УИД 77RS0026-02-2024-009680-38

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 февраля 2025 года город Москва

Таганский районный суд города Москвы в составе

председательствующего судьи Синельниковой О.В.

при секретаре Елисеенковой Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-430/2025 по иску ***************ой ******** к ООО СК «АСТК» об установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации дней неиспользованного отпуска, процентов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ***************а О.В. обратилась в суд с иском к ответчику ООО СК «АСТК» об установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации дней неиспользованного отпуска, процентов, в котором просит суд установить факт трудовых отношений с ООО СК «АСТК» в период с 24 апреля 2018 года по 31 мая 2024 года, обязать ООО СК «АСТК» оформить трудовые отношения, внести записи в трудовую книжку о приеме на работу и увольнении, взыскать с ООО СК «АСТК» компенсацию дней неиспользованного отпуска в размере 875.441 рубля 63 копеек, проценты за нарушение сроков выплаты компенсации в размере 117.834 рублей 45 копеек.

В обоснование заявленных требований истец ***************а О.А. указала, что в период с 24 апреля 2018 года по 31 мая 2024 года работала в ООО «АСТК», выполняя трудовую функцию бухгалтера.

При этом, по настоянию ООО СК «АСТК» между истцом и ответчиком 24 апреля 2018 года был заключен договор оказания услуг №14 - гражданско-правовой договор, в соответствии с которым истцом на постоянной основе должны были оказываться следующие услуги, а именно: своевременное и достоверное отражение учетных данных во внутренней корпоративной системе Oracle Financials; проведение ежемесячного закрытия во внутренней корпоративной системе Oracle Financials; подготовка и предоставление данных для формирования отчетности по МСФО.

Заключение гражданско-правового договора вместо трудового договора было произведено исключительно по требованию ООО СК «АСТК» по причинам, которые истцу не известны. Тем не менее, изначально было согласовано, что истец будет являться работником ООО СК «АСТК» и как истец, так и ответчик рассматривали отношения между собой исключительно как трудовые.

Функции, выполнявшиеся истцом, являются трудовыми, что подтверждается тем, что за истцом была закреплена трудовая функция (выполнение работником лично работ определенного рода, а не разового задания заказчика). Договор не содержал условия о выполнении конкретной задачи к определенному сроку. Напротив, в договоре была указана лишь трудовая функция - некая работа, которую истец должна была регулярно выполнять.

Срок договора фактически был неопределенным: 1 год с автоматической пролонгацией, если ни одна из сторон не заявила возражений. Таким образом, договор предполагал выполнение одной и той же функции в течение неопределенного периода времени; за выполнение указанной работы (трудовой функции) истцу была установлена ежемесячная стоимость услуг, фактически являвшаяся заработной платой (п. 3.1 договора); стоимость услуг оплачивалась ежемесячно, в один и тот же срок (п. 3.2 договора); договор предусматривал «служебные поездки» (п. 3.4 договора); стоимость услуг истца ежегодно индексировалась, равно как и зарплата работникам, состоявшим с ООО СК «АСТК» в трудовых отношениях; в конце каждого месяца подписывались идентичные акты приема-передачи оказанных услуг; по устной договоренности с ответчиком истцу был определен рабочий график посещения офиса - каждая среда и четверг рабочей недели. После объявления пандемии в 2020 году, все работники ООО СК «АСТК» были переведены на удаленный режим работы, а с сентября 2020 года - на смешанный индивидуальный график; истец участвовала в корпоративной программе обучения работников английскому языку и иных программах; как и другие работники, истец ежегодно включалась в программу добровольного медицинского страхования сотрудников, которая не была предусмотрена договором. Также истцу периодически оформлялся полис страхования выезжающих за рубеж для целей осуществления зарубежных служебных командировок; в своей работе истец подчинялась ПВТР ООО СК «АСТК» и распоряжениям главного бухгалтера - финансового директора ФИО1, являвшейся непосредственным руководителем истца; у истца отсутствовал заранее определенный конкретный объем работ - на протяжении всего периода работы у ответчика истец выполняла одну и ту же трудовую функцию, а не отдельные поручения ответчика как заказчика. Значение для сторон имел сам процесс труда, а не определенный конкретный результат; оплату выполненной работы истец получала вместе с другими работниками ответчика; в течение действия договора истец выполняла работу, используя исключительно служебную вычислительную технику, принадлежащую ООО СК «АСТК» и периодически им заменявшуюся ввиду поломки или устаревания. Периодически истец привлекалась к работе в выходные и праздничные дни, о чем свидетельствует переписка по электронной почте. Дополнительные часы оплачивались в двойном размере путем увеличения часов работы в подписываемых актах. Помимо этого, с истцом велась служебная переписка, в которой сотрудники Общества именуют истца как работника Общества.

31 мая 2024 года договор оказания услуг №14 от 24 апреля 2018 года между истцом и ООО СК «АСТК» был расторгнут по соглашению сторон.

Однако при этом, истцу не была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск, что послужило причиной обращения в суд с исковым заявлением.

В судебном заседании истец ***************а О.В. поддержала исковые требования по доводам искового заявления.

Представитель ответчика ООО СК «АСТК» ФИО2 исковые требования истца не признала по доводам письменных возражений на исковое заявление, просила применить положения ст. 392 ТК РФ к требованию об установлении факта трудовых отношений.

Суд, выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно ч. 4 ст. 11 ТК РФ в тех случаях, когда судом установлено, что договором гражданско-правового характера фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 15 ТК РФ).

В соответствии со ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ст. 67 ТК РФ, трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2.2 определения от 19 мая 2009 года № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч.4 ст.11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абз.3 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Данная норма ТК РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ст. 1, ч. 1; ст. 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абз.4 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. 15 и 56 ТК РФ. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абз.5 и 6 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

По смыслу приведенных выше норм ТК РФ, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (абз. 7 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.3 п. 8 и в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч.4 ст. 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В соответствии со ст. 11 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Не допускается заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем (ст. 15 ТК РФ).

В силу ч. 2 ст. 19.1 ТК РФ, в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров. Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ).

В соответствии с ч. 4 ст. 19.1 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном ч.1 - 3 ст. 19.1 ТК РФ, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Из приведенного правового регулирования следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников суду (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) при рассмотрении таких споров следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом следует исходить не только из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. 15 и 56 ТК РФ. Возможно признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Так, 24 апреля 2018 года между истцом ***************ой О.В. и ООО СК «АСТК» был заключен договор оказания услуг № 14, предметом которого (п.1.1) является: своевременное и достоверное отражение учетных данных во внутренней корпоративной системе Oracle Financials; проведение ежемесячного закрытия во внутренней корпоративной системе Oracle Financials; подготовка и предоставление данных для формирования отчетности по МСФО.

В соответствии с п. 3.1 договора стоимость услуг составляет 100.000 рублей до вычета НДФЛ в месяц.

Указанный размер вознаграждения установлен из расчета объема консультационного времени - до 80 часов в месяц. В случае увеличения объема консультационного времени стороны согласуют соразмерное увеличение размера вознаграждения, причитающегося исполнителю.

При изменении стоимости услуг, как и перечня оказываемых услуг между сторонами заключались дополнительные соглашения.

Согласно п. 3.2 договора оплата производится на счет исполнителя (***************ой О.В.) ежемесячно, до 10-го числа каждого месяца.

В конце каждого месяца стороны подписывают акт приема-передачи услуг, оказанных исполнителем в текущем месяце (п. 3.3 договора).

Согласно п. 3.4 договора исполнитель осуществляет необходимые служебные поездки, расходы на которые возмещаются Обществом после подтверждения.

Ответчик указывает, что согласно актам приема-передачи оказанных услуг, платежным поручениям об оплате оказанных услуг подтверждается, что ***************а О.В. оказывала ООО Страховая Компания «АСТК» услуги, установленные в договоре и дополнительных соглашениях к нему, а ООО Страховая Компания «АСТК» производило оплату оказываемых ***************ой О.В. услуг, исходя из чего следует, что возникшие правоотношения регулируются нормами гл. 39 ГК РФ – возмездное оказание услуг.

Однако, суд не соглашается с доводами ответчика, так как истец фактически выполняла не конкретную задачу по заданию заказчика, а выполняла длительный период одну и ту же работу. Кроме того, истцу был определен рабочий график посещения офиса - каждая среда и четверг недели; истец участвовала в корпоративной программе обучения; включалась в программу добровольного медицинского страхования; истцу оформлялся полис страхования выезжающих за рубеж для целей осуществления зарубежных служебных командировок; в своей работе истец подчинялась ПВТР Общества и распоряжениям непосредственного руководителя – главного бухгалтера; у истца отсутствовал заранее определенный конкретный объем работ и значение имел сам процесс труда, а не определенный конкретный результат; оплату выполненной работы истец получала вместе с другими работниками Общества; работа истцом выполнялась с иждивением ООО «АСТК», истец привлекалась к работе в выходные и праздничные дни, дополнительные часы оплачивались путем увеличения часов работы в подписываемых актах.

Кроме того, в служебной переписке, адресованной истцу ***************ой О.В., использовались термины, присущие трудовым правоотношениям, - «зарплата», «премии», «коллеги» и проч.

