Дело №2а-4110/2022

11RS0005-01-2022-006144-41

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 23 ноября 2022г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России и ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с указанным административным исковым заявлением, указав в обоснование исковых требований, что прибыл в ФКУ ИК-8 (г. Ухта) в мае 2014г. Был освобожден по отбытии срока наказания в октябре 2015г. По прибытии был помещен в камеру карантинного отделения, карантинное отделение располагалось в здании СУОН. В камере отсутствовало горячее водоснабжение, спальные места после подъема пристегиваются к стене, на расстоянии 1 м. от окна находилась решетка, препятствующая доступу к окну, оно для проветривания не открывалось. Прогулочный дворик маленькой площади. После карантина истца распределили в отряд №2. В секции отряда проживало 50-60 человек, в отряде в целом было более 100 человек. В отряде не было горячего водоснабжения, раковин не хватало (всего 4 шт.). В отряде отсутствовал туалет, вследствие чего приходилось ходить на улицу. Ощущалась острая нехватка санитарно-гигиенического оборудования (всего 3 чаши Генуя). В отряде не было комнаты для просмотра телепередач, помещение воспитательной работы, помещение для альтернативного времяпрепровождения. Помещение для приготовления пищи маленькой площади. Рядом со зданием отряда находилась труба котельной колонии, из-за чего постоянно попадал дым. После отряда №2 истца перевели в отряд №4. Условия содержания были аналогичными. Кроме того, в уличном туалете отсутствовало отопление, локальный участок маленькой площади, в жилой секции из-за мебели скученность, на стенах секции грибок и плесень, помывка в бане осуществлялась 1 раз в неделю. Истец работал в швейном цеху, где отсутствовала вентиляция, не выдавались средства индивидуальной защиты, отсутствовала подводка горячей воды, туалет был на улице. Истец также был помещен в штрафной изолятор на срок 7 суток. В камере ШИЗО не было горячей воды, не имелось возможности открыть окно для проветривания. Вся территория колонии и локальные участки засыпаны отходами от угля, поэтому из-за пыли было сложно дышать. Все это усугублялось наличием у истца заболеваний: ВИЧ-инфекция, остеохондроз, гепатит «С». Истец просит взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 170 000 руб.

Определениями суда к участию в деле в качестве ответчика привлечена ФСИН РФ.

Административный истец ФИО1, будучи опрошенным в соответствии со ст. 142 КАС РФ с использованием системы видеоконференц-связи, на удовлетворении заявленных требований настаивает.

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми ФИО2, представляющая также на основании доверенности ФСИН России, полагает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 55 Конституции РФ определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3).

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).

Норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров (ч. 1 ст. 99 УИК РФ).

В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 99 УИК РФ осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности, осужденные обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин).

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы материально-бытового обеспечения осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Верховный Суд Российской Федерации в п. 2 постановления Пленума от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснил, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, ч. 1, 2 ст. 27.6 КоАП РФ, ст. 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», ст. 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст. 93, 99, 100 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года №120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», ч. 5 ст. 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», ст. 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).

Судом установлено, что ФИО1 осужден к уголовному наказанию в виде лишения свободы приговором суда, в учреждение ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК (г. Ухта) прибыл 15 мая 2014г., освобожден по отбытии срока наказания 11 октября 2015г. Истец при этом содержался в различных отрядах учреждения.

Следует учесть, что исковое заявление направлено в суд спустя более 7 лет после освобождения истца по отбытии срока наказания из ИК-8, что затрудняет сбор доказательств и проверку доводов искового заявления, в том числе проверить информацию о численности осужденных в отрядах в 2014-2015гг. в связи с истечением срока хранения ряда документов.

Ответчиком в обоснование возражений по поводу нормы жилой площади заявлено, что жилая площадь по всех помещениях, где содержался истец, соответствовала норме и представлены соответствующие сведения, в том числе технические паспорта, справки и т.п., из которых следует, что указанная норма в отрядах составляла от 2,0 кв.м. до 2,5 кв.м. на 1 осужденного. У суда имеются основания согласиться с данными утверждениями ответчика.

Тем самым, норма жилой площади в отношении истца нарушена не была. Отсутствие свободной площади материалами дела не подтверждаются. Из имеющихся сведений, а также фотографий следует, что помещения не загромождены мебелью и инвентарем настолько, что данное обстоятельство затрудняло размещение в ней содержащихся лиц, в свободе передвижения истец ограничен не был, имел возможность прогулки в прогулочном дворике для прогулок на свежем воздухе, что по делу не оспаривается.

Пунктом 19.3.6 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, установлено, что во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в т.ч. автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Таким образом, указанными санитарными нормами обязательно приточно-вытяжной вентиляционной системы в камерах не предусмотрено. В тоже время материалами дела подтверждается, что камеры карантина, ШИЗО, ОК, отряда оборудованы естественной вентиляцией, в т.ч. обеспечивается проветривание через форточки.

В отряде №1 санитарный блок представляет собой пристройку к зданию, имеющую 4 санитарные кабинки, из расчета 1 чаша Генуя на 15 человек, которые разделены между собой кирпичными перегородками высотой 1,1 м. и дверьми, что позволяет обеспечить достаточную приватность, а также лотковым писсуаром. В 2019г. на выделенные бюджетные лимиты 161 000 руб. произведена дополнительная закупка строительных материалов для проведения капитального ремонта санитарного блока отряда №1, закуплено 7 унитазов из расчета 1 на 15 человек и такое же количество умывальных раковин. Аналогичным образом оборудованы туалетные комнаты и умывальники отряда №4. Данное помещение имеет 4 санитарные кабинки из расчета 1 унитаз на 15 человек, которые разделены кирпичными перегородками, высотой 1,35 м. и шторками, с облицовочной плиткой, что позволяет обеспечить приватность, санитарный блок также оборудован лотковым писсуаром. В отряде №2 санитарный блок расположен на территории изолированного участка здания отряда. Помещение имеет 4 санитарные кабинки, из расчета 1 чаша Генуя на 15 осужденных, которые разделены между собой кирпичными перегородками высотой до 1,2 м., что позволяет обеспечить приватность. В умывальной комнате 7 раковин, при этом наполняемость отряда 93 человека (в настоящее время содержится 83 человека). Туалет отряда №3 имеет 8 санитарных кабинок, все умывальники и унитазы в исправном состоянии. Туалетные кабинки разделены деревянными перегородками и дверьми высотой до 1,2 м. Следовательно, доводы иска о недостаточности сантехнического оборудования (унитазов, писсуаров, умывальников) в отрядах нельзя признать обоснованными.

Спальные помещения отрядов имеют естественное и искусственное освещение, обеспечивается через оконные проемы и посредством светодиодных осветительных приборов не менее 150лк, что соответствует СанПин 2.2.1/2.1.1.1278-03, вентиляция в отрядах естественная и осуществляется через оконные и дверные проемы.

Размещение карантинного отделения в блоке ШИЗО/ОК прямо не запрещено ведомственными нормативными актами. Согласно пункту 1.1 Инструкции СП 17-02, содержащиеся в ней нормы должны соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем. Из содержания Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 2 июня 2003г. №130-ДСП, утвердившего Инструкцию СП 17-02, не следует, что приведенные в ней нормативные требования должны применяться к тем зданиям и помещениям, которые были спроектированы и построены до издания вышеуказанного приказа.

Согласно ч. 1 ст. 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде. Время начала и окончания работы (смены) определяется графиками сменности, устанавливаемыми администрацией исправительного учреждения по согласованию с администрацией предприятия, на котором работают осужденные (ч. 1 ст. 104 УИК РФ).

Истец был трудоустроен на собственном производстве ФКУ ИК-8 в качестве швея.

Во всех швейных цехах швейного участка имеется естественная вентиляция, которая функционирует в исправном состоянии.

Согласно Своду правил «Исправительные учреждения и центры УИС. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017г. №1454/пр оборудование механической вентиляцией помещений и цехов производственных не предусмотрено.

В деле отсутствуют достоверные доказательства несоответствия воздуха рабочей зоны требованиям ГОСТ 12.1.005.88, утвержденному и введенному в действие Постановлением Госстандарта СССР от 29.09.1988г. № 3388, либо наличия в пробах воздуха вредных веществ, концентрация которых превышает нормы приложения №2 ГОСТ, которые в зависимости от особенностей их действия на организм человека делятся на четыре класса опасности: вещества чрезвычайно опасные (1 класс), вещества высокоопасные (2 класс), вещества умеренно опасные (3 класс), вещества мало опасные (4 класс). Кроме того, разделом XVI СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», утвержденным Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 2 декабря 2020 года № 40 не конкретизированы требования к вентиляции в швейных цехах.

Согласно табл. 10.1, п. 9.22 Свода правил конкретные требования к оборудованию производственной зоны, в т.ч. туалетом, баней (душем) не предусмотрены.

Следовательно, доводы иска в части отсутствия туалета, вентиляции, ненадлежащего оборудования душевого помещения в швейном цеху подлежат отклонению.

Аналогично подлежат отклонению доводы иска об отсутствии средств индивидуальной защиты, поскольку в настоящее время документы в данной части не сохранились, в связи с чем доводы иска не могут быть проверены и им не может быть дана объективная оценка.

Оценивая доводы иска в части несоответствия нормативным требованиям туалетов, отсутствия вентиляции, комнаты воспитательной работы и альтернативного времяпрепровождения, наличия шлака на территории учреждения, попадания дыма от котельной в помещения, другие доводы, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.

Из материалов дела установлено, что установленные нормы при содержании административного истца в отрядах соблюдены. Помещения отрядов были оборудованы спальными помещениями, имеющими достаточную площадь, комнатами для приема пищи, имеющими столы для приема пищи и скамейки для сидения, ячейки для хранения продуктов, в отрядах имеются прогулочные дворики. Таким образом, администрацией учреждения созданы условия для сна, прогулок и приема пищи, лицам, содержащимся в отрядах. Кроме того, административный истец пользовался правом на ежедневную прогулку продолжительностью, установленной законом, в деле отсутствуют достоверные сведения о необоснованном лишении истца прогулки со стороны администрации колонии.

По мнению суда, отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

Наличие комнаты досуга (альтернативного времяпрепровождения) в зданиях общежитий отрядов для осужденных нормативными актами не предусмотрено. В настоящее время в отрядах имеются комнаты воспитательной работы.

Возможное незначительное несоответствие установленным требованиям туалетных помещений, других помещений является несущественным, поскольку нахождение в них носит краткосрочный характер, право на санитарно-гигиеническое обеспечение, гарантированное уголовно-исполнительным законодательством, было реализовано.

Попадание дыма от котельной в помещения отрядов не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, особенно с учетом того, что проектирование и строительство исправительного учреждения осуществлено задолго до описываемых событий, а кроме того, администрация учреждения лишена возможности влиять на такие природные явления такие как роза ветров с целью воспрепятствования попаданию дыма и пыли в помещения.

Отклоняются также доводы иска о помывка в бане один раз в неделю в период отбывания наказания в ИК-8, поскольку в период с 2015 года до 07 января 2017 года вопросы помывки осужденных регламентировались Инструкцией по организации государственного санитарно-эпидемиологического надзора за банно-прачечным обеспечением осужденных, утвержденной Минюстом России 08 ноября 2001 года под №18/29-395 (далее - Инструкция № 18/29-395). Так, согласно п. 5.1 Инструкции №18/29-395 помывка в бане осужденных производится не реже одного раза в семь дней с обязательной одновременной сменой полного комплекта белья. Порядок помывки осужденных определяется графиком помывки, утвержденным начальником исправительного учреждения, в котором устанавливается очередность помывки отрядов, дежурные по бане, а также дежурный фельдшер медицинской части (п. 2.8 Инструкции №18/29-395). Помывка осужденных два раза в неделю была установлена Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295 и вступившими в силу с 07 января 2017 года.

Установленные обстоятельства, безусловно, свидетельствуют об отсутствии со стороны администрации учреждения нарушения прав административного истца в данной части на материально-бытовое санитарно-эпидемиологическое обеспечение и обеспечение нормой жилой площади.

С учетом изложенного, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что приведенные выше отклонения унижали достоинство заявителя и причиняли ему расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый для содержания в исправительных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания, и являются основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10 июня 2010 года № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Обеспечение горячим водоснабжением являлось и является обязательным.

Иное применение закона ставит в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия Свода правил, по сравнению с теми, кто отбывает наказание в исправительных учреждениях, введенных в эксплуатацию после 2003 года.

Согласно правовой позиции, изложенной пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В силу ч. 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Согласно п. 43 ПВР при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Для поддержания удовлетворительной степени личной гигиены недостаточно еженедельной двухразовой помывкой, в связи с чем администрацией исправительного учреждения должны были быть приняты дополнительные компенсационные меры.

Стороной ответчика не представлено каких-либо доказательств принятия компенсационных мер, в том числе путем размещения в свободном доступе водонагревательных приборов либо ежедневную выдачу горячей воды либо ее выдачу по требованию. Следует учесть, что по указанным нарушениям закона прокурором ранее было направлено исковое заявление, которое удовлетворено решением Ухтинского городского суда.

В нарушение требований ст. 62 КАС РФ ответчиком в материалы дела не представлены достоверные доказательства, опровергающие доводы истца о ненадлежащем освещении, поскольку ссылка в отзыве на наличие естественного и искусственного освещения в отсутствие иных достоверных сведений (о количестве светильников искусственного освещения и т.п.) не может быть принята за основу при принятии решения.

Тем самым, доводы истца о несоответствии материально-бытовых условий в период его содержания в ИК-8 предъявляемым требованиям в части отсутствия горячего водоснабжения следует признать обоснованными.

Суд учитывает, что заявитель должен представить тщательную и последовательную оценку условий своего содержания под стражей, отражающую конкретные данные. Только достоверное и обоснованное подробное описание предположительно унижающих человеческое достоинство условий содержания под стражей делает доказуемой жалобу на неудовлетворительные условия содержания под стражей и служит основанием для коммуницирования жалобы государству-ответчику.

Следует отметить, что доводы заявителя в основном носят не конкретный характер, истец зачастую не указывает конкретные даты, в которые по отношению к нему были допущены нарушения, иную достаточную и необходимую информацию, которая могла бы являться предметом проверки и оценки в рамках разрешения настоящего спора.

При изложенных обстоятельствах, требования истца подлежат частичному удовлетворению в части взыскания с ФСИН денежной компенсации за нарушение условий содержания, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения в спорный период.

Согласно пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 2 постановления от 27.06.2013г. №21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней», с целью эффективной защиты прав и свобод человека судами учитываются правовые позиции Европейского Суда по правам человека, изложенные в ставших окончательными постановлениях, которые приняты в отношении других государств - участников Конвенции. При этом правовая позиция учитывается судом, если обстоятельства рассматриваемого им дела являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского Суда по правам человека.

Из анализа действующего законодательства следует, что размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых были допущены нарушения условий содержания в исправительном учреждении, и индивидуальных особенностей каждой отдельной ситуации. Оценка разумности и справедливости размера компенсации относится к прерогативе суда. В соответствии со ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При определении размера компенсации, по мнению суда, следует учитывать и следующие обстоятельства.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Исковое заявление поступило в суд 03.10.2022г., по истечении более 7 лет после событий, с которыми истец связывает начало нарушения его прав на надлежащие условия содержания. Однако, обращение в суд спустя столь длительный период времени не свидетельствует о том, что истцу были причинены страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод о достижении минимального уровня суровости. Суд обращает внимание на то обстоятельство, что у истца имелась возможность в случае ненадлежащих материально-бытовых условий содержания обращаться с соответствующими жалобами, инициировать судебные разбирательства, иным способом защищать свои нарушенные права, поскольку препятствий в направлении обращений у него не имелось. Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске. Подобное поведение может расцениваться как недобросовестное, поскольку истец при столь поздней обращении в суд явно рассчитывал на взыскание компенсации в большем размере, что недопустимо, в том числе в силу ст. 406 ГК РФ.

Разрешая вопрос о размере компенсации, суд в соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принимает во внимание объем и характер причиненных истцу страданий, длительность периода, в течение которого в отношении истца допускались нарушения в части отсутствия горячего водоснабжение, принятие администрацией ИУ компенсационных мер в виде предоставления помывки в бане (душе) для снижения негативных последствий отсутствия горячего водоснабжения, отсутствие исковых требований в части ухудшении состояния здоровья истца, требования разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании с ФСИН России в пользу истца компенсации в размере 3 000 руб. Денежная компенсация в такой сумме (с учетом наличия признаков злоупотребления правом со стороны истца, обратившегося в суд спустя столь длительное время) в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению нарушенных в результате ненадлежащих условий содержания в исправительном учреждении прав административного истца.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

Взыскать с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России в пользу ФИО1 денежную компенсацию за нарушение условий содержания в размере 3 000 рублей.

В остальной части административных исковых требований ФИО1 к ФСИН России и ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания – в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 7 декабря 2022г.).

Судья В.И. Утянский