Судья Мацкевич Р.Н. Дело № 33-2261/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 июля 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе

председательствующего Нечепуренко Д.В.

судей Куцабовой А.А., Вотиной В.И.

при секретаре Климашевской Т.Г., Волкове А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело № 2-3796/2022 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки

по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО2 ФИО4 на решение Советского районного суда г. Томска от 01.12.2022,

заслушав доклад судьи Нечепуренко Д.В., объяснения представителей ответчика ФИО2 ФИО4 и ФИО5 поддержавших доводы апелляционной жалобы, ответчика ФИО1, ответчика ФИО3 и его представителя ФИО6, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, в котором просила признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: /__/, общей площадью /__/ кв.м, кадастровый номер /__/, от 20.10.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО2, применить последствия недействительности договора дарения путём исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений о зарегистрированном праве на основании договора дарения квартиры, осуществить государственную регистрацию перехода права собственности на указанную квартиру на основании договора купли-продажи от 05.10.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО3

В обоснование иска указала, что 05.10.2021 она (покупатель) заключила с ФИО3 (продавец) договор купли-продажи квартиры № /__/ общей площадью /__/ кв.м. Расчет по договору произведен, квартира передана. После исполнения договора продавец потребовал осуществить доплату в размере 500 000 рублей сверх цены и начал уклоняться от регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество. 20.10.2021 ФИО3 заключил со своим сыном ФИО2 договор дарения данного недвижимого имущества, который является мнимой сделкой, поскольку заключен с целью уклониться от исполнения договора купли-продажи.

Представитель истца ФИО1 ФИО7 в судебном заседании поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО6 в судебном заседании признали обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, считали иск подлежащим удовлетворению.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, ответчика ФИО2

Обжалуемым решением исковые требования удовлетворены, договор дарения квартиры, расположенной по адресу: /__/, общей площадью /__/ кв.м, кадастровый номер /__/, от 20.10.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО2 признан недействительным. Указано, что решение является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений о зарегистрированном праве на основании договора дарения квартиры, расположенной по адресу: /__/, общей площадью /__/ кв.м, кадастровый номер /__/, от 20.10.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО2. Этим же решением постановлено произвести государственную регистрацию перехода права собственности на квартиру, расположенную по адресу: /__/, общей площадью /__/ кв.м, кадастровый номер /__/, на основании договора купли-продажи от 05.10.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО3 С ФИО3 в пользу ФИО1 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 14774 рубля.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО2 ФИО4 просит решение отменить, принять новое об отказе в удовлетворении иска ФИО1

В обоснование жалобы указывает, что он не был надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела. Ссылается на наличие доказательств, подтверждающих факт передачи ему квартиры по договору дарения и вступления во владение квартирой, которые он не имел возможности представить в суд первой инстанции, поскольку с 06.11.2022 находился за пределами Российской Федерации, а до отъезда проживал в /__/ и не знал о рассмотрении дела. Указывает, что договор купли – продажи не прошел государственную регистрацию, в то время как договор дарения зарегистрирован в порядке, установленном действующим законодательством. Вывод суда о владении истцом квартирой не подтвержден материалами дела, истцом не представлены доказательства несения расходов по содержанию спорного жилого помещения. Утверждает, что никогда не видел истца в квартире.

Руководствуясь статьями 327 и 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам абзаца первого части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, для констатации мнимости совершенной сделки необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием мнимого характера сделки является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации основной обязанностью продавца по договору купли-продажи недвижимости является передача вещи в собственность покупателю.

Согласно пункту 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость подлежит государственной регистрации.

В случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, также по требованию судебного пристава-исполнителя вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности. Сторона, необоснованно уклоняющаяся от государственной регистрации перехода права собственности, должна возместить другой стороне убытки, вызванные задержкой регистрации (пункт 3 пункту 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и следует из дела, что 05.10.2021 между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли продажи жилого помещения. В соответствии с пунктом 1.1. договора продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять в собственность от продавца следующий объект недвижимости: жилое помещение, вид жилого помещения – квартира, площадью /__/ кв.м, адрес: /__/, кадастровый номер: /__/.

В соответствии с п. 2.2.2 договора покупатель обязуется оплатить за объект недвижимости цену в соответствии с условиями настоящего договора. Согласно с п. 3.1. договора объект недвижимости продается по цене 2500000 руб.

Из пункта 2.3. договора следует, что стороны договорились, что обязуются обратиться в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности на объект недвижимости от продавца к покупателю не позднее 15.10.2021. Сторона, уклоняющаяся от обращения в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности на объект недвижимости, несет риск неблагополучных последствий, предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации.

05.10.2021 сторонами подписан акт приема – передачи жилого помещения, согласно пункту 1.1. которого продавец в соответствии с договором купли – продажи квартиры от 05.10.2021 передал покупателю, принадлежащее ему на праве собственности, следующее недвижимое имущество: помещение, назначение: жилое, вид жилого помещения: квартира, общая площадь /__/ кв.м, этаж: 15, кадастровый номер: /__/, расположенное по адресу: /__/.

ФИО1 исполнила обязательство по оплате переданного по договору купли-продажи жилого помещения, что подтверждается распиской ФИО3 от 05.10.2021, в соответствии с которой покупателем переданы, а продавцом получены денежные средства во исполнение договора купли – продажи квартиры от 05.10.2021 в размере 2500000.

18.10.2021 ФИО1 вручила ФИО3 уведомление о необходимости явиться в регистрирующий орган, в котором содержится просьба покупателя явиться 25.10.2021 в 14.00 в многофункциональный центр по адресу: <...> этаж для государственной регистрации перехода права собственности на квартиру.

ФИО3 не исполнил обязанность явиться в регистрирующий орган для государственной регистрации перехода права собственности на квартиру.

Право собственности ФИО1 на спорное жилое помещение не зарегистрировано.

20.10.2021 ФИО3 заключил с ФИО2 договор дарения спорной квартиры.

В соответствии с пунктом 1 договора дарения ФИО3 (даритель) обязуется безвозмездно предать в собственность, а ФИО2 (одаряемый) принять в дар в соответствии с условиями договора квартиру, расположенную по адресу: /__/, общей площадью /__/ кв.м, кадастровый номер /__/.

В пункте 5 договора дарения указано, что до подписания договора дарения передаваемое недвижимое имущество никому другому не продано, не подарено, не заложено, в споре и под арестом (запрещением) не состоит и может отчуждаться собственником.

Согласно пункту 9 договора дарения стороны пришли к соглашению, что указанный договор дарения имеет силу акта приема – передачи.

На основании указанного договора дарения 01.11.2021 произведена государственная регистрация права собственности ФИО2 на спорную квартиру.

Удовлетворяя исковые требования суд исходил из того, что квартира передана во владение истцу, а договор дарения заключен ответчиками при злоупотреблении правом с целью уклонения от исполнения договора купли-продажи в части государственной регистрации перехода права собственности на квартиру.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, вывод суда о наличии основания для удовлетворения иска, судебная коллегия признает верным.

Выражая несогласие с решением суда, представитель ответчика ФИО2 ФИО4 в апелляционной жалобе ссылается на то, что по договору дарения произведена государственная регистрация перехода права собственности, а потому разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применены судом не верно.

Данный довод судебная коллегия отклоняет ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзаце втором пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», иск покупателя о государственной регистрации перехода права подлежит удовлетворению при условии исполнения обязательства продавца по передаче имущества.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

В соответствии с абзацем 3 пункта 60 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» после передачи владения недвижимым имуществом покупателю, но до государственной регистрации права собственности покупатель является законным владельцем этого имущества и имеет право на защиту своего владения на основании статьи 305 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В п.61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что если продавец заключил несколько договоров купли-продажи в отношении одного и того же недвижимого имущества, суд удовлетворяет иск о государственной регистрации перехода права собственности того лица, во владение которого передано это имущество применительно к статье 398 Гражданского кодекса Российской Федерации. Иные покупатели вправе требовать возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи продавцом.

Если продавец заключил несколько договоров купли-продажи в отношении одного и того же недвижимого имущества и произведена государственная регистрация перехода права собственности за одним из покупателей, другой покупатель вправе требовать от продавца возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи.

Ссылка апеллянта на то, что истец вправе требовать возмещения убытков и не имеет права на удовлетворение иска о государственной регистрации права собственности, поскольку на имущество зарегистрировано право собственности ответчика по договору дарения, несостоятельна.

Так, указанные разъяснения даны на случай когда продавец заключил несколько договоров купли-продажи, а в рассматриваемом случае ответчик ФИО3 заключил договор купли-продажи с истцом, передал истцу квартиру и получил расчет, а после этого, не передавая имущество во владение апеллянта, заключил с ним договор дарения и обеспечил государственную регистрацию перехода права собственности на имущество по безвозмездной сделке.

Кроме того, указанные разъяснения о продаже имущества по нескольким договорам купли-продажи разным лицам, направленные на защиту покупателя, в пользу которого зарегистрирован переход права собственности, не относится к рассматриваемой ситуации, поскольку одновременно с требованием о государственной регистрации перехода права собственности рассмотрено требование о признании договора дарения между ответчиками недействительным, которое обоснованно удовлетворено судом.

Поскольку договор дарения квартиры, заключенный между ответчиками, признан судом недействительным, в силу ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации он не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с его недействительностью, и недействителен с момента его совершения.

При таких обстоятельствах, истец является единственным покупателем квартиры, а потому имеет право на удовлетворение требования о понуждении к государственной регистрации перехода права собственности на квартиру.

Довод апелляционной жалобы о том, что ответчик ФИО2 не был надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, как указано в апелляционной жалобе, является предположением составителя апелляционной жалобы и опровергается материалами дела.

Частью 1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Согласно пункту 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам (пункт 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25).

Из дела следует, что извещение о судебном заседании направлено ФИО2 почтовым отправлением по адресу: /__/. Почтовый конверт с извещением вернулся отправителю с отметкой «Истек срок хранения» (л.д.40-41).

Указанный адрес «/__/» указан в договоре дарения от 20.10.2021, в доверенности, выданной ФИО2 своему представителю, в качестве адреса места проживания ФИО3, а также в апелляционной жалобе ФИО2 как адрес регистрации ответчика по месту жительства. Иных адресов места жительства К.А.АБ. и его представители не указали.

Противоречивые объяснения о месте проживания ответчика на момент возбуждения гражданского дела, содержащиеся в апелляционной жалобе (/__/) и устных объяснениях представителя апеллянта (/__/), без указания точного адреса места жительства апеллянта, позволяют констатировать, что извещения направлены судом по надлежащему адресу, являющемуся местом жительства ответчика.

Кроме того, ФИО2 извещен о судебном заседании посредством телефонограммы, из которой следует, что в ходе телефонного разговора ответчик сообщил, что не против рассмотрения дела в его отсутствие (л.д.44). При телефонном разговоре об ином адресе проживания и выезде из Российской Федерации не сообщил, об отложении судебного заседания не просил.

Принадлежность апеллянту номера телефона, указанного в телефонограмме, в ходе апелляционного производства подтвердил его представитель, а факт совершения данного звонка работником аппарата суда подтвержден телефонограммой и расшифровкой звонков с телефона суда первой инстанции.

С учетом изложенного судебная коллегия признает надлежащим извещение ответчика о времени и месте рассмотрения дела.

Вместе с тем, учитывая, что ответчиком представлены доказательства нахождения за пределами Российской Федерации на момент рассмотрения дела судом первой инстанции, судебная коллегия сочла возможным приобщить к делу по ходатайству апеллянта новые доказательства, подтверждающие, по его мнению, факт передачи ФИО2 во владение квартиры при заключении договора дарения.

Так, представителем апеллянта представлены: акта приема – передачи квартиры от 25.08.2021 согласно которому ЖСК «Набережный» передал спорную квартиру ФИО3; справка №328 от 25.08.2021 об оплате ФИО3 паевого взноса за квартиру;, выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 09.09.2021 о государственной регистрации права собственности ФИО3

Вместе с тем, факт передачи от отца ФИО3 сыну ФИО2 правоустанавливающих документов на квартиру не подтверждает факт передачи квартиры ФИО2 на основании оспариваемого договора дарения.

Из объяснений представителя апеллянта следует, что доказательств несения бремени содержания спорного имущества у апеллянта не имеется, коммунальные услуги он не оплачивал, в настоящее время квартира находится во владении истца, которая заменила входную дверь в квартиру, доступа в квартиру ответчик ФИО2 не имеет.

При таких обстоятельствах, доводы жалобы о том, что при заключении договора дарения квартира не находилась во владении истца, а была передана во владение ФИО2, доказательствами не подтверждены.

Напротив, в суде апелляционной инстанции истцом представлены дополнительные доказательства подтверждающие факт передачи ей квартиры по договору купли – продажи ответчиком ФИО2

Эти новые доказательства также приобщены к материалам дела, поскольку в суде первой инстанции сторонам не было предложено их представить, данный вопрос на обсуждение сторон не ставился.

Истцом представлены квитанция №НГ000006470 от 25.10.2021, кассовый чек магазина «Фабрика дверей», платежный документ на оплату жилищно коммунальных услуг за февраль 2023 года, чек – ордер от 17.03.2023, счет на оплату услуги водоснабжения, водоотведения, обслуживание домофона за сентябрь 2022 года, чек – ордер от 17.03.2023, квитанция ООО «УК Виста Томи» за февраль 2023 года, чек – ордер от 17.03.202, заявление ООО «Томскводоканал» на вынесение судебного приказа, протокол осмотра доказательств от 07.07.2023 с приложением фотографий.

Из указанных доказательств следует, что квартира находится во владении истца, до государственной регистрации оспариваемого договора дарения истец приобрела входную и межкомнатные двери в рассматриваемую квартиру, установила новую входную дверь в квартиру.

Из квитанций на оплату жилищно – коммунальных услуг ООО «Единый информационно – расчетный центр Томской области», ООО «Томский расчетный центр», ООО «УК Виста Томи», заявления ООО «Томскводоканал» на вынесение судебного приказа следует, что ФИО2 не исполнял обязанность по оплате услуг по водоснабжению, электроэнергии, содержанию общего имущества многоквартирного жилого дома.

Из чека – ордера от 17.03.2023 следует, что образовавшуюся задолженность по оплате жилищно – коммунальных услуг в спорном жилом помещении оплатила истец ФИО1 в ходе рассмотрения спора.

Установленные по делу обстоятельства подтверждают вывод суда первой инстанции об отсутствии намерения ответчиков создать правовые последствия, соответствующие условиям договора дарения.

Составление ответчиками договора дарения в требуемой форме и государственная регистрация перехода права собственности по договору дарения не свидетельствуют о реальности оспариваемого договора, а указывают лишь на то, что стороны сделки осуществили для вида ее формальное исполнение в этой части.

В соответствии с абзацем 3 пункта 86 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, сама по себе государственная регистрация права собственности на ФИО2 на квартиру на основании договора дарения не опровергает вывода суда первой инстанции о недействительности сделки.

Ответчик ФИО3 в ходе рассмотрения дела подтвердил обстоятельства, изложенные истцом в исковом заявлении, в том числе факт передачи владения квартирой ФИО1, получения оплаты по договору купли – продажи от истца.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 7 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, для признания сделки недействительной по основаниям статьи 10 и статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

При этом под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует любые негативные последствия, явившиеся прямым или результатом осуществления субъективного права.

Проанализировав последовательность совершенных ФИО3 сделок, действий по уклонению от государственной регистрации по договору купли-продажи и последующему заключению сделки по отчуждению спорного имущества в пользу сына К.А.АВ., суд первой инстанции обоснованно усмотрел в действиях ответчика недобросовестное осуществление гражданских прав, квалифицировав их как злоупотребление правом, поскольку ФИО2, зная об обязательствах по договору купли – продажи перед ФИО1, которой было передано жилое помещение, в дальнейшем принял меры по отчуждению квартиры ФИО2 по договору дарения.

Установив приведенные обстоятельства, суд первой инстанции, дав оценку установленным обстоятельствам применительно к пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к верному выводу о недействительности договора дарения.

Утверждение апеллянта о том, что возбуждение данного гражданского дела является следствием конфликта между ответчиками и используется ответчиком ФИО3 в качестве способа отменить дарение, судебная коллегия отклоняет, поскольку требования истца подтверждены убедительными и не опровергнутыми ответчиком доказательствами.

Апелляционная жалоба не содержит доводы, влекущие отмену или изменение обжалуемого решения.

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Томска от 01.12.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО2 ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи