Решение по делу № 2А-950/2025 от 15.07.2025 - о признании действий (бездействий) незаконными, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Дело № 2а-950/2025

УИД 37RS0012-01-2025-001397-20

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 июля 2025 года г. Иваново

Октябрьский районный суд г. Иваново

в составе председательствующего по делу – судьи Афонина Г.В.,

при секретаре судебного заседания – Федоровой А.Р.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, УФСИН России по Ивановской области, ФСИН России – ФИО2; представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России – ФИО3,

рассмотрев в Октябрьском районном суде г. Иваново в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, УФСИН России по Ивановской области, ФКУ СИЗО1 УФСИН России по Ивановской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области ФИО4, ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России о признании действий (бездействий) незаконными, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просил признать незаконным факт нарушения его прав вследствие незаконного бездействия со стороны Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Ивановской области (далее - ФКУ СИЗО-1 УФСИН по Ивановской области), ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России, взыскать в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания в общем размере 1 000 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что он с 30.11.2015 содержался в ФКУ СИЗО1 УФСИН России по Ивановской области, где условия содержания не соответствовали установленным нормам и правилам в период содержания его в камерах №№ и карцере, что является незаконным бездействием, повлекшим нарушение его прав.

ФИО1 к числу обстоятельств, свидетельствующих о таких нарушениях, относит: постоянную работу телевизора в камерах №; постоянную работу освещения; присутствие в камерах мокриц, клопов; отсутствие горячей воды, что вынуждало стирать одежду холодной водой, и за что осужденные подвергались дисциплинарным взысканиям; необеспечение стирки белья в прачечной; недостаточное время для помывки в бане ввиду того, что помывка производилась один раз в неделю в течение 20 минут; невозможность посещения банного комплекса во время этапирования, что вынуждало мыться холодной водой в камере; повышенная влажность в камере; отсутствие деревянных полов в камере; грибковый налет на стенах; невозможность проветривания камер ввиду невозможности дотянуться до окна из-за решетки; холод в камере из-за открывания окон для проветривания, которые потом невозможно было закрыть, из-за чего приходилось спать в куртке и ботинках и что являлось следствием возникновения частых простудных заболеваний, что вызывало <данные изъяты>; несвоевременном оказании медицинской помощи; содержании его в карцере.

На основании изложенного, административный истец просит суд взыскать в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО1 УФСИН России по Ивановской области в общем размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании административный истец ФИО1 административное исковое заявление поддержал по основаниям, изложенным в нем, суду пояснил, что во время нахождения в ФКУ СИЗО1 УФСИН России по Ивановской области он содержался в камерах под номерами № и карцере, при этом в камерах № и карцере не было напольного покрытия, вместо деревянных досок были настелены щиты, из-за чего он в 2016 году находясь в камере № <данные изъяты> и поэтому поводу обращался в МСЧ, в данных камерах он находился с 2015 года по 2016 год. Когда находился в камере № в 2016 году, ему попала <данные изъяты>, по данному поводу обращался в МСЧ.

В камерах под номерами № были мокрицы и клопы. Горячая вода отсутствовала во всех камерах. Белье в стирку не принимали за все время нахождения в СИЗО-1. На банную помывку выводили один раз в неделю на 20 минут, иногда приходилось пропускать помывку в бане из-за того, что выводили несколько отрядов и все не успевали помыться, из-за этого он испытывал страдания ввиду того, что был вынужден находиться грязным. На вопрос суда ФИО1 пояснил, что иногда он подавал заявления об организации помывки и данные заявления удовлетворялись. Грибковый налет был во всех камерах. Проветривание помещения было невозможным во всех указанных камерах. Сотрудники учреждения иногда проветривали камеру. Из-за невозможности надлежащего проветривания зимой при открытии окон приходилось спать в одежде.

К содержанию в остальных камерах ФИО1 не имеет претензий ввиду недолгого в них нахождения и приемлемости условий содержания.

В прокуратуру с заявлениями и жалобами на условия содержания он не обращался.

Определением Октябрьского районного суда г. Иваново от 21.05.2025 исковые требования о признании действий (бездействий) незаконными, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении ФИО России по Ивановской области выделены в отдельное производство с присвоением номера №.

В судебном заседании представитель административных ответчиков Федеральной службы исполнения наказаний России, УФСИН России по Ивановской области, ФКУ СИЗО1 УФСИН России по Ивановской области – действующая на основании доверенностей и представившая диплом о наличии высшего юридического образования ФИО2, с административным исковым заявлением не согласилась по основаниям, изложенным в письменных возражениях на административное исковое заявление, суду пояснила, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области в периоды: с 27.11.2015 по 31.05.2016, с 28.06.2016 по 30.08.2016, с 06.09.2016 по 22.11.2016, с 19.12.2016 по 27.04.2017. В карцере за период содержания в учреждении ФИО1 не содержался, он был помещен в штрафной изолятор 25.04.2016.

