Дело №2-1568/2025

26RS0012-01-2025-002425-24

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

"05" ноября 2025 года гор. Ессентуки

Ессентукский городской суд Ставропольского края

в составе председательствующего судьи Ивановой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Носкове А.А.,

с участием представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО "Первый Георгиевский консервный завод" к ФИО2 о взыскании убытков,

установил:

ООО «Первый Георгиевский консервный завод» обратился в суд с иском ФИО2 о взыскании убытков, указав в обоснование требований, что с 05 августа 2022 г. по 27 декабря 2024 г. на основании Трудового договора от 05 августа 2022 г. ФИО2 исполнял обязанности директора в ООО «Первый Георгиевский консервный завод» (далее - ООО "Первый ГКЗ").

Согласно п. 1 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Однако ФИО2 в нарушение ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", п. 2.1.1. трудового договора от «05» августа 2022 г., Положения об оплате труда, Устава общества, а также правил внутреннего трудового распорядка были совершены следующие действия, а именно: за один день до увольнения (28 марта 2024 года) заместителя директора по экономике и финансам – ФИО3, ФИО2 заключил дополнительное соглашение к трудовому договору ФИО3 о выплате выходного пособия в двухкратном размере, что подтверждается приложенной копией данного дополнительного соглашения.

Хотя при прекращении трудового договора по соглашению сторон выплата работнику выходного пособия статьей 78 ТК РФ не предусмотрена.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обращено внимание на то, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства в их системной взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что установленная работнику трудовым договором оплата труда, включая выплаты стимулирующего характера (премии, иные поощрительные выплаты), а также выходное пособие, компенсации и иные выплаты в связи с прекращением заключенного с ним трудового договора, в том числе в случае расторжения трудового договора по инициативе работника, должны быть предусмотрены законом или действующей у работодателя системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, соглашениями, другими локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. При установлении в трудовом договоре с конкретным работником названных выплат должны учитываться законные интересы организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации), то есть должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Так, трудовой договор, заключенный с ФИО3, не предусматривал выплату выходного пособия при увольнении по соглашению сторон, действовавшие в организации локальные нормативные акты также не содержат обязательных условий о выплате выходного пособия работникам при увольнении по соглашению сторон, а включенное в соглашение о расторжении трудового договора условие о выплате выходного пособия не согласовано с учредителями работодателя ООО «Первый ГКЗ». Применительно к установленным обстоятельствам по данному делу условие о выплате выходного пособия, содержащееся в соглашении о расторжении трудового договора, законным признано быть не может, поскольку к гарантиям и компенсациям, подлежащим предоставлению при увольнении работника по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон, не относится, выходным пособием по смыслу трудового законодательства не является, не направлена на возмещение затрат, связанных с исполнением трудовых или иных обязанностей, действующей в организации системой оплаты труда не предусмотрена, не согласована, носит произвольный характер.

Трудовой кодекс Российской Федерации, не устанавливает запрета на улучшение положения работника по сравнению с трудовым законодательством путем установления в трудовом договоре, дополнительных соглашениях к нему, ином правовом акте повышенных компенсаций при досрочном прекращении трудового договора, в то же время обязывает стороны трудового договора действовать разумно при определении размера компенсаций, соблюдая один из основных принципов, закрепленных в ст. 17 Конституции Российской Федерации, об осуществлении прав и свобод человека и гражданина не в ущерб правам и свободам других лиц.

В данном случае в соответствии с п. 2 дополнительного соглашения днем увольнения ФИО3 является 29 марта 2024 г. Согласно п. 4 соглашения, в связи с расторжением трудового договора по соглашению сторон, дополнительно к расчету при увольнении работодатель обязуется выплатить истцу выходное пособие в размере 2-х окладов. При этом какого- либо обоснования для начисления и выплаты выходного пособия в соглашении не содержится.

В связи с чем, включение в соглашение условия о выплате выходного пособия в размере 2-х окладов являлось необоснованным, причиняющим работодателю материальный ущерб, а п. 4 соглашения является недействительным.

Размер выходных пособий уволенных работников никак не обоснован, не связан ни с продолжительностью работы работника в обществе, ни с конкретными особыми результатами их труда, носит произвольный характер, выходные пособия не направлены на возмещение уволенным работникам издержек, связанных с прекращением трудовых отношений. Подписание соглашений о расторжении трудовых договоров с указанными суммами выходных пособий наносит существенный материальный ущерб обществу.

Соглашение о расторжении трудового договора в части условия, предусматривающего при увольнении работника по соглашению сторон выплату выходного пособия, не предусмотрена как трудовым договором, так и локальными нормативными актами ООО "Первый ГКЗ", противоречит ч. 1 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации; предусмотренная данным пунктом соглашения о расторжении трудового договора выплата носит по существу произвольный характер, ее размер ничем не обоснован; заключение сторонами соглашения в данный части является как злоупотребление правом.

В связи с чем, ООО "Первый ГКЗ" расценивал пункт данного соглашения как самостоятельный внутренний документ Общества, утверждение которого согласно Устава ООО "Первый ГКЗ" (п. 13.2.7. Устава), было отнесено к исключительной компетенции Общего собрания участников ООО. п.14.5 Устава, к компетенции директора относятся только меры поощрения работников и дисциплинарного взыскания. Согласно должностной инструкции п. 4.9., директор имеет право принимать решение о поощрениях лучших специалистов любого уровня.

В Правилах внутреннего трудового распорядка, суммы указанных выплат при прекращении (расторжении) трудового договора не оговорены.

В связи с чем, имеются противоречия, подписанного сторонами соглашения о расторжении трудового договора в части условия о выплате выходного пособия при увольнении по данным основаниям трудовому законодательству, не соответствии Устава Общества и действующей у работодателя системе оплаты труда.

Данное соглашение в части выплаты денежной компенсации при увольнении по соглашению сторон было заключено произвольно, ее размер ничем не обоснован, соответствующие полномочия у директора отсутствовали, указанное не соответствует действующей у данного работодателя системе оплаты труда.

В данном случае соглашение о расторжении трудового договора в части условия, предусматривающего при увольнении по соглашению с работодателем выплату выходного пособия противоречит положениям части 1 статьи 9 ТК РФ, согласно которым договорное регулирование трудовых отношений должно осуществляться в соответствии с трудовым законодательством с соблюдением общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, предусмотренная соглашением о расторжении трудового договора по соглашению сторон выплата носит по существу произвольный характер, ее размер ничем не обоснован, при ее установлении не учтены законные интересы организации, собственника имущества организации, нет доказательств тому, что в отличие от других работников ФИО3 внесла существенный вклад в хозяйственную деятельность общества.

Выплата ФИО3, не относится к гарантиям и компенсациям, подлежащим реализации при увольнении работника по соглашению сторон, а также не является выходным пособием, не предусмотрена ни законом, ни системой оплаты труда организации и по существу носит произвольный характер и свидетельствует о наличии злоупотребления правом. Более того, в дополнительном соглашении от 28 марта 2024 г., о расторжении трудового договора № 8 от 05.05.2021, указано на заключение настоящего дополнительного соглашения к трудовому договору № 8 от 05.05.2021, в то время как заявление работника о расторжении трудового договора № 8 от 05.05.2021 по соглашению сторон было подано 05.03.2024, то есть на момент заключения данного соглашения как дополнительного к трудовому договору, работник уже написал заявление о его расторжении и выплата выходных пособий не предусматривалась, в связи с чем нарушений каких либо прав ФИО3 как работника при увольнении не имеется. Волеизъявление на расторжение трудового договора ФИО3 выразила в поданном ей на имя работодателя заявлении о расторжении трудового договора по соглашению сторон от 05.03.2024 г., на данный момент какого-либо соглашения о расторжении трудового договора и дополнительного соглашения к трудовому договору, предусматривающему выплату выходного пособия, не заключалось, оно было заключено за день до издания приказа об увольнении.

На дату подписания вышеуказанного дополнительного соглашения Общество испытывало серьезные материальные затруднения. И ФИО2, как действующий на тот момент руководитель, не мог об этом не знать, но все же пренебрег интересами Общества в пользу ФИО3

В связи с тем, что выходное пособие в размере 254 422 рубля 90 копеек было выплачено, что подтверждается платежными поручениями от 13.03.2025, от 17.03.2025, от 18.03.2025 ООО «Первый ГКЗ» был причинен серьезный материальный убыток.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", ФИО2 было предложено в добровольном порядке в срок до «20» мая 2025 года погасить возникшую задолженность в сумме 254 422 рубля 90 копеек.

До настоящего времени (25.06.2025) ФИО2 денежные средства в размере 254 422 рубля 90 копеек на расчетный счет ООО «Первый ГКЗ» не перечислены и каких-либо конструктивных предложений со стороны ФИО2 также не поступало.

На основании вышеизложенного, просит суд взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Первый Георгиевский консервный завод» убытки, причиненные в результате незаконных исполнительных действий, в размере 254 422 рубля 90 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 8 633 рубля.

Определением суда от 30 сентября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена Государственная инспекция труда в Ставропольском крае.

Представитель истца в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель третьего лица - Государственной инспекции труда в Ставропольском крае и третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явились, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

Суд, с учетом мнения представителя ответчика, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума N 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке (подпункт 1); знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) (подпункт 5).

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками в виде реального ущерба понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для его восстановления.

Из материалов дела следует, что на основании трудового договора от 05.08.2022г. ФИО2 исполнял обязанности директора ООО «Первый Георгиевский консервный завод».

Соглашением о расторжении трудового договора от 21.12.2024г., указанный трудовой договор с ФИО2 прекращен с 27.12.2024г.

В период нахождения в должности директора, заключен трудовой договор от 05.05.2021 № 8-тд с заместителем директора по экономике и финансам ФИО4, в соответствии с пунктом 1.1 которого Работодатель поручает, а Работник принимает на себя выполнение трудовой функции по должности заместитель директора по экономике и финансам, структурное подразделение - администрация (л.д.75-80).

Дополнительными соглашениями от 01.11.2021 года, 01.01.2022 года, 01.06.2023 года, 01.10.2023 года к трудовому договору от 05.05.2021 года ФИО3 произведена индексация заработной платы и на день увольнения должностной оклад составлял 116 865 рублей.

Дополнительным соглашением от 09.01.2023, в связи с регистрацией брака в трудовом договоре от 05.05.2021 изменена фамилия работника с "Маньшина" на "Гибалова" (л.д.148).

05.03.2024 года ФИО3 обратилась к Работодателю с заявлением о прекращении с ней трудового договора от 05.05.2021 года по соглашению сторон на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на следующих условиях: с выплатой компенсации (выходного пособия) в размере 2-х окладов с 29.03.2024 года.

28.03.2024 года между ООО «Первый ГКЗ» и ФИО3 заключено дополнительное соглашение о расторжении трудового договора № 8-тд от 05.05.2021 года, согласно п. 4 которого работодатель обязуется дополнительно к расчету при увольнении выплатить работнику выходное пособие в размере 2-х окладов, что составляет 233 730 рублей (л.д.150).

Приказом ООО «Первый ГКЗ» от 29.03.2021 года ФИО3 уволена по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по соглашению сторон).

При увольнении ФИО3 выплачена заработная плата и компенсация за неиспользованный отпуск.

Выплата компенсации в размере в размер 2-х окладов, что составляет 233 730 рублей истцу произведена не была.

Указанное обстоятельство послужило основанием к обращению ФИО3 в Георгиевский городской суд с иском о взыскании задолженности.

Из материалов дела следует, что решением Георгиевского городского суда Ставропольского края от 18.09.2024г. по делу № 2-2078/2024, удовлетворены исковые требования ФИО3 к ООО «Первый ГКЗ» о взыскании компенсации за невыплаченное выходное пособие в размере 233 730 руб., компенсации за несвоевременную выплату выходного пособия за период с 29.03.2024г. по 19.06.2024г. в размере 20 692,90 руб.

В удовлетворении встречных исковых требований ООО «ПГКЗ» к ФИО3 о признании недействительным дополнительного соглашения от 28.03.2024г., заключенного между ООО «ПГКЗ» и ФИО3, расторжении трудового договора от 05.05.2021г. отказано

Согласно ст. 277 ТК РФ, руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 9 Постановления от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснил, что полная материальная ответственность руководителя организации за ущерб, причиненный организации, наступает в силу закона (статья 277 Трудового кодекса Российской Федерации), работодатель вправе требовать возмещения ущерба в полном размере независимо от того содержится ли в трудовом договоре с этим лицом условие о полной материальной ответственности. При этом вопрос о размере возмещения ущерба (прямой действительный ущерб, убытки) решается на основании того федерального закона, в соответствии с которым руководитель несет материальную ответственность.

Исходя из п. 5 и п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", в соответствии с ч. 1 ст. 277 ТК РФ, руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. Под прямым действительным ущербом согласно ч. 2 ст. 238 ТК РФ понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Руководитель организации (в том числе бывший) на основании ч. 2 ст. 277 ТК РФ, возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами. Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) - ст. 15 ГК РФ.

На основании части 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г. N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

На основании пунктов 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" Трудового кодекса Российской Федерации (главы 37 "Общие положения" и 39 "Материальная ответственность работника") (пункт 5).

Руководитель организации (в том числе бывший) на основании части второй статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами (например, статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 25 Федерального закона от 14 ноября 2002 года N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", статьей 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статьей 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и др.).

Согласно п. 1 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Истец на основании п. 5 ст. 10 ГК РФ, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско- правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: недобросовестности (неразумности) поведения ответчика, наличия и размера убытков, причинно-следственной связи между недобросовестным (неразумным) поведением ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

В качестве обстоятельств, обуславливающих возникновение у ООО «ПГКЗ» убытков, истец указывает включение в дополнительное соглашение о расторжении трудового договора, заключенного ФИО2 с ФИО3, условия о выплате работнику при расторжении трудового договора выходного пособия в размере 2 окладов, а также взыскание данной компенсации и иных связанных с ней компенсаций решением Георгиевского городского суда.

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений Может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками, и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (ч. 1 ст. 9 Трудового кодекса РФ).

Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (ч.2 ст. 9 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с частью четвертой статьи 57 ТК РФ в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами ( Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.2019 N 67-КГ19-5).

Таким образом, отсутствие в локальных документах ООО «ПГКЗ» условия о выплате работнику выходного пособия в размере двукратного оклада при расторжении трудового договора по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ не может расцениваться как прямой запрет директору на включение в трудовые договоры, соглашения о расторжении трудового договора данного условия.

При этом истцом не заявлялось о совершении ФИО3 в период осуществления рабочих функций каких-либо виновных действий, повлекших неблагоприятные последствия для работодателя, либо случаях привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности, что могло бы являться основанием для исследования иных фактических причин прекращения трудовых отношений между работником и истцом.

В этой связи нет оснований для рассмотрения вопроса о применении положений статьи 181.1 ТК РФ, ограничивающей выплату работодателем выходных пособий, компенсаций и (или) назначение им каких-либо иных выплат в любой форме в случаях увольнения работника по основаниям, которые относятся к дисциплинарным взысканиям, или прекращения трудовых договоров с работником по установленным ТК РФ, другими федеральными законами основаниям, если это связано с совершением работником виновных действий (бездействия).

Пунктом 14.5 Устава Общества предусмотрено право директора заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками Общества, устанавливать условия и размеры заработной платы работникам Общества, принимать меры поощрения работников и налагать дисциплинарные взыскания, осуществлять иные полномочия, не отнесенные к компетенции общего собрания участников.

Таким образом, из обстоятельств дела не следует, что у ФИО2 не было полномочий на заключение дополнительного соглашения о расторжении трудового договора с работником с условием о выплате ему выходного пособия.

В силу ч.2 ст.61 ГПК РФ Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", при рассмотрении исков руководителей организаций, членов коллегиальных исполнительных органов организаций о взыскании выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора суду необходимо проверить соблюдение требований законодательства и иных нормативных правовых актов при включении в трудовой договор условий о таких выплатах.

В случае установления нарушения условиями трудового договора требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации) суд вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер.

Из решения Георгиевского городского суда от 18.09.2024 г. следует, что в ходе судебного разбирательства была дана судебная оценка законности дополнительного соглашения о расторжении трудового договора от 28.03.2024 г.

Судом установлено, что включение названного условия о выплате ФИО3 при увольнении выходного пособия в размере 2-х окладов явилось результатом добровольного согласованного волеизъявления сторон этого договора, осуществленного в пределах прав и полномочий применительно к положениям ч. 3 ст. 40 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», определяющим полномочия единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью, а также пунктов 14.1-14.5 устава ООО «Первый ГКЗ», предусматривающих, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества - директором, который без доверенности действует от имени общества, в том числе заключает договоры, выдает доверенности на право представительства от имени общества, принимает и увольняет сотрудников в соответствии со штатным расписанием, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания, определяет условия и размеры заработной платы работников Общества, осуществляет иные полномочия.

При этом судом установлено, что выплата названной компенсации при увольнении предусмотрена заключенным сторонами дополнительным соглашением о расторжении трудового договора, доказательства недобросовестности сторон при заключении дополнительного соглашения, устанавливающего указанную выплату при увольнении, отсутствуют, и доказательств обратного в ходе рассмотрения дела в нарушении ст. 56 ГПК РФ сторона ответчика (ООО "Первый ГКЗ") не представила.

Таким образом, при рассмотрении встречных исковых требований ООО «ПГКЗ» к ФИО3 о признании недействительным дополнительного соглашения от 28.03.2024 г., заключенного между ООО «ПГКЗ» и ФИО3, судом была дана правовая оценка доводам Общества, недобросовестность в действиях директора Общества ФИО2 при заключении дополнительного соглашения от 28.03.2024 г. не установлена. суд пришел к выводу о соблюдении требований законодательства и иных нормативных правовых актов при включении в дополнительное соглашение условий о выплате компенсации в размере двух окладов при увольнении ФИО3

Основания для переоценки обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом, отсутствуют.

Анализируя приведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ООО «Первый Георгиевский консервный завод» к ФИО2 о взыскании убытков в размере 254 422 рубля 90 копеек, а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 8 633 рубля, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Ессентукский городской суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 17 ноября 2025 г.

Председательствующий Е.В.Иванова