Министерству внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД России по Пермскому краю, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделу МВД России по Чердынскому городскому округу, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал на незаконное привлечение к административной ответственности постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Чердынского судебного района Пермского края от 16 января 2022 г. по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и назначении административного наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 7 месяцев. Основанием для привлечения к административной ответственности послужил факт невыполнения им как водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе адвоката ФИО7, суд указал, что бесспорных доказательств, с безусловностью подтверждающих факт управления ФИО1 автомобилем в момент предъявления требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в указанное в протоколе об административном правонарушении время в 21:50 17 октября 2019 г., материалы дела не содержат. Нельзя сделать однозначный вывод о том, что требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования предъявлено ФИО1 именно как к лицу, управляющему транспортным средством. В связи с недоказанностью обстоятельств, указанных в постановлении мирового судьи судебного участка № 1 Чердынского судебного района Пермского края от 16 января 2020 г., суд принял решение об отмене постановления мирового судьи. Как установлено решением по делу об административном правонарушении от 22 мая 2020 г., ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях привлечен неправомерно, решением суда производство по делу об административном правонарушении в отношении заявителя прекращено в связи с недоказанностью события административного правонарушения, за совершение которого он был привлечен к административной ответственности. Привлечение истца должностным лицом к административной ответственности в отсутствие доказательств вины по событию от 17 октября 2019 г. само по себе предполагает причинение ему нравственных страданий. Нравственные страдания, нервные переживания, ухудшение сна, испытанное унижение, дискомфортное состояние имели длящийся во времени характер (более 6 месяцев), до получения решения Чердынского районного суда Пермского края от 22 мая 2020 г., подтвердившего недоказанность обстоятельств, на основании которых вынесено постановление инспектора ГИБДД. Причиненный моральный вред оценивает в 100 000 руб.

Протокольным определением суда от 14 сентября и определением суда от 3 октября 2022 г. к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Министерство финансов Российской Федерации, Управление федерального казначейства по Пермскому краю; в качестве третьего лица - командир ОДПС ОГИБДД ОМВД России по Чердынскому городскому округу ФИО4

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, указав, что для участия в деле об административном правонарушении он этапировался в г. Черынь 7 или 8 раз, судебные заседания откладывались, в том числе из-за Ковида-19, в связи с ухудшением сна за медицинской помощью он не обращался ввиду нахождения в системе.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования, пояснил, что истец лишен был возможности работать в качестве водителя, незаконно лишен права управления транспортными средствами, его чувство справедливости было обострено, его более 8 раз возили в зал судебного заседания, когда он находился в <данные изъяты>, дорога занимает более 3 часов, было достаточно холодно, неудобно, не было возможности справить естественные надобности, удовлетворить потребности в питье и пище, это усугубляло положение истца.

Представитель ответчика - Отдела МВД России по Чердынскому городскому округу ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, указав, что факт прекращения производства по делу об административном правонарушении не свидетельствует о незаконности самого производства по делу об административном правонарушении. Должностные лица отдела 17 октября 2019 г. действовали законно, в рамках полномочий. Основания для составления протокола по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях у органов внутренних дел имелись. Их действия в установленном законом порядке незаконными не признавались. Решение Чердынского районного суда Пермского края от 22 мая 2020 г. не содержит выводов о незаконности действий сотрудников отдела при оставлении процессуальных документов; сведений о совершении должностным лицом каких-либо незаконных действий материалы дела не содержат. Сам факт прекращения производства по делу не влечет безусловную компенсацию гражданину морального вреда. Для сотрудников ОМВД рассмотрение дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 послужило уроком, как в будущем относиться к составлению первоначальных документов.

Третье лицо - инспектор ДПС ГИБДДД Отдела МВД России по Чердынскому городскому округу ФИО4 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился, указав, что решение районного суда не обжаловалось, выводы сделаны.

Представители ответчиков - Министерства внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД России по Пермскому краю, Министерства финансов Российской Федерации, Управления федерального казначейства по Пермскому краю о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

От представителя МВД России поступили письменные возражении о несогласии с иском, приобщены к материалам дела.

От представителя Министерства финансов Российской Федерации, Управления федерального казначейства по Пермскому краю поступил письменный отзыв о несогласии с требованиями истца, который приобщен к материалам дела, где в том числе указано, что Министерство финансов Российской Федерации, Управление федерального казначейства по Пермскому краю являются ненадлежащими ответчиками по делу.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, дела об административном правонарушении, суд пришел к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Исходя из п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

На основании п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом первым настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Как следует из п.2.3.2 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Исходя из ч.1 ст.12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Судом установлено и из материалов дела следует, что командиром ОДПС ОГИБДД ОМВД России по Чердынскому району ФИО4 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, от 17 октября 2019 г. в отношении ФИО1 (л.д. 1 дела об административном правонарушении №).

Постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Чердынского судебного района Пермского края от 16 января 2022 г. ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 7 месяцев. Основанием для привлечения к административной ответственности послужил факт невыполнения водителем транспортного средства ФИО1 законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения (л.д. 57-60 дела об административном правонарушении №).

Решением судьи Чердынского районного суда Пермского края от 22 мая 2020 г. жалоба адвоката ФИО7 удовлетворена. Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Чердынского судебного района Пермского края от 16 января 2020 г., вынесенное в отношении ФИО1 по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отменено. Производство по настоящему делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

В обоснование выводов судьей указано, что бесспорных доказательств, с безусловностью подтверждающих факт управления ФИО1 автомобилем в момент предъявления требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в указанное в протоколе об административном правонарушении время в 21:50 17 октября 2019 г., материалы дела не содержат. В данном случае нельзя сделать однозначный вывод о том, что требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования предъявлено ФИО1 именно как к лицу, управляющему транспортным средством (л.д. 94-97 дела об административном правонарушении №).

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 4 Постановления от 15 июля 2020 г. N 36-П "По делу о проверке конституционности статей 15, 16, части первой статьи 151, статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1, 2 и 3 статьи 24.7, статей 28.1 и 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также статьи 13 Федерального закона "О полиции" в связи с жалобами граждан Л. и Ш.", возможность применения статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношениях, имеющих публично-правовую природу, в том числе при возмещении государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц при осуществлении административного преследования, связана с обязанностью государства по созданию обеспечивающих реализацию права на возмещение государством вреда конкретных процедур и, следовательно, компенсационных механизмов, направленных на защиту нарушенных прав. Понимание ее положений, как увязывающих возможность компенсации морального вреда за счет казны в случаях прекращения производства на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации с необходимостью установления виновности органов государственной власти или их должностных лиц в незаконных действиях (бездействии), не может рассматриваться как противоречащее Конституции Российской Федерации, поскольку законодатель вправе установить порядок и условия возмещения такого вреда при прекращении административного преследования, отличные от порядка и условий его возмещения в связи с прекращением уголовного преследования, принимая во внимание меньшую - по общему правилу - степень ограничения прав и свобод при осуществлении административного преследования.

Согласно положениям статей 151, 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации причиненный гражданину моральный вред (физические или нравственные страдания) компенсируется при наличии вины причинителя такого вреда, за исключением случаев, предусмотренных законом. Применительно к случаям компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, это - в соответствии со статьями 1.6, 3.2, 3.9, 27.1, 27.3 КоАП Российской Федерации и с учетом выявленного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 г. N 9-П конституционно-правового смысла статьи 27.5 данного Кодекса - означает, что в системе действующего правового регулирования компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц во всяком случае, когда к гражданину было незаконно применено административное наказание в виде административного ареста либо он незаконно был подвергнут административному задержанию на срок не более 48 часов в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест (с учетом того что административное наказание в виде исправительных работ, также указанное в абзаце третьем статьи 1100 ГК Российской Федерации, в настоящее время законодательством об административных правонарушениях не предусмотрено).

Такое законодательное решение вопроса о порядке компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к административной ответственности, исходит из необходимости повышенной правовой защиты свободы и личной неприкосновенности граждан (статья 22 Конституции Российской Федерации). При незаконном применении к гражданину вследствие привлечения к административной ответственности иных - не затрагивающих эти ценности - мер административного принуждения гражданин не лишен возможности использовать общие основания и порядок компенсации причиненного морального вреда, предусмотренные статьями 151 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, установленные данным Кодексом правила компенсации гражданину морального вреда, в том числе причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, не выходят за пределы дискреционных полномочий законодательной власти и не могут быть признаны противоречащими Конституции Российской Федерации.

Таким образом, часть первая статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со статьями 15, 16, 1069 и 1070 данного Кодекса в части установления условия о вине органов государственной власти или их должностных лиц как основания возмещения морального вреда лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы), соответствует Конституции Российской Федерации.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится одно из следующих решений, в том числе об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Поскольку вступившим в законную силу решением судьи Чердынского районного суда Пермского края от 22 мая 2020 г. постановление мирового судьи судебного участка № 1 Чердынского судебного района Пермского края от 16 января 2020 г., вынесенное в отношении ФИО1 по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, именно ответчику надлежало доказать отсутствие своей вины.

