Судья Колдин А.А. Дело № 33-7255/2023

№ 2-1(2)/2023

64RS0018-02-2022-000261-09

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 августа 2023 года город Саратов

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего Кудаковой В.В.,

судей Шайгузовой Р.И., Постникова Н.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Агапитовой Ю.И.,

с участием прокурора Новопольцевой Ж.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному учреждению здравоохранения «Клинический перинатальный центр Саратовской области», врачу акушеру-гинекологу государственного учреждения здравоохранения «Клинический перинатальный центр Саратовской области» ФИО2 о компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Краснокутского районного суда Саратовской области от 11 апреля 2023 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Шайгузовой Р.И., объяснения истца ФИО1, ее представителя ФИО3, поддержавших доводы жалобы, представителя ответчика государственного учреждения здравоохранения «Клинический перинатальный центр Саратовской области» ФИО4, возражавшей по доводам жалобы, заключение прокурора Новопольцевой Ж.Б., полагавшей необходимым решение суда оставить без изменения, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поступивших относительно нее возражений, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к государственному учреждению здравоохранения (далее – ГУЗ) «Клинический перинатальный центр Саратовской области», врачу акушеру-гинекологу ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» ФИО2 о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что в результате проведенной 03 декабря 2019 года акушером-гинекологом ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» ФИО2 некачественной операции была повреждена полость матки ФИО1 В связи с чем 10 декабря 2019 года истец на скорой помощи была доставлена в ГУЗ «Областная клиническая больница», где ей была проведена экстренная операция.

По мнению истца, ответчиком ненадлежащим образом оказана медицинская помощь, не была предоставлена достоверная и полная информация о состоянии здоровья истца, последняя была введена в заблуждение относительно благоприятно проведенной операции, что причинило ей физические и нравственные страдания, которые она оценивает в 3000000 руб.. На основании изложенного ФИО1 просила взыскать с врача акушера-гинеколога ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» ФИО2 в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 1000000 руб., с ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» - 2000000 руб., а также штраф в размере 500000 руб.

Решением Краснокутского районного суда Саратовской области от 11 апреля 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме, с истца в пользу ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области» взысканы расходы за производство судебной экспертизы в размере 77350 руб.

ФИО1 не согласилась с решением суда, подала апелляционную жалобу, в которой просит судебный акт отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции при рассмотрении дела норм материального и процессуального права. По мнению автора жалобы, судом необоснованно положено в основу решения заключение ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области», поскольку учредителем указанного лица, как и истца по делу, является Министерство здравоохранения Саратовской области. Указывает на множественные процессуальные нарушения, допущенные судом первой инстанции при разрешении вопроса о продлении сроков производства экспертизы, нерассмотрение ходатайства истца о замене экспертного учреждения. Выражает несогласие с проведенной судом оценкой доказательств по делу, ссылаясь на нарушения положений ст. 67 ГПК РФ. Полагает, что судом первой инстанции не установлены значимые по делу обстоятельства, в частности, не выяснялся вопрос о том, были ли предприняты ответчиком ФИО2 и иными сотрудниками медицинского учреждения необходимые меры для своевременного и квалифицированного обследования истца в целях установления правильного диагноза пациенту. Выражает несогласие с принятыми по делу судебными актами по заявлениям истца об ускорении рассмотрения дела, полагает необходимым вынести частные определения в связи с выявленными в ходе рассмотрения дела случаями нарушения законности. Указывает на рассмотрение дела в незаконном составе, а также выражает несогласие с отказом суда в проведении видеосъемки хода судебного заседания.

Возражая по доводам апелляционной жалобы, прокурор Питерского района Саратовской области и ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» просят решение суда оставить без изменения.

Ответчик ФИО2 о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие. Учитывая положения ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика - врача акушера-гинекологаГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» ФИО2

Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для его отмены или изменения по следующим основаниям.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу разъяснений, данных в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 03 декабря 2019 года между ФИО1 (пациентом) и ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» (исполнителем) заключен договор на оказание платных медицинских услуг №, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательства оказать пациенту медицинские услуги: обследование, диагностическую гистероскопию, стоимость которых составила 3500 руб. Указанные денежные средства были оплачены истцом в полном объеме.

Согласно медицинской карте пациента № ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» 13 ноября 2019 года врачом акушером-гинекологом ФИО2 был произведен осмотр ФИО1 Как усматривается из анамнеза заболевания, последняя обратилась с результатами ультразвукового исследования от 13 ноября 2019 года, в ходе которого был установлен диагноз: <данные изъяты>. Диагноз: <данные изъяты>, фоновый диагноз: <данные изъяты>, планируется проведение гистероскопии и РДВ в рамках онконастороженности для определения дальнейшей тактики (оперативное лечение <данные изъяты>).

29 ноября 2019 года ФИО1 повторно была осмотрена врачом акушером-гинекологом ФИО2 В анамнезе заболевания указано: с учётом длительной ремиссии хронического сальпингоофорита и отсутствия динамики сактосальпинкса – противопоказаний для проведения гистероскопии и РДВ нет. Установлен диагноз: <данные изъяты>, сопутствующие заболевания: <данные изъяты>, фоновый диагноз: <данные изъяты>

На основании установленных исследований 03 декабря 2019 года врачом акушером-гинекологом ФИО2 истцу была выполнены гистероскопия, РДВ.

10 декабря 2019 года истец с жалобами на тянущие боли внизу живота, повышение температуры тела обратилась в ГУЗ «Областная клиническая больница». Согласно выписному эпикризу из медицинской карты № ФИО1 находилась на лечении с 10 декабря 2019 года по 17 декабря 2019 года с диагнозом: <данные изъяты>

Истцу в ГУЗ «Областная клиническая больница» проведена экстренная операция, установлен диагноз после операции: <данные изъяты>

В целях установления обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, судом первой инстанции по ходатайству сторон назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области».

Как следует из заключения экспертов от 10 марта 2023 года № 17, у ФИО1 имело место: до проведения операции гистероскопии – <данные изъяты> (в медицинской карте стационарного больного № зашифровано как № <данные изъяты>), что подтверждено результатом гистологического исследования; также имело место: <данные изъяты>. На момент поступления и лечения в ОКБ: <данные изъяты>. Осложнение: <данные изъяты>. Причиной операции – гистероскопии, стала <данные изъяты>, причиной второй операции – <данные изъяты>

Во время госпитализации в стационар ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» была заведена медицинская карта №, выполнено медицинское вмешательство – гистероскопия, РДВ, по показаниям пациентка выписана в удовлетворительном состоянии 03 декабря 2019 года, даны рекомендации. Лечение осуществлялось в полном соответствии с регламентирующим приказом Министерства здравоохранения РФ № 572н от 01 ноября 2012 года «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)». Дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 на этапе ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» не выявлено. Причинно-следственной связи между операцией гистероскопией, произведенной в ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области», и наступившими неблагоприятными последствиями (<данные изъяты>) у ФИО1 не усматривается.

Во время госпитализации в стационар ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» лечение ФИО1 осуществлялось в полном соответствии с регламентирующим приказом Министерства здравоохранения РФ № 572н от 01 ноября 2012 года «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)». Подтверждений перфорации матки по представленным документам не выявлено. Описание перфорационного отверстия отсутствует в протоколе операции и в результате гистологического исследования операционного материала из ОКБ. Отсюда можно сделать вывод об отсутствии осложнения гистероскопии – <данные изъяты>.

При выполнении гистероскопии, РДВ эндоцервикса и эндометрия осложнение в виде перфорации матки возможно, но не в данном конкретном случае, так как отсутствуют описания перфорационного отверстия как в протоколе операции, так и в результате гистологического исследования препарата.

Причинно-следственной связи между операцией гистероскопией, произведенной в ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области», и наступившими неблагоприятными последствиями (<данные изъяты>) у ФИО1 не усматривается.

Процедура гистероскопии с раздельным диагностическим выскабливанием эндоцервикса и эндометрия была показана ФИО1 ввиду наличия патологии эндометрия, диагностированной по УЗИ.

Данных за перфорацию матки во время и после проведения процедуры гистероскопии с раздельным диагностическим выскабливанием эндоцервикса и эндометрия в представленных документах нет.

Возникновение данной ситуации, приведшей к <данные изъяты> у ФИО1, следствием несоблюдения рекомендаций после проведенной процедуры гистороскопии с раздельным диагностическим выскабливанием возможно, так как ФИО1 была назначена антибактериальная терапия, направленная в том числе на профилактику обострения хронического воспалительного процесса внутренних гениталий.

Возникновение обострения хронического воспалительного процесса у ФИО1, приведшего к <данные изъяты> без связи с проведением процедуры гистероскопии с раздельным диагностическим выскабливанием, возможно.

Возможно, имело место восходящее инфицирование (в мазке на флору от 10 декабря 2019 года, то есть в момент госпитализации в ОКБ) диагностирована значительная лейкоррея и кокковая флора.

По данным медицинской документации у ФИО1 каких-либо телесных повреждений не имелось.

Дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 на этапе ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» не имелось. Подтверждений перфорации матки по предоставленным документами не выявлено. Описание перфорационного отверстия отсутствует в протоколе операции и в результате гистологического исследования операционного материала из ОКБ. Прямой причинно-следственной связи между операцией - гистероскопией, произведенной в ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» 03 декабря 2019 года, и наступившими неблагоприятными последствиями у ФИО1 (<данные изъяты>) не имеется. Неблагоприятные последствия у ФИО1 в виде <данные изъяты> не рассматриваются как причинение вреда здоровью в соответствии с пунктом 24 раздела III «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, руководствуясь ст. ст. 8, 150, 151, 1101, 1064, 1068, 1099 ГК РФ, положениями Закона РФ от 07 февраля1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе показания допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей и заключение судебной экспертизы, исходил из того, что медицинские услуги истцу ответчиками были оказаны надлежащего качества, факт причинения при оказании медицинских услуг вреда здоровью истца и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и проведенной истцу повторной операции не установлены.

Судебная коллегия с таким выводами суда соглашается, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и требованиям закона.

Доводы жалобы в части несогласия с заключением судебной экспертизы со ссылкой на то, что учредителем экспертного учреждения, как и истца по делу, является Министерство здравоохранения Саратовской области, подлежат отклонению как несостоятельные.

Указанное обстоятельство само по себе не означает, что экспертное заключение не может быть принято в качестве доказательства по делу. Эксперты ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области» ФИО5, ФИО6, ФИО7, проводившие экспертизу предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, об их личной заинтересованности в исходе дела не заявлено. Указанное заключение составлено экспертами, которые являются специалистами в данной области, что соответствует требованиям ст. 79 ГПК РФ.

Само по себе наличие одного учредителя у государственных учреждений не свидетельствует о заинтересованности экспертов в исходе рассмотрения дела.

Не свидетельствуют о незаконности решения доводы жалобы о том, что суд принял и удовлетворил представленное экспертным учреждением ходатайство о продлении срока производства судебно-медицинской экспертизы по настоящему делу вне судебного заседания в нарушении положений ст. 166 ГПК РФ.

Статья 166 ГПК РФ регламентирует рассмотрение ходатайств лиц, участвующих в деле, к каковым ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области» не относится.

Вопреки доводам жалобы заключение экспертов содержит ответ на вопрос о степени тяжести вреда, причиненного ФИО1

Так, в соответствии с заключением экспертов ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области» от 10 марта 2023 года № 17 дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 на этапе ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» не имелось. Подтверждений <данные изъяты> по предоставленным документами не выявлено. Описание перфорационного отверстия отсутствует в протоколе операции и в результате гистологического исследования операционного материала из ОКБ. Прямой причинно-следственной связи между операцией гистероскопией, произведенной в ГУЗ «Клинический перинатальный центр Саратовской области» 03 декабря 2019 года, и наступившими неблагоприятными последствиями у ФИО1 (<данные изъяты>) не имеется. Неблагоприятные последствия у ФИО1 в виде <данные изъяты> не рассматриваются как причинение вреда здоровью в соответствии с пунктом 24 раздела III «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н.

Вопреки доводам жалобы подготовка дела к судебному разбирательству проведена судом первой инстанции в соответствии с положениями ст. 147 ГПК РФ, п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», судебное разбирательство назначено, о времени и месте судебного заседания стороны извещены, представили доказательства в обоснование своей позиции.

Принимая во внимание, что при рассмотрении дела судом установлено, что медицинские услуги истцу ответчиками были оказаны надлежащего качества, факт причинения при оказании медицинских услуг вреда здоровью истца и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и проведенной истцу повторной операции не установлены, подлежат отклонению как несостоятельные и доводы жалобы о невыяснении судом первой инстанции вопроса о том, были ли предприняты ответчиком ФИО2 и иными сотрудниками медицинского учреждения необходимые меры для своевременного и квалифицированного обследования истца в целях установления правильного диагноза пациенту.

Не свидетельствуют о незаконности обжалуемого судебного акта и не могут являться основанием для его отмены ссылки в жалобе на нарушение порядка рассмотрения заявлений и необоснованный отказ в удовлетворении заявлений об ускорении рассмотрения дела. Действующим законодательством не предусмотрена возможность обжалования такого рода определений.

Согласно ч. 7 ст. 10 ГПК РФ кино- и фотосъемка, видеозапись, трансляция судебного заседания по радио, телевидению и в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» допускаются с разрешения суда.

Таким образом, обеспечение возможности участникам процесса и иным лицам, присутствующим в судебном заседании, вести видеозапись оставлено законодателем на усмотрение суда. Соответственно, отказ суда в осуществлении видеосъемки, вопреки доводам жалобы, о нарушении норм процессуального права не свидетельствует.

Подлежат отклонению и доводы жалобы истца о рассмотрении дела незаконным составом суда.

В соответствии с ч. 4 ст. 14 ГПК РФ дело, рассмотрение которого начато одним судьей или составом суда, должно быть рассмотрено этим же судьей или этим же составом суда.

Замена судьи или нескольких судей, приступивших к рассмотрению гражданского дела, возможна в случаях, предусмотренных ч. 5 ст. 14 названного Кодекса.

Из материалов настоящего дела следует, что исковое заявлениеФИО1 поступило в Краснокутский районный суд Саратовской области 21 июня 2022 года и путем использования автоматизированной информационной системы распределено судье Кружилиной Е.А., которая приняла его к производству 27 июня 2022 года.

Как следует из приказа председателя Саратовского областного суда от 11 июля 2022 года, на судью Кружилину Е.А. возложено исполнение обязанностей судьи Энгельсского районного суда Саратовской области с 11 июля 2022 года сроком на три месяца, в связи с чем 11 июля 2022 года путем использования автоматизированной информационной системы указанное дело распределено судье Колдину А.А., определением которого от 11 июля 2022 года дело принято к производству.

Таким образом, дело обоснованно было передано для рассмотрения судье Колдину А.А. и принято им к своему производству.

Оснований, предусмотренных ст. 226 ГПК РФ, для вынесения частных определений в отношении судей и председателя Краснокутского районного суда Саратовской области, как о том заявлено в апелляционной жалобе, судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда или опровергали бы выводы судебного решения, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, аналогичны тем, на которые ссылалась истец в суде первой инстанции в обоснование своих требований, были предметом обсуждения суда первой инстанции и им дана правильная правовая оценка на основании исследования в судебном заседании представленных сторонами доказательств в их совокупности. Сама по себе иная оценка автором апелляционной жалобы представленных доказательств и действующего законодательства не влечет отмену либо изменение правильного по существу судебного решения.

Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Краснокутского районного суда Саратовской области от 11 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено28 августа 2023 года.

Председательствующий

Судьи