77RS0018-02-2021-014661-21
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
07 апреля 2023 года адрес
Никулинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Юдиной И.В., при секретаре Пономаренко А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-72/23 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании доверенности и завещания недействительными,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании доверенности и завещания недействительными, мотивируя свои требования тем, что после смерти фио 05 ноября 2019 г. открылось наследство. ФИО1 является дочерью наследодателя. ФИО2 – сыном. Наследодатель оставил завещание, которым завещал все имущество ответчику. Кроме того, фио выдала доверенность на имя ответчика на совершению юридически значимых действий, в том числе, на основании которой фио подал заявление о принятии обязательной доли в наследстве после смерти отца истца и ответчика - фио, умершего 17 марта 2019 г. Однако фио не осознавала своих действий, не могла руководить ими, поскольку страдала сосудистой деменцией.
В этой связи ФИО1, ссылаясь на ст. 177 ГК РФ, просила суд признать недействительным завещание фио от 19 февраля 2019 г.; признать недействительной доверенность, выданную фио на имя фио; произвести раздел наследственного имущества, оставшегося после смерти фио, пропорционально долям наследников ФИО1 и фио
В судебном заседании представитель истца заявленные исковые требования поддержал.
Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях относительно иска, заявил о пропуске срока исковой давности.
Третьи лица в судебное заседание не явились, о времени и месте извещены надлежащим образом.
Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
В силу ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Кодексом.
Согласно ст. 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных Кодексом, включить в завещание иные распоряжения.
В соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В ходе судебного разбирательства установлено следующее.
фио, паспортные данные, умерла 05 ноября 2019 г.
Истец ФИО1 является дочерью наследодателя, ответчик ФИО2 – сыном наследодателя.
27 ноября 2019 г. к имуществу фио нотариусом фио было открыто наследственное дело № 99/2019.
С заявлениями о принятии наследства обратились ФИО1, ФИО2
19 февраля 2019 г. фио было составлено завещание, удостоверенное нотариусом адрес фио, номер по реестру № 77/22-н/77-2019-1-386.
Согласно указанному завещанию фио завещала сыну ФИО2 все свое имущество.
Кроме того, 19 февраля 2019 г. фио выдала доверенность на имя фио, в том числе с правом вести наследственные дела. Доверенность удостоверена нотариусом адрес фио, номер по реестру № 77/22-н/77-2019-1-385.
На основании указанной доверенности ФИО2 10 апреля 2019 года подал нотариусу адрес фио заявление о принятии наследства фио после смерти фио, зарегистрировано в реестре за № 77/22-н/77-2019-1-869.
27.09.2019 года ФИО2 подано заявление на выделении обязательной доли фио
Истец считает, что на дату оформления завещания и доверенности фио не осознавала своих действий, не могла руководить ими, поскольку страдала сосудистой деменцией.
В обоснование заявленных требований истцом представлено заключение специалиста АНО «РМПЦ» от 05 июля 2021 г., согласно которому фио в период заключения сделки 19 февраля 2019 г. страдала сосудистой деменцией, не могла в полной мере осознавать характер, юридические и социальные последствия совершаемых ею действий, и свободно выражать свою волю.
По ходатайству представителя истца судом на основании определения от 18 августа 2022 года была назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза в отношении фио
Из заключения комиссии экспертов ГБУЗ «ПКБ № 1 им. фио» от 18.07.2022 № 222-4 следует, что в юридически значимый период подписания завещания и на момент выдачи доверенности от 19.02.2019 г. у фио обнаружилось психическое расстройство в форме сосудистой деменции F 01 по МКБ-10. Об этом свидетельствуют данные представленной меддокументации и материалов гражданского дела об обнаруживаемых у нее, начиная с мая 2018 года, на фоне длительного течения сосудистого заболевания головного мозга (ЦВБ с ХИГМ, гипертоническая болезнь, сердечно-сосудистая патология с фибрилляцией предсердий перенесенным инфарктом миокарда и застойной сердечной недостаточностью), церебрастенической симптоматики (слабость, шум в ушах, нарушения сна) и констатацией при врачебных осмотрах в мае, июле, декабре 2018 года выраженных когнетивных нарушений, мнестико-интеллектуального снижения, со снижением памяти «по закону Рибо» (в т.ч. «не помнила даты, дни недели»), с недоступностью продуктивному контакту с затруднениями сбора анамнестических сведений, некритичностью к своему состоянию, указаниями на ответы не по существу, и описанием транзиторных состояний сосудистой спутанности с частичной дезориентировкой во времени и пространстве, неправильным поведением с агрессией к лицам ближнего окружения, а также указаниями в медицинской документации в мае 2018 года (со слов дочери) и в декабре 2018 года (со слов сына) и наличие «деменции» - «амбулаторно за собой не ухаживает из-за деменции», что сопровождалось социальной и бытовой дезадаптацией (указание истца со ссылкой на письма ответчика, что «от старости…потери памяти совсем изменилась, озлобилась скандалит, руки распускает оскорбляет»; со ссылкой на слова мужа фио, что та «давно не готовила», «не ходила в магазин»; отмеченные в показаниях сиделки фио «приступы агрессии», «Очень плохо соображала, не могла себя обслуживать, стирать, готовить, убирать, речь периодически была бессвязной, мысли путались», в совокупности потребовало обращение за психиатрической помощью, а 20.07.2018 г. и 10.01.2019 г. позволило консультировавшим ее психиатрам диагностировать «Сосудистую деменцию» с указанием на нуждаемость в постоянном постороннем уходе, приеме противодементивных средств и нейролептиков и рекомендаций наблюдения психиатром по месту жительства. В юридически значимый период подписания завещания и на момент выдачи доверенности от 19.02.2019 г. указанное психическое расстройство фио сопровождалось неспособностью к смысловой оценке ситуации, осознанию юридических особенностей оформляемых документов и прогнозу последствий, а также нарушением критических функций, целенаправленности и регуляции своих действий. Поэтому в период подписания завещания и на момент выдачи доверенности от 19.02.2019 года фио не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Оснований не доверять заключению судебной психиатрической экспертизы у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена в специализированном медицинском учреждении, экспертами, имеющими продолжительный стаж работы в исследуемой области, с исследованием материалов дела, медицинских документов.
Оснований для проведения дополнительной или повторной экспертизы судом не установлено.
Таким образом, доводы истца подтверждаются заключением судебной посмертной психиатрической экспертизы.
Нотариально удостоверенное заявление фио, показания свидетелей фио, фио, фио, фио выводы судебной экспертизы, сведения, изложенные в медицинской документации, не опровергают.
Таким образом, в ходе судебного разбирательства было установлено, что в момент подписания завещания и доверенности от 19 февраля 2019 г. фио находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.
Вместе с тем, ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.
В соответствии со ст. 195 ГК РФ под сроком исковой давности признается срок, в течение которого заинтересованное лицо может обратиться в суд за защитой своего права.
В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.
Согласно ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно ответу нотариуса 12 марта 2020 года от фио, действующей по доверенности от имени ФИО1, поступило заявление о принятии наследства и выдачи свидетельства о праве на наследство.
Таким образом, о завещании от 19 февраля 2019 г. истец должна была узнать 12 марта 2020 года.
Также 27 июня 2019 года фио - представителем ФИО1 было подано заявление о принятии наследства после смерти фио При этом в материалах наследственного деле открытого после смерти фио находится спорная доверенность.
Поскольку иск подан истцом 16 ноября 2021 г., срок исковой давности истцом пропущен.
Таким образом, о спорной доверенности истец должна была узнать 27.06.2019 г.
Доводы истца о том, что срок исковой давности следует исчислять не с момента ознакомления его с завещанием, а с момента получения истцом заключения специалиста АНО «РМПЦ» от 05 июля 2021 г., являются несостоятельными, основаны на неверном толковании норм материального права.
Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании завещания и доверенности недействительными.
В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
На основании изложенного, поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении основных требований истца, производные требования о разделе наследственного имущества, оставшегося после смерти фио, пропорционально долям наследников также удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 56, 194-198 ГПК РФ, ст.ст. 177, 181, 195, 196, 199 ГК РФ,
решил:
В иске ФИО1 (паспортные данные) к ФИО2 (паспортные данные) о признании доверенности и завещания недействительными отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мосгорсуд в течение месяца со дня принятия решения.
Судья Юдина И.В.
Решение в окончательной форме изготовлено 13.06.2023 г.