ФИО2 полагает, что доводы искового заявления о бездействии надуманы, права ФИО1 не нарушались, он содержался в соответствии с правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

Так, согласно п. 42 ПВР при наличии возможности камера СИЗО оборудуется телевизором, который находится в пользовании спецконтингента. В соответствии с п. 28.13 приложения № 1 к приказу Министерства Юстиции от 04.07.2022 №110 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы»: камера СИЗО оборудуется телевизором и холодильником (при наличии возможности), камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке.

В рассматриваемом случае ФИО1 указал на то, что в камерах постоянно работал телевизор, при этом содержащийся в камере спецконтингент не лишен был возможности отключить телевизор, убавить звук, либо написать запрос об отключении телевизора. Наличие телевизора в камере нельзя расценить как нарушение прав содержащегося лица, повлекшего обязательство по выплате ему компенсации в размере 1 000 000 рублей. Его права фактом наличия телевизора не нарушались, заявлений о технической неисправности он не подавал, довод о нарушениях не подтвержден.

Также каждая из камер была оборудована двумя электролампами мощность от 75 до 95 ватт каждая для дневного освещения и одной электролампой мощностью 95 ватт нормального освещения, находящейся в нише дежурного освещения. Замена вышедших из строя ламп искусственного освещения производится своевременно. Освещенность в каждой из камер составляет 150 люкс, что соответствует действующим нормам. Дневное освещение включается в 6.00 час. и отключается в 22.00 час., дежурное освещение включается с 22.00 час. до 6.00 час. ФИО1 указал, что в камере постоянно работало освещение, что прав его не нарушает, не влечет возникновение обязательства по выплате ему компенсации в размере 1 000 000 рублей. Довод о том, что работало дневное освещение круглосуточно голословный, заявок о неисправности освещения не поступало.

Довод об отсутствии горячего водоснабжения в камере не является виновным бездействием должностных лиц следственного изолятора, поскольку здание не оборудовано горячим водоснабжением.

Согласно п. 43 ПФР, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

В соответствии с приложением N?2 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы «Перечень предметов первой необходимости, обуви, одежды и других промышленных товаров, а также продуктов питания, которые подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках и передачах и приобретать по безналичному расчету» электрокипятильник бытовой заводского изготовления или чайник электрический мощностью не более 0,6 кВт.

Таким образом, камеры, в которых содержался ФИО1, были оборудованы приборами для нагрева воды, в случае отсутствия таковых имелась возможность запросить кипятильник, он предоставлялся. Доводы о нарушении прав ФИО1 фактом отсутствия в водопроводе горячей воды не подтверждается.

Доводы о нарушении режима санитарной обработки помывки не свидетельствуют о допущенных нарушениях, влекущих обязательство по возмущению ущерба. Согласно п. 45 ПВР не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут, ФИО1 указывает на прохождение банных процедур за 20 минут.

Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.

Последующая просушка белья происходит сразу после стирки в сушильном помещении БПК. Проведение санитарной обработки осуществляется согласно графику в случае, если в день проведения санитарной обработки лицо отсутствовало в камере, то по письменному заявлению помывка осуществляется в другой день. ФИО1 пояснял, что помывку проводили по его заявлению.

По мере необходимости в камерах ФКУ СИЗО-1 проводится дератизация и дезинсекция, но представить контракты на проведения данных мероприятий не представляется возможным ввиду того, что срок хранения государственных контрактов составляет 5 лет (п.8 Приказа министерства Юстиции N?523 от 02.09.2022 «Приложение к перечню документов, образующихся в процессе деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, с указанием сроков хранения»).

Кроме того, наличие мокриц и клопов ничем не подтверждается, с заявлениями к руководству СИЗО ФИО1 не обращался, журналы КТО не содержат каких-либо записей о регулярных таких обращениях осужденных.

Согласно пункту 9.7, 9.12.10 заключенные обязаны дежурить по камере: проводить уборку камер и других помещений в порядке очередности, они расписываются в журнале назначения дежурных по камерам об ознакомлении с обязанностями дежурного по камере, следят за сохранностью камерного инвентаря, оборудования и другого имущества; подметают и моют пол в камере, производят уборку камерного санитарного узла, прогулочного двора по окончании прогулки.

Таким образом, за санитарным состоянием камер также обязаны следить лица в ней содержащиеся.

Камеры оборудованы системой приточно-вытяжной вентиляции, которая находилась в исправном состоянии. Проветривание камер производится также естественным путем через оконные форточки и вентиляционную шахту. Отопительная система находится в исправном техническом состоянии, температурный режим в камерах соответствует норме. Подача теплоносителя в учреждении осуществляется единственным поставщиком МП «Ивгортеплоэнерго», согласно температурному графику поставщика, рассчитанного по СНиП. Довод о наличии в камерах повышенной влажности ничем не подтверждается, журналы КТО не содержат каких-либо записей о регулярных таких обращениях осужденных.

Доводы о невозможности дотянуться до форточки для проветривания необоснованны, в решетках имеются специальные технологические отверстия, в которые свободно проходит рука для доступа к окну и форточке.

Довод об отсутствии деревянных полов в камерах не подтверждается информацией, содержащейся в журнале КТО за рассматриваемый период, с соответствующими жалобами он не обращался.

Доказательств, свидетельствующих об ухудшении состояния здоровья административного истца в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении, не имеется. ФКУ CИЗО-1 полагает, и что совокупность фактических обстоятельств дела должно привести суд к убеждению о том, что условия содержания административного истца в исправительном учреждении соответствуют и соответствовали требованиям действующего законодательства, со стороны ФКУ СИЗО-1 не допущено бездействия части не обеспечения надлежащих условий содержания.

Достаточных правовых оснований для удовлетворения административного иска и взыскания в пользу административного истца компенсации за нарушение условий его содержания в ФКУ СИЗО-1 не имеется.

Кроме того, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области в 2015, 2016, 2017 году, а с настоящим административным иском он обратился только в 2025 году с существенным пропуском срока обращения в суд с настоящим административным исковым заявлением, установленным с. 219 КАС РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска на основании п. 8 ст. 219 КАС РФ.

В судебном заседании представитель ФКУЗ МСЧ-37 УФСИН России – действующий на основании доверенности и представивший диплом о наличии высшего юридического образования ФИО3 с административным исковым заявлением не согласен по основаниям, изложенным в письменных пояснениях, суду пояснил, что из медицинской карты ФИО1 видно, что за медицинской помощью он обращался регулярно, и она ему оказывалась.

Все жалобы осужденного на состояние здоровья фиксировались медицинскими работниками в медицинской карте. Отказов в оказании медицинской помощи не имеется, что подтверждается записями в медицинской карте, ФИО1 осматривался перед этапированием, по его заявлениям организовывались осмотры. Нарушения прав ФИО1 не допускалось, в связи с чем оснований для признания бездействия незаконным и взыскания компенсации не имеется.

В судебное заедание административный ответчик начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области ФИО4 не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, в порядке, установленном Главой 9 КАС РФ, причин неявки суду не сообщил, его явка обязательной не признавалась.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина согласно ст. 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права. Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

Согласно ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу положений ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

По смыслу вышеприведенных законоположений основанием для удовлетворения судом указанных требований является установление факта нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации условий содержания лица в исправительном учреждении, признание оспариваемых решений, действий (бездействия) исправительного учреждения незаконными и нарушающими права, свободы административного истца.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – УПК РФ) задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно ст. 4 названного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В соответствии с ч. 1 ст. 15 Федерального закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ.

Статьей 23 Федерального закона № 103-ФЗ предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц (п.п. 2п.п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

В п. 14 названного Постановления разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189 и Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 № 110 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы (далее – Правила внутреннего распорядка).

Из материалов дела следует, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области камерах №:

№ с 03.12.2015 по 25.04.2016 и с 04.05.2016 по 12.05.2016;

№ с 30.04.2016 по 04.05.2016;

№ с 12.05.2016 по 31.05.2016 и с 29.06.2016 по 30.08.2016;

№ с 06.09.2016 по 08.10.2016, с 21.12.2016 по 01.02.2017 и с 08.02.2017 по 27.04.2017;

№ с 08.10.2016 по 10.10.2016, с 13.10.2016 по 22.11.2016.

Также ФИО1 содержался в камерах №, при этом условия содержания в данных камерах он не оспаривает, так как условия в них были приемлемые, и он находился в них недолго, о чем он пояснил в судебном заседании.

В карцере ФИО1 не содержался.

При этом ФИО1 был помещен в № 10.10.2016, затем 13.10.2016 был помещен в камеру №.

Данные обстоятельства подтверждаются камерными карточками ФИО1

В судебных заседаниях ФИО1 указывал на ненадлежащее состояние камер, плесень на стенах, незакрывающиеся оконные конструкции, отсутствие напольного покрытия в камерах, предназначенные для проветривания, неисправное оборудование кранов, отсутствие деревянных полов, холод в камерах, влажность, постоянную работу телевизора и световых приборов, отсутствие горячей воды в кранах, ненадлежащее санитарное состояние камер, недостаточное время для помывки в бане отсутствие деревянных полов в камере, ненадлежащее оказание медицинской помощи.

Учитывая, что ФИО1 наличие предполагаемых нарушений, связывает с его содержанием в СИЗО-1 в период с 2015 по 2017 годы, непосредственно проверить состояние камер в этот период времени для проверки доводов административного истца не представляется возможным.

Таким образом, судом факты наличия либо отсутствия нарушений могут быть установлены только посредствам журналов КТО, в которых содержатся отметки о заявлениях осужденных относительно ненадлежащего состояния камер, как технического, так и санитарного, о поломках оконных рам, недостатках освещения, работы сантехники и прочих недостатках камер.

Кроме того, бездействие органа и должностных лиц может быть установлено путем получения сведений из прокуратуры, при наличии результатов проверок по доводам жалоб лиц, содержащихся в следственном изоляторе.

Также обстоятельства дела могут быть установлены на основании показаний свидетелей.

В представлениях прокуратуры Ивановской области, внесенных в адрес следственного изолятора в рассматриваемые периоды, относительно названных предполагаемых нарушений установлено, что требует ремонта напольное покрытие некоторых камер, при этом камеры в которых содержался ФИО1, не указаны. В некоторых камерах проведен ремонт полов, в карцере покрашены стены, что свидетельствует об устранении технических неисправностей камер, карцера на отсутствие бездействия.

Кроме того, осуществляются заявки на капитальный ремонт камер, указано на отсутствие финансирования.

Установлено, что в помывочном отделении банно-прачечного комбината имелась протечка в трубе, которая в последующем была устранена, при этом данное обстоятельство свидетельствует о том, что банно-прачечный комбинат имеется, и он находится в целом в работоспособном состоянии, более серьезных нарушений не выявлено.

В некоторых камерах имеется отслоение на стенах и потолке штукатурной отделки, имеются грибковые проявления, стены камер требуют покраски, при этом камеры в которых содержался ФИО1, не указаны, сведений о плесени на стенах камер, указанных ФИО1 не имеется.

В представлении прокуратуры от 03.06.2016 имеются сведения о нарушении в камере 105 – сломаны стол, лавка, ящик для продуктов питания. В сообщении начальника УФСИН России по Ивановской области от 08.07.2016 заместителю прокурора указано о выводе из эксплуатации сломанных предметов до их ремонта (ФИО1 в данной камере содержался с 08.10.2016 по 10.10.2016, с 13.10.2016 по 22.11.2016).

Из материалов проверки следует, что нарушения имеют место, при этом ряд нарушений устранялся, сведений о рассматриваемых нарушениях в камерах в которых содержался ФИО1 в заявленный период, не имеется.

В судебном заседании в качестве свидетеля был допрошен ФИО, который пояснил, что он содержался в СИЗО-1. Вместе с ФИО1 он содержался в камере № в 2016-2017 годах.

Свидетель по существу доводов административного искового заявления пояснил, что в камере было холодно, окна неисправны - полностью не закрывались, дуло очень сильно, приходилось спать одетыми, спецконтингент часто ломали оборудование камеры - туалет, умывальники. На стенах был грибок, в камере было влажно, то есть условия были не особо приятными. Свидетель пояснил, что в МСЧ принимали по заявлению, возможность обратиться в МСЧ была, сотрудники МСЧ приходили делать уколы, и можно было обратиться к ним с жалобами на состояние здоровья. Свидетелю сотрудники МСЧ регулярно медсестра приходила делать уколы. Белье в стирку не собирали. Кипятильник в камере имелся, кипяченая вода имелась. В камере имелся телевизор, но его часто забирали. Санитарной обработки в камере не было. Спецконтингент выводили в банно-прачечный комплекс, но имелись сложности, не часто выводили. Электрические приборы работали нормально, свет работал круглосуточно. ФИО пояснил, что с заявлениями о технических недостатках камер он не обращался.

Вместе с тем, перечисленные ФИО1 недостатки о существенных нарушениях его прав не свидетельствуют, поскольку их наличие не могло вызвать у него физических и нравственных страданий в той степени, которая является основанием для взыскания денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Суд не доверяет в полной мере показаниям свидетеля ФИО, поскольку он заявляет о недостатках камеры, при этом заявлений о наличии нарушений, указанных свидетелем в письменном или устном виде не заявлял, журнал КТО не содержит данных о наличии указываемых недостатков камеры.