Неустановление вины должностного лица (в данном случае сотрудника органов внутренних дел, составившего протокол об административном правонарушении) в рамках производства по делу об административном правонарушении не освобождает должностное лицо, государственный орган при решении вопроса о привлечении к гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда от обязанности представлять стороне ответчика доказательства отсутствия вины (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако таких доказательств в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной ответчика не представлено.

У должностного лица на момент составления протокола об административном правонарушении и оценки действий ФИО1 по факту отказа от прохождения медицинского освидетельствования имелось достаточно оснований для не привлечения к административной ответственности.

Субъектом административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является водитель транспортного средства.

В силу пункта 1.2 ПДД водителем признается лицо, управляющее каким-либо транспортным средством.

При определении субъекта административного правонарушения, предусмотренного главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, следует учитывать, что водителем является лицо, управляющее транспортным средством, независимо от того, имеется ли у него право управления транспортными средствами всех категорий или только определенной категории либо такое право отсутствует вообще (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 г. N 18 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

При этом обязательным условием правильной квалификации действий (бездействий) лица по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является установление законности требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Согласно Правилам освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. N 475, освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения, медицинскому освидетельствованию на состояние опьянения подлежит водитель транспортного средства, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, а также водитель, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Исходя из пояснений ФИО1, показаний инспектора ДПС ФИО9, рапорта инспектора ДПС ФИО4 суд второй инстанции в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении пришел к выводу о недоказанностьи обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Изложенное позволяет при рассмотрении настоящего дела сделать вывод о том, что должностное лицо в ходе производства по делу об административном правонарушении в должной мере не выяснило юридически значимые обстоятельства, что явилось в дальнейшем основанием к отмене постановления мирового судьи.

Указанное обстоятельство свидетельствует о необоснованности возбуждения дела об административном правонарушении командиром ОДПС ОГИБДД и составления протокола об административном правонарушении.

Иного ни стороной ответчика, ни третьим лицом не представлено, доводов не приведено, в судебном заседании представителем ответчика ФИО3 не отрицалось, что для сотрудников ОМВД рассмотрение дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 послужило уроком, как в будущем относиться к составлению первоначальных документов; третьим лицом ФИО10 указано, что по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении сделаны выводы.

Таким образом, в данном случае имеет место причинно-следственная связь между действиями сотрудника ГИБДД и причинением нравственных страданий ФИО1

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Исходя из анализа вышеуказанных норм материального права следует, что обязательным условием наступления ответственности в виде компенсации морального вреда (если это только прямо не предусмотрено законом) является совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения ответчика, наличие его вины, а также нарушение соответствующими действиями (бездействием) личных неимущественных прав гражданина либо посягательство ими на нематериальные блага.

Поскольку установлено, что ФИО1 был незаконно привлечен к административной ответственности, то сам по себе факт административного преследования, который выражался, как пояснял сам истец, в том, что истцу вменяли совершение правонарушения, он перенес переживания, испытал унижение, дискомфортное состояние, было ухудшение сна, свидетельствует о посягательстве на принадлежащие истцу от рождения нематериальные блага, истец вынужден был тратить время на судебные заседания, его многократно этапировали и доставляли в судебное заседание на расстояние свыше 100 километров.

Факт нахождения под стражей по уголовному делу с ДД.ММ.ГГГГ в период рассмотрения дела об административном правонарушении подтверждается имеющимися в материалах дела копиями приговора <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ г., апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ г., определения Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно материалам дела об административном правонарушении ФИО1 был этапирован в судебный участок № 1 Чердынского судебного района для участия в судебных заседаниях 27 декабря 2019 г., 16 января 2020 г.

Переживания истца по поводу нахождения под бременем ответственности за правонарушение безусловно свидетельствуют о причинении истцу указанными выше незаконными действиями по привлечению к административной ответственности морального вреда. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии у истца права на возмещении ему морального вреда.

При определении компенсации морального вреда суд на основании ст. ст. 151, 1011 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применении законодательства о компенсации морального вреда", учитывая характер причиненных нравственных страданий, связанных с нарушением указанных выше прав истца, с учетом длительности производства по делу об административном правонарушении в отношении истца (с 17 октября 2019 г. по 22 мая 2020 г.), считает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб., при этом оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, как просит истец, суд не усматривает, исходя из принципа разумности и справедливости, а также с учетом того, что каких-либо негативных последствий для истца в результате незаконного привлечения к административной ответственности не возникло и не повлекло, доводы представителя истца о том, что он не мог управлять транспортным средством, в данном случае никакого значения не имеют и на размер компенсации морального вреда повлиять не могут.

Указанная компенсация морального вреда в силу положений ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, пп. 12.1 п. 1, п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт серии №) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Чердынский районный суд Пермского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.Н. Хорошева

Мотивированное решение суда изготовлено 24 октября 2022 г.