Решение по делу № 2-675/2022 от 07.07.2022 - об отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда, годовой премии.

Дело № 2-675/2022 мотивированное решение

изготовлено 07.07.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 июня 2022 года г. Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе:

судьи Шевердовой Н.А.,

при секретаре Александровой И.А.,

с участием:

истца ФИО7,

представителя ответчика ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Государственному областному автономному учреждению социального обслуживания населения «Алакурттинский психоневрологический интернат» об отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда, годовой премии,

установил:

ФИО7 обратилась в суд с иском к Государственному областному автономному учреждению социального обслуживания населения «Алакурттинский психоневрологический интернат» (далее по тексту - работодатель, ответчик, ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ») об отмене приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда, годовой премии, мотивируя свои требования тем, что работает в учреждении с <данные изъяты> года <данные изъяты>, с <данные изъяты> года <данные изъяты>. Приказами от <дата> и <номер> и от <дата> <номер> к ней незаконно применены дисциплинарные взыскания в виде выговоров за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей - за составление графиков работы и табелей учета рабочего времени, и за работу с поставщиками. Отмечает, что графики сменности на <данные изъяты> год были ею составлены в <данные изъяты> года, после проверки в них надо было внести изменения, так как требовалось составить так, чтобы по итогам года не было переработок и недоработок, несмотря на то, что переработки были небольшие и в течение года все корректируется. Она переработала график, однако <данные изъяты> ей постоянно возвращала график с требованием свести переработку к нулю. В связи с этим она не смогла своевременно ознакомить работников отдела с графиком, за что ее в конце каждого месяца наказывали. Допущенные ею ошибки в табеле учета рабочего времени являлись незначительными, сразу же были исправлены. Отмечает, что в течение года составляется большое количество договоров на выполнение различных работ, со всеми поставщиками ведет постоянную работу, относится к выполнению этих обязанностей добросовестно, техническое обслуживание вентиляционного оборудования по договору от <дата> было проведено до окончания сроков договора, заявки с ресурсоснабжающими организациями ею были составлены вовремя и отданы на согласование.

Указывает, что на приказы о привлечении к ответственности ею была написана жалоба. По результатам проведенной проверки Министерством труда и социального развития руководству учреждения было предписано пересмотреть приказы и урегулировать возникшие разногласия в досудебном порядке. Приказы о дисциплинарном наказании лишают ее возможности получать стимулирующие выплаты - премию и персональный повышающий коэффициент к должностному окладу, в связи с чем за <данные изъяты> и <данные изъяты> года была лишена стимулирующих выплат, также ей не была начислена премия за работу за год.

Отмечает, что по отношению к ней в учреждении действует жесткий прессинг со стороны <данные изъяты> ФИО1, которая позволяет себе нарушать Правила служебного этикета учреждения, унижать и оскорблять ее, как работника. После общения с <данные изъяты> она была вынуждена обратиться в медицинское учреждение, где у нёе зафиксировали <данные изъяты>, <данные изъяты> недели лечилась амбулаторно и <данные изъяты> дней в <данные изъяты>. После выхода с больницы <данные изъяты> уведомила, что один выговор с нее снимают, а второй нет, в связи с чем премия начислена не будет.

Незаконными действиями администрации ей причинены моральные и нравственные страдания, которые выразились в <данные изъяты>, который оценивает в <данные изъяты> руб.

На основании изложенного, просит отменить дисциплинарные взыскания, наложенные на нее приказом от <дата> <номер> и от <дата> <номер>, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб., а также причитающуюся премию по результатам работы за <данные изъяты> год.

В ходе судебного разбирательства истец уточнила исковые требования, отказалась от требования об отмене приказа о дисциплинарном наказании от <дата> <номер>, указав, что данный приказ работодателем уже отменен до подачи заявления в суд.

В судебном заседании истец поддержала уточненные требования по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснила, что добросовестно относится и хорошо справляется с выполнением своих непосредственных должностных обязанностей, касающихся функционирования учреждения как хозяйственного объекта, при этом у нее возникают сложности при составлении графиков работы на сменных работников, которые с <данные изъяты> года надо составлять не на каждый месяц, а сразу на целый год, как по причине отсутствия необходимой программы в компьютере для подсчета часов за год, в связи с чем считает на калькуляторе, так и в связи с тем, что работники часто болеют, уходят в отпуска, сменяются, в летний период котельная не функционирует, в связи с чем график работы надо постоянно корректировать. Отметила, что своевременно знакомит работников отдела с графиками сменности на каждый месяц, даже в том случае, если руководство не согласовывает графики ввиду каких-либо разногласий, но иногда работники проставляют свои подписи об ознакомлении позднее либо по причине нахождения на больничном и т.п., либо просто по небрежности. Но все сменные работники знают, когда им выходить на работу по смене. Неоднократно обращалась к администрации учреждения с просьбой установить ей необходимую программу на компьютер, обучить ее правильному составлению графика либо разрешить составлять графики поквартально, однако помощь ей не оказали.

Представитель ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» <данные изъяты> ФИО8 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась по основаниям, указанным в письменных возражениях, приобщённых к материалам дела, отметив, что дисциплинарное взыскание применено к ФИО7 законно и обоснованно, поскольку она систематически не справлялась с должностными обязанностями в части составления графиков работы подчиненных сотрудников и ознакомления с ним, постоянно допускает ошибки при оформлении табелей учета рабочего времени. Отметила, что по вине ФИО7 с конца <данные изъяты> года и до конца <данные изъяты> года так и не был составлен график работы на <данные изъяты> год, в связи с чем приходилось составлять график на работы на каждый месяц, но и в этом случае истец несвоевременно знакомила работников с графиком, по итогам года у работников были как переработки, так и недоработки нормы рабочего времени, поскольку ФИО7 не контролирует работу сотрудников и выполнения ими нормы рабочего времени. В <данные изъяты> года истец должна была составить график работы на <данные изъяты> год, однако также его не сделала, график не подписан по настоящее время.

Заслушав истца, представителя ответчика, допросив свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3, изучив материалы гражданского дела, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению частично на основании следующего.

На основании статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

Согласно абзацу 1 статьи 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности является факт совершения дисциплинарного правонарушения, который в трудовом законодательстве называется дисциплинарным проступком и под которым понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (ст. 192 ТК РФ).

Под неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя).

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ).

В силу положений статьи 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обязанность доказать совершение работником проступка и соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается на работодателя. Таким образом, на работодателе лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к объявлению выговора, в действительности имело место и могло являться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности, а также соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания.

Судом установлено, что <дата> между истцом и ответчиком был заключен срочный трудовой договор <номер>, в соответствии с которым истцу предоставлена работа по должности <данные изъяты>.

Пунктами 1.3, 1.4 трудового договора предусмотрено, что настоящий трудовой договор заключается на определенный срок – сроком на <данные изъяты> (ст. 59 ТК РФ) - с <дата> по <дата>.

Приказом от <дата> <номер> ФИО7 переведена на должность <данные изъяты>.

Согласно дополнительному соглашению от <дата> к трудовому договору от <дата> <номер> работодатель предоставляет работнику работу по должности <данные изъяты>, работник осуществляет работу в структурном подразделении – <данные изъяты>, договор заключен на неопределенный срок. Согласно п.1.5 указанного соглашения, изменения в трудовой договор вступают в силу с <дата>.

Приказом ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» от <дата> <номер> в связи с систематическим нарушением статьи 103 Трудового кодекса Российской Федерации и требований пункта 7.4. Коллективного договора, утверждённого <дата>, и предоставлением табелей учета рабочего времени для начисления заработной платы с ошибками, к ФИО7 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Приказом ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» от <дата> <номер> в связи с нарушением пунктов 2.1, 2.11, 2.18, 2.26 должностной инструкции от <дата> <номер>, п.п. а п. 2.2. раздела 2 (общие положения) трудового договора, приказа от <дата> <номер> «Об ответственных за составление графика работы и табеля учета времени, утвержденные формы графика», а именно за предоставление табелей учета рабочего времени за <данные изъяты> года для начисления заработной платы с ошибками; отсутствие взаимодействия с ООО «Мурстрой» по вопросам технического обслуживания вентиляционного оборудования по договору от <дата> <номер>, несвоевременное предоставление заявок на заключение договоров с ресурсо- снабжающими организациями на <данные изъяты> год, некорректное ведение табелей учета рабочего времени сотрудников <данные изъяты>, непредоставление в Министерство труда и социального развития Мурманской области в установленный срок информации об отходах 1 и 2 классов, к ФИО7 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Данные приказы оспорены истцом путем подачи настоящего иска.

В ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено ходатайство о прекращении производства по делу в связи с пропуском истцом срока на обращение в суд.

В ч. 1 ст. 392 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч. 2 ст. 392 ТК РФ).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных чч. 1, 2 и 3 ст. 392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

В п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15) разъяснено, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

При оценке обстоятельств пропуска истцом срока на обращение за рассмотрением спора, суд учитывает следующее.

Не согласившись с приказами о применении дисциплинарных взысканий, ФИО7 в <данные изъяты> года обратилась с жалобой по вопросу нарушения трудового законодательства в Общероссийское общественное движение «Народный фронт «За Россию», которое, в свою очередь, <дата> перенаправило обращение ФИО7 в Министерство труда и социального развития Мурманской области, которое на основании распоряжения от <дата> <номер> «О проведении внеплановой документарной проверки» провело проверку соблюдения требований трудового законодательства в деятельности ответчика.

По результатам проверки составлен акт проверки от <дата> <номер>, в котором работодателю указаны рекомендации по устранению выявленных нарушений: рассмотреть вопрос об отмене в досудебном порядке приказов от <дата> <номер> и от <дата> <номер>; проверить трудовые договоры, дополнительные соглашения к ним на предмет соответствия наименования должностей, выполняемых трудовых функций; в случае отмены приказов о применении дисциплинарных наказаний в отношении ФИО7 пересмотреть показатели эффективности, произвести перерасчет.

О результатах проверки ФИО7 была уведомлена письмом Министерства труда и социального развития от <дата>, в котором, в том числе было указано на то, что, по мнению Министерства, приказы о привлечении к дисциплинарной ответственности неправомерны и <данные изъяты> ГОАУСОН рекомендовано их пересмотреть и урегулировать возникшие разногласия в досудебном порядке, а в случае отказа работодателя в пересмотре приказом, она имеет право обратиться в ГИТ в Мурманской области, орган по рассмотрению трудовых споров либо в суд.

По результатам рассмотрения акта проверки, директор ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» приказом от <дата> <номер> отменила приказ о дисциплинарном взыскании от <дата> <номер> (с которым ФИО7 ознакомилась после выхода на работу после окончания периода нетрудоспособности), в отношении приказа от <дата> <номер> принято решение об отсутствии оснований для его отмены.

<дата> в Кандалакшский районный суд поступило исковое заявление ФИО7 об оспаривании дисциплинарных взысканий, которое определением суда от <дата> было оставлено без движения, как не соответствующее положениям ст. 132 ГПК РФ в части отсутствия документов, подтверждающих направление копии иска ответчику, в связи с чем истцу предложено устранить недостатки в срок до <дата>. В связи с неисполнением ФИО7 определения суда, <дата> исковое заявление возвращено ФИО7

<дата> ФИО7 посредством почтовой связи направила в Кандалакшский районный суд настоящий иск об отмене приказов о дисциплинарном наказании, который принят к производству суда.

В период с <дата> по <дата> ФИО7 находилась на листке нетрудоспособности, проходила лечение в ГОБУЗ «Кандалакшская ЦПБ».

Оценивая указанные обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО7 в течение <данные изъяты> после вынесения приказа от <дата> обратилась с жалобой в вышестоящую инстанцию, правомерно ожидала, что ее права будут восстановлены во внесудебном порядке, после непринятия работодателем мер по отмене приказов незамедлительно обратилась в суд, допустив процессуальное нарушение при оформлении иска, после возврата иска устранила нарушения и повторно обратилась в суд в течение непродолжительного времени, суд признает причины пропуска процессуального срока на обращение в суд уважительными, и полагает возможным восстановить пропущенный срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Как разъяснено в п. 35 Постановления пленума Суда РФ от 17.03.2004 № 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Из оспариваемого приказа следует, что ФИО7 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора в связи с систематическим нарушением статьи 103 ТК РФ и требований пункта 7.4 Коллективного договора, утвержденного <дата>, и предоставление табелей учета рабочего времени для начисления заработной платы с ошибками.

Таким образом, в самом приказе отсутствуют указания на конкретные нарушения, допущенные истцом, их даты, работодатель ограничился только ссылкой на общие нормы - ст. 103 ТК РФ и п. 7.4 Коллективного договора, в чем выражена систематичность нарушений в приказе также не указано, ссылки на нарушение работником положений должностной инструкции, обязанностей, определенных трудовым договором, отдельных приказов работодателя в приказе отсутствуют.

Согласно ст. 103 ТК РФ сменная работа - работа в две, три или четыре смены - вводится в тех случаях, когда длительность производственного процесса превышает допустимую продолжительность ежедневной работы, а также в целях более эффективного использования оборудования, увеличения объема выпускаемой продукции или оказываемых услуг.