Оснований не доверять записям журнала КТО не имеется, поскольку они велись регулярно, записи о нарушениях в них не содержатся. Доводы о том, что обращения не фиксировались, и обращаться было бесполезно, ничем не подтверждены, прокуратурой проводились проверки по обращениям лиц, содержащихся в следственном изоляторе, журнал КТО заполнялся и велся.

В решетках камер имеется проем, через который возможен доступ к устройству для проветривания. Кроме того, содержащиеся лица не лишены возможности обратиться к сотрудникам СИЗО-1 для осуществления проветривания камеры, закрытия окон, составления заявления и направления его руководству изолятора, указания на недостатки при контрольно-техническом осмотре.

Судом установлено, что отопительная система камер в следственном изоляторе находится в технически исправном состоянии, температурный режим в камерах соответствует норме; подача теплоносителя в учреждение осуществляется единственным поставщиком АО «Ивгортеплоэнерго» согласно температурного графика поставщика, рассчитанного по СНиП; ежегодно сотрудниками ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России проводится проверка санитарного состоянии с замерами температурного режима в камерных помещениях учреждения, за период содержания отклонений температурного режима не зафиксировано.

Данных о нарушениях температурного режима в камерах по результатам прокурорских проверок не зафиксировано. Доводы о нарушении температурного режима не нашли подтверждений.

ФИО1 утверждал, что окна в камерах не закрывались до конца из-за невозможности доступа к ним.

Такие доводы, ничем не подтверждены, стекла на окнах имелись, имелась возможность обратиться к сотрудникам колонии при проведении КТО.

В то же время пояснениям о том, что осужденные спали в одежде из-за низких температур, вызванных неисправностью коконных конструкций суд не доверяет.

Каких-либо заявок от осужденных об экстремально низких температурах в камере не поступало.

Таким образом, доводы административного истца о недостаточном отоплении в камерах содержания не доказаны и не подтверждаются материалами дела.

То обстоятельство, что стекла окон камер имели какие-либо неисправности, не свидетельствует о наличии оснований полагать о причинении физических и нравственных страданий в той степени, которая является основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Разрешая довод ФИО1 о нарушении его прав отсутствием горячего водоснабжения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 43 Приказа Минюста России от 14.10.2005 N 189 при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Исходя из положений Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста РФ от 04.07.2022 N 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» допускается отсутствие горячей водопроводной воды. При этом горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 N 245/пр утвержден и введен в действие с 04.07.2016 Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно п. 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно п. 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

При этом, как следует из представленных административным ответчиком сведений, все камеры учреждения оборудованы водопроводом с холодной водой, который находится в исправном состоянии, доступ к пользованию водопроводом не ограничивается, что также подтверждается материалами проверок, проведенных прокуратурой Ивановской области. ФИО1 не отрицал наличие холодного водоснабжения в камерах следственного изолятора.

Суд учитывает, что система горячего водоснабжения для режимных корпусов учреждения не предусмотрена конструктивной особенностью здания; учреждением созданы условия для поддержания надлежащей личной гигиены осужденных посредством регулярной санитарной обработки, обеспечения возможности получения кипяченой воды для питья и горячей воды для гигиенических целей с учетом потребностей, выдачи кипятильников для кипячения воды, наличия холодного централизованного водоснабжения, возможность иметь нагревательные приборы.

Свидетель ФИО пояснил о наличии кипятилка в камере, а значит, имелась возможности разогреть воду и приготовить кипяченую воду для питья.

Таким образом, виновного бездействия со стороны ФКУ СИЗО1 УФСИН России по Ивановской области связанного с отсутствием водопровода с горячей водой, не установлено, оснований для присуждения компенсации также не установлено.

Суд приходит к выводу об отсутствии нарушения прав ФИО на обеспечение горячим водоснабжением в период его содержания в следственном изоляторе.

Неудобства при пользовании кипятильником в камерах следственного изолятора на выводы суда в данной части заявленных требований повлиять не могут.

Кроме того, суд учитывает, что отсутствие горячего водоснабжения не могло вызвать физических и нравственных страданий в той степени, которая является основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Пунктом 32 Правил внутреннего распорядка, установленным Приказом Минюста РФ от 04.07.2022 N 110, предусмотрено, что не реже одного раза в неделю для подозреваемых и обвиняемых организуется помывка в душе продолжительностью не менее 15 минут.

В этой связи доводы административного истца о недостаточном количестве предоставленной ему следственным изолятором времени для помывки 1 раз в неделю равной 20 минут нарушениями со стороны административного ответчика признаны быть не могут, так как соответствуют нормативным требованиям.

Смена постельных принадлежностей (простыни, наволочка, полотенца) в соответствии с п. 33 Правил внутреннего распорядка должна осуществляться еженедельно после помывки в душе.

В соответствии с п. 28.11 Правил внутреннего распорядка, установленным Приказом Минюста РФ от 04.07.2022 N 110, камера СИЗО оборудуется тазами для гигиенических целей и стирки одежды. В силу п. 28 указанных правил обязательного оборудования камерных помещений приспособлениями для сушки белья не предусмотрено.

Согласно пункта 17 Приказа Минюста России от 14.10.2005 N 189 подозреваемые и обвиняемые, прошедшие санитарную обработку, получают постельные принадлежности, а при необходимости одежду установленного образца.

В ходе судебного разбирательства по делу установлено, что в следственном изоляторе имеется банно-прачечный комбинат, в котором производится стирка, сушка, глажка постельного белья, выдаваемого во временное пользование осужденным, а также стирка, сушка, глажка одежды и белья осужденных по их заявлению.

Стирка личного белья спецконтингента следственным изолятором не осуществляется, что соответствует положениям Правил внутреннего распорядка.

Согласно позиции следственного изолятора, стирка постельных принадлежностей осуществляется в день санитарной обработки спецконтингента в прачечной банно-прачечного комплекса; последующая просушка белья происходит сразу после стирки в сушильном помещении банно-прачечного комплекса.

Доказательств того, что указанные мероприятия не выполнялись административным истцом не представлено. Сведения о том, что со стороны ФИО1 и других осужденных имелись жалоб на указанные нарушения администрации следственного изолятора в период пребывания в нем в материалы дела не представлено.

Кроме того, свидетель ФИО пояснил, что спецконтингент выводили в банно-прачечный комплекс, о нарушениях он не заявлял, что указывает на отсутствие существенных отклонений от установленных законом требований.

При этапировании помывка не осуществлялась по объективным причинам, при этом имелась возможность помыться по заявлению, при этом таких заявлений ФИО1 не подавал.

Приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189 установлено, что камеры СИЗО оборудуются светильниками дневного и ночного освещения.

Пунктом 42 Правил внутреннего распорядка установлено, что камеры СИЗО оборудуются светильниками дневного и ночного освещения.

Порядок оборудования камер регламентируется сводом правил СП 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденным приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15.04.2016 № 245/пр, в соответствии с которым в обязательном порядке камеры следственных изоляторов оборудуются светильниками дежурного (ночного) освещения.

Приказом Минюста РФ от 04 сентября 2006 года № 279 «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов УИС» также определено, что в камерах предусматривается общее и дежурное освещение.

Каждая из камер учреждения оборудована шестью электролампами мощностью от 75 до 95 ватт для дневного освещения и одной электролампой мощностью 95 ватт ночного освещения, находящейся в нише дежурного освещения. Замена вышедших из строя ламп искусственного освещения производится своевременно. Освещенность в каждой из камер составляет 150 люкс. Дневное освещение включается в 6.00 и отключается в 22.00. Соответственно, дежурное освещение включается с 22.00 до 6.00.

Свидетель ФИО пояснял об отсутствии проблем с освещением, материалами, предоставленными прокуратурой и журналами КТО не подтверждается неисправности освещения в камерах, в которых содержался ФИО1

То есть данный довод о круглосуточной работе освещения не нарушает права ФИО1, поскольку данных о такой работе дневного освещения не имеется, ночное освещение предусмотрено для возможности наблюдения за осужденными и нарушением условий содержания не является.

Наличие в камере телевизора, нарушением ПВР не является, напротив телевизор обеспечивает возможность получения информации, в том числе новостной. Довод о том, что телевизор работал круглосуточно, не свидетельствует о допущенном нарушении условий содержания ФИО1, поскольку возможно отключение телевизора самими лицами, содержащимися в камере, либо имелась возможность заявить о его изъятии, в связи с тем, что он мешает.

Свидетель ФИО дал противоположные показания, из которых следует, что телевизор выдавался не всегда, изымался, что является негативным обстоятельством.

Суд приходит к выводу об отсутствии нарушения прав ФИО1 наличием телевизора в камере, доводы о том, что нельзя было выключить является надуманным.

Согласно п. 19.14 СП 247.1325800.2016. Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования, утвержденных Приказом Минстроя России от 15 апреля 2016 года № 245/пр, во всех камерных помещениях, спальных комнатах, одноместных помещениях для кратковременного нахождения следует предусматривать приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с естественным или механическим побуждением. Приточные и вытяжные отверстия следует располагать под потолком (за исключением помещений, для которых зоны подачи и удаления воздуха определяются требованиями действующих на момент проектирования нормативных технических документов). В камерных помещениях вентиляционные отверстия следует ограждать металлическими решетками.

Камеры следственного изолятора оборудованы системой приточно-вытяжной вентиляции, которая находится в исправном состоянии; проветривание камер производится естественным путем через оконные форточки и вентиляционную шахту.

Также суд отмечает, что сама по себе плохая работа принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции административным истцом не представлено.

С заявлениями относительно нерабочей вентиляции либо вентиляции окон к администрации учреждения не обращался, кроме того, он не был ограничен в возможности открывать имеющееся в камере окно по необходимости.

Исходя из пояснений самого ФИО1, влажность в камерах имела место ввиду осуществления стирки и сушки белья самим спецконтингентом.

В судебных заседаниях ФИО1 указывал на ненадлежащее состояние камер, где он содержался, в частности, облезлые стены, плесень на них, дефекты пола.

В представлениях прокуратуры Ивановской области, внесенных в адрес следственного изолятора, установлены ненадлежащее состоянии различных камер следственного изолятора, выразившееся в ненадлежащем состоянии дефектов напольного покрытия и необходимости косметического ремонта камер.

Вместе с тем, перечисленные ФИО1 нарушения о существенных нарушениях его прав не свидетельствуют, поскольку их наличие не могло вызвать у него физических и нравственных страданий в той степени, которая является основанием для взыскания денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания. Наличие травмы ноги из-за некачественного напольного покрытия не подтверждается документально, сама по себе травма не является безусловным основанием, что компенсации за нарушение условий содержания, се свидетельствует о существенности нарушения. Кроме того, суд учитывает, что состояние камер зависит от действий самого находящегося в нем спецконтингента, а не только от надлежащего исполнения обязанностей со стороны администрации следственного изолятора.

Доводы административного истца о нарушениях его прав с учетом наличия насекомых в камерах, где он пребывал, основанием для удовлетворения его требований не являются.

Административным ответчиком суду представлена информация об уничтожении заключенных контрактов на оказание услуг по дератизации и дезинсекции помещений следственного изолятора, вместе с тем, отсутствие данных контрактов не является основанием для безусловного установления нарушения, данные контракты имелись, что свидетельствует о проводимых администрацией следственного изолятора мероприятий по исключению нахождения в учреждении грызунов и насекомых.

Заявлений о таких нарушениях ФИО1 не подавались, журнал КТО не содержит сведений о таких нарушениях в камерах, указанных ФИО1

Доводы о ненадлежащем оказании ФИО1 медицинской помощи опровергаются представленной в материалах дела копией медицинской карты, из которой следует, что он регулярно получал медицинскую помощь сотрудниками ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России.

В соответствии с имеющимися записями в медицинской карте ФИО1:

27.11.2015 при поступлении в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области осмотрен медицинскими работниками МЧ-9 ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России, по результатам осмотра и данных анамнеза осужденному выставлен диагноз (со слов): <данные изъяты>

30.11.2015 проведен врачебный осмотр медицинскими работниками МЧ-9;

08.12.2015 осмотрен по заявлению медицинским работником МЧ-9. Предъявляет жалобы на боли в <данные изъяты>. Установлен диагноз: <данные изъяты>. Назначено лечение. Лечение получено;

23.12.2015 осмотрен медицинским работником МЧ-9 перед этапированием на судебно-следственные действия. Жалобы активно не предъявляет. Объективно: состояние удовлетворительное. Диагноз: <данные изъяты>

15.01.2016 осмотрен по заявлению медицинским работником МЧ-9. Предъявляет жалобы на <данные изъяты>. Установлен диагноз: <данные изъяты> - Назначено лечение. Лечение получено;

20.01.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-9. Предъявляет жалобы на <данные изъяты>. Рекомендованы лекарственные препараты от родственников;

21.01.20216 осмотрен по заявлению медицинским работником МЧ-9. Предъявляете жалобы на <данные изъяты>. Установлен диагноз: <данные изъяты>

04.03.2016 осмотрен по заявлению медицинским работником МЧ-9. Предъявляет жалобы на <данные изъяты> Рекомендованы лекарственные препараты от родственников. <данные изъяты>

09.03.2016 осмотрен по заявлению медицинским работником МЧ-9. Предъявляет жалобы на <данные изъяты> Хочет получить лекарственные препараты от родственников. Установлен диагноз: <данные изъяты>? Пациенту даны разъяснения о правилах приема лекарственных препаратов от родственников. Назначено лечение, Лечение получено полностью;

25.04.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-9 перед водворением в ШИЗО (карцер). Заключение: на момент осмотра по состоянию здоровья может находиться в ШИЗО;

30.05.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-9 перед этапированием;

31.05.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-1 при поступлении в ИК-2 ФКУ ОИК-11 УФСИН России по Ивановской области;

28.06.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-1 перед этапированием в СИЗО-1;

29.06.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-9 перед этапированием в ИК-2 ФКУ ОИК-11;

05.09.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-1 перед этапированием в СИЗО-1;

09.09.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-9 при поступлении в СИ30-1;

10.09.2016 осмотрен медицинским работником МЧ-9 перед водворением в ШИЗО, дано заключение;

10.11.2016 принят начальником МЧ-9, предъявил жалобы на <данные изъяты>. Со слов пациента укололся швейной иглой. Назначено лечение, проводились дальнейшие осмотры;

22.11.2016 по 19.12.2016 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении филиала «Больница» с диагнозом <данные изъяты>, проведено оперативное лечение;

20.12.2016, 26.12.2016 осматривался врачом-терапевтом МЧ-9. Проводились перевязки.

10.01.2017 и 30.01.2017 был осмотрен зубными врачами МЧ-9, проведено лечение;

25.01.2017 проведен профилактический осмотр врачами МЧ-9;

01.02.2017 осмотрен медицинским работником МЧ-9 перед водворением в ШИЗО, содержаться может;

22.02.2017 ФИО1 выданы лекарственные препараты, претензий не имеет;

01.03.2017 осмотрен врачом-хирургом филиала «Больница», даны рекомендации по продолжению проведения <данные изъяты>;

21.04.2017 осмотрен медицинским работником МЧ-9 перед этапированием в ИК-2.

Таким образом, осмотры ФИО1 проводились, необходимое лечение предоставлялось в полном объеме, доказательств обратного, суду не представлено, помощь оказывалась своевременно, что опровергается записями в медицинской карте.

Свидетель ФИО5 пояснил, что ему также ставились уколы, имелась возможность заявить о плохом самочувствии, вызвать медиков.

Согласно представленным в деле материалам прокурорской проверки лечебные учреждения находились в удовлетворительном состоянии.

Доводы о нарушении условий содержания тем, что ФИО1 был помещен в карцер, не могут являться основаниями для удовлетворения иска, поскольку в карцере он не содержался.

Помещение ФИО1 в ШИЗО обусловлено нарушением ПВР, при этом законность такого помещения не является предметом рассмотрения настоящего иска, сам по себе факт незаконного помещения в ШИЗО не влечет оснований для признания установления существенных отклонений от установленных законом требований, признанием помещения в ШИЗО незаконным и оспариванием взыскания в целом, защищаются иные неимущественные права.

ФИО1 не оспаривал законность помещения в ШИЗО ни в органах прокуратуры ни в суде, сведения о помещении в ШИЗО содержатся карточке учета, при этом незаконными взыскания не признаны.

Сама по себе незаконность помещения в ШИЗО не влечет признание условий содержания ненадлежащими, отклонением в условиях содержания такое помещение не является.

Исходя из позиции, содержащейся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» - только существенные отклонения от установленных законом требований могут быть оценены судом в качестве нарушений условий содержания лица в следственном изоляторе.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, применительно к вышеизложенному законодательству, а также разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, суд приходит к выводу о том, что условия содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области по его доводам, указанным в исковом заявлении, являлись приемлемыми, существенных отклонений от установленных законом требований, которые могли бы быть истолкованы и приняты в качестве нарушений условий содержания лица в следственном изоляторе не выявлено.

На основании пункта 1 части 2 статьи 227 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Оснований для удовлетворения административного искового заявления не имеется, в связи с чем, оснований для присуждения компенсации за нарушение условий содержания под стражей не имеется.

В силу п. 2 ч. 9 ст. 226 КАС РФ суд, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, выясняет соблюдены ли сроки обращения в суд.

Согласно ч. 1 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 8 ст. 219 КАС РФ).

Из разъяснений, данных в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», следует, что, проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Таким образом, пропущенный срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин в силу обстоятельств, относящихся к личности заявителя, таких как тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п., а также обстоятельств, объективно препятствовавших лицу, добросовестно пользующемуся своими процессуальными правами, реализовать право на обращение в суд.

Из искового заявления ФИО1 следует, что он указывает на уважительность причин пропуска срока обращения в суд с административным исковым заявлением, обуславливая незнанием законодательства.

Учитывая, что ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области был направлен в исправительное учреждение для отбытия наказания и до настоящего времени находится в местах лишения свободы, что существенно затрудняет его обращение за защитой нарушенных прав, суд считает возможным применить положения ч. 8 ст. 219 КАС РФ и восстановить ему пропущенный процессуальный срок на обращение в суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

административное исковое заявление ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иваново в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Г.В. Афонин

Мотивированное решение составлено 15 июля 2025 года.