Судья Филимонов Е.В.Дело № 10-12382/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 июля 2023 годаг. Москва

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего Мариненко А.И.,

судей Балашова Д.Н., Локтионовой Е.В.

при помощнике судьи Погребной М.Д.

с участием:

прокурора Бурмистровой А.С.

осужденного ФИО1

защитника – адвоката Костюшева В.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Костюшева В.Ю.

на приговор Черёмушкинского районного суда г. Москвы от 25 мая 2022 года, которым

ФИО1, ...

- по ч. 3 ст. 30 п. "г" ч. 4 ст. 2281 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом времени предварительного содержания под стражей с учетом положений ч. 32 ст. 72 УК РФ – с 4 февраля 2019 года.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Балашова Д.Н., мнение участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере,

а именно в том, что он совместно с неустановленным соучастником пытался незаконно сбыть расфасованное в 99 пакетах наркотическое средство – альфа-пирролидиновалерофенон, который является производным от N-метилэфедрона, общей массой 186,09 грамма, поместив при этом 46 пакетов с наркотиком в 9 тайников-закладок, однако не смог довести свой преступный умысел до конца ввиду задержания и изъятия наркотических средств сотрудниками полиции.

Преступление совершено 4 февраля 2019 года в г. Москве при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 признал вину частично, показав, что приобрел наркотические средства для личного употребления.

В апелляционной жалобе адвокат фио считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, приговор носит предположительный характер и постановлен на недопустимых доказательствах; обвинительное заключение по делу незаконно утверждено заместителем Московско-Смоленского транспортного прокурора, поскольку надзор за расследованием данного уголовного дела осуществлял Черёмушкинский межрайонный прокурор г. Москвы, который и должен был утверждать обвинительное заключение; протокол проверки показаний ФИО1 на месте является поддельным, поскольку представленная защитой в суд копия первоначального протокола отличается от протокола, имеющегося в материалах дела, чему суд не дал оценки; кроме того, данный протокол проверки показаний на месте является недопустимым доказательством, поскольку ФИО1 участвовал в указанном следственном действии в состоянии наркотического опьянения, о чём свидетельствует протокол его медицинского освидетельствования, что ставит под сомнение объективность показаний осужденного; судом не дана оценка заключению специалиста № 9 от 18.02.2020, которое по ходатайству защиты было приобщено к материалам дела и исследовано судом; вещество, которое в настоящем деле признано производным наркотического средства, не включено в реестр психоактивных веществ, что исключает уголовную ответственность за его оборот; при назначении наказания ФИО1 суд имел все основания для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ. Просит приговор изменить, переквалифицировать действия осужденного на ч. 2 ст. 228 УК РФ, по которой назначить условное наказание.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам защиты органами следствия при возбуждении и расследовании уголовного дела, а также его рассмотрении судом каких-либо существенных нарушений закона, влекущих безусловную отмену судебного решения или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не установлено.

Суд счёл вину ФИО1 полностью доказанной, положив в основу этого вывода анализ материалов дела.

Его вина установлена собранными по делу доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре.

Так, правильность выводов суда подтверждается протоколами личного досмотра ФИО1 и выемки от 4 февраля 2019 года, согласно которым у него в присутствии двух понятых в рюкзаке обнаружена и изъята перчатка черного цвета, внутри которой находились 52 свертка с порошкообразным веществом белого цвета, весы, сотовый телефон Айфон и сотовый телефон ZTE; в левом носке, надетом на ФИО1, обнаружено и изъято вещество темно-зеленого цвета и сверток из прозрачного полимерного материала с порошкообразным веществом белого цвета.

Справкой об исследовании изъятых веществ и заключением экспертов установлено, что вещества в 52 свертках, общей массой 99,36 г., содержат в своем составе а-пирролидиновалерофенон, который является производным N-метилэфедрона; на поверхности весов, изъятых у ФИО1, обнаружены следы a-PVP [синоним: 1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он, α- пирролидинопентиофенон].

Из протокола проверки показаний обвиняемого на месте следует, что ФИО1 в лесопарке «Кусково» указал места, где он спрятал с целью сбыта пакеты с наркотическим веществом, поместив их неглубоко в снег вдоль дорожки, ведущей к «Экошколе», а также вокруг самой школы на различных расстояниях.

Из указанных им тайников было изъято 46 пакетов с веществом белого цвета, общей массой 85,14 г.

Справкой об исследовании этого вещества и заключением экспертов подтверждено, что вещества, обнаруженные у ФИО1 в рюкзаке в момент его задержания, а также обнаруженные в ходе проверки его показаний на месте, содержат в своем составе альфа-пирролидиновалерофенон, который является производным N-метилэфедрона.

Общая масса обнаруженного и изъятого вещества, содержащего наркотическое средство альфа-пирролидиновалерофенон, которое является производным N-метилэфедрона, составило 186,09 г.

