АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Кызыл 3 августа 2023 года
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва в составе:
председательствующего Тулуша Х.И.,
судей Бадыраа Ш.Х. и Омзаар О.С.,
при секретаре Ханды Б.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и защитника Иргит Ч.С. на приговор Бай-Тайгинского районного суда Республики Тыва от 26 апреля 2023 года, которым
ФИО1, **,
осужден по ч.1 ст.105 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Срок наказания ФИО1 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.
На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок отбытия наказания в виде лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 7 июня 2022 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
В приговоре разрешен вопрос о процессуальных издержках и определена судьба вещественного доказательства.
Заслушав доклад судьи Тулуша Х.И., выступления осужденного ФИО1 и его защитника Иргит Ч.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб и просивших переквалифицировать деяние на ч.1 ст.109 УК РФ со смягчением наказания, возражения прокурора Хертек А.Э., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 признан виновным и осужден за убийство, то есть за умышленное причинение смерти другому человеку.
Согласно приговору, преступление совершено при следующих обстоятельствах.
5 июня 2022 года около 16 часов на чабанской стоянке в местечке «**», расположенном на расстоянии ** Республики Тыва, в ходе совместного распития спиртных напитков Г., используя нецензурную брань, стал предъявлять претензии ФИО1 по поводу того, что тот построил свою чабанскую стоянку на тропе для скота. Вследствие этого ФИО1 на почве возникших личных неприязненных отношений к Г., имевшимся при себе ножом умышленно нанес ему удар в область груди, причинив ему проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением хрящевой части левых 6-7 ребер, перикарда и сердца со скоплением крови в левой плевральной полости и в полости перикарда, которое расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которого тот скончался на месте.
В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении по ч.1 ст.105 УК РФ не признал и показал, что 5 июня 2022 года помогал на чабанской стоянке Ж., после работы выпивали, он только пригубил. Г. начал оскорблять его нецензурной бранью, пинать, махать кулаками. Он пошел седлать коня, чтобы уехать, но Г. начал кидаться большими камнями, которые попали ему в колено, в затылок, а также в коня, отчего конь встал на дыбы и начал вырываться. Он испугался за свою жизнь и не помнит, как достал из кармана нож. Конь отскочил, он согнулся в левую сторону и, падая по инерции с поводком в руке, замахнулся рукой, при этом рука, в которой он держал нож, была согнута за голову, в таком положении он упал. Когда он встал, Г. упал. Оказалось, что он, падая, ударил Г. ножом, удар пришелся сверху вниз. Он не заметил, куда попал нож. У него умысла убить Г. не было, все получилось случайно.
В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором. Указывает, что в ходе судебного заседания объяснял, что Г. сам виноват, был пьяный, нецензурно ругался, подбежал сзади и кидал камнями, угрожал «убью, как твоего отца». Когда у него поводок был в руке, конь отскочил, падая на землю, он не заметил, что нож случайно попал в потерпевшего, У него не было умысла на убийство. Просит переквалифицировать его действия на ч.1 ст.109 УК РФ, как на причинение смерти по неосторожности и снизить срок наказания.
В апелляционной жалобе защитник Иргит Ч.С. не соглашается с приговором. Указывает, что ее подзащитный при первом же допросе вину по ч.1 ст.105 УК РФ не признал, честно рассказал следователю об обстоятельствах дела, что смерть потерпевшего наступила вследствие его неосторожных действий, умысла на убийство не было, в его действиях усматривается состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ. Для установления истины по ходатайству стороны защиты проведена комплексная судебно-ситуационная экспертиза, по результатам которого эксперт указал о необходимости проведения следственного эксперимента, в связи с чем ходатайствовала о назначении следственного эксперимента, но суд отказал в удовлетворении данного ходатайства, чем нарушил право сторон на состязательность. В ходе предварительного следствия в отношении ФИО1 проведена судебная экспертиза, но телесные повреждения в заключении эксперта не указаны, данные телесные повреждения ФИО1 показал следователю, который указал их в ходе допроса в качестве обвиняемого. Данные телесные повреждения подтверждают показания о совершении преступления по неосторожности. В ходе судебного следствия свидетель Ж. не подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии, указав, что подпись поставил, не читая, указанные в протоколе слова не говорил, на проверке показаний на месте он со следователем не был, так как не было лодки, также поставил подписи на чистых листах, в действительности он, как свидетель, ничего не видел, так как в этот момент его рядом не было, он не говорил про нож, не говорил каким образом был нанесен удар ножом, он в действительности не видел, как был нанесен удар ножом, не подтвердил показания в данной части. Также суд не принял во внимание показания свидетеля Ж. – супруги свидетеля Ж., который изменил показания в суде, суд отнесся к этому критически. По смыслу и по тексту протокол допроса в качестве свидетеля Ж. от 07.06.2022 (т.1 л.д.33-36) и протокол проверки показаний на месте свидетеля Ж. от 08.07.2022 (т.1 л.д.123-128) изготовлены не со слов свидетеля, они напечатаны на техническом устройстве компьютере, тогда как проверка показаний свидетеля производилась в местечке «**», где нет электричества. Таким образом указанные протоколы являются недопустимыми доказательствами. Просит приговор отменить, переквалифицировать действия ФИО1 с ч.1 ст.105 на ч.1 ст.109 УК РФ, назначить по данному делу следственный эксперимент и комплексно-судебную ситуационную экспертизу.
В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель Кужугет Р.Г. просит приговор оставить без изменения как законный и обоснованный. Указывает, что исследованные в судебном заседании доказательства допустимые, достаточны для разрешения уголовного дела, согласуются с показаниями свидетелей, не противоречат показаниям осужденного, подтверждают его вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, в связи с чем доводы о переквалификации действий ФИО1 с ч.1 ст.105 на ч.1 ст.109 УК РФ подлежат отклонению.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденного и защитника, возражения государственного обвинителя, выслушав стороны, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.
Виновность осужденного ФИО1 в умышленном причинении смерти другому человеку, судом первой инстанции установлена и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, надлежаще оцененных и приведенных в приговоре.
Так, в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого ФИО1 7 июня 2022 года, проведенном непосредственно после события преступления показал, что после распития спиртного Г. опьянел и начал предъявлять претензии, выражался цензурной бранью, сказал, что его отца раньше убили в этой местности, и он тоже может быть убитым здесь, неоднократно замахивался кулаком в его сторону, а он уворачивался, драки не было. Когда пошел седлать лошадь, Г. подошел сзади и снова оскорблял его. Потом подумав, что Г. замахивается на него, держа в руках какой-то предмет, вытащил нож и уворачиваясь, замахнулся ножом за голову в сторону Г., после чего тот упал (т.1 л.д.86-89).
Из показаний свидетеля Ж., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что в ходе распития спиртных напитков Г. опьянел и начал предъявлять претензии ФИО1, выражаясь нецензурной бранью, на что последний не отвечал. Когда ФИО1 седлал лошадь, к нему подошел Г. и продолжал выражаться нецензурной бранью. ФИО1 начал кричать на Г., почему тот оскорбляет его. В это время они стояли друг перед другом, расстояние между ними было около 1 метра. Г. не нападал, просто выражался нецензурной бранью, в руках у него ничего не было. Приблизившись к ним на расстоянии около 10 метров, он увидел, как ФИО1 вытащил нож-бабочку и нанес удар в область груди Г., который упал на спину, а ФИО1, бросив на землю нож-бабочку, сел на свою лошадь и ускакал (т.1 л.д. 33-36).
Эти показания свидетель Ж. подтвердил в ходе проверки показаний на месте, дав полные и подробные показания о том, каким образом 5 июня 2022 около 16 часов ФИО1 нанес удар ножом в область груди Г. (т.1 л.д. 123-128).
Из показаний свидетеля Я., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что 5 июня 2022 года на чабанской стоянке в местечке «**» ** Республики Тыва после кастрации быков, распивали спиртное. Г. предъявлял претензии ФИО1, выражался нецензурной бранью. Они верхом на лошадях начали собирать скот. Он видел, как ФИО1 седлал свою лошадь. Через некоторое время Ж. позвал их и сообщил, что ФИО1 ножом-бабочкой нанес удар в область груди стоящего перед ним Г.. Г. лежал на земле спиной, у него была рана в грудной области спереди, из которой шла кровь (т.1 л.д. 146-149).
Виновность осужденного ФИО1 в умышленном причинении смерти человеку, также нашла подтверждение следующими доказательствами:
- протоколом явки с повинной от 06.06.2022 г., согласно которому, 06.06.2022 года в 7 часов 50 минут обратился ФИО1, который сообщил, что 05.07.2022 около 18 часов на чабанской стоянке в м. «**» ** ** ударил ножом Г., в результате которого он скончался на месте;
- протоколом осмотра места происшествия, согласно осмотрена чабанская стоянка в местечке «**» ** Республики Тыва, расположенном на расстоянии ** ** Республики Тыва, по следующим координатам № **. На участке местности, расположенном ** от дома на чабанской стоянке в местечке «**» ** Республики Тыва, обнаружен труп мужчины, на передней, части грудной клетки обнаружена 1 проникающая колото-резаная рана. Далее на расстоянии 2 м 75 см в северо-восточном направлении от головы трупа на земле обнаружен нож-бабочка, который был изъят следователем;
- протоколом осмотра складного ножа-бабочки, общая длина которого составляет 16,5 см, длина рукояти - 9 см, длина клинка – 7,5 см, наибольшая толщина обуха 3 мм, видимых следов крови не обнаружено;
- заключением эксперта № от 07.07.2022 г., согласно которому при судебно- медицинском исследовании трупа Г. обнаружено, в том числе, телесное повреждение - проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением хрящевой части левых 6-7 ребер, перикарда и сердца со скоплением крови в левой плевральной полости и в полости перикарда, которое расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и причинено воздействием острого твердого предмета с колюще-режущими свойствами, например, ножом и т.д. и причинено непосредственно перед смертью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти;
- заключением эксперта № от 07.07.2022 г., согласно которому на теле ФИО1 на момент осмотра телесных повреждений не обнаружено.
Таким образом, виновность осужденного ФИО1 в умышленном причинении смерти человеку, нашла подтверждение исследованными и надлежаще оцененными доказательствами.
Суд обоснованно положил в основу приговора показания свидетелей Ж. и Я., данные в ходе предварительного следствия, которые согласуются с показаниями ФИО1 в качестве подозреваемого, потерпевшей Д. Эти показания нашли объективное подтверждение другими, положенными в основу приговора доказательствами: протоколом явки с повинной, протоколами осмотра места происшествия, проверки показаний на месте, осмотра вещественных доказательств, заключением эксперта и другими доказательствами.
Доводы апелляционной жалобы о недопустимости показаний свидетеля Ж., данных в ходе предварительного следствия и положенных в основу приговора были тщательно проверены судом и обоснованно отвергнуты. При этом из протокола допроса от 7 июня 2022 года видно, что допрос Ж. в качестве свидетеля проведен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с участием переводчика, каждый лист протокола подписан свидетелем, а в конце протокола им собственноручно сделана запись удостоверяющая правильность записи содержаний его показаний и обеспечения перевода протокола (т.1 л.д. 33-36). Протокол проверки показаний на месте соответствует требованиям процессуального закона, из его содержания видно, что следственное действие проведено с участием переводчика, верность изложения содержания показаний Ж. удостоверено подписью этого свидетеля, к протоколу приложена фототаблица (т.1 л.д.123-128).
Из показаний свидетеля Л. видно, что им проводился допрос свидетеля Ж. в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и с участием переводчика. Правильность записи содержания показаний свидетеля удостоверена подписью Ж. и переводчиком. Проверка показаний свидетеля Ж. проведена в ** **, был составлен протокол и верность изложения показаний зафиксирована подписями свидетеля и переводчика. Протокол был составлен и распечатан с помощью ноутбука и портативного принтера.
Свидетель Я. показал, что участвовал при допросе Ж. в качестве свидетеля и проверке его показаний на месте. Она перевела его показания на русский язык в ходе следственных действий и подписала протоколы. Проверка показаний свидетеля проводилась с выездом на место, при этом использовались ноутбук и портативный принтер, с помощью которого были распечатан протокол.
Суд, с учетом вышеприведенного, обоснованно указал, что оснований признавать недопустимыми показания свидетеля Ж. при допросе в качестве свидетели в ходе предварительного следствия и при проверке показаний на месте не имеется, а изменению его показаний в суде дал мотивированную оценку в приговоре, указав, что свидетель является знакомым осужденного ФИО1, и изменил свои показания, что облегчить его участь. Об этом же, по мнению судебной коллегии, свидетельствует и нежелание свидетеля Ж. участвовать в очной ставке с осужденным, что зафиксировано в его заявлении (т.1 л.д. 38,39).
Применение портативных технических средств не является нарушением требований процессуального закона, а изготовление с их помощью печатного текста протокола проверки показаний на месте установлена вышеприведенными показаниями свидетелей Л., Я., поэтому доводы апелляционной жалобы защитника и в этой части судебная коллегия находит необоснованными.
У судебной коллегии не имеется оснований сомневаться в достоверности приведенных судом показаний свидетелей Ж. и Я., данных на предварительном следствии, так как они последовательны, логичны, не противоречат показаниям осужденного ФИО1, данных в качестве подозреваемого, а также дополняют друг друга, соответствуют обстоятельствам дела, объективно подтверждаются другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, создавая целостную картину происшедшего.
Доводы защитника о том, что отказ суда в удовлетворении ходатайства о проведении следственного эксперимента, а по ее результатам экспертного исследования, нарушает право стороны на состязательность необоснованные, так как совокупность исследованных судом доказательств достаточна для правильного разрешения дела. При этом суд, разрешая это ходатайство указал, что воспроизведение описываемых осужденным событий может создать угрозу для участников этого действия.
Доводам жалобы осужденного и защитника о том, что в экспертизе, проведенной в отношении осужденного ФИО1 не отражены телесные повреждения фактически имевшиеся у него, судом дана надлежащая оценка, с которыми судебная коллегия соглашается, обоснованность выводов, изложенных в заключении эксперта, сомнений не вызывает. В частности из заключения эксперта проведенного 7 июня 2022 года при осмотре у ФИО1 видимых телесных повреждений не обнаружено. При допросах в качестве подозреваемого от 7 июня 2022 года и в качестве обвиняемого от 7 июня 2023 года ФИО1 показаний о том, что потерпевший Г. наносил ему удары или бил камнями не давал (т.1 л.д. 86-89, 112—115). Такие показания им даны лишь при допросе 18 июня 2022 года в качестве обвиняемого и они обоснованно судом расценены как способ защиты, так как опровергаются вышеприведенными доказательствами, а также показаниями свидетеля Ж. в ходе предварительного следствия.
Вопреки доводам защитника, судом в приговоре дана мотивированная оценка показаниям свидетеля З., как в ходе предварительного следствия, так и в суде.
Противоречий в исследованных судом доказательствах, а также сомнений в виновности ФИО1, требующих истолкования их в пользу последнего, оснований для переквалификации его действий не установлено.
Выводы суда о виновности ФИО1 в убийстве Г. основаны на доказательствах, исследованных и проанализированных судом, которые проверены в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 87 УПК РФ, и им дана оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела и признания ФИО1 виновным в совершении убийства Г.
Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, всем исследованным доказательствам суд в приговоре дал надлежащую оценку, при этом указал, по каким причинам принимает одни доказательства и кладет их в основу приговора, и отвергает другие. Выводы суда надлежащим образом мотивированы, у судебной коллегии нет оснований не согласиться с ними.
Версия осужденного ФИО1 о неосторожном характере его действий были проверены судом и обоснованно отвергнуты, поскольку из показаний свидетеля Ж., данных в ходе предварительного следствия, следует, что им был нанесен целенаправленный удар ножом Г., что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, о наличии у потерпевшего проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением хрящевой части левых 6-7 ребер, перикарда и сердца, глубина раневого канала до 9,5 см., что свидетельствует о значительной силе удара.
Удар ножом в область грудной клетки слева, где расположены жизненно важные органы человека, с повреждением сердца свидетельствует о направленности умысла ФИО1 на лишение жизни потерпевшего.
Суд правильно установил фактические обстоятельства дела и верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.1 ст.105 УК РФ как умышленное причинение смерти другому человеку.
Предложенная в апелляционных жалобах осужденного и защитника переоценка доказательств не является основанием для удовлетворения жалоб, поскольку оценка доказательств суда первой инстанции соответствует требованиям закона и ее обоснованность сомнений у судебной коллегии не вызывает.
С учетом того, что ФИО1 на учете в психиатрическим и наркологическом диспансере не состоял, а также его упорядоченного поведения в ходе следствия и в суде, он обоснованно признал вменяемым в инкриминируемом ему деянии.
Назначенное ФИО1 наказание соответствует целям и задачам, определенным уголовным законом, особой тяжести и повышенной общественной опасности содеянного, назначено с учетом смягчающих наказание обстоятельств и данных о личности осужденного, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
При назначении наказания судом первой инстанции в качестве смягчающих наказание обстоятельств в полной мере учтены явка с повинной, активное способствование расследованию преступления, наличие действий, направленных на заглаживание вреда, наличие несовершеннолетних детей, положительные характеристики, плохое состояние здоровья и другие, приведенные в приговоре.
Противоправные действия потерпевшего Г., явившиеся поводом для совершения преступления, судом на основании п. «з» ч.1 ст.62 УК РФ правильно учтены как смягчающие наказание обстоятельства.
Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом не установлено. В этой связи ошибочное указание в описательно-мотивировочной части приговора об учете смягчающих и отягчающих обстоятельств при назначении наказания, судебная коллегия расценивает как техническую ошибку, которая не может являться основанием для изменения приговора и смягчения наказания осужденному.
Наказание ФИО1 в виде реального лишения свободы в пределах санкции ч.1 ст.105 УК РФ назначено с учетом повышенной общественной опасности совершенного преступления, а также личности ФИО1, при этом верно применены правила ч.1 ст.62 УК РФ.
Судом первой инстанции правильно не установлено оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.
Оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств дела и степени общественной опасности совершенного преступления, связанного с убийством с применением ножа, судом первой инстанции правильно не установлено.
Вид исправительного учреждения ФИО1 верно определен в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, как исправительная колония строгого режима, зачет в срок отбытия наказания времени содержания под стражей соответствует положениям п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.
Судьба вещественного доказательства разрешена в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона.
При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения приговора по доводам, изложенным в апелляционной жалобе осужденного и защитника, судебная коллегия не находит.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Бай-Тайгинского районного суда Республики Тыва от 26 апреля 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через Бай-Тайгинский районный суд Республики Тыва в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, то есть с 3 августа 2023 года, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения его копии. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи: