Судья Медведева И.С.

УИД: 74RS0046-01-2022-004347-35

Дело № 2-321/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-8159/2023

20 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г.. Подрябинкиной Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Озерский спиртоводочный завод» об установлении факта трудовых отношений, взыскании недополученной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, признании недействительным договора аренды транспортного средства, по встречному иску акционерного общества «Озерский спиртоводочный завод» к ФИО1 о взыскании задолженности по договору аренды транспортного средства

по апелляционной жалобе акционерного общества «Озерский спиртоводочный завод» на решение Озерского городского суда Челябинской области от 04 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Доевой И.Б. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, пояснения истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, полгавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 с учетом последующего уточнения исковых требований в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обратился в суд с иском к акционерному обществу «Озерский спиртоводочный завод» (далее – АО «ОСВЗ») об установлении факта трудовых отношений в должности <данные изъяты> в период с 02 сентября 2020 года по 01 мая 2022 года, признании недействительным на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации договора аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенного между ним и АО «ОСВЗ» в лице генерального директора <данные изъяты>., взыскании задолженности по заработной плате за апрель 2022 года в размере 25 000 рублей, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период с 02 сентября 2020 года по 01 мая 2022 год в размере 45 902 рублей 28 рублей (том № 1 л.д. 5-6, 118-119, 140).

В обоснование исковых требований указано, что 02 сентября 2020 года ФИО1 был принят на работу в АО «ОСВЗ» в качестве <данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> надлежащего оформления трудовых отношений; трудовые обязанности ФИО1 исполнял с ведома, по поручению и в интересах работодателя в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем. Поскольку в нарушение требований трудового законодательства трудовые отношения между сторонами оформлены не были, истец обратился в суд с настоящим иском.

Не согласившись с предъявленными требованиями, ответчик АО «ОСВЗ» обратилось к ФИО1 со встречным исковым заявлением о взыскании задолженности по договору аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года в размере 120 000 рублей, заключенного между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора <данные изъяты>. и ФИО1, ссылаясь на то, что ФИО1 не исполнял свои обязательства по своевременному внесению арендной платы (том № 1 л.д. 33-35).

В судебном заседании суда первой инстанции истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении с учетом уточнений, в удовлетворении встречного искового заявления просил отказать, ссылаясь на его необоснованность.

Представители ответчика (истца по встречному иску) АО «ОСВЗ» ФИО2, действующая на основании доверенности, а также законный представитель АО «ОСВЗ» - генеральный директор АО «ОСВЗ» ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1, ссылаясь на их необоснованность, на удовлетворении встречных исковых требований настаивали по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении.

Решением Озерского городского суда Челябинской области от 04 апреля 2023 года постановлено: в удовлетворении встречных исковых требований АО «ОСВЗ» к ФИО1 о взыскании задолженности по договору аренды транспортного средства отказать; исковые требования ФИО1 к АО «ОСВЗ» об установлении факта трудовых отношений, о взыскании недополученной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, о признании недействительным договора аренды транспортного средства удовлетворить; признать недействительным договор аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенный между генеральным директором АО «ОСВЗ» ФИО3 и ФИО1; установить факт трудовых отношений между ФИО1 и АО «ОСВЗ» в период с 02 сентября 2020 года по 01 мая 2022 года в должности <данные изъяты>; взыскать с АО «ОСВЗ» в пользу ФИО1 заработную плату за апрель 2022 года в размере 25 000 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 45 902 рубля 28 копеек; взыскать с АО «ОСВЗ» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2 327 рублей 06 копеек (том № 1 л.д. 193-205).

В апелляционной жалобе представитель ответчика (истца по встречному иску) АО «ОСВЗ» просит решение суд первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований, удовлетворении встречного искового заявления АО «ОСВЗ». В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение норм материального права, а также норм процессуального права (том № 1 л.д. 214-220)

В возражениях на апелляционную жалобу истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность (том № 2 без л.д.).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки в судебное заседание суд не известила, ходатайств об отложении рассмотрения дела или о рассмотрении дела в свое отсутствие не заявляли. Одновременно информация о слушании дела размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 113, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав новые доказательства, принятые в порядке абзаца 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает решение суда первой инстанции подлежащим изменению в части размера компенсации за неиспользованный отпуск, а также размера государственной пошлины в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального и процессуального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и из материалов дела следует, что АО «ОСВЗ» (ИНН <***>) является действующим юридическим лицом, видом деятельности данного юридического лица является, в том числе производство дистиллированных питьевых алкогольных напитков: водки, виски, бренди, джина, ликеров и т.п., а также торговля розничная напитками в специализированных магазинах (том № 1 л.д. 38-42); генеральным директором АО «ОСВЗ» с 10 июня 2016 года является ФИО3, владельцем ценных бумаг <данные изъяты> (том № 1 л.д. 132-133).