При сменной работе каждая группа работников должна производить работу в течение установленной продолжительности рабочего времени в соответствии с графиком сменности.

При составлении графиков сменности работодатель учитывает мнение представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов. Графики сменности, как правило, являются приложением к коллективному договору.

Графики сменности доводятся до сведения работников не позднее чем за один месяц до введения их в действие. Работа в течение двух смен подряд запрещается.

Согласно ст.7.4 Коллективного договора ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» при сменной работе время начала и окончания смены, перерывы в работе, переход из одной смены в другую определяются графиком сменности. Графики сменности составляются руководителями структурных подразделений и утверждаются директором учреждения. Графики сменности является локальными нормативными актами, доводятся до сведения работников не позднее, чем за один месяц до введения их в действие, не подлежат изменению в одностороннем порядке без согласия работника. Работники чередуются по сменам равномерно. Привлечение к работе в две смены подряд запрещается.

Таким образом, вышеуказанные положения актов, систематическое нарушение которых вменено в вину ФИО7, носят общий характер, имеют несколько различных требований, которые должны быть соблюдены работодателем по отношению к работникам при сменном режиме работы, в связи с чем из содержания приказа невозможно конкретизировать, какие именно нарушения и когда допущены ФИО7 Также в приказе не конкретизирована систематичность предоставления табелей учета рабочего времени с ошибками – отсутствуют указания, за какие месяцы табеля представлены с ошибками.

В качестве основания для вынесения приказа в нем указаны: акт от <дата> «О непредставлении письменных объяснений», приказ от <дата> <номер>, приказ от <дата> <номер>, объяснительная записка <данные изъяты> ФИО7 от <дата>.

В судебном заседании <данные изъяты> ФИО8 пояснила, что ссылка на приказ от <дата> <номер> в приказе ошибочен, касается иной работы истца.

Рассматривая оставшиеся основания, суд приходит к следующему.

Из служебной записи ФИО2 от <дата> (не поименованной в качестве основания для вынесения приказа, однако именно по ней дана объяснительная записка работника от <дата>), которая представлена ГОАУСОН по запросу суда, следует, что ФИО2 довела до сведения <данные изъяты> информацию о допущенных ФИО7 неточностях в представленном табеле учета рабочего времени работников подчинённых ей подразделений (бытовое обслуживание и содержание зданий, ремонтно-техническое и энергетическое обслуживание) за <данные изъяты> года.

По данному факту ФИО7 представлена объяснительная от <дата>, в которой она указала, что табель учета рабочего времени приведен в актуальный вид <дата>, ошибки в указании часов работы связаны с тем, что из-за отсутствия программы на компьютере часы работы работников она суммирует на калькуляторе, в связи с чем в итоговой сумме иногда имеются ошибки, а также дала объяснения относительно причин допущения ошибок по ФИО5 и ФИО6

Таким образом, у ФИО7 было истребовано объяснение о причинах ошибок в табеле учета рабочего времени сотрудников подчинённых подразделений только за <данные изъяты> года. В рамках проведения проверки и привлечения к дисциплинарному наказанию письменное объяснение по факту систематического допущения ошибок в табелях учета рабочего времени в течение <данные изъяты> года работодателем у ФИО7 не истребовалось, что является грубым нарушением процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности, предусмотренной в качестве обязательной положениями ст. 193 ТК РФ.

С учетом изложенного, показания свидетелей ФИО4, ФИО3, допрошенных в судебном заседании, о том, что ФИО7 регулярно в течение <данные изъяты> года допускала ошибки в составлении табелей учета рабочего времени, что послужило основанием для привлечения ее к дисциплинарной ответственности, не могут являться надлежащим доказательством в рамках оспариваемого приказа.

В качестве второго основания привлечения к ответственности в приказе указаны приказ от <дата> <номер> «О предоставлении объяснений» и акт «О непредоставлении письменных объяснений» по приказу от <дата> <номер>.

Приказом от <дата> <номер> ФИО7 предложено дать объяснения в срок до <дата>: по причинам непредоставления к проверке графиков работы операторов теплопункта и сторожей за <данные изъяты> год, и по причинам непредоставления нового графика работы <данные изъяты> и <данные изъяты> на <данные изъяты> год.

<дата> администрацией составлен акт «О непредоставлении письменных объяснений» ФИО7 по приказу <номер> от <дата>.

В судебном заседании ФИО7 пояснила, что в спорный период была загружена основной работой, готовила графики работы на <данные изъяты> год, писала объяснения по другим служебным запискам, в связи с чем, вероятно, не успела написать объяснение по этому приказу, график работы на <данные изъяты> год сдала на проверку <дата>.

В судебном заседании установлено, что ФИО8 в устном порядке на рабочем совещании в <данные изъяты> года потребовала у ФИО7 предоставить графики работы сменных сотрудников за истекший период <данные изъяты> года для проведения проверки. ФИО7 не отрицала, что не представила данные графики по состоянию на <дата>, так как в некоторых из них отсутствовали подписи работников, в связи с чем она хотела их привести в надлежащий вид, подписать у работников, которые временно отсутствовали на рабочем месте, и отдать директору все графики сразу, конкретный срок передачи графиков <данные изъяты> установлен не был. Сторонами не оспаривалось, что графики работы за истекшие месяцы представлены ФИО7 на проверку в <данные изъяты> года.

Таким образом, из представленных документов следует, что ФИО7 не выполнено в установленный срок указание директора о предоставлении графиков работы сотрудников на проверку руководителю, именно по этому факту работнику было предложено дать письменное объяснение, однако за невыполнение данного указания <данные изъяты> ФИО7 к ответственности оспариваемым приказом не привлечена, а привлечена, как пояснила в судебном заседании <данные изъяты> ФИО8, за систематическое нарушение требования ст. 103 ТК РФ и п. 7.4. коллективного договора в части невыполнения ФИО7, как <данные изъяты>, требований вышеуказанных актов об ознакомлении сотрудников двух подразделений с ежемесячными графиками работы за истекший период <данные изъяты> года не позднее, чем за один месяц до их введения в действие.

При этом установлено, не оспаривалось сторонами, что в рамках указанной проверки по привлечению к дисциплинарной ответственности у ФИО7 не истребовалось письменное объяснение по факту нарушения ею положений ст. 103 ТК РФ и п. 7.4 коллективного договора в части доведения до сведения работников ежемесячных графиков сменности за истекший период <данные изъяты> года не позднее, чем за один месяц до введения их в действие. В судебном заседании представитель работодателя, <данные изъяты> ФИО8, указала, что посчитала излишним требовать объяснение от ФИО7 по вопросу несвоевременного ознакомления сотрудников с ежемесячными графиками работы в течение <данные изъяты> года, поскольку администрации учреждения и так была понятна сложившаяся ситуация, объяснения виновного работника были излишни. Таким образом, в данном случае работодателем также допущено грубое нарушение процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности, предусмотренной в качестве обязательной положениями ст. 193 ТК РФ, о необходимости затребовать от работника письменное объяснение до применения дисциплинарного взыскания.

Также в приказе от <дата> <номер> ФИО7 было предложено дать объяснение причинам непредоставления нового графика работы <данные изъяты> и <данные изъяты> на <данные изъяты> год. В положениях ст. 103 ТК РФ и п. 7.4 коллективного договора, за систематическое нарушение которых оспариваемым приказом ФИО7 привлечена к ответственности, отсутствует указание на то, когда и кому руководителем структурного подразделения необходимо представлять графики работы. При этом требования ст. 103 ТК РФ и п. 7.4 коллективного договора о доведении до сведения работников графиков сменности не позднее чем за один месяц до введения их в действие, ни по состоянию на <дата> (дату истребования объяснений), ни на <дата> (дату вынесения приказа о наказании) ФИО7 не были нарушены, поскольку с графиком работы на <данные изъяты> год работники должны быть ознакомлены не позднее <дата>. На неисполнение ФИО7 должностной инструкции, приказов работодателя, трудового договора в данной части в оспариваемом приказе не указано.

В трудовом договоре, должностной инструкции ФИО7 отсутствуют указание на то, что она, как <данные изъяты>, обязана составлять графики работы подразделений, работающих по сменам, вести табеля учета рабочего времени. Пунктом 2.11 должностной инструкции указано, что <данные изъяты> контролирует состояние трудовой и исполнительной дисциплины сотрудниками хозяйственной службы.

В судебном заседании установлено, что Положением о порядке учета рабочего времени и оплаты труда работников ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ», которым установлен суммированный учет рабочего времени (приложение № 3 к коллективному договору на <данные изъяты> годы), установлено, что для целей суммированного учета рабочего времени для работников учреждения учетный период составляет: подразделение «обслуживание и содержание зданий (сторожа)» – год, подразделение «ремонтно-техническое и энергетическое обслуживание» (операторы теплопункта) – год.

Приказом от 07.10.2021 № 256 «Об ответственных за составление графика работы и табеля учета рабочего времени, утверждение формы графика в ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» установлено, что составление графиков работы и ведение табеля учета рабочего времени по структурному подразделению «материально-техническое снабжение», «бытовое обслуживание и поддержание зданий», «ремонтно-техническое и энергетическое обслуживание» осуществляет <данные изъяты> (п.1). Пунктом 6 приказа установлено, что работникам, указанным в п. 1 необходимо обеспечить: – составление графиков работы за учетный период (год, квартал) с указанием начала и окончания смены (п.6.1), предоставление графика работы на согласование <данные изъяты> – не позднее, чем за 35 дней до его введение в действие (п. 6.2), доведение графика работы до сведений сотрудников не позднее, чем за месяц до введения его в действие (п. 6.3), хранение и передачу графиков работы в бухгалтерию по окончанию учетного периода (п. 6.4).

Материалами дела, показаниям допрошенных свидетелей подтверждается, что ФИО7 <дата> сдала графики работы отделения бытового обслуживания зданий и ремонтно-технического и энерготехнического обслуживания (работники которых работают по сменам с суммированным учетом рабочего времени 1 год) на <данные изъяты> год, а не весь <данные изъяты> год, графики приняты. В судебном заседании ФИО7 пояснила, что получила устное разрешение от <данные изъяты> о составлении графика работы сменных сотрудников не на год, а поквартально, так как график на год сложно составить из-за особенностей работы <данные изъяты> и <данные изъяты>, остановки теплопункта в летние месяцы, текучки кадров, а также в связи с тем, что по состоянию на <дата> еще не был утвержден график отпусков работников на <данные изъяты> год; отметила, что начальники отделений «медицинское обслуживание», «пищеблок» также представляют графики на квартал, а не год. <данные изъяты> ФИО8 в судебном заседании отрицала согласование ею возможности предоставления графика на квартал, так как при суммированном учете рабочего времени с учетным периодом один год должен быть составлен график именно на год, который затем корректируется с целью недопущения переработки по итогам года.

Из представленного журнала учета предоставления графиков работы при суммированном учете рабочего времени ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» следует, что графики работы на <данные изъяты> год указанных подразделений сданы ФИО9 <дата>, возвращены на доработку <дата>, повторно сданы <дата> и <дата> соответственно по каждому подразделению, возвращены на доработку <дата> и <дата>, повторно сданы <дата> и <дата> и возвращены на доработку <дата> и <дата>. В судебном заседании установлено, не оспаривалось сторонами, что график работы на <данные изъяты> год неоднократно возвращался ФИО7, поскольку по итогам года у работников имелась недоработка или переработка нормы рабочего времени. Из пояснений ФИО7 следует, что она неоднократно обращалась за помощью к представителям администрации в составлении годового графика работ, установки на компьютер специальной программы, однако помощь ей не оказана, в связи с чем не может составить график работы так, чтобы у всех работников была точно выработана норма рабочего времени за год.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО7 действительно допущено ненадлежащее исполнение приказа от <дата> <номер> в части предоставления <данные изъяты> до <дата> графика работ подразделений «обслуживание и содержание зданий (сторожа)», «ремонтно-техническое и энергетическое обслуживание» на <данные изъяты> год, однако в указанный срок ею представлен на проверку график работ на <данные изъяты> года, а также <дата> представлен на проверку график работы на <данные изъяты> год, который по состоянию на <дата> (дату вынесения приказа о наказании) не был возвращен ей на доработку. Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о добросовестном желании работника исполнить требования приказа о составлении графика работы на <данные изъяты> год.

Оценивая установленные обстоятельства, представленные доказательства, показания свидетелей, суд приходит к выводу, что работодателем при решении вопроса о привлечении к дисциплинарной ответственности не была проведена надлежащая проверка в части неисполнения ФИО7, как <данные изъяты>, требований трудового законодательства в части своевременного ознакомления сменных сотрудников с ежемесячными графиками работы в течение <данные изъяты> года, предоставления табелей учета рабочего времени в течение <данные изъяты> года с ошибками, письменные объяснения по данным фактам у ФИО7 не истребовались, что является грубым нарушением процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности, при этом указание в приказе на систематическое нарушение ФИО7 требований положений ст. 103 ТК РФ и п. 7.4 коллективного договора нельзя признать обоснованным и законным, поскольку установленные проверкой единичные факты нарушения этих требований – предоставление табеля за <данные изъяты> года с ошибками и непредоставление графика работы на <данные изъяты> год к <дата> не свидетельствуют о систематическом нарушении указанных требований, ссылки в оспариваемом приказе на какие-либо иные доказательства, подтверждающие систематичность нарушений, отсутствуют.

Из разъяснений пункта 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

Однако в указанном случае суд не вправе заменить увольнение другой мерой взыскания, поскольку в соответствии со статьей 192 Кодекса наложение на работника дисциплинарного взыскания является компетенцией работодателя.

В силу части пятой статьи 192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В нарушение положений Трудового кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено в материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что при принятии работодателем в отношении истца решения о наложении на нее дисциплинарного взыскания в виде выговора учитывались тяжесть вменяемых ей в вину дисциплинарных проступков и обстоятельства, при которых они были совершены, а также ее предшествующее поведение, ее отношение к труду. На момент привлечения к ответственности ФИО7 не имела действующих взысканий, имела поощрения за работу.

При этом суд учитывает, что ФИО7 привлечена к ответственности в виде выговора за систематическое нарушение требований ст. 103 ТК РФ и п. 7.4. коллективного договора в части несвоевременного ознакомления работников с графиками сменности, и предоставление табелей учета рабочего времени с ошибками, в то время как проведенной проверкой установлены единичные случаи нарушения, что явно свидетельствует о несоразмерности взыскания тяжести проступка.

Учитывая изложенное, установленное судом нарушение процедуры применения дисциплинарного взыскания, несоответствие выводов работодателя о систематическом нарушении работником должностных обязанностей материалам проведенной в отношении работника проверки, а также принимая во внимание то, что суд не вправе заменить выговор другой мерой взыскания, поскольку в соответствии со статьей 192 ТК РФ наложение на работника дисциплинарного взыскания является компетенцией работодателя, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца о признании незаконным и подлежащим отмене приказа ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» от <дата> <номер> «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора».

По требованию о компенсации морального вреда суд приходит к следующим выводам.

На основании статьи 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 63 Постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суд полагает, что работник, трудовые права которого нарушены, во всех случаях испытывает нравственные страдания и переживания, и считает, что факт причинения ему морального вреда предполагается.

С учетом изложенного, принципа разумности и справедливости, суд полагает, что подлежит взысканию в пользу истца в счет компенсации морального вреда 10000 руб. Принимая решение, суд учитывает, что доказательств несения глубоких нравственных страданий истцом суду не предоставлено. В удовлетворении остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда суд отказывает истцу.

Рассматривая требования ФИО7 об обязании ответчика выплатить ей годовую премию суд учитывает следующее. Истец мотивирует требование о выплате годовой премии тем, что она была ее лишена в связи с привлечением к дисциплинарной ответственности приказами от <дата> и от <дата>, следовательно, с учетом их отмены, премия должна быть ей выплачена. Представитель ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ» в судебном заседании полагала, что требование не подлежит удовлетворению, поскольку премия относится к стимулирующей выплате, производится вне зависимости от привлечения работника к дисциплинарной ответственности, а по общим итогам работы за год по критериям, установленным Положением о премировании.

Согласно п. 3.1 Положения об оплате труда ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ», утвержденного приказом от <дата> <номер> (далее - Положение), заработная плата работников учреждения состоит из должностного оклада, повышающих коэффициентов к должностному окладу, выплат компенсационного и стимулирующего характера, доплат до минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законодательством.

Согласно п. 6.1. Положения, выплаты стимулирующего характера устанавливаются в пределах фонда оплаты труда на определенный период времени в течение соответствующего календарного года, оформляются приказом руководителя. В учреждении установлены определенные виды стимулирующих выплат, надбавок и доплат, в том числе премии. Согласно п. 6.1.6 Положения премирование работников осуществляется с целью стимулирования материальной заинтересованности в эффективных, качественных результатах выполняемой работы сотрудниками интерната, а также соблюдения производственной дисциплины и распространяется как на каждое структурное подразделение, так и на каждого работника отдельно с учетом конечного результата работы. Премирование производится на основании положения о премировании и порядка оценки эффективности деятельности работников основного и прочего персонала. В учреждении установлены следующие виды премий: за выполнение особо важных или срочных дел, за основные результаты работы (за месяц, квартал, полугодие, 9 месяцев, год), единовременные. При премировании по итогам работы (за квартал, год) учитываются: –инициатива, творчество и применение в работе современных форм и методов организации труда; достижение высоких результатов в работе в соответствующий период; своевременное и добросовестное исполнение своих должностных обязанностей; участие в инновационной деятельности и другие результаты.

Согласно п. 2.3 Положения о премировании работников ГОАУСОН «Алакурттинский ПНИ», утвержденного приказом от <дата> <номер>, премии по итогам работы за квартал, год выплачиваются с целью поощрения работников за общие результаты труда по итогам работы. При премировании учитываются следующие критерии: - успешное и добросовестное исполнение работником своих должностных обязанностей в соответствующем периоде, инициатива, творчество и применение в работе современных форм и методов организации труда; качественная подготовка и проведение мероприятий, связанных с уставной дельностью учреждения, организация и проведение среди получателей социальных услуг мероприятий культурно-воспитательного характера, художественной самодеятельности и спортивных мероприятий; выполнение порученной работы, связанной с обеспечением рабочего процесса или уставной деятельности учреждения, возложение дополнительных функций, не относящихся к прямым должностным обязанностям; управление персоналом (для руководителей структурных подразделений), повышенная нагрузка во время закрытия отчётного периода, качественна подготовка и своевременная сдача отчетности; участие в течение квартала, года в выполнении важных работ и мероприятий; участие в течение квартала, года в комиссионной работе учреждения, передача опыта другим сотрудникам учреждения. Согласно п. 2.3.3 премия рассчитывается в процентах к окладу с учетом выполнения критериев, установленных данным положением. В силу п. 2.3.5 Положения о премировании в случае неудовлетворительной работы отдельных сотрудников, невыполнения ими должностных обязанностей, перечисленных в Положении, трудовом договоре, иных локальных нормативных актах или законодательстве РФ, на основании служебной записки руководителя структурного подразделения о допущенном нарушении, таким сотрудникам может быть частично или полностью снижен процент премии. Снижение сотрудникам премии полностью или частично производится на основании приказа (распоряжения) руководителя учреждения (заместителя руководителя учреждения) с обязательным указанием причин уменьшения размера премии независимо от применения к нему мер дисциплинарного взыскания.

В судебном заседании установлено, что ФИО7 лишена премии по итогам работы за год ввиду неоднократного ненадлежащего исполнения должностных обязанностей, невыполнении критериев оценки эффективности деятельности работников, общие результаты работы за год, а не ввиду привлечения ее к дисциплинарной ответственности.

Учитывая, что стимулирующие выплаты по своей сути не являются оплатой самого труда, а зависят от качества и сложности выполнения трудовых обязанностей, оценивать которое в соответствии с требованиями трудового законодательства и локальных актов учреждения находится в компетенции работодателя, не связано напрямую с привлечением работника к дисциплинарной ответственности, оснований для удовлетворения требований истца об обязании ответчика выплатить ей годовую премию по итогам работы за <данные изъяты> год в связи с отменой приказов о дисциплинарном наказании суд не усматривает, в связи с чем в удовлетворении данного требования истцу надлежит отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что работники освобождены от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с иском о восстановлении трудовых прав, уплаченная ФИО7 по квитанции от <дата> государственная пошлина в размере <данные изъяты> руб. подлежит возврату истцу.

Исходя из цены иска, в соответствии с частью 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, подлежащая уплате по данному делу, составляет 600 руб. (по двум требованиям неимущественного характера).

В связи с тем, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина в сумме 600 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход соответствующего бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО7 удовлетворить частично.

Признать незаконным и подлежащим отмене приказ государственного областного автономного учреждения социального обслуживания населения «Алакурттинский психоневрологический интернат» от <дата> <номер> «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора».

Взыскать с государственного областного автономного учреждения социального обслуживания населения «Алакурттинский психоневрологический интернат» в пользу ФИО7 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 10000 руб.

В удовлетворении остальной части требований ФИО7 отказать.

Взыскать с государственного областного автономного учреждения социального обслуживания населения «Алакурттинский психоневрологический интернат» государственную пошлину в доход соответствующего бюджета в размере 600 руб.

Вернуть ФИО7 сумму уплаченной государственной пошлины в размере <данные изъяты> руб., уплаченную по квитанции от <дата>.

Решение суда может быть обжаловано в Мурманский областной суд подачей апелляционной жалобы через Кандалакшский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья Н.А. Шевердова