УИД 66RS0049-01-2023-000070-22

дело № 2-168/2023 (№ 33-11768/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 02 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Колесниковой О.Г.,

судей Ивановой Т.С., Мурашовой Ж.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Безумовой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску Режевского городского прокурора, действующего в интересах ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью «Рудус» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Режевского городского суда Свердловской области от 19.04.2023.

Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения представителя ответчика ФИО2 (доверенность от 28.07.2023 сроком на один год), поддержавшей апелляционную жалобу, объяснения представителя процессуального истца – прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Беловой К.С., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Режевской городской прокурор обратился в суд в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса РФ в интересах ФИО1 с иском к ООО «Рудус» (далее по тексту Общество) о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь в обоснование требований на следующие обстоятельства.

Режевской городской прокуратурой проведена проверка по факту несчастного случая, произошедшего 08.11.2022 в здании сортировки дробильно-сортировочного цеха Общества, расположенного по адресу: Свердловская область, Режевской район, 69 км автодороги Екатеринбург-Алапаевск. Из материалов проверки следует, что 08.11.2022 электрослесарь ФИО1 получил от и.о. механика ФИО3 наряд-задание произвести замену пересыпных фартуков на грохотах № 5 и № 7 на здании сортировки. В 10 часов 08.11.2022 ФИО1 и его напарник П. сняли фартук в виде конвейерной ленты, сложили и понесли по огороженному проходу. В целях экономии времени ФИО1 и П. решили скинуть фартук к новой ленте. Подойдя к краю корпуса грохота № 7, они скинули фартук, но ФИО1 не удержался и упал вниз. В результате несчастного случая ФИО1 получил повреждения здоровья ... В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 08.11.2022 травма, полученная ФИО1, относится к категории тяжелых. С целью расследования несчастного случая со смертельным исходом была сформирована комиссия по расследованию несчастного случая на производстве с участием государственного инспектора труда Государственной инспекции труда Свердловской области, проведено расследование, несчастный случай признан связанным с производством, результаты расследования оформлены актом расследования несчастного случая на производстве по форме Н-1. Согласно указанного акта причиной несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ и несовершенство технологического процесса. Виновными в несчастном случае признаны должностные лица Общества. Грубой неосторожности со стороны пострадавшего, факта нахождения его в алкогольном опьянении не установлено. Ссылаясь на то, что в связи с несчастным случаем на производстве ФИО1 причинены значительные физические и нравственные страдания (боли во время травмы и после нее, длительное нахождение работника на больничном, в том числе в условиях стационара, нуждаемость в постоянном лечении, приеме медикаментов), прокурор просил взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 500000 руб.

Представитель Общества ФИО2 исковые требования не признала. Не оспаривая факт несчастного случая на производстве и факт причинения истцу физических и нравственных страданий в связи повреждением здоровья, пояснила, что причиной несчастного случая явилось исключительно нарушение требований охраны труда самим ФИО1 Указала, что ФИО1 и П., относясь к требованиям охраны труда пренебрежительно и халатно, и зная, что их действия противоправны, по своему усмотрению осуществляли замену пересыпного фартука на грохоте № 7 с площадки, не предназначенной для выполнения этих работ (не оборудованной специальными ограждениями). Просила учесть, что работа по замене фартуков на грохотах не относится к работам на высоте, грохот № 7 на момент несчастного случая был отключен, а потому не являлся источником повышенной опасности.

Определениями Режевского городского суда Свердловской области от 02.02.2023, 16.03.2023, 05.04.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Свердловской области, Государственная инспекция труда в Свердловской области, АО «Щебеночный завод», работники Общества ФИО4, ФИО5, ФИО3, супруга истца ФИО6, несовершеннолетние дети истца К., Д. в лице законных представителей.

Третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1

Представитель третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Свердловской области ФИО7 в письменном отзыве не возражала против удовлетворения исковых требований.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, представителей не направили, правовой позиции по делу не выразили.

Решением Режевского городского суда Свердловской области от 19.04.2023 иск прокурора удовлетворен частично: с Общества в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 800 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Кроме того, с ответчика в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб.

С таким решением суда ответчик не согласился.

В апелляционной жалобе директор Общества ФИО8, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит изменить решение суда и снизить размер компенсации морального вреда. Повторяет доводы возражений на иск о том, что вины работодателя в несчастном случае не имеется. Настаивает на том, что причиной несчастного случая явились действия самого пострадавшего ФИО1, который, зная о противоправности своих действий, по неосторожности и халатности допустил нарушение требований охраны труда. Обращает внимание, что до начала работ ФИО1 был ознакомлен с должностной инструкцией, прошел вводный и повторный инструктажи по охране труда, ранее неоднократно выполнял аналогичные работы. Судом при определении размера компенсации морального вреда не учтены выводы, изложенные в постановлении о прекращении уголовного дела от 11.02.2023, согласно которым истец получил травму в результате самостоятельных действий, из-за собственной неосторожности, небрежности и халатного отношения к выполнению трудовых обязанностей, признавал свою вину в произошедшем с ним несчастном случае, факт нарушения кем-либо, кроме ФИО1, требований охраны труда не установлен. Считает неверными выводы суда в решении о том, что работы, при производстве которых произошел несчастный случай, являлись работами на высоте, работами с источником повышенной опасности. Также несостоятелен вывод суда о том, что причиной несчастного случая с ФИО1 является несовершенство технологического процесса в части отсутствия технологической карты или другой технической документации на работу по замене пересыпного фартука. Апеллянт указывает, что данные работы являются простыми операциями, технологическая карта на которые оформлению не подлежит. Указанные обстоятельства повлияли на правильность определения судом размера компенсации морального вреда, определенная судом сумма компенсации не отвечает требованиям разумности и справедливости. Автор жалобы просит учесть, что ответчик, вопреки утверждению суда, предпринял меры к добровольному возмещению вреда ФИО1: оплатил период нетрудоспособности, выплатил в полном объеме заработную плату и премию за месяц наступления несчастного случая, а также понес расходы на оказание материальной помощи в размере 20000 руб. От заключения мирового соглашения с выплатой компенсации в размере 100000 руб. истец отказался. При определении размера компенсации морального вреда суд необоснованно учел доводы истца о причинении ему морального вреда в связи с невозможностью трудоустройства, поскольку данные доводы объективно ничем не подтверждены. Размер взысканной судом суммы в 8 раз превышает возможный заработок истца за время временной нетрудоспособности, сопоставим с его заработной платой за 2,5 года, что свидетельствует о возникновении на стороне истца неосновательного обогащения.

В возражениях на апелляционную жалобу Режевской городской прокурор просит оставить решение суда без изменения, полагая несостоятельными доводы апеллянта.

В заседание судебной коллегии истец, третьи лица ФИО6, К., Д., ФИО4, ФИО5, ФИО3, представители третьих лиц Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Свердловской области, Государственной инспекция труда в Свердловской области, АО «Щебеночный завод» не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещались заблаговременно и надлежащим образом. Информация о месте и времени апелляционного рассмотрения была заблаговременно (30.06.2023) размещена на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда (с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 16 постановления от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»). Сведениями о причинах неявки указанных лиц судебная коллегия не располагает. Ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, никем не заявлено.

В связи с этим, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц, а также отсутствие у них ходатайств, препятствующих рассмотрению дела в настоящем судебном заседании, судебная коллегия определила о рассмотрении апелляционной жалобы при данной явке.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ), судебная коллегия приходит к следующему.

Судом правильно определены и установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применен закон, регулирующий спорные правоотношения, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

В соответствии со ст. 214 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Работодатель, в частности, обязан обеспечить:

- безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;

- создание и функционирование системы управления охраной труда;

- соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда;

- систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку;

- реализацию мероприятий по улучшению условий и охраны труда;

- режим труда и отдыха работников в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права;

- приобретение за счет собственных средств и выдачу средств индивидуальной защиты и смывающих средств;

- обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда;

- организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты;

- в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, организацию проведения за счет собственных средств обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров, других обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников, внеочередных медицинских осмотров работников в соответствии с медицинскими рекомендациями;

- недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверки знания требований охраны труда, обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний;

- санитарно-бытовое обслуживание и медицинское обеспечение работников в соответствии с требованиями охраны труда, а также доставку работников, заболевших на рабочем месте, в медицинскую организацию в случае необходимости оказания им неотложной медицинской помощи.

При производстве работ (оказании услуг) на территории, находящейся под контролем другого работодателя (иного лица), работодатель, осуществляющий производство работ (оказание услуг), обязан перед началом производства работ (оказания услуг) согласовать с другим работодателем (иным лицом) мероприятия по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, в том числе работников сторонних организаций, производящих работы (оказывающих услуги) на данной территории.

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ на работодателе лежит обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 237 Трудового кодекса РФ предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2).

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее Постановление от 15.11.2022 № 33), причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно абз. 1 п. 25 Постановления от 15.11.2022 № 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановлению от 15.11.2022 № 33).

Как указано в абз. 1 п. 27 Постановления от 15.11.2022 № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления от 15.11.2022 № 33).

В соответствии с п. 30 Постановления от 15.11.2022 № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п.2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда (абз. 2 п. 46 Постановления от 15.11.2022 № 33).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 5 п. 46 Постановления от 15.11.2022 № 33).

Согласно разъяснениям в п. 47 Постановления от 15.11.2022 № 33, размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 06.04.2022, ФИО1 принят на работу в Общество на должность электрослесаря (слесаря) дежурного и по ремонту оборудования 6 разряда дробильно-сортировочного цеха (трудовой договор от 06.04.2022, приказ о приеме на работу от 06.04.2022 - т. 2 л. д. 153-158).

По условиям п.п. 8.1 трудового договора работа для работника является основной, за выполнение трудовых обязанностей установлен должностной оклад в размере 17 000 руб., увеличенный на надбавку (районный коэффициент) в размере 1,15 должностного оклада (т. 2 л.д. 154-157).

Согласно должностной инструкции электрослесаря (слесаря) дежурного и по ремонту оборудования 6 разряда дробильно-сортировочного цеха Общества ФИО1, в обязанности последнего входит производить разборку, ремонт, сборку и испытание узлов и механизмов, выполнять ремонт, монтаж, демонтаж, смазку, регулирование, наладку оборудования, агрегатов, машин и сдачу после ремонта, слесарную обработку деталей и узлов, изготовление сложных приспособлений для ремонта и монтажа, такелажные работы с применением подъемно-транспортных механизмов и специальных приспособлений, выявлять и устранять дефекты во время эксплуатации оборудования и при проверке в процессе ремонта, проверять на точность и производить испытание под нагрузкой отремонтированного оборудования (т. 2 л.д. 1-4).

Согласно журналу регистрации вводного инструктажа 06.04.2022 с ФИО1 проводился вводный инструктаж. Согласно журналу регистрации инструктажа на рабочем месте 01.10.2022 ФИО1 проводился повторный инструктаж (т. 2 л.д. 187-191).

На основании договора аренды имущества № 01-07/2021-01А от 01.07.2021 (т. 2 л.д. 36-53) Общество использовало для работы помещения и оборудование, принадлежащее АО «Щебеночный завод», в том числе, грохот ГИС 52 №7.

08.11.2022 в рабочее время с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах.

ФИО1, работающий электрослесарем, в 07 час. 50 мин. получил от и.о. механика ФИО3 наряд-задание произвести замену пересыпных фартуков на грохотах № 5 и № 7 на здании сортировки. В 10 час. ФИО1 и его напарник П. сняли фартук (лист конвейерной ленты), сложили и понесли его вдоль грохота по огороженному проходу. Им необходимо было спустить фартук с площадки на пол и с помощью кран-балки перенести его к новой ленте, которая находилась перед грохотом. В целях экономии времени ФИО1 и П. решили скинуть снятый фартук поближе к новой ленте, для чего, подойдя к краю корпуса грохота № 7, они скинули фартук, но ФИО1 не удержался и упал вниз.

В результате несчастного случая ФИО1 получил повреждения здоровья ... В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 08.11.2022 травма, полученная ФИО1, относится к категории тяжелых.

По факту несчастного случая комиссией в составе представителей Общества (главного инженера, начальника отдела охраны труда и представителя трудового коллектива), представителей Государственной инспекции труда в Свердловской области, Фонда социального страхования, ГКУ «Режевской ЦЗ», профсоюзной организации проведено расследование, результаты которого оформлены актом № 1 по форме Н-1 от 08.12.2022 (далее по тексту Акт) (т. 2 л.д. 239-250).

Согласно выводам комиссии по расследованию несчастного случая, причинами несчастного случая явились:

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении допуска к работам с повышенной опасностью, в части организации работы с применением подъемных сооружений без оформления в установленном порядке наряда-допуска, которым определяются содержание, место, время и условия производства работ с повышенной опасностью, необходимые меры безопасности, состав бригады и работники, ответственные за организацию и безопасное производство работ; недостатках в создании и обеспечения функционирования системы управления охраной труда в части необеспечения контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, что привело к выходу работника на корпус грохота с последующим его падением;

- несовершенство технологического процесса в части отсутствия технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу по замене пересыпного фартука грохота ГИС-52, которой устанавливаются порядок и последовательность выполнения работ, необходимые приспособления и инструмент, а также определяются должностные лица, ответственные за их выполнение.

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, признаны ФИО3 – и.о. механика дробильно-сортировочного цеха Общества (допустивший неудовлетворительную организацию производства работ), ФИО5 – главный механик Общества (допустивший несовершенство технологического процесса в части отсутствия технологической карты). Вина работника в несчастном случае, а также нахождение его в состоянии алкогольного опьянения не установлены (п.п. 9.3, 11 Акта).

Частично удовлетворяя при указанных обстоятельствах иск прокурора, суд первой инстанции на основании оценки представленных сторонами доказательств, руководствуясь положениями ст.ст. 21, 184, 219, 212, 220 Трудового кодекса РФ, ст.ст. 151, 1079, 1101 Гражданского кодекса РФ, пришел к выводу о наличии правовых оснований для возложения ответственности за моральный вред, причиненный истцу ФИО1 в результате несчастного случая на производстве, на Общество как работодателя, не обеспечившего истцу безопасных условий для работы.

Судебная коллегия находит указанный вывод суда правильным, поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно установлено и ответчиком не опровергнуто, что несчастный случай, повлекший причинение вреда здоровью ФИО1, произошел по вине работников Общества, не обеспечивших истцу безопасные условия труда. Ответственность за действия указанных лиц в силу ст. 1068 Гражданского кодекса РФ несет Общество как работодатель.

Таким образом, по вине исключительно ответчика произошел несчастный случай, повлекший травмирование ФИО1, причинение последнему физических и нравственных страданий, что следует из материалов дела и ответчиком не опровергнуто.

Доводы ответчика об отсутствии вины Общества в несчастном случае, о наличии со стороны пострадавшего грубой неосторожности, о неправильном установлении комиссией обстоятельств несчастного случая судебная коллегия отклоняет, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 Трудового кодекса РФ (в редакции, действующей на дату возникновения спорных правоотношений) охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ч. 5 ст. 209 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст.ст. 22, 214 Трудового кодекса РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, также в обязанности работодателя входит расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно ч. 1 ст. 229 Трудового кодекса РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда.

При расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов. Комиссию возглавляет, как правило, должностное лицо федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно ч.ч. 1, 5 ст. 229.2 Трудового кодекса РФ при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии с ч.ч. 1, 4, 5 ст. 230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

Таким образом, в соответствии с приведенными нормами акт о несчастном случае на производстве – это документ, оформляемый по результатам расследования несчастного случая комиссией, созданной работодателем, в котором указываются, в том числе, причины несчастного случая, лица, допустившие нарушения требований охраны труда, предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев. При несогласии с актом заинтересованные лица вправе оспорить его в судебном порядке.

Акт о несчастном случае на производстве № 1 от 08.12.2022 (согласно которому вины ФИО1 в несчастном случае, грубой неосторожности с его стороны, а также факта нахождения его в состоянии алкогольного либо наркотического опьянения не установлено, тяжелый несчастный случай с ним произошел в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей в интересах работодателя и по вине последнего) составлен по результатам расследования комиссией, созданной работодателем, утвержден директором Общества, в установленном законом порядке оспорен не был и незаконным не признан, а потому является надлежащим и достоверным доказательством, подтверждающим обстоятельства и причины несчастного случая с ФИО1 В этой связи не имеют правового значения и не могли быть приняты судом во внимание доводы ответчика о том, что в несчастном случае имеется вина самого пострадавшего в виде грубой неосторожности, так как данные доводы, по существу, направлены на оспаривание акта от 08.12.2022, для чего законодателем установлен иной порядок.

По этим же мотивам (наличие неоспоренного акта по форме Н-1) отклоняются и доводы апелляционной жалобы о том, что у ответчика, вопреки выводам комиссии по расследованию несчастного случая, не имелось обязанности по составлению технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу по замене пересыпного фартука грохота ГИС-52, а также о том, что в акте по форме Н-1 неверно установлен характер работ, при выполнении которых произошел несчастный случай (указано, что выполняемые работы являются работами с повышенной опасностью).

Указанные доводы не могут быть приняты во внимание и по следующим мотивам.

Согласно п. 24 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73, в случаях разногласий, возникших между членами комиссии в ходе расследования несчастного случая (о его причинах, лицах, виновных в допущенных нарушениях, учете, квалификации и др.), решение принимается большинством голосов членов комиссии. При этом члены комиссии, не согласные с принятым решением, подписывают акты о расследовании с изложением своего аргументированного особого мнения, которое приобщается к материалам расследования несчастного случая.

Особое мнение членов комиссии рассматривается руководителями организаций, направивших их для участия в расследовании, которые с учетом рассмотрения материалов расследования несчастного случая принимают решение о целесообразности обжалования выводов комиссии в порядке, установленном статьей 231 Кодекса.

Согласно ст. 231 Трудового кодекса РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд.

В то же время представители работодателя, входящие в состав комиссии, особых мнений не высказывали, акт о несчастном случае утвержден руководителем Общества без замечаний, на рассмотрение в Федеральную службу по труду и занятости не направлялся, принятое по результатам его рассмотрения решение надзорного органа в судебном порядке не оспаривалось.

Доводы ответчика в жалобе о том, что пострадавший хорошо знал порядок выполнения работ по замене фартука, прошел вводный и повторный инструктажи по охране труда, не свидетельствуют о наличии оснований для изменения решения суда, поскольку обязанностью именно работодателя является обеспечение таких условий труда, в которых травмирование работника исключалось бы в принципе. Вместе с тем, обязанность по обеспечению безопасных условий труда ответчиком выполнена ненадлежащим образом, что повлекло за собой наступление несчастного случая.

При этом ссылка ответчика в апелляционной жалобе на выводы, содержащиеся в постановлении старшего следователя Режевского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Свердловской области от 11.02.2023 о прекращении уголовного дела, возбужденного по факту несчастного случая по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст.143 Уголовного кодекса РФ, не может быть признана состоятельной, так как постановления, вынесенные в рамках уголовного дела, являются процессуальной позицией следственного органа, тогда как надлежащим документом, отражающим все обстоятельства несчастного случая, является исключительно акт о расследовании несчастного случая на производстве по форме Н-1. Изложенные в постановлении выводы об отсутствии в действиях директора обособленного подразделения ФИО4, главного механика ФИО5, врио механика ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 Уголовного кодекса РФ, не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что вина Общества в произошедшем с ФИО1 несчастном случае на производстве, что выразилось в неудовлетворительной организации производства работ, несовершенстве технологического процесса в части отсутствия технологической карты, а также причинная связь между указанными нарушениями требований охраны труда и несчастным случаем нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела и стороной ответчика не опровергнуты, а потому требование прокурора о взыскании с Общества в пользу ФИО1 компенсации морального вреда является правомерным.

В силу п. 32 Постановления от 15.11.2022 № 33, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из представленных в материалы дела медицинских документов (т. 1 л.д. 163-207, т. 2 л.д. 71-82), хранящихся при деле медицинских карт истца следует, что в связи с полученной производственной травмой ФИО1 длительное время (с 08.11.2022 по 20.03.2023) проходил стационарное и амбулаторное лечение в связи с полученной производственной травмой, был временно нетрудоспособен. Как следует из неопровергнутых ответчиком пояснений истца, в связи с полученной травмой он испытывал сильную физическую боль, нуждался в помощи для осуществления повседневных бытовых потребностей и был вынужден отказаться от привычного образа жизни, что причиняло ему нравственные страдания. Полученные истцом травмы относятся к категории тяжелых.

Принимая во внимание вышеуказанное, конкретные обстоятельства причинения вреда, степень вины Общества, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевшего (молодой трудоспособный возраст, наличие двоих несовершеннолетних детей), учитывая степень вины и поведение ответчика, который не предпринял никаких мер к заглаживанию своей вины и оказанию истцу какой-либо помощи в связи с полученной тяжелой травмой, судебная коллегия полагает разумной, справедливой и достаточной для нивелирования причиненных истцу в связи с травмированием на производстве физических и нравственных страданий определенную судом компенсацию в размере 800000 руб.

Оснований для снижения определенной судом суммы компенсации морального вреда судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы ответчика не усматривает.

Доводы ответчика об оказании истцу материальной помощи в размере 20000 руб. в связи с несчастным случаем на производстве судебная коллегия отклоняет как не подтвержденные надлежащими доказательствами. Оснований для принятия в подтверждение указанного обстоятельства в качестве дополнительных доказательств документов о начислении и выплате истцу заработной платы судебная коллегия не находит ввиду отсутствия уважительных причин непредставления их непосредственно суду первой инстанции. При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить, что даже при доказанности того, что ответчик выплатил ФИО1 указанную материальную помощь в связи с травмированием на производстве, данное обстоятельств не может служить основанием для снижения размера взысканной судом в пользу истца компенсации морального вреда, учитывая отсутствие доказательств выплаты данной суммы именно в качестве компенсации морального вреда, а также принимая во внимание тяжесть полученных истцом травм, характер и степень перенесенных им физических и нравственных страданий, иные установленные в ходе рассмотрения дела значимые для разрешения спора обстоятельства.

То обстоятельство, что взысканная судом сумма 800000 руб. существенно превышает размер выплаченного истцу пособия за период временной нетрудоспособности и размер его среднего заработка за указанный период, о наличии оснований для снижения компенсации морального вреда не свидетельствует, так как действующее законодательство не содержит положений, которые бы ставили размер компенсации морального вреда в зависимость от заработка пострадавшего работника, обуславливая размер такой компенсации исключительно целью компенсировать работнику причиненные физические и нравственные страдания. Настоящий иск подан в целях защиты личных неимущественных прав пострадавшего, доказательств злоупотребления в действиях истца ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции о взыскании в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 800000 руб. является законным, обоснованным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит. Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд принял решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, не нарушив требований приведенных выше норм закона и разъяснений Верховного Суда РФ.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, либо повлекших неправильное разрешение спора, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Режевского городского суда Свердловской области от 19.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ООО «Рудус» - без удовлетворения.

Председательствующий: Колесникова О.Г.

Судьи: Иванова Т.С.

Мурашова Ж.А.