Вина осужденного в содеянном подтверждается показаниями свидетелей - сотрудников полиции ..., задержавших ФИО1 по подозрению в незаконном обороте наркотических средств и доставивших его в дежурную часть отдела полиции; показаниями свидетеля ФИО2, проводившего личный досмотр ФИО1 обнаружившего при нем 52 свертка с наркотическими средствами в рюкзаке и один сверток в носке; показаниями свидетеля ФИО3, принимавшего участие в качестве понятого, который был очевидцем обнаружения в ходе личного досмотра ФИО1 наркотических средств; показаниями свидетеля ФИО4, подтвердившей факт своего участия при проведении проверки показаний ФИО1 на месте, который самостоятельно и добровольно указал на конкретные места размещенных им тайников-закладок с наркотическими средствами.

На основании этих и других, исследованных в суде и приведенных в приговоре доказательств, суд пришел к правильному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершенном преступлении и обоснованно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30 п. "г" ч. 4 ст. 2281 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, подробно изложив мотивировку своих выводов, которая судебной коллегией признается верной.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что количество приобретенных ФИО1 наркотических средств, изъятые у него весы, расфасовка наркотиков в удобную для сбыта упаковку, свидетельствуют об умысле осужденного на сбыт наркотических.

Правильность этого вывода также подтверждается обнаруженными в телефоне ФИО1 48 фотографиями различных участков местности, с обозначением точных координат их места нахождения. Указанные координаты идентичны тем, которые были установлены при проверке показаний ФИО1 на месте.

Обнаруженная в телефоне ФИО1 переписка с неустановленным соучастником, датированная 3 и 4 февраля 2019 года, о том, что он «за закладкой заодно раскинет» и «…поставил будильник, чтоб расфасовать…», также подтверждает выводы суда об умысле ФИО1 на сбыт наркотических средств.

С учетом вышеизложенного довод защиты о том, что ФИО1 приобрел и хранил обнаруженные наркотические средства исключительно для личного употребления, без цели сбыта, является несостоятельным.

Вопреки доводам жалобы, все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора являются допустимыми, поскольку получены и закреплены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, собраны надлежащими должностными лицами, с соблюдением прав и законных интересов участников процессуальных действий, поэтому судебная коллегия не может согласиться с доводами адвоката о недопустимости протокола проверки показаний на месте ФИО1.

Нельзя согласиться с доводами защиты, что подпись в протоколе проверки показаний на месте не принадлежит ФИО1, и сам протокол является поддельным. Протокол проверки показаний на месте получен в соответствии с законом, надлежащим лицом, в присутствии понятых. Сам ФИО1 не отрицает, что участвовал в проверке показаний на месте, указывая на места тайников-закладок, откуда вместе с сотрудниками полиции они изымали наркотики.

Это обстоятельство также подтверждают участвующие лица, в том числе и понятые, чьи показания подробно изложены в приговоре.

При этом, проверка показаний ФИО1 на месте, в ходе который были изъяты сделанные им тайники-закладки с наркотиком, проведена через большой промежуток времени после задержания ФИО1 и его медицинского освидетельствования, протокол подписан всеми участвующими лицами, в том числе самим осужденным, какие-либо замечания по поводу его незаконности в протоколе отсутствуют.

Кроме того, как обоснованно указано судом первой инстанции, согласно заключению психиатрической экспертизы ФИО1 в период инкриминируемого ему деяния осознавал в полной мере фактический характер и общественную опасность своих действий и руководил ими.

При таких обстоятельствах доводы защиты о недопустимости признательных показаний ФИО1 якобы в состоянии опьянения и абстиненции судебной коллегией не принимаются.

Вес наркотических средств, покушение на незаконный оборот которых инкриминируется ФИО1, подтвердил в суде сам осужденный.

Также нельзя согласиться с доводом защиты о недопустимости проведенных по делу химических экспертиз на предмет исследования веществ, изъятых у ФИО1 при задержании и в ходе проверки его показаний на месте.

Как усматривается из материалов дела и правильно отмечено судом, экспертизы проведены в рамках уголовного дела, на основании постановления следователя, надлежащими экспертами и соответствуют требованиям ст.ст. 195, 196, 199 УПК РФ.

При ознакомлении с назначением этих экспертиз и заключениями экспертов, адвокат и сам ФИО1 каких-либо ходатайств не заявляли и не имели отводов экспертам.

При этом, довод адвоката о незаконности повторного проведения по делу химических экспертиз после возвращения дела прокурору противоречит положениям уголовно-процессуального закона, по смыслу которого если в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия, судья в соответствии с частью 1 ст. 237 УПК РФ возвращает дело прокурору для устранения допущенных нарушений. В таких случаях прокурор (а также по его указанию следователь) вправе, исходя из конституционных норм, провести следственные или иные процессуальные действия, необходимые для устранения выявленных нарушений, и, руководствуясь ст. 221 УПК РФ, составить новое обвинительное заключение.

У судебной коллегии нет сомнений в том, что в веществах, изъятых у ФИО1 и при проверке его показаний на месте, экспертным путем обнаружен альфа-пирролидиновалерофенон (синонимы: α-пирролидинопентиофенон, а-PVP), являющийся производным N-метилэфедрона.

Как обоснованно указано в приговоре, в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 года № 681 «Об утверждении перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» альфа-пирролидиновалерофенон (синонимы: α-пирролидинопентиофенон, а-PVP) является производным N-метилэфедрона, который включен в Список перечня наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (список I).

С учетом изложенного выше, вопреки доводу защиты, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что а-пирролидиновалерофенон является наркотическим средством, и данное обстоятельство установлено экспертным путем.

Заключение специалиста № 9 от 18.02.2020 (том 6 л.д. 132-165) по настоящему делу не имеет правового значения, поскольку данное исследование проведено специалистом по заключениям судебных физико-химических экспертиз, которые не указаны в обвинительном заключении, не положены судом в основу обвинительного приговора и не приведены в приговоре в качестве доказательства вины осужденного.

Доводы осужденного, что в протоколах его допросов, в протоколах проверки показаний на месте, объяснениях, протоколе ознакомления обвиняемого и его защитника с постановлением о назначении экспертизы имеющиеся подписи от его лица ему не принадлежат, проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными.

Как указано выше, положенные в основу приговора доказательства получены в соответствии с законом и являются допустимыми.

Признание ФИО1 вины в незаконном обороте наркотических средств для собственного употребления, подтверждает правильность выводов суда о достоверности положенных в основу приговора доказательств, а также об отсутствии причин у следователя подделывать их и фальсифицировать материалы уголовного дела.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, в том числе описание преступного деяния, совершенного осужденным, с указанием места, времени и способа его совершения, мотива и целей преступлений, были установлены судом и отражены в описательно-мотивировочной части приговора. Выводы суда об установлении указанных обстоятельств подробно и надлежащим образом мотивированы в приговоре, основаны на исследованных судом доказательствах, сомневаться в их правильности и достоверности этих выводов оснований не имеется.

Доводы защиты о необъективности судебного разбирательства, обвинительном уклоне, нарушении принципов уголовного судопроизводства, являются несостоятельными, поскольку судебное разбирательство проведено в строгом соответствии с требованиями УПК РФ.

Как следует из протокола судебного разбирательства, суд исследовал все представленные сторонами доказательства, разрешил по существу все заявленные ходатайства в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принял все необходимые меры для установления истины по делу.

Каких-либо новых объективных сведений и доводов, которые могли бы повлиять на принятие судом законного и обоснованного решения, а также повлечь его отмену, сторона защиты в суде апелляционной инстанции не представила.

С учетом вышеизложенного доводы защиты о том, что суд односторонне, необъективно, с обвинительным уклоном рассмотрел настоящее уголовное дело, не выяснив при этом всех обстоятельств, имеющих значение для его правильного разрешения, нарушил право осужденного на защиту и ограничил сторону защиты в праве представлять суду свои доказательства, судебная коллегия находит несостоятельными.

Вопреки ошибочному мнению защиты подследственность по настоящему уголовному делу была установлена на основании ч. 6 ст. 152 УПК РФ постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника Следственного департамента МВД России от 27.02.2019, согласно которому расследование дела поручено СО ЛО МВД России на адрес (том 1 л.д. 24-33), вследствие чего надзор за расследованием дела правомерно осуществлял Московско-Смоленский транспортный прокурор, который и утвердил обвинительное заключение (том 10 л.д. 94).

Наказание назначено с учетом положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, всех обстоятельств дела, общественной опасности содеянного, роли и характера действий осужденного при выполнении объективной стороны инкриминированного группового преступления, данных о личности, обстоятельств, смягчающих наказание – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие заболеваний у осужденного и его родственников, длительное содержание в условиях СИЗО.

Суд при назначении наказания принял во внимание и другие обстоятельства, учел в полной мере данные о личности виновного. Иных обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, не имеется.

Вывод суда о необходимости исправления осужденного в условиях реального отбывания наказания в виде лишения свободы и отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64 и 73 УК РФ мотивирован судом совокупностью указанных в приговоре конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, выводы суда об индивидуализации наказания являются правильными, назначенное наказание справедливым, соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не усматривается, в связи с чем доводы защиты в данной части не принимаются.

Нарушений конституционных прав, Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении настоящего уголовного дела в отношении осужденного, а также норм материального и процессуального права, которые могли бы послужить основанием отмены приговора, в том числе по доводам, приведенным стороной защиты, судебной коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах приговор является законным, обоснованным и справедливым, отмене либо изменению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Черёмушкинского районного суда г. Москвы от 25 мая 2022 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции по правилам гл. 471 УПК РФ в течение 6 месяцев, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии определения, путём подачи жалобы (представления) через районный суд, а по истечении указанного срока – путём подачи жалобы (представления) во Второй кассационный суд общей юрисдикции; осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи