ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

УИД 04RS0007-01-2023-000504-71

Дело № 33-2615/2023 поступило <...> года

Судья Баторова Д.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 августа 2023 года город Улан-Удэ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Ивановой В.А., судей коллегии Богдановой И.Ю., Чупошева Е.Н., при секретаре Денисовой А.М., с участием прокурора Цыбиковой Е.Н., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ООО «Ирокинда» о возмещении вреда, причиненного гибелью работника на производстве по апелляционным жалобам представителя ответчика ООО «Ирокинда» по доверенности ФИО4, представителя истцов по доверенности ФИО5 на решение Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 22 марта 2023 года, которым постановлено:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Ирокинда» (ИНН <...>) в пользу ФИО1 (паспорт <...>), ФИО1 (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 2 000 000руб. каждому.

Взыскать с ООО «Ирокинда» (ИНН <...>) в пользу ФИО2 (паспорт <...>), ФИО3 (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 65 0000руб. каждому.

Взыскать с ООО «Ирокинда» (ИНН <...>) государственную пошлину в размере 300руб. в доход муниципального образования городской округ «город Улан-Удэ».

В удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 о признании членами семьи ФИО6 отказать.

Заслушав доклад судьи Ивановой В.А., лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Цыбиковой Е.Н., ознакомившись с материалами дела, доводами апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Обращаясь в суд с иском к ответчику ООО «Ирокинда», истцы просили признать ФИО2, ФИО3 членами семьи С., умершего <...> года на день его смерти, взыскать с ООО «Ирокинда» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000руб. каждому.

Исковые требования мотивированы следующим. 27 октября 2022 года на производственном объекте в шахте рудника ООО «Ирокинда» произошел инцидент (обрушение горной массы), в результате обвала горных пород при исполнении трудовых обязанностей из-за множественных травм погиб работник – проходчик ООО «Ирокинда» С.. Причиной несчастного случая на производстве стало нарушение работодателем ООО «Ирокинда» норм трудового законодательства по обеспечению безопасных условий труда. Грубой неосторожности или нарушений со стороны погибшего проходчика С. не установлено. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем морального вреда: супруга погибшего С., сын ФИО1, дочь ФИО2, сын ФИО3 В зависимости от характера причиненных потерпевшим нравственных страданий, с учетом изложенных фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевших, истцы просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5000000 руб. в пользу каждого. С <...> года ФИО1 заключила брак с С., с <...> года проживали одной семьей с детьми ФИО1 М. и А., <...> года родился совместный ребенок Сандаков Бадма.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО1, их представитель по доверенности ФИО5 исковые требования поддержали, просили удовлетворить исковые требования.

Истцы ФИО2, ФИО3, их представитель по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержали, пояснив, что с детства проживали с погибшим С., относились к нему как к родному отцу, он признавал их членами своей семьи, вырастил их, полностью содержал семью. Признание членами семьи необходимо для обращения к ответчику о компенсации морального вреда в рамках отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Ирокинда» по доверенности ФИО4 возражала против удовлетворения исковых требований в части признания членами семьи истцов ФИО2, ФИО3, поскольку в карточке работника по форме Т-2 погибший кроме супруги не указывал иных членов семьи, истцы не являются членами семьи согласно Жилищному кодексу РФ, с учетом принципов разумности и справедливости полагала заявленный размер компенсации морального вреда завышенным.

Прокурор Васильева А.В. полагала необходимым исковые требования удовлетворить, определив размер компенсации морального вреда с учетом принципов разумности и справедливости.

Судом первой инстанции постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ООО «Ирокинда» по доверенности ФИО4 просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, ссылаясь на то, что суд в нарушение действующего законодательства взыскал в пользу ФИО2 и ФИО3, как членам семьи погибшего С., компенсацию морального вреда в размере 650 000руб. каждому, невзирая на отсутствие статуса членов семьи погибшего. Также выражает несогласие с решением суда первой инстанции в части размера взысканной компенсации морального вреда в пользу ФИО1 и ФИО1, считая его завышенным и не соответствующим принципам разумности и справедливости. Суд первой инстанции не учел, что сумма в 650 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, выплаченная ранее ФИО1 работодателем ООО «Ирокинда» в добровольном порядке, является значительной с учетом сложившейся судебной практики в регионе. Также отмечает, что погибший работник С. был застрахован в соответствии с действующим законодательством, что дает право членам его семьи на получение дополнительных выплат.

В апелляционной жалобе представитель истцов по доверенности ФИО5 просит решение суда в части отказа в удовлетворении требований о признании ФИО2, ФИО3 членами семьи С. отменить, удовлетворив исковые требования в указанной части. Также просит решение суда первой инстанции изменить, увеличив размер компенсации морального вреда до 3 000 000руб. в пользу всех истцов. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что факт совместного проживания и ведения общего хозяйства ФИО2 и ФИО3 с погибшим С. полностью был доказан в ходе судебного разбирательства. Кроме того, согласно пункту 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу РФ на 2020-2022 годы в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве работодатель в качестве возмещения морального вреда выплачивает сверх установленных законодательством сумм единовременное пособие в размере не менее годового заработка на каждого члена семьи погибшего работника. Заработок ФИО7 за 10 месяцев, предшествующих гибели, составил 2 118 024, 71 руб., полагает, что за полные 12 месяцев годовой заработок мог превышать 2 500 000руб. В связи с чем взысканный судом первой инстанции в пользу истцов размер компенсации подлежит увеличению.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ООО «Ирокинда» по доверенности ФИО8 поддержал доводы апелляционной жалобы, выразив несогласие с доводами апелляционной жалобы стороны истцов.

Истцы ФИО1, ФИО3, ФИО2, представитель ФИО9 поддержали доводы апелляционной жалобы, возражая против доводов апелляционной жалобы ответчика.

В заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО1 извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом надлежащего извещения сторон, посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

Проверив материалы дела, выслушав заключение прокурора Цыбиковой Е.Н., полагавшей решение суда первой инстанции подлежащим изменению, лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 3 статьи 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 3 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную пли стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо оп подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, посягающими на его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 1 июля 2020 года С. приказом № <...> К принят на работу в ООО «Ирокинда» <...> на участке подземных горных работ № 1 подземного горнодобывающего комплекса.

<...> года С. при выполнении своих трудовых функций, в результате несчастного случая на производстве на руднике «Ирокинда» получил повреждения, повлекшие его смерть.

Из акта о несчастном случае № <...> от 27.10.2022 следует, что причиной смерти С. явились множественные травмы грудной клетки, размозжение грудной клетки, удар обвалившейся (падающей) горной породы на производстве.

Причиной несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины, нахождение работника в состоянии алкогольного опьянения не установлено, как и грубой неосторожности со стороны работника.

Разрешая и отказывая в удовлетворении исковых требований в части признания истцов ФИО2 и ФИО3 членами семьи умершего С., суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что факт совместного проживания и ведения общего хозяйства ФИО2 и ФИО3 с погибшим С. не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным обстоятельствам по делу.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 1088 Гражданского кодекса РФ в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

В соответствии с частью 3 статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

В пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (пункт 3 статьи 9 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

В соответствии с семейным законодательством членами семьи признаются супруги, родители и дети, усыновители и усыновленные (ст. 2 СК РФ). С учетом ст. 14 СК РФ близкими родственниками признаются родители и дети, дедушка, бабушка и внуки, полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры. Системное толкование положений Семейного кодекса РФ позволяет включить в понятие члена семьи лиц, которые связаны взаимными правами и обязанностями, вытекающими из брака, родства, усыновления. Под семьей понимаются лица, связанные родством и (или) свойством, совместно проживающие и ведущие совместное хозяйство.

Требование о признании истцов Ануфриевой и ФИО3 членами семьи умершего С. обосновано фактом совместного проживания с <...> года, ведения совместного хозяйства и оказания погибшим материального содержания.

При этом в ходе судебного разбирательства было установлено, что у истцов ФИО2 и ФИО3 имеются свои семьи, каждый из них имеет собственные доходы, полностью на иждивении погибшего не находились, по адресу: <...>, совместно с погибшим С. постоянно не проживали.

Так, истец ФИО3 был зарегистрирован по вышеуказанному адресу в период с 3 февраля 2015 года по 14 июня 2019 года, с 18 января 2023 года и по настоящее время, о чем свидетельствуют штампы регистрации в паспорте ФИО3 Школу заканчивал в Баргузинском районе, проживал со своей семьей в доме в с. <...>.

Истец ФИО2 выезжала в другой город по месту учебы, жила с супругом по иному адресу в г. <...>, зарегистрирована по вышеуказанному адресу с 25 февраля 2020 года.

При этом жилой дом по адресу: <...>, принадлежит ФИО1 и, соответственно, согласия на вселение детей от супруга С. не требовалось.

Также судом первой инстанции установлено, что в пункте 10 раздела I в личной карточке работника С. по форме Т-2 в качестве члена семьи указана лишь супруга ФИО1

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы стороны истцов у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания ФИО2, ФИО3 членами семьи С.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда в пользу истцов, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 1101 Гражданского кодекса РФ, принимая во внимание вину ответчика, установленную материалами расследования несчастного случая, конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцам нравственных переживаний, связанных с утратой близкого человека, с учетом принципа разумности и справедливости, а также с учетом того факта, что истец ФИО1 получила от ответчика единовременное пособие по смерти супруга 650 000руб., а истец ФИО1 имеет право на получение вышеуказанного пособия, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца ФИО1, ФИО1 компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб. каждому, в пользу ФИО2, ФИО3 - компенсации морального вреда в размере 650 000 руб. каждому.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с размером взысканной судом первой инстанции в пользу истцов ФИО1, ФИО1 компенсации морального вреда, поскольку указанные выводы суда первой инстанции сделаны без учета положений Отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу РФ на 2020-2022 года (далее – Отраслевое соглашение), к которому присоединено ООО «Ирокинда».

Так, согласно пункту 7.5.1 Отраслевого соглашения в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве или острого отравления, связь с производственной деятельностью которого подтверждена материалами акта установленной формы, работодатель в качестве возмещения морального вреда выплачивает сверх установленных законодательством сумм единовременное пособие в размере не менее годового заработка на каждого члена семьи погибшего работника, включая не трудоспособных и родившихся после его смерти детей (в случае беременности вдовы на момент гибели работника), исчисленного за последние 12 месяцев, в срок не более шести месяцев со дня смерти работника.

Согласно представленной ответчиком ООО «Ирокинда» по запросу суда апелляционной инстанции справке о годовом заработке погибшего С. за период с октября 2021 года по сентябрь 2022 года заработная плата погибшего составила 2 366 562,46руб.

При таких обстоятельствах, размер взысканной в пользу истцов ФИО1, ФИО1 компенсации морального вреда не мог быть ниже заработной платы погибшего С.., исчисленной за последние 12 месяцев, то есть ниже 2 366 562,64руб.

При этом единовременное пособие в размере 650 000 рублей, предусмотренное пунктом 10.3 Положения об оплате труда и премировании работников ООО «Ирокинда, утвержденного 1 июля 2020 года (далее – Положение), является дополнительным возмещением вреда в случае гибели работника, установленным непосредственным работодателем погибшего.

Так, согласно пункту 10.3 Положения в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве по вине Общества, что установлено соответствующими актами о несчастном случае на производстве, Общество в качестве возмещения вреда выплачивает на основании соответствующего письменного соглашения семье или наследникам работника при полном отсутствии вины самого работника, что установлено соответствующими актами о несчастном случае на производстве, единовременное пособие в размере среднегодового заработка пострадавшего, но не более 650 000 рублей совокупно на всех членов семьи и/или наследников, в месячный срок со дня смерти, но не ранее даты утверждения акта о несчастном случае на производстве.

Такое единовременное пособие, предусмотренное пунктом 10.3 положения, выплачивается в размере не более 650 000 рублей совокупно на всех членов семьи.

В свою очередь пунктом 7.5.1 Отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2020-2022 годы установлена выплата в качестве возмещения морального вреда в размере не менее годового заработка на каждого члена семьи погибшего работника.

При таких обстоятельствах, а также с учетом требований разумности и справедливости, невосполнимости потери мужа и отца для истцов С-вых, судебная коллегия приходит к выводу о том, что размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу истцов ФИО1, ФИО1 подлежит увеличению до 2 400 000 рублей.

Выводы же суда о том, что выплаченную ответчиком ООО «Ирокинда истцу ФИО1 сумму 650 000 рублей необходимо зачесть в счет компенсации морального вреда, установленной Отраслевыми соглашением, а истец ФИО1 имеет право на выплату данного пособия, основаны на неправильном применении норм материального права, сделаны без анализа локальных нормативных актов, разработанных для предприятий горно-металлургического комплекса, в том числе Положения об оплате труда и премировании работников ООО «Ирокинда

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, судом первой инстанции обоснованно взыскана компенсация морального вреда в пользу истцов ФИО2, ФИО3, поскольку как было установлено в ходе судебного разбирательства истцы ФИО2