Дело № 10-5382/2023 Судья Сысуева С.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 28 августа 2023 г.

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Екимовой И.И.,

судей Бибарсовой Л.И. и Мангилева С.С.,

при помощнике ФИО23

с участием прокурора Марининой В.К.,

защитника- адвоката Вадеева А.В.,

осужденного ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Ионина Ф.В. и апелляционной жалобе адвоката Старченко О.И. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Брединского районного суда Челябинской области от 26 мая 2023 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч. 3.1 ст.72 УК РФ, зачтено в срок наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Бибарсовой Л.И., выступления осужденного ФИО1, защитника-адвоката Вадеева А.В., поддерживавших доводы апелляционной жалобы, выступления прокурора Марининой В.К., подержавшей апелляционное представление, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 осужден за то, что совершил ДД.ММ.ГГГГ умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть ФИО16

Преступление совершено в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель считает приговор незаконным и подлежащим отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора, вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. Ссылается на ст.6 УК РФ, ч.2 ст.43 УК РФ, ст.60 УК РФ. Полагает, что судом первой инстанции не в полной мере учтены конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления и наступивших вредных последствий, а именно : вопреки требованиям ст.ст.6, 60 УК РФ, при назначении наказания не учтено отягчающее обстоятельство, предусмотренное ч.1.1 ст.63 УК РФ - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Нахождение в состоянии алкогольного опьянения осужденного подтверждают свидетели обвинения ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, также непосредственно и сам ФИО1 Полагает, что нахождение ФИО2 на момент совершения преступления в указанном состоянии объективно повлияло на его противоправное поведение. Считает, что судом не мотивировано исключение указание на факт нахождения ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения на момент совершения преступления. Судом не принято во внимание поведение осужденного во время совершения преступления, нанесение множественных ударов потерпевшему при наличии малозначительного повода и отсутствии какого-либо сопротивления со стороны последнего, совершение противоправных действий в отношении потерпевшего в различных домовладениях с перерывом во времени в течение одного дня. Данные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что исправление ФИО1 возможно лишь в условиях более длительной изоляции от общества, а также при наличии дополнительного наказания в виде ограничения свободы. Указывает на отсутствие в приговоре мотивов, по которым суд пришел к выводу о возможности восстановления социальной справедливости и достижения иных целей наказания путем назначения ФИО1 близкого к минимальному срока основного наказания, отсутствие оснований для назначения дополнительного наказания. Полагает, что назначенный ФИО1 срок основного наказания, отсутствие дополнительного наказания, свидетельствует о нарушении судом принципа индивидуализации наказания. Отмечает, что суд первой инстанции допустил противоречие в описательно-мотивировочной части приговора, указав, что отягчающих наказание обстоятельств в суде не установлено, при этом суд указал, что с учетом всех установленных обстоятельств, данных о личности, наличия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, суд полагает назначить наказание ФИО1 в виде лишения свободы. Указывает на то, что данное указание, с учетом установленных судом фактических обстоятельств дела, не подлежало включению в описательно- мотивировочную часть обвинительного приговора, что, в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, является основанием для изменения приговора. Кроме того, судом при квалификации деяния ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ обязательный признак объективной стороны преступления в виде причинения тяжкого вреда здоровью, не указан, также как отсутствует суждение об исключении его из обвинения, при таких обстоятельствах квалификация действий осужденного не соответствует фактическим обстоятельствам, назначенное наказание несправедливое. Просит приговор изменить, усилить назначенное наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Старченко О.И. в интересах ФИО1, не соглашается с приговором в связи с его несправедливостью. Считает, что суд не обоснованно в качестве смягчающего наказание обстоятельства не принял во внимание противоправное поведение потерпевшего, о котором подсудимый заявлял как в ходе предварительного, так и судебного следствия. Кроме того, полагает, что противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явилась поводом для совершения преступления. Так как в ходе предварительного следствия ФИО1 пояснял следователю что причинил телесные повреждения потерпевшему в виду того что ФИО16 оскорбил его грубой нецензурной бранью. Однако данный факт не был отражен в обвинительном заключении. Ссылается на п.27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N658 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", ст. 5 УК РФ, ч.3 ст.60 УК РФ. Отмечает, что вина ФИО1 в совершении преступления предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ не доказана, а квалификация его действия основана только на предположениях, что запрещено уголовно-процессуальным законом. Обращает внимание на то, что смерть ФИО16 наступила в результате тупой травмы головы и с учетом выявленных ранних трупных явлений, можно предполагать, что смерть его наступила в срок более 1, но менее 3 дней до момента исследования трупа. В ходе предварительного следствия было установлено, что ФИО1 в общей сложности за два дня нанес ФИО16 не более четырех ударов, от которых якобы наступила смерть. Полагает, что смерть ФИО16 не могла наступить от данного количества ударов, так как по показаниям допрошенных свидетелей потерпевший при нанесении ему телесных повреждений прикрывался своими руками от наносимых ударов. Считает, что осужденный ФИО1 имея психическое заболевание, не осознавал в полной мере последствия признания вины в полном объеме, в связи с чем оговорил себя, признав свою вину в инкриминируемых ему деяниях в полном объеме. Кроме того, при назначении судебных экспертиз ФИО1 органом предварительного следствия был лишен возможности ставить свои вопросы для определения причин смерти ФИО16, чем были нарушены его права на защиту. Отмечает, что при судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа был обнаружен этанол в концентрациях соответственно 0,8% и 2,7%, что соответствует легкой степени алкогольного опьянения на момент смерти. Допрошенный в ходе судебного следствия свидетель ФИО17 пояснял, что проживал у ФИО9 совместно с ФИО16 и в период с 18 по ДД.ММ.ГГГГ они употребляли спиртные напитки, в течение трех дней подряд. Полагает, что смерть ФИО16 могла наступить и от отравления алкоголем. Поскольку от длительного употребления спиртных напитков, происходит изменения сердечной мышцы в виде ее гипертрофии которое можно расценить как признак гипертонической болезни, что при употреблении алкоголя давало гипертонические кризы в виде болей в груди, повторное употребление алкоголя дало повторный криз и острую сердечнососудистую недостаточность. Считает, что в виду того что ФИО1 был лишен возможности задавать вопросы судебно-медицинскому эксперту в том числе и о возможной смерти ФИО18 от отравления алкоголем. Просит приговор отменить, оправдать ФИО1