Согласно пункту 2.1 Устава целями общества является извлечение прибыли; предметом деятельности являются, в том числе, производство, хранение и поставка произведенной алкогольной продукции (пункт 2.2 Устава) (том № 1 л.д. 61-66).

Согласно штатному расписанию, утвержденному приказом от 03 февраля 2020 года № <данные изъяты>, количество штатных единиц в АО «ОСВЗ» на период с 01 марта 2020 года составляет 202 штатных единиц, должность <данные изъяты> в штатном расписании АО «ОСВЗ» отсутствует (том № 1 л.д. 152-154).

При этом, из материалов дела также следует, что 16 января 2021 года в органах ГИБДД зарегистрировано право собственности АО «ОСВЗ» на транспортное средство «Форд Транзит» государственный регистрационный знак <данные изъяты> (том № 1 л.д. 71).

В материалы дела также представлен договор аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенный между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора <данные изъяты>. (арендодатель) и ФИО1 (арендатор), по условиям которого, арендодатель предоставляет арендатору во временное владение и пользование автомобиль «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, без предоставления услуг по управлению транспортным средством и по его техническому содержанию и эксплуатации (пункт 1.1). Этим же договором предусмотрено, что арендодатель обязан обеспечивать арендатора горюче-смазочным материалом без ограничения их количества и объеме, согласно заявке последнего (пункт 2.5), стоимость пользования транспортным средством, переданным в аренду, за полный срок составляет 120 000 рублей, выплачивается ежемесячно равными долями (1/12 годовой стоимости) в твердой сумме платежа в размере 10 000 рублей в месяц (пункты 5.1 и 5.2 договора), в арендную плату включается стоимость горюче-смазочных материалов, предоставляемых арендатору арендодателем, согласно пункту 2.5 договора (пункт 5.8), по требованию арендодателя договор аренды может быть досрочно расторгнут в случаях, когда арендатор более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату (пункт 10.3) (том № 1 л.д. 43-47).

Из Акта приема-передачи транспортного средства от 13 декабря 2021 года следует, что автомобиль «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, передан ФИО1 в технически исправном состоянии (том № 1 л.д. 48).

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывал, что фактически между ним и ответчиком в период с 02 сентября 2020 года по 01 мая 2022 года сложились трудовые отношения в должности <данные изъяты>, договор аренды транспортного средства является притворной сделкой, заключенный с целью прикрыть фактически сложившиеся отношения между сторонами трудовые отношения; трудовые обязанности по перевозке алкогольной продукции он исполнял с ведома, по поручению и в интересах работодателя в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем на основании выдаваемых товарно-транспортных накладных, в которых в качестве грузоотправителя значились и иные организации (том № 1 л.д. 85-100); заработная плата по должности водителя была установлена в размере 25 000 рублей в месяц.

Свидетель <данные изъяты>, допрошенный судом первой инстанции, в судебном заседании суда первой инстанции пояснил, что знает ФИО1 как <данные изъяты>, который работал, в том числе, и на автомобиле «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты> в АО «ОСВЗ»; он сам (<данные изъяты>.) также работал в АО «ОСВЗ» водителем без оформления трудового договора, поскольку вместо трудового договора с <данные изъяты> оформлялся договор аренды транспортного средства, при этом все транспортные средства, на которых они развозили алкогольную продукцию, располагались на стоянке АО «ОСВЗ»; также ему известно, что <данные изъяты>. работал главным механиком в АО «ОСВЗ» и водители находились у него в подчинении (том № 1 л.д. 121-123).

Разрешая спор, суд первой инстанции, ссылаясь на нормы статей 15, 16, 66, 67, 68, Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», на основе оценки представленной в материалы дела совокупности доказательств, установил факт допуска ответчиком истца к работе в качестве водителя с 02 сентября 2020 года по 01 мая 2022 года, выполнение истцом работы в интересах ответчика, которая выполнялась им в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем, пришел к выводу о доказанности факта существования трудовых отношений.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о доказанности факта трудовых отношений между сторонами и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, приняты в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

Проверяя по доводам апелляционной жалобы ответчика решение суда в указанной части, судебная коллегия не находит оснований для его отмены, полагая, что выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В соответствии с частью первой статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Приведенные нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судом первой инстанции применены правильно.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между истцом и ответчиком о личном выполнении ФИО1 работы в качестве <данные изъяты>; был ли ФИО1 допущен к выполнению названной работы; выполнял ли ФИО1 эту работу (трудовую функцию) в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялся ли ФИО1 действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; было ли достигнуто между сторонами соглашение о режиме рабочего времени, размере заработной платы ФИО1, порядке и сроках ее выплаты; выплачивалась ли ФИО1 заработная плата и за какой период.

Судом первой инстанции, названные обстоятельства, касающиеся характера отношений, возникших между ФИО1 БЮ. и ООАО «ОСВЗ» в спорный период в качестве водителя, установлены, в связи с чем, эти отношения признаны трудовыми.

Основываясь на положениях статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что ответчик, отрицая факт трудовых отношений с истцом, не представил каких-либо доказательств их отсутствия.

Поскольку законом не предусмотрено, что факт допущения работника к работе может подтверждаться только определенными доказательствами, суд при рассмотрении дела исходил из допустимости любых видов доказательств, указанных в части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Так, суд надлежащим образом оценил представленные в материалы дела доказательства: ответ на запрос суда о том, что 16 января 2021 года в органах ГИБДД зарегистрировано право собственности АО «ОСВЗ» на транспортное средство «Форд Транзит» государственный регистрационный знак <данные изъяты> (том № 1 л.д. 71), договор аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенный между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора <данные изъяты>. (арендодатель) и ФИО1 (арендатор) (том № 1 л.д. 43-47), акт приема-передачи транспортного средства от 13 декабря 2021 года следует, что автомобиль «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, передан ФИО1 в технически исправном состоянии (том № 1 л.д. 48), переписку в мессенджере WHATSAPP (том № 1 л.д. 102-104), товарно-транспортные накладные (том № 1 л.д. 85-100), а также показания свидетеля <данные изъяты> (том № 1 л.д. 121-123), и в соответствии с требованиями части 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации результаты оценки отразил в своем решении, привел мотивы, по которым объяснения истца, которые в силу статей 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу и также подлежат оценке по правилам статьи 67 названного Кодекса, а также указанные доказательства в совокупности приняты в качестве средств обоснования выводов суда. Опровергающих указанные обстоятельства доказательств ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представлено не было.

Оснований не доверять показаниям вышеуказанного свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности по статьям 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации у судебной коллегии не имеется, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, последовательны, конкретны, не противоречивы, согласуются с объяснениями истца, которые в силу статей 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу и также подлежат оценке по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также с иными представленными в материалы дела доказательствами; его заинтересованности при рассмотрении настоящего дела не установлено.

Судебная коллегия также отмечает, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд Российской Федерации, например, определение от 19 мая 2009 года № 597-О-О, определение от 13 октября 2009 года №1320-О-О, определение от 12 апреля 2011 года № 550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя, ответственного за ведение кадрового и бухгалтерского документооборота, в связи с чем является несостоятельным довод ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на отсутствие заявления о приеме на работу, приказа о приеме на работу, трудового договора. Как указано выше, данные обстоятельства об отсутствии между сторонами трудовых отношений не свидетельствует, а означают лишь неисполнение ответчиком обязанности по их документальному оформлению.

В данном случае, любой работодатель должен нести ответственность за риск возникновения отрицательных последствий от неэффективной организации труда своих работников, как следствие, фактическое допущение к работе конкретного лица в данной ситуации свидетельствует о возникновения трудовых правоотношений. Отсутствие же оформленного трудового договора, приказа о приеме на работу, само по себе не подтверждает отсутствие между сторонами трудовых отношений, а свидетельствует лишь о ненадлежащем выполнении ответчиком обязанности по оформлению трудовых отношений (статьи 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО1 осуществлял деятельность на основании договора аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенного между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора ФИО3 (арендодатель) и ФИО1 (арендатор), по условиям которого, арендодатель предоставляет арендатору во временное владение и пользование автомобиль «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, без предоставления услуг по управлению транспортным средством и по его техническому содержанию и эксплуатации (пункт 1.1) (том № 1 л.д. 43-47), судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку в силу положений части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы в указанной части, судебная коллегия также отмечает, что согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель, однако, таких доказательств в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, последним при рассмотрении дела не представлено.

Так, из материалов дела следует, что на основании договора аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенного между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора <данные изъяты>. (арендодатель) и ФИО1 (арендатор), арендодатель предоставляет арендатору во временное владение и пользование автомобиль «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, без предоставления услуг по управлению транспортным средством и по его техническому содержанию и эксплуатации (пункт 1.1). Этим же договором предусмотрено, что арендодатель обязан обеспечивать арендатора горюче-смазочным материалом без ограничения их количества и объеме, согласно заявке последнего (пункт 2.5), стоимость пользования транспортным средством, переданным в аренду, за полный срок составляет 120 000 рублей, выплачивается ежемесячно равными долями (1/12 годовой стоимости) в твердой сумме платежа в размере 10 000 рублей в месяц (пункты 5.1 и 5.2 договора), в арендную плату включается стоимость горюче-смазочных материалов, предоставляемых арендатору арендодателем, согласно пункту 2.5 договора (пункт 5.8), по требованию арендодателя договор аренды может быть досрочно расторгнут в случаях, когда арендатор более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату (пункт 10.3) (том № 1 л.д. 43-47).

Из объяснений ФИО1, данных им в ходе рассмотрения дела, следует, что он был трудоустроен в качестве <данные изъяты> в АО «ОСВЗ» для осуществления перевозок алкогольной продукции, трудовую функцию осуществлял, в том числе на автомобиле автомобиль «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты>; заработная плата была установлена в размере 25 000 рублей, выплачивалась наличными денежными средствами один раз в месяц; перевозку алкогольной продукции он осуществлял в интересах ответчика АО «ОСВЗ», выступавшего в отношениях с заказчиками перевозчиком, денежные средства на топливо и на запчасти предоставлял АО «ОСВЗ» путем перечисления денежных средств на топливную карту, а также наличными денежными средствами при предоставлении документов, подтверждающих приобретение запчастей, обслуживание автомобиля также происходило на территории АО «ОСВЗ»; спорным автомобилем он управлял лично, договоры перевозок не заключал, собственный товар не перевозил, арендную плату по договору не платил; после рейсов автомобиль с ключами ставил на стоянку ответчика АО «ОСВЗ»; перед выходом в рейс ему выдавались товарно-транспортные накладные, в которых грузоотправителем значились иные организации, с которыми АО «ОСВЗ» состоял в отношениях в качестве перевозчика, что также следует из представленных в материалы дела договора транспортной экспедиции от 01 февраля 2019 года № <данные изъяты>, заключенного между АО «ОСВЗ» и ООО «Эталон Сервис» (том № 1 л.д. 161-162), а также договора на перевозку грузов от 03 июня 2019 года № 27, заключенным между ООО «Основной поставщик» и ООО «Эталон Сервис» (том № 2 без л.д.).

Анализ условий договора аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенного между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора <данные изъяты>. (арендодатель) и ФИО1 (арендатор) в совокупности с объяснениями истца ФИО1, а также представленными в материалы дела доказательствами, в том числе договором транспортной экспедиции от 01 февраля 2019 года № <данные изъяты>, заключенного между АО «ОСВЗ» и ООО «Эталон Сервис» (том № 1 л.д. 161-162), договором на перевозку грузов от 03 июня 2019 года № <данные изъяты>, заключенным между ООО «Основной поставщик» и ООО «Эталон Сервис» (том № 2 без л.д.), товарно-транспортными накладными (том № 1 л.д. 85-100), позволяет сделать вывод о том, что отношения, которые сложились между указанными лицами, имеют все признаки трудовых отношений, поскольку ФИО1 именно по заданию АО «ОСВЗ» выполнял работу на автомобиле, принадлежащем АО «ОСВЗ», которая не могла выполняться им как самостоятельным хозяйствующим субъектом, он осуществлял деятельность по заданию АО «ОСВЗ».

Установив данные обстоятельства и оценку представленным в материалы дела доказательствами по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что договор аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенного между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора ФИО3 (арендодатель) и ФИО1 (арендатор) является недействительной (ничтожной) сделкой ввиду ее притворного характера, прикрывающей по существу трудовые отношения, сложившиеся между сторонами в период с 02 сентября 2020 года по 01 мая 2022 года и к данной сделке подлежат применению правила, относящиеся к трудовому договору. В связи с этим суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года, заключенного между АО «ОСВЗ» в лице генерального директора ФИО3 (арендодатель) и ФИО1 (арендатор) недействительной (ничтожной) сделкой, одновременно указав на отсутствие правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований АО «ОСВЗ» о взыскании с ФИО1 задолженности по договору аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года в размере 120 000 рублей, поскольку данный договор аренды транспортного средства от 13 декабря 2021 года не мог порождать определенные обязательства друг перед другом, в том числе и обязанность ФИО1 производить оплату АО «ОСВЗ» по несуществующему обязательству.

Вывод суда первой инстанции в указанной части соответствует положениям части 4 статьи 11, статей 15, 19.1, 56, 57, 61, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, пункту 2 статьи 170, статьям 642, 645, 646 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 8 и в абзаце 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также обстоятельствам данного гражданского дела.

Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права, к чему фактически сводятся доводы апелляционной жалобы ответчика (истца по встречному иску) у суда апелляционной инстанции не имеется, так как выводы суда первой инстанции в указанной части полностью соответствуют обстоятельствам данного дела, спор по существу разрешен верно.

Разрешая спор и признавая сложившиеся в спорный период между сторонами отношения трудовыми, а договор аренды – недействительной (ничтожной) сделкой, суд первой инстанции верно исходил из того, что из исследованных доказательств, в том числе пояснений истца, показаний свидетеля, следует, что о наличии трудовых отношений свидетельствуют устойчивый характер отношений между сторонами; в течение спорного периода ФИО1 лично выполнял работу по должности водителя за плату на принадлежащем ответчику автомобиле «Форд Транзит», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, осуществлял перевозки грузов по заданию АО «ОСВЗ» в его интересах в рамках гражданско-правовых отношений последнего с заказчиками, носящих не разовый характер; расходы на содержание и эксплуатацию транспортного средства (приобретение запчастей, приобретение топлива) нес ответчик, транспортное средство истец возвращал на стоянку ответчика, регулярно получал заработную плату.

Также судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что между сторонами фактически не заключался договор аренды транспортного средства, который бы порождал у сторон сделки определенные обязанности друг перед другом, фактической обязанности истца перед ответчиком производить оплату арендных платежей не существовало, арендная плата не уплачивалась, расходы на содержание и эксплуатацию транспортного средства (приобретение запчастей, приобретение топлива) нес ответчик, транспортное средство истец возвращал на стоянку ответчика. Данные обстоятельства, по мнению судебной коллегии, указывают на то, что договор аренды транспортного средства является притворной сделкой (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку прикрывает фактически возникшие трудовые отношения, сложившиеся между ФИО1 и АО «ОСВЗ».

Доводы кассационной жалобы ответчика жалобы о том, что в материалах дела не имеется доказательств сложившихся трудовых отношений между истцом и ответчиком, а из объяснений самого ФИО1 усматривается, что допуск истца до работы уполномоченным лицом не осуществлялся, истец не подчинялся режиму рабочего времени, правилам внутреннего трудового распорядка ответчика, ему не выделялось рабочее место, работы (услуги) по перевозке грузов выполнялись им в рамках правоотношений с иными лицами, а также о том, что договор аренды заключен сторонами по добровольному волеизъявлению в соответствии с правомочиями по своему усмотрению осуществлять свои гражданские права и обязанности, они реально исполнены сторонами путем предоставления ответчиком истцу во временное владение и пользование автомобиля, с использованием которого истец на возмездной основе (за плату) оказывал услуги по перевозке грузов, сводятся к необходимости переоценки судом апелляционной инстанции исследованных судом доказательств в подтверждение обстоятельств, имеющих значение для дела, правильно установленных судом первой инстанции и получивших надлежащую правовую квалификацию.

Вопреки доводам жалобы, приведенные нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, судом первой инстанции применены правильно. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, действительные правоотношения сторон, сложившиеся между сторонами, квалифицированные как трудовые, судом определены верно.

С учетом норм приведенных выше национальных актов, в том числе, о правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков таких отношений, недоказанность ответчиком отсутствия трудовых отношений с истцом в спорный период (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), исходя из положений статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и принимая во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 18 постановления от 29 мая 2018 года № 15, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что совокупность представленных в материалы дела и исследованных в судебном заседании доказательств является достаточной для вывода о возникновении и наличии трудовых отношений между АО «ОСВЗ» и ФИО1 в спорный период в качестве водителя.

Ошибочным является утверждение ответчика в апелляционной жалобе о том, что истец обязан был доказать наличие между сторонами трудовых отношений, а именно - достижение сторонами соглашения о выполнении трудовой функции по должности в соответствии со штатным расписанием с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, условия оплаты труда. Как разъяснено в абзаце 2 пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении судами споров, связанных с применением статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей правовые последствия фактического допущения к работе не уполномоченным на это лицом, судам следует исходить из презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции.

На работника не может быть возложено бремя доказывания факта наличия трудовых отношений при условии, что работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя, в его интересах, под его контролем и управлением. Именно на ответчика, возражавшего против удовлетворения исковых требований, должна быть возложена обязанность доказать отсутствие трудовых отношений либо наличие обстоятельств, которые освобождают ответчика от ответственности работодателя. Таким образом, доказательства правомерности своих действий должен предоставить ответчик. Возложение на истца бремени доказывания юридически значимых обстоятельств напрямую противоречит существу заявленного спора и сути сложившихся между сторонами отношений.

Иные доводы ответчика, оспаривающие выводы суда, не имеют правового значения для разрешения дела, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, а также основаны на его субъективном мнении о том, как должен был быть рассмотрен спор. При этом сама по себе процедура заключения договора не может определять его правовую природу, которая устанавливается на основании характера фактически сложившихся между сторонами правоотношений, выполняемых работником функций и обязанностей. В рамках рассматриваемого спора установлены признаки, присущие трудовым правоотношениям. Оснований для иной оценки указанных обстоятельств и представленных доказательств у судебной коллегии не имеется.

Доказательств злоупотребления истцом правом при предъявлении настоящего иска ответчик суду не представил, при том, что разумность и добросовестность предполагается, обратное (предъявление истцом иска исключительно с намерением причинить ответчику вред) подлежит доказыванию (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы апелляционной жалобы о том, что при оценке доказательств в указанной части судом допущены нарушения норм процессуального права, признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку из материалов дела следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовал представленные сторонами по делу доказательства, дал им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебном акте. Субъективное мнение ответчика в отношении установленных обстоятельств дела, несогласие с оценкой доказательств основанием к отмене решения не является, о каких-либо нарушениях допущенных судом первой инстанции при рассмотрении и разрешении дела не свидетельствует.

В целом доводы жалобы фактически выражают субъективную точку зрения ответчика на то, как должно быть рассмотрено настоящее дело и оценены собранные по делу доказательства, в связи, с чем не влекут отмену судебного постановления. Между тем, несогласие ответчика в жалобе с установленными по делу обстоятельствами и оценкой судом доказательств, с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела, иное толкование положений законодательства не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку являются аналогичными правовой позиции ответчика при рассмотрении дела судом первой инстанции. Позиция ответчика проанализирована судом первой инстанции, мотивы, по которым доводы признаны необоснованными и отклонены, подробно изложены в оспариваемом судебном акте. Оснований не соглашаться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права, и его толковании.

Удовлетворяя требования ФИО1 о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период работы в ООО «ОСВЗ» с 02 сентября 2022 года по 01 мая 2022 года, суд первой инстанции на основании анализа и оценки представленных в материалы дела доказательств, руководствуясь номами материального права, регулирующих спорные правоотношении, исходил из отсутствия доказательств выплаты истцу компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, и пришел к выводу о взыскании в пользу истца с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск в размере 45 902 рубля 28 копеек.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда в части наличия правовых основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации за неиспользованный отпуск, полагая, что выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В соответствии со статьей 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет, в соответствии со статьей 140 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из анализа положений статей 114, 115, 123 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка; ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней; очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 названного Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

В силу части 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Оценивая представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что отсутствуют доказательства, как подтверждающие оплату ежегодного основного оплачиваемого отпуска в соответствии с вышеуказанными нормами закона, так и выполнения работодателем обязанности по предоставлению истцу ежегодного основного оплачиваемого отпуска.

Доказательства, свидетельствующие об обратном, стороной ответчика в материалы дела не представлены (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, истец ФИО1 не реализовал право на предоставление компенсации за неиспользованный отпуск в связи с прекращением трудовых отношений 01 мая 2022 года, в связи с чем, обоснованными с учетом статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации являются требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск.

В соответствии со статьей 140 Трудового кодекса Российской Федерации, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете выплатить, не оспариваемую им, сумму.

Проверяя приведенный судом первой инстанции в решении расчет компенсации за неиспользованный отпуск, судебная коллегия, соглашаясь с доводами апелляционной жалобы ответчика, не может признать его правильным, поскольку он не соответствует требованиям статей 115, 127 Трудового кодекса Российской Федерации, положений Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных НКТ СССР 30 апреля 1930 года № 169.

Как указано выше, в соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Положениями Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» предусмотрено, что расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев (пункт 4).

При исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, в частности, если: а) за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; б) работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам; в) работник не работал в связи с простоем по вине работодателя или по причинам, не зависящим от работодателя и работника; е) работник в других случаях освобождался от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 5).

В случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному (пункт 6).

В случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период и до начала расчетного периода, средний заработок определяется исходя из размера заработной платы, фактически начисленной за фактически отработанные работником дни в месяце наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка (пункт 7).

В случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период, до начала расчетного периода и до наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка, средний заработок определяется исходя из установленной ему тарифной ставки, оклада (должностного оклада) (пункт 8).

При определении среднего заработка используется средний дневной заработок в следующих случаях: для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска; для других случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, кроме случая определения среднего заработка работников, которым установлен суммированный учет рабочего времени.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (пункт 9).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3).

В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах.

Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце (пункт 10).

Во всех случаях средний месячный заработок работника, отработавшего полностью в расчетный период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть менее установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (пункт 18).

Из приведенных правовых норм следует, что для определения размера подлежащего выплате работнику заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск является выяснение следующих юридически значимых обстоятельств: продолжительность периода вынужденного прогула; размер фактически начисленной истцу заработной платы и фактически отработанного истцом времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за истцом сохраняется средняя заработная плата; в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 Положения, размер заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному; в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период, до начала расчетного периода и до наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка, размер установленной работнику тарифной ставки, оклада (должностного оклада); установленный работнику режим работы в юридически значимый период; размер среднего дневного заработка; количество рабочих дней в соответствии с режимом работы работника в периоде, подлежащем оплате; количество неиспользованных работником дней отпуска с учетом продолжительности периода работы и продолжительности оплачиваемого отпуска по условиям заключенного трудового договора, локальных актов работодателя, действующего трудового законодательства.

Как следует из материалов дела, заработная плата истца за расчетный период с 01 апреля 2022 года по 30 апреля 2022 года (пункт 8 Положения) составляет 25 000 рублей (с учетом удержанного налога на доходы физических лиц), следовательно, средний дневной заработок для оплаты отпуска составит: 25 000 рублей / 1 месяц / 29,3 календарных дня = 853 рубля 24 копейки; компенсация за неиспользованный отпуск, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца составит 39 812 рублей 17 копеек (853 рубля 24 копейки * 46, 66 календарных дня); расчетный период с 02 сентября 2020 года по 01 мая 2022 года составляет 01 год 08 месяцев ((28 календарных дня + (08 месяцев * 28 календарных дней) / 12 месяцев) = 46, 66 календарных дня).

По приведенным мотивам решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера компенсации за неиспользованный отпуск в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального и процессуального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) с указанием на взыскание с ответчика в пользу истца компенсации за неиспользованный отпуск в размере 39 812 рублей 17 копеек (с учетом удержанного налога на доходы физических лиц).

Доводы апелляционной жалобы ответчика (истца по встречному иску) о допущенных судом первой инстанции нарушениях норм процессуального права, судебной коллегией отклоняются, поскольку не свидетельствуют о незаконности обжалуемого судебного постановления.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Между тем, изменение решения суда первой инстанции в части взысканных сумм является основанием для изменения судом апелляционной инстанции распределения судебных расходов (часть 3 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 98, статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2 144 рубля (по требованию неимущественного характера), от уплаты которой истец освобожден в силу закона (статья 393 Трудового кодекса Трудового кодекса Российской Федерации, подпункт 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Озерского городского суда Челябинской области от 04 апреля 2023 года изменить в части размера компенсации за неиспользованный отпуск, а также размера государственной пошлины.

Взыскать с акционерного общества «Озерский спиртоводочный завод» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 39 812 рублей 17 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Озерский спиртоводочный завод» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2 144 рубля.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Озерский спиртоводочный завод» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 июля 2023 года.