Указанные обстоятельства подтверждены доказательствами и ответчиком надлежащими доказательствами не оспорены.

Согласно ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных.

Суд, исходя из представленных в материалах дела доказательств, полагает, что заключенный между сторонами гражданско-правовой договор от 24 апреля 2018 года № 14 не предполагал достижение конечного результата или конкретного объема услуг по заданию заказчика, значение имел процесс выполнения работы сам по себе, что свидетельствует о фактическом заключении трудового договора.

Кроме того, такая ситуация противоречит приведенным выше положениям Трудового кодекса Российской Федерации, по смыслу которых наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Материалами дела подтверждается, что, начиная с 24 апреля 2018 года, между сторонами фактически сложились устойчивые и стабильные трудовые правоотношения, истец с ведома и по поручению работодателя была допущена к выполнению определенной трудовой функции в интересах ООО «АСТК», лично приступила к исполнению должностных обязанностей по должности бухгалтера, подчинялась трудовому распорядку и режиму коммерческой тайны ответчика, получала заработную плату за исполнение трудовых обязанностей.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что отношения между истцом и ответчиком были трудовыми, так как они обладают признаками трудовых правоотношений. В свою очередь ненадлежащее оформление работодателем трудовых отношений с работником не свидетельствует о том, что трудовой договор фактически не был заключен и не является основанием для наступления неблагоприятных последствий для работника, поскольку обязанность по оформлению трудовых отношений с работником возложена трудовым законодательством на работодателя.

В связи с чем суд находит подлежащим удовлетворению требование истца об установлении факта трудовых отношений между ООО СК «АСТК» и ФИО3 в период с 24 апреля 2018 года по 31 мая 2024 года в должности бухгалтера.

Удовлетворяя требования истца об установлении факта трудовых отношений между истцом ***************ой О.В. и ответчиком ООО СК «АСТК», суд обязывает ответчика оформить трудовые отношения с истцом ***************ой О.В. путем внесения записей в трудовую книжку истца и приеме на работу и увольнении.

Довод ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд судом отклоняется, так как на споры об установлении факта трудовых отношений не распространяется правило ст. 392 ТК РФ о трехмесячном сроке для подачи искового заявления по трудовому спору. Указанный специальный срок исковой давности исчисляется только с момента признания отношений трудовыми, тогда как на момент подачи иска они таковыми еще не признаны (Определение Верховного Суда РФ от 15 марта 2013 года № 49-КГ12-14).

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

При таких обстоятельствах, оснований для отказа в удовлетворении исковых требований по мотиву пропуска истцом срока обращения в суд, установленного ст. 392 ТК РФ, у суда не имеется.

Согласно ст. 127, 140 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска. При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Учитывая, что истцу отпуска в период её работы в ООО СК «АСТК» не предоставлялись, компенсация дней неиспользованных отпусков, при расторжении соглашения, не была выплачена, суд считает требование истца о взыскании компенсации дней неиспользованных отпусков законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Расчет, произведенный истцом, ответчиком не оспорен, суд считает его правильным, так как он является арифметически верным и основан на нормах действующего законодательства, поэтому может быть положен в основу решения.

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм.

Истцом произведен расчет процентов за период с 01 июня 2024 года по 26 сентября 2024 года в размере 117.834 рублей 45 копеек.

С учетом того, что при расторжении договора (31 мая 2024 года), с истцом не был произведен окончательный расчет в части выплаты компенсации дней неиспользованного отпуска, то в силу ст. 140, 236 ТК РФ суд взыскивает с ответчика в пользу истца проценты в размере 117.834 рублей 45 копеек за период с 01 июня 2024 года по 26 сентября 2024 года.

В связи с удовлетворением заявленных требований на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в виде государственной пошлины, от уплаты которой истец была освобождена, пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 13.132 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ***************ой ** к ООО СК «АСТК» об установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации дней неиспользованного отпуска, процентов удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между ***************ой Ольгой * и ООО СК «АСТК» в период с 24 апреля 2018 года по 31 мая 2024 года.

Обязать ООО СК «АСТК» внести в трудовую книжку ***************ой О.В. записи о приеме на работу и увольнении.

Взыскать с ООО СК «АСТК» (ИНН *) в пользу ***************ой Ольги * (паспорт *) компенсацию дней неиспользованного отпуска в размере 875.441 рубля 63 копеек, проценты в размере 117.834 рублей 45 копеек.

Взыскать с ООО СК «АСТК» (ИНН *) в доход бюджета государственную пошлину в размере 13.132 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Таганский районный суд города Москвы в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: О.В. Синельникова

Решение в окончательной форме составлено 15 апреля 2025 года.