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Все обстоятельства, имеющие значение по делу, в ходе предварительного и судебного следствия установлены.

Из совокупности представленных сторон обвинения доказательств следует, что версия стороны защиты о том, что ФИО16 умер из-за заболевания сердца (л.д. 79 т.2) не нашла подтверждения.

Представленный стороной защиты анализ доказательств не может быть признан объективным, поскольку противоречит фактическим обстоятельствам дела и направлен лишь на переоценку доказательств, оснований для которой не имеется.

В основу приговора судом правильно положены показания ФИО1 в той части, в которой они согласуются с совокупностью иных доказательств, уличающих его в совершении преступления.

Суд обоснованно признал достоверными показания ФИО1, данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого, в которых он рассказывал о том, что причинил телесные повреждения потерпевшему, ударил ногой по лицу, кулаком, был злой на него из-за того, что у матери ФИО11 был приступ эпилепсии (л.д.88 т.2).

В ходе проверки показаний, с участием защитника, ФИО1 указал на манекене, как наносил удары кулаком в область лица ФИО16, а также ногой (л.д. 105-112 т.2).

Нет данных, что на ФИО1 оказывалось незаконное воздействие. Ни в судебном заседании, ни на следствии он об этом не заявлял (л.д. 89 т.2).

В период расследования ФИО1 давал показания в присутствии защитника. Участие защитника свидетельствует о том, что его волеизъявление при проведении следственных действий было свободным.

Данные показания ФИО1, в которых он рассказывал об обстоятельствах нанесения ударов, обоснованно признаны судом допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и согласуются с другими исследованными доказательствами, содержание которых достаточно подробно изложено в приговоре.

Показания ФИО1 о способе и количестве нанесенных ударов, данные им на следствии, не противоречат выводам судебно-медицинской экспертизы о характере, локализации и механизме образования телесных повреждений, имевших место у ФИО16, в том числе о том, что его смерть наступила в результате тупой травмы головы, все повреждения, входящие в комплекс тупой травмы головы, являются смертельными, повреждения образовались от неоднократных травматических воздействий тупых твердых предметов (не менее двух травматических воздействий).

Возможность получения повреждений, входящих в комплекс тупой травмы головы от падения исключены, исходя из выводов эксперта о том, что тупая травма головы могла образоваться в результате прямых ударных травматических воздействий в область лица (в области локализации внешних повреждений на лице) (л.д. 133 т.1).

Тем самым вывод эксперта в совокупности с показаниями свидетелей очевидцев свидетельствуют о несостоятельности версии стороны защиты о возможности получения травматических воздействий от падения.

Довод стороны защиты о наступлении смерти из-за заболевания сердца необоснован ввиду выводов эксперта о том, что все иные обнаруженные повреждения не состояли в причинной связи со смертью и не повлияли на причину смерти (л.д. 133 т.1). На судебно-химическое исследование взяты кровь и моча на этанол, наличие наркотических средств и сильно- действующих веществ, каковых не обнаружено (л.д.130.134 и т.1), при этом этанол обнаружен в концентрациях соответствующих легкой степени алкогольного опьянения (л.д. 134 т.1).

Свидетели ФИО9 и ФИО12 являлись очевидцами нанесения ФИО1 ударов ФИО16

Из показаний ФИО12 следует, что ФИО1 ударил ФИО16 кулаком в область носа, от чего тот присел. ФИО1 нанес сидящему ФИО16 ударов ногой в область лица, от чего у того пошла кровь. Затем в доме у ФИО9 ФИО1 ударил ФИО16 рукой в область лица (л.д. 29 т.2).

Очевидец свидетель ФИО3 подтвердил, что ФИО1 вбежал в дом, стал кричать, нанес два удара ногой в область головы и по лицу ФИО16, сидящему на диване, после сразу удар кулаком в область лица ФИО16 ФИО16 лег и укрылся пледом.

На данном пледе, как следует из выводов молекулярно генетической экспертизы, были найдены следы крови, которые могут происходить от ФИО16

Также на кроссовках ФИО1 найдена кровь человека, которая может происходить от ФИО16 (л.д. 148-159 т.1).

При этом как ФИО12, так и ФИО9 одинакового указали на то, что когда ФИО16 уходил от ФИО9. телесных повреждений у него не было. Он не падал, пришел нетрезвый, с ссадиной на лице после конфликта с ФИО1 Телесных повреждений у ФИО16 до конфликта с ФИО1 не было.

Об этом указал и свидетель ФИО17, которому ФИО1 рассказал о том, что «кусанулся» с ФИО16 (л.д. 23 т.2).

Тем самым из показаний данных лиц в совокупности, в том числе исходя из данных о времени передвижения С.А.АБ. и ФИО16, следует причастность именно ФИО1 к нанесению тупой травмы головы ФИО16, а не третьих лиц.

Суд обоснованно признал достоверными показания свидетелей, в том числе, данные ими на следствии, поскольку они были даны в условиях исключающих возможность оказания на них незаконного воздействия, приближены к событиям происшедшего, согласуются между собой и с совокупностью иных доказательств.

Данные, свидетельствующие о получении показаний от свидетелей, на предварительном следствии с нарушением закона, в материалах дела отсутствуют.

Также виновность ФИО1 подтверждена иными письменными доказательствами, отраженными в приговоре.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение данную судом оценку доказательств, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного. Они получены в соответствии с требованиями закона и не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Необходимости в исследовании дополнительных доказательств не имеется, поскольку виновность осужденного доказана совокупностью исследованных в ходе судебного рассмотрения доказательств.

Довод о нарушении права на защиту при ознакомлении с постановлением о назначении экспертизы несостоятелен, поскольку как следует из материалов дела, в том числе протокола судебного заседания, стороны защиты ни на следствии (в том числе при ознакомлении с материалами дела), ни в ходе судебного следствия не заявляла о наличии вопросов к эксперту, не возражала закончить судебное следствие (л.д. 23 т.3)

Из протокола судебного заседания следует, что стороне обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, допущено не было.

На основе собранных доказательствах, суд правильно квалифицировал действия осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе время, место, способ и иные обстоятельства преступления, в том числе причина смерти ФИО16, а также виновность лица в совершенном преступлении, форма его вины и мотивы, судом установлены правильно.

Вместе с тем, исходя из доводов представления, приговор подлежит изменению на основании ст. 389.15 УПК РФ.

Приговором установлено, как следует из описания преступления, что ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Однако при квалификации содеянного в описательно-мотивировочной части приговора суд не в точном соответствии с уголовным законом изложил данную квалификацию, не указав слово «тяжкий», в связи с чем суд апелляционной инстанции, при наличии апелляционного повода (представления ) полагает необходимым уточнить квалификацию и считать действия ФИО1 квалифицированными по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Суд апелляционной инстанции оснований для отмены приговора в связи изложенным не усматривает, поскольку из-за описания преступного деяния в приговоре, признанного судом доказанным, следует, что ФИО1 совершенно умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть ФИО16

Вносимые в приговор изменения с учетом того, что объем обвинения не изменился, а также не уменьшается степень общественной опасности содеянного, не влекут за собой снижение ФИО1 наказания, которое соответствует тяжести совершенного преступления, личности виновного и является справедливым.

При назначении осужденному наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Обстоятельства, смягчающие наказание, учтены в приговоре с достаточной полнотой.

Каких-либо обстоятельств, смягчающих наказание, прямо предусмотренных уголовным законом, сведения о которых имеются в деле, но не учтенных судом, не установлено.

Вопреки доводам жалобы оснований для признания поведения потерпевшего аморальным, противоправным, способствующим совершению преступления не имеется исходя из анализа доказательств, согласно которым потерпевший не являлся инициатором конфликта. Факт распития спиртного потерпевшим с матерью ФИО11 и возникновением в связи с этим претензий у ФИО4 к ФИО5 таковым не является, несмотря на доводы жалобы об обратном.

С доводами представления о чрезмерной мягкости наказания согласиться нельзя.

Вопреки доводам представления назначенное осуждённому наказание является справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности преступления и личности. Суд пришёл к обоснованному выводу отсутствии оснований назначения дополнительного наказания осуждённому, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, в том числе наличие предусмотренного п.»и «ч.1 ст.61 УК РФ.

Что касается доводов представления о том, что суд не учел отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, то они несостоятельны, поскольку анализ материалов дела в совокупности не свидетельствует о такой необходимости. Сам ФИО1 никогда не указывал, что нахождение в состоянии опьянения повлияло на совершение им преступления, пояснив, что он соображал, понимал, что происходит (л.д. 21 оборот т.3). Показания свидетелей, в том числе ФИО12, свидетельствуют о том, что ФИО1 был зол из-за вызова врача к матери ФИО11 То же следует из показаний ФИО11 о том, что ФИО1, по ее мнению, «заступился» за мать. При таких обстоятельствах сам факт употребления спиртным напитков не является в силу закона основанием для признания данного обстоятельства отягчающим. Суждение автора представления о том, что он полагает, что состояния опьянения повлияло на ФИО4 является предположением, ничем не подтвержденным.

Выводы о назначении наказания в виде лишения свободы без применения ст. ст. 64, 73 УК РФ должным образом мотивированы, судом учтены как сведения о личности осужденного, так и характер, степень общественной опасности совершенного им преступления.

Положения ч.1 ст.62 УК РФ судом соблюдены.

Каких-либо исключительных обстоятельств по делу, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а также личности осужденного не установлено, а потому и оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку фактические обстоятельства содеянного осужденным, степень общественной опасности совершенного преступления не свидетельствуют о необходимости изменения категории тяжести преступления.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести изменение в описательно -мотивировочную часть приговора, поскольку судом допущена техническая опечатка. При назначении наказания суд прямо указал о том, что обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено. Вместе с тем на л.д. 34 оборот т.3 при назначении наказания ошибочно указано слово «отягчающего», которое подлежит исключению из приговора.

Это изменение не влияет на правильность судебного решения по существу дела.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13-14, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции,

определил :

приговор Брединского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

- считать действия ФИО1 квалифицированными по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть ФИО16;

- исключить из описательно-мотивировочной части при назначении наказания слово «отягчающего» (л.д. 34 оборот т.3).

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобу и представление - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном по¬рядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, с соблюде¬нием требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его вос¬становлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи