78RS0008-01-2022-004972-74

Дело № 2-5841/2022 21 ноября 2022 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при помощнике судьи Бердниковой М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора займа недействительным, признании недействительной государственной регистрации договоров,

установил:

ФИО1 обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2, ФИО3 о признании договора займа от 09.02.2018 недействительным, государственную регистрацию договора ипотеки от 09.02.2018, государственную регистрацию соглашения об уступке права требования от 18.11.2020 недействительными, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что 09.02.2018 заключил с ФИО2 договор займа на сумму 1 600 000 рублей, в действительности договор был заключен с елью прикрыть другую сделку и на иных условиях, а именно погасить вмененный ответчиком истцу долг в размере 500 000 рублей, указанная в договоре сумма займа в размере 1 600 000 рублей не была передана в полном объеме, какие-либо документы, подтверждающие передачу денежных средств не составлялись. Таким образом, договор займа является фиктивным. Одновременно с подписанием договора займа 09.02.2018 был подписан и зарегистрирован договор ипотеки – залога принадлежащей истцу квартиры стоимостью 3 500 000 рублей в обеспечение договора займа. Фиктивность договора займа свидетельствует о несоответствии регистрации договора ипотеки требованиям Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)». 18.11.2020 между ФИО2 и ФИО3 было заключено соглашение об уступке права требования суммы займа и право залога на квартиру истца. Данный договор также, по мнению истца, является фиктивным, поскольку не имеется документальных подтверждений передачи денежных средств от цедента к цессионарию. В обоснование требований истец ссылается на положения ч. 2 ст. 170,. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен лично /л.д. 77/, ходатайств об отложении рассмотрения дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, не представил.

Представитель ответчика ФИО2 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, указал на пропуск истцом срока для обращения в суд с заявленными требованиями.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена судебным сообщением, направленным по адресу регистрации и возвращенным в адрес суда за истечением срока хранения на почте, ходатайств об отложении рассмотрения дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, не представила.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил письменное ходатайство о рассмотрение дела в свое отсутствие, а также письменные возражения в части требований о признании недействительными государственной регистрации договора ипотеки и соглашения об уступке права требования.

На основании положений ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив материалы настоящего дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска исходя из следующего.

Согласно п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также не условия, относительного которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В силу п. 1 ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Статьей 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Из материалов дела следует, что 09.02.2018 между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор займа, по условиям которого ФИО2 непосредственно до подписания сторонами договора передал в собственность ФИО1 денежную сумму в размере 1 600 000 рублей, а последний обязался возвратить сумму займа в срок до 10.07.2018 /л.д. 7-8/.

В обеспечение исполнения условий договора займа 09.02.2018 между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор ипотеки (залога недвижимости), в соответствии с условиями которого истец передал в залог ответчику квартиру по адресу: <адрес> /л.д. 9-11/.

22.02.2018 на основании указанного договора произведена государственная регистрации ипотеки в отношении квартиры /л.д. 11/.

18.11.2020 между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор об уступке права требования (цессия), по условиям которого ФИО2 передал ФИО3 все права требования займодавца, в том числе право залога (ипотеки), к ФИО1 на основании договора займа от 09.02.2018. В соответствии с п. 4.1, 4.2 договора взаиморасчеты между сторонами произведены до его подписания, что сторонами подтверждается путем подписания договора /л.д. 13-15/.

Пункт 1 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы истца о безденежности договора займа от 09.02.2018 являются несостоятельными, поскольку буквальное толкование условий договора подтверждает передачу денежных средств заемщику до подписания договора (пункт 1).

Кроме того, данные доводы истца направлены на оспаривание вступившего в законную силу решения Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 05.03.2019 по делу № 2-935/2019, которым с ФИО1 в пользу ФИО2 была взыскана задолженность по договору займа от 09.02.2018, обращено взыскание на заложенное имущество – квартиру по адресу: <адрес> путем продажи с публичных торгов /л.д. 66-68/.

Согласно ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу ч. 2 ст. 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

С учетом указанных норм права истец в рамках настоящего дела не вправе оспаривать договор займа, ссылаясь на его безденежность.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В силу действующего законодательства (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) такие сделки являются оспоримыми, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Исходя из анализа ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка может быть признана недействительной, как совершенная под влиянием заблуждения, если лицо, совершающее сделку, заблуждалось относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению именно в том смысле, как это предусмотрено ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность, либо воля лица сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования.

С учетом указанного, юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах данного основания иска являлось установление того обстоятельства, что выраженная в договоре займа воля истца неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые он действительно имел в виду.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения дела не установлено, а истцом не доказано, что в момент подписания оспариваемого договора займа истец действовал под влиянием имеющего существенное значение заблуждения.

Так, отклоняя довод истца о наличии заблуждения, суд исходит из того, что материалами дела подтверждено, что стороны при заключении сделки понимали ее последствия, оформляли соответствующие документы для регистрации ипотеки в обеспечение договора займа, необходимой совокупности доказательств в подтверждение своих доводов истцовой стороной не представлено.

Из текста договора следует, что он содержит только существенные условия договора займа, никаких иных условий договор в себе не содержит. Все условия договора изложены понятным языком, никаких двусмысленностей в себе не содержат.

Согласно ч. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Исходя из этих разъяснений на истце лежала обязанность доказать, что обе стороны при заключении оспариваемого договора имели цель создать иные правовые последствия, чем обозначенные в этих договорах, однако никаких доказательств наличия соответствующего намерения, в том числе, у ответчика, истцом представлено не было, тогда как ответчик данное обстоятельство отрицал.

Кроме того, разрешая заявленные требования о признании договора займа недействительным, суд учитывает заявленное ответчиком ходатайство о применении последствий пропуска срока для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствии недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ч. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как было указано выше, денежные средства во исполнение договора займа от 09.02.2018 были переданы до его подписания, что также установлено решением суда от 05.03.2019, в обеспечение исполнения условий договора займа 22.02.2018 произведена государственная регистрации ипотеки в отношении принадлежащей истцу квартиры.

Вместе с тем, с настоящим иском в суд истец обратился лишь 25.05.2022, то есть с пропуском предусмотренного ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срока, в том числе одного года с момента начала исполнения договора, трех лет с момента, когда истец должен был узнать о нарушении своих прав.

В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательств.

В нарушение положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлены доказательства наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности, связанных с личностью истца, в связи с чем суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства истца о восстановлении срока исковой давности.

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании договора займа от 09.02.2018 недействительной сделкой.

Разрешая требования истца о признании недействительными государственную регистрацию договора ипотеки и соглашения об уступке права требования, суд учитывает, что регистрация ипотеки в пользу залогодержателя ФИО2, а в последующем в пользу ФИО3 была осуществлена на основании договора ипотеки от 09.02.2018 и соглашения об уступке права требования от 18.10.2020, которые в установленном порядке оспорены не были, недействительными не признавались.

Согласно абзацу второму п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРН. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или об отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРН.

Таким образом, оспариванию подлежат основания регистрации соответствующего права, а не государственная регистрация права и не соответствующая регистрационная запись о праве.

Данная позиция подтверждается определением Конституционного Суда Российской Федерации от 05.07.2001 г. N 132-0, в котором указано, что государственная регистрация как формальное условие обеспечения государственной, в том числе судебной защиты прав лица, возникающих из договорных отношений, объектом которых является недвижимое имущество, призвана лишь удостоверить со стороны государства юридическую силу соответствующих правоустанавливающих документов. Она не затрагивает самого содержания указанного гражданского права, не ограничивает свободу договоров, юридическое равенство сторон, автономию их воли и имущественную самостоятельность.

С учетом вышеизложенного, оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительными государственной регистрации договора ипотеки и соглашения об уступке права требования не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора займа недействительным, признании недействительной государственной регистрации договоров отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 28 ноября 2022 года.