Решение по делу № 2-14/2023 от 04.05.2023 - о признании права собственности на жилой дом в порядке наследования.

31RS0012-01-2022-000897-70 Дело №2-14/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 мая 2023 года г. Бирюч

Красногвардейский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Никулиной Т.В.,

при секретаре Винниковой Л.В.,

с участием истицы ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО2 о признании права собственности на жилой дом в порядке наследования,

установил:

24.02.2021 между В.Е. и ФИО2 был заключен договор купли-продажи, по которому он продал ФИО2 три земельных участка, в том числе земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> и расположенный на нём жилой дом площадью <данные изъяты> года возведения, по адресу: <адрес>. Право собственности ФИО2 на жилой дом и земельный участок зарегистрировано в ЕГРН. На земельном участке находится также ветхое строение, принадлежавшее Т.Ф., которая умерла в <данные изъяты> году.

ФИО1 (супруга умершего В.Е.) обратилась в суд с иском к своим племянникам - наследникам по праву представления: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о признании права собственности в порядке наследования после смерти своей матери – Т.Ф. на жилой дом, <данные изъяты> года возведения, по адресу: <адрес>. В последующем по её ходатайству в качестве соответчика к участию в деле привлечена ФИО2, которая приобрела жилой дом и земельный участок с находившимся на нем спорным строением.

Сослалась на то, что в собственности у Т.Ф. имелся жилой дом, <данные изъяты> года возведения, указанный в похозяйственных книгах администрации <данные изъяты> сельского поселения как дом-саман, <данные изъяты> года возведения. При жизни матери дом не был оформлен надлежащим образом. В лицевых счетах похозяйственных книг у Т.Ф. с 1964 года по 1970 год он значится как дом-саман, <данные изъяты>., имеется также огород <данные изъяты> га. С 1971 года по 1979 год отметок о проживании и об имуществе Т.Ф. в похозяйственных книгах нет. С 1967 года в хозяйстве Т.Ф. был записан зять - В.Е., с 1971 года он - глава семьи. В 1973 году был построен новый кирпичный жилой дом и в период 1973-1975 г. в лицевом счете у В.Е. значатся два дома: <данные изъяты> года возведения и <данные изъяты> года возведения, а с 1976 года до 2021 года – только дом <данные изъяты> года возведения. В 1980 году был открыт отдельный лицевой счет без номера на имя Т.Ф. и в 1982 году в нём указан жилой дом-саман, а также огород <данные изъяты> га. С 1983 года по 1987 год в похозяйственных книгах в лицевом счёте у Т.Ф. жилой дом <данные изъяты> года постройки не указан, значится лишь огород <данные изъяты> га. После смерти Т.Ф. лицевой счет был закрыт. В настоящее время дом, <данные изъяты> года возведения, находится в надлежащем техническом состоянии и располагается на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты>, он включен в состав домовладения ФИО2, которая препятствует ей пользоваться домом. После смерти матери она фактически приняла наследство, используя жилой дом как летнюю кухню. Дети Т.Ф. – К.Т., А.Т., М.Т. умерли. Поэтому иск заявлен к племянникам.

В судебном заседании ФИО1, и её представитель ФИО8 поддержали исковые требования по доводам, изложенным в иске. Считают, что дом-саман, <данные изъяты> года возведения, является самостоятельным объектом недвижимости, жилым домом, он должен принадлежать ФИО1, поскольку не был предметом договора купли-продажи, в технической документации не указан. В подтверждение исковых требований представили справки и выписки из похозяйственных книг администрации <данные изъяты> сельского поселения. Не отрицали, что в настоящее время отдельного земельного участка под домом нет, он не формировался и не предоставлялся в собственность Т.Ф., на кадастровый учёт дом не был поставлен. Пояснили, что в определённые периоды времени строение значилось в похозяйственных книгах в лицевом счёте Т.Ф. как жилой дом и при доме был земельный участок площадью <данные изъяты> га. В доме, размером примерно <данные изъяты>, до момента смерти проживала Т.Ф., в него было подведено электричество, имелось печное отопление, вода - во дворе в колонке. После смерти Т.Ф. пользовались данным домом, в летний период времени использовали для отдыха, периодически протапливали, поддерживали его надлежащее состояние, перекрыли крышу шифером вместо соломы. В 1982 году мать истицы обращалась в суд с иском к В.Е. о разделе колхозного двора, на неё открывался отдельный лицевой счет, но с 1983 года сведения о наличии в собственности у Т.Ф. жилого дома не вносились. Примерно с 1990 года электричество в доме отрезали, для освещения использовали керосиновую лампу, нумерацию дому не присваивали. При этом, по утверждению ФИО1, с 1987 года состояние дома не ухудшилось, в настоящее время им можно пользоваться как жилым домом, он не продавался ФИО2 Она хотела бы вернуться из <адрес> и проживать в этом доме. В устной форме при заключении договора купли-продажи договаривались с ФИО2, что она позволит ей пользоваться домом, приезжать и жить в нём. Отсутствие зарегистрированных прав на спорный дом до заключения договора купли-продажи объяснили юридической неграмотностью.

Представитель истицы также уточнил, что спорное строение находится на едином земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> кв м, который продан ФИО2, в исковом заявлении ошибочно указано об участке с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью <данные изъяты> кв. м.

Ответчики ФИО5 и ФИО7, которые ранее являлись в судебное заседание, не возражали против удовлетворения иска. Со слов ФИО5, у Т.Ф. был домик размером примерно <данные изъяты> м. Супруги В-вы там же во дворе, немного впереди, построили новый дом, не разрушая старый. ФИО5 также показала, что в домовладении она не была лет тридцать, в каком состоянии находится спорный дом, не знает.

ФИО7 показала, что Т.Ф. до момента смерти проживала в своем доме, по заявлению Т.Ф. в сельском совете хозяйство было переписано на зятя – В.Т., так как без этого он не хотел строить новый дом. У нее не сложились с ним отношения. Когда В.Е. построил новый дом, возник скандал, она уезжала жить в другое село, но потом вернулась, в 1982 году подавала иск в суд о разделе колхозного двора, было заключено мировое соглашение. В старом доме после смерти Т.Ф. никто не проживал, там были сложены вещи, но В-вы поддерживали в нем порядок. В домовладении последний раз была примерно в 2020 году.

Ответчики – ФИО3, ФИО4 и ФИО6 уведомлялись судом о времени и месте рассмотрения дела, однако не проявили интереса к возникшему спору и жилому дому, в судебное заседание не являлись, ФИО6 представил письменные заявления о рассмотрении дела в его отсутствие.

ФИО2 возражала против удовлетворения иска. Пояснила, что в феврале 2021 года она купила у В.Е. домовладение по адресу: <адрес>. На участке площадью <данные изъяты> кв м расположен жилой дом, <данные изъяты> года возведения, других жилых домов нет, имеется лишь ветхое строение, которое не является жилым домом, в нём нет света, отопления, даже печки. Истица в нём не проживала, это строение нигде не зарегистрировано как жилой дом, на кадастровом учете не стоит, адрес ему не присваивался, при подготовке продавцом документов оно не упоминалось как отдельное строение, ценности не представляет и продавалось вместе с кирпичным жилым домом. В нем находились старые вещи Вениковых, которые они не захотели вывозить. При наличии интереса к данному объекту и возможности его регистрации как жилого дома, В-вы должны были это сделать до заключения договора-купли-продажи, земля и дом продавались как единое целое. Продавался земельный участок и все, что на нем расположено. Данный земельный участок предоставлялся в собственность В.Е., а не Т.Ф. – матери истцы, отдельного земельного участка под спорным строением нет. Она бы не покупала жилой дом, если бы на принадлежащем ей земельном участке кто-то еще жил, истица ссылается на несуществующие договорённости.

Представители третьих лиц – администрации Красногвардейского района и администрации <данные изъяты> сельского поселения в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в их отсутствие, полагаясь на усмотрение суда.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся ответчиков и третьих лиц.

Выслушав объяснения сторон, показания свидетелей, исследовав доказательства, представленные сторонами, суд полагает в иске отказать по следующим основаниям.

В силу ст. 5 Федерального закона от N 147-ФЗ "О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" и разъяснений, данных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" наследственные отношения регулируются правовыми нормами, действующими на день открытия наследства.

На момент открытия наследства в связи со смертью Т.Ф. ( ) отношения, связанные с наследованием имущества регулировались нормами Гражданского кодекса РСФСР.

В соответствии с ч. 1 ст. 527 ГК РСФСР наследование осуществляется по закону и по завещанию.

Статьей 546 ГК РСФСР было предусмотрено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Признается, что наследник принял наследство, когда он фактически вступил во владение наследственным имуществом или когда он подал нотариальному органу по месту открытия наследства заявление о принятии наследства, при этом, указанные действия должны быть совершены в течение шести месяцев со дня открытия наследства. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со времени открытия наследства.

Под фактическим вступлением во владение наследственным имуществом, подтверждающим принятие наследства, следует иметь в виду любые действия наследника по управлению, распоряжению и пользованию этим имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии или уплату налогов, страховых взносов, других платежей, взимания квартплаты с жильцов, проживающих в наследственном доме по договору жилищного найма, производство за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 549 ГК РСФСР, или погашение долгов наследодателя.

Аналогичного содержания нормы регулируют наследственные отношения после введения в действие третьей части Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1111, 1112, 1152, 1153).

Согласно п. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество.

С учетом приведенных правовых норм и заявленных истицей требований, юридически значимыми обстоятельствами являются: наличие в собственности наследодателя на момент её смерти наследственного имущества, совершение наследником в установленный законом срок действий, направленных на принятие наследства, наличие жилого дома на момент рассмотрения спора, а также права собственности или пожизненного наследуемого владения у наследодателя в отношении земельного участка, на котором расположен жилой дом.

Бремя доказывания данных обстоятельств возложена в силу закона на истца.

В соответствии со ст. 15 ЖК РФ жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства (часть 2).

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 16 ЖК РФ к жилым помещениям относятся жилой дом, часть жилого дома.

В ч. 2 ст. 16 ЖК РФ закреплено, что жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

Жилое помещение может быть признано непригодным для проживания, многоквартирный дом может быть признан аварийным и подлежащим сносу или реконструкции по основаниям и в порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации (часть 4).

Согласно п. 39 ст. 1 ГрК РФ объект индивидуального жилищного строительства – это отдельно стоящее здание с количеством надземных этажей не более чем три, высотой не более двадцати метров, которое состоит из комнат и помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании, и не предназначено для раздела на самостоятельные объекты недвижимости.

В соответствии со ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

На основании ч. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, основанием прекращения права собственности на вещь является, в том числе гибель или уничтожение этой вещи, влекущие полную и безвозвратную утрату такого имущества.

Ст. 8.1 ГК РФ предусмотрено, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Согласно ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

На основании Постановления Совета Министров СССР от N 136 государственный учет жилищного фонда независимо от его принадлежности, в том числе и в сельской местности, осуществлялся по единой для Союза ССР системе на основе регистрации и технической инвентаризации.

Во исполнение указанного Постановления с начала действовать Инструкция о порядке проведения регистрации жилищного фонда, утвержденная Приказом ЦСУ СССР от N 360 и функция по учету жилых домов в сельской местности перешла от сельских Советов к органам БТИ, при этом ведение похозяйственных книг не было ни отменено, т.е. имел место двойной учет: сельскими советами и органами БТИ.

Со вступлением в силу Федерального закона от "О личном, подсобном хозяйстве" N 112-ФЗ был определен статус похозяйственной книги как учетного документа подсобных хозяйств.

В соответствии с положениями п/п 5 ч. 1 ст. 1 ЗК РФ, одним из принципов земельного законодательства является принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Таким образом, судьба объектов следует судьбе земельных участков, но не наоборот.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно свидетельству о смерти Т.Ф. умерла .

Свидетельствами о рождении и справкой о браке подтверждается, что Т.Ф. приходилась матерью ФИО1 - истице по делу, В.Е. был её зятем.

Из справок администрации <данные изъяты> сельского поселения, выписок из похозяйственных книг, копий лицевых счетов, ответа администрации Красногвардейского района от 15.07.2022 видно, что Т.Ф., <данные изъяты> года рождения, проживала в <адрес>. В похозяйственных книгах <данные изъяты> сельской администрации был открыт лицевой счет на её имя.

В период с 1964 года по 1970 год (лицевой счет №) в собственности Т.Ф. значился жилой дом - саман, <данные изъяты> года возведения имелся огород площадью <данные изъяты> га.

С 1971 по 1979 год отметок об имуществе и проживании Т.Ф. в похозяйственных книгах не имеется. В 1980 году вновь открыт отдельный лицевой счет, в 1982 году внесены сведения о доме саманном, <данные изъяты> года возведения, о наличии в пользовании земельного участка площадью <данные изъяты> га. В последующем с 1983 года до момента смерти Т.Ф. данные о жилом доме <данные изъяты> года в похозяйственной книге отсутствуют. В 1987 году лицевой счет закрыт в связи со смертью Т.Ф.

При этом в период с 1967 по 1970 год в составе семьи Т.Ф. был записан В.Е. – её зять. С 1971 года – он указан главой колхозного двора. В его лицевом счете до 1975 года указан жилой дом, <данные изъяты> года возведения, и жилой дом кирпичный, <данные изъяты> года возведения. Начиная с 1976 года и по 2021 год, в собственности В.Е. значится только жилой дом кирпичный, <данные изъяты> года возведения.

В подтверждение заявленных требований сторона истицы ссылается также на исковое заявление Т.Ф. от , адресованное в народный суд Красногвардейского района о разделе имущества колхозного двора между ней и супругами ФИО1. Однако судебный акт по данному иску отсутствует. Содержание иска свидетельствует о наличии конфликта между Т.Ф. и В.Е., который не признавал её право собственности на дом, она переезжала жить в <адрес>, а затем к дочери в <адрес>.

Таким образом, в течение пяти последних лет до момента смерти Т.Ф. в похозяйственных книгах спорный жилой дом, <данные изъяты> года возведения, не значился ни у В.Е., ни у Т.Ф. При жизни Т.Ф. права на жилой дом не были оформлены надлежащим образом в соответствии с действовавшими нормами права, как и после её смерти, вплоть до заключения договора купли-продажи с ФИО2 Отсутствие зарегистрированного права на спорный объект как жилого дома свидетельствует также об утрате со стороны истицы интереса к данному объекту в таком качестве, изменении его целевого назначения и технического состояния.

Материалами дела подтверждается, что спорное строение включено в состав домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, которое в настоящее время приобретено ответчицей ФИО2 по договору купли-продажи от 24.02.2021, заключенному с В.Е. Исковое заявление ФИО1 направлено на искусственное вычленение спорного объекта из предмета договора.

Согласно договору купли-продажи от 24.02.2021 В.Е. продал ФИО2 земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> кв м и расположенный на нём жилой дом площадью <данные изъяты> кв м с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <адрес>, а также земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> кв м по адресу: <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> кв м, по адресу: <данные изъяты>.

Право собственности ФИО2 на жилой дом и земельный участок, на котором он расположен, зарегистрировано в ЕГРН, договор купли-продажи от 24.02.2021 истицей не оспорен.

Истица и ее представитель ФИО8 признали, что спорный объект находится на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>

На данном земельном участке не значится других жилых домов, что подтверждается техническим планом здания, схематическим изображением объекта капитального строительства, представленными ФИО2 Спорный дом не включен в план территории, он не стоял на кадастровом учёте. До заключения договора купли-продажи спорный объект не был поставлен на кадастровый учёт как самостоятельный объект недвижимости.

Указанный вывод согласуется с отсутствием земельного участка под спорным объектом.

Техническим планом здания от 21.12.2020, выполненным кадастровым инженером по заказу В.Е., также подтверждается наличие на земельном участке одного жилого дома, который был впоследствии продан ФИО2

Утверждения истицы о том, что она продавала только жилой дом, <данные изъяты> года возведения и землю под ним, голословны. Доказательства, что спорный объект – <адрес> года возведения, не был включен в отчуждаемое имущество, суду не представлено. Продан единый земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> кв м. После 1982 года второй жилой дом нигде документально не отражён, в том числе в похозяйственных книгах, в которых учитывались объекты недвижимости до принятия Федерального закона РФ от №122-ФЗ.

В судебном заседании установлено, что в период проведения земельной реформы на основании Указа Президента РФ от 27.10.1993 г. N 1767 "О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России", Законом «О земельной реформе», ст. 37 ЗК РСФСР постановлением главы администрации <данные изъяты> сельского совета от 16 марта 1992 года земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> кв м. был предоставлен в собственность В.Е. – мужу истицы, как пользователю земельного участка, что подтверждается сведениями администрации <данные изъяты> сельского поселения, выпиской из ЕГРН.

Согласно выписке из постановления главы администрации <данные изъяты> сельского поселения от №а, выкопировкам на земельные участки, ответам главы администрации <данные изъяты> сельского поселения в адрес ФИО2 земельный участок по адресу: <адрес> был предоставлен в собственность В.Е.

Аналогичные сведения содержатся в ответе главы администрации Красногвардейского района от , направленном ФИО1 на её обращение.

Зарегистрировав в добровольном порядке свои права на земельный участок в ЕГРН перед заключением договора купли-продажи от 24.02.2021, В.Е. подтвердил достоверность сведений о принадлежности земельных участок, их местоположении.

На момент проведения земельной реформы Т.Ф. не было в живых и земельный участок, не предоставлялся ей ни в собственность, ни в пожизненное наследуемое владение. Изначально в похозяйственной книге до 1970 года в лицевом счете Т.Ф. земельный участок был указан площадью <данные изъяты> га, в последующем - до <данные изъяты> года (до момента смерти) - площадью <данные изъяты> га, что объясняется строительством В.Е. <данные изъяты> году жилого дома на том же подворье. При проведении земельной реформы весь земельный участок (уточненная площадь <данные изъяты> кв м) был предоставлен в собственность В.Е. - фактическому владельцу и пользователю земельного участка, на котором был расположен его жилой дом. Истица ФИО1 в судебном заседании признала, что после смерти матери они с мужем пользовались единым земельным участком. Как следует из документов, отдельного земельного участка под спорным строением на момент заключения договора купли-продажи от 24.02.2021 не имелось и в настоящее время не имеется, что признавали в своих объяснениях истица и её представитель.

Доводы стороны истицы о том, что до настоящего времени жилой дом сохранился в надлежащем состоянии, также опровергнуты в судебном заседании.

В судебным заседании установлено, что отсутствует объект недвижимости, отвечающий критериям жилого дома, прав на земельный участок под данным объектом у истицы также не имеется, он включен в состав единого участка.

Показания свидетеля С.В. – дочери истицы, допрошенной по ходатайству стороны истицы, о том, что жилой дом, в котором проживала Т.Ф., находится в надлежащем состоянии, не согласуются с заключением строительно-технической экспертизы, многочисленным фотоматериалом, на которых видна захламлённость помещения, значительные повреждения стен, перекрытий, фундамента, которые носят давностный характер и не могли образоваться за период после заключения договора купли-продажи с ФИО2 При этом она подтвердила, что спорный дом на кадастровый учет не был поставлен, нумерация ему не присваивалась. Свидетель также не смогла объяснить, почему строение, если это был жилой дом, не было оформлено в собственность истицы до заключения договора купли-продажи, находится на общем земельном участке.

Постановлением Правительства РФ от N 47 "Об утверждении Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом" определены требования, которым должен отвечать жилой дом.

В частности, несущие и ограждающие конструкции жилого помещения, должны находиться в работоспособном состоянии, при котором возникшие в ходе эксплуатации нарушения в части деформативности не приводят к нарушению работоспособности и несущей способности конструкций, надежности жилого дома и обеспечивают безопасное пребывание граждан и сохранность инженерного оборудования. Основания и несущие конструкции жилого дома не должны иметь разрушения и повреждения, приводящие к их деформации или образованию трещин, снижающие их несущую способность и ухудшающие эксплуатационные свойства конструкций или жилого дома в целом. Наружные ограждающие конструкции жилого помещения должны иметь теплоизоляцию, обеспечивающую в холодный период года относительную влажность, а также изоляцию от проникновения наружного холодного воздуха, пароизоляцию.

Жилое помещение должно быть обеспечено инженерными системами (электроосвещение, отопление, вентиляция, а в газифицированных районах также и газоснабжение), которые должны соответствовать требованиям санитарно-эпидемиологической безопасности. Они должны быть защищены от проникновения дождевой, талой и грунтовой воды и возможных бытовых утечек воды из инженерных систем. Предусмотрены также иные требования, которым должно отвечать жилое помещение, в частности по освещению, высоте помещений и т.д.

По ходатайству стороны истицы судом для определения технического состояния объекта, в отношении которого заявлены исковые требования, установления его соответствия признакам жилого дома, была назначена строительно-техническая экспертиза.

Согласно заключению строительно-технической экспертизы от 24.03.2023, проведенной экспертом ООО «Оценка Экспертиза Право» О.В., объект по адресу: <адрес> представляет собой неиспользуемое строение хозяйственного назначения общей площадью <данные изъяты> кв. м, высотой <данные изъяты> м, физический износ которого составляет 80%. Строительные конструкции без капитального заглубленного фундамента, на деревянных столбах, стены – в сруб, частично в забор, с обмазкой глиной, перекрытие деревянное, крыша по деревянным стропилам без обрешетки и системы водоотведения, без инженерных коммуникаций, системы отопления и отопительного прибора. Техническое состояние исследуемого объекта является неработоспособным из-за значительного физического износа конструкций. Он не соответствует признакам жилого дома. Инженерные системы, в том числе отопление, освещение, в нём отсутствуют. Эксплуатация данного объекта в качестве жилого дома невозможна, для проживания он не пригоден, нахождение в нём является небезопасным.

Данный объект не может быть реконструирован в связи с ветхостью конструктивных элементов (стен, перекрытий, подкровельной системы), отсутствием заглубленных фундаментов. Производство ремонтно-строительных работ по восстановлению поврежденных элементов экономически нецелесообразно, так как превысит стоимость нового строительства. Наиболее целесообразным является демонтаж объекта.

У суда нет оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта. Экспертиза была проведена в том экспертном учреждении и тем экспертом, о котором было заявлено стороной истицы. Эксперт обладает опытом работы и необходимыми познаниями, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение мотивированное, сопровождается многочисленным фотоматериалом.

Таким образом, заключение экспертизы не подтвердило, а опровергло доводы о фактическом наличии жилого дома, его надлежащем состоянии и использовании по целевому назначению, как было заявлено в иске и объяснениях истицы.

Аварийное состояние объекта, на который претендует истица, его несоответствие признакам жилого дома подтверждаются также фотографиями, представленными суду ответчицей ФИО2, на которых видны многочисленные повреждения фундамента, перекрытий, стен, окон. С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу, что указанный жилой дом как объект недвижимости по смыслу статьи 131 ГК РФ отсутствует.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что жилой дом Т.Ф., <данные изъяты> года возведения, был снят с учета в 1982 году, земельный участок входит в состав единого земельного участка, предоставленного в собственность В.Е., а впоследствии отчуждён ФИО2 После смерти Т.Ф. истица не оформляла свои права на жилой дом, он не был поставлен на кадастровый учет, ему не присваивался порядковый номер, он утратил свою функцию в качестве жилого дома, в этом качестве не использовался, являлся фактически хозяйственной постройкой к основному объекту – жилому дому, <данные изъяты> года возведения, который следует судьбе главной вещи. По договору купли-продажи отчужден весь земельный участок с находящимся на нём спорным строением, договор истцом не оспорен. В настоящее время строение в силу ветхости и отсутствия необходимых коммуникаций (отопления, освещения) не отвечает признакам жилого дома, предусмотренным ст. 16 ЖК РФ, и ст. 1 ГрК РФ, т.е. объекта, как жилого дома, не существует. Строение не пригодно для проживания и эксплуатации, не является жилым помещением, соответственно, объектом права и не может быть предметом спора о праве собственности на жилой дом.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения иска нет.

Руководствуясь ст.ст.194- 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о признании права собственности в порядке наследования по закону после смерти Т.Ф., умершей , на жилой дом, <данные изъяты> года возведения, по адресу: <адрес>, отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляции в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы через Красногвардейский районный суд.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 15 мая 2023 года.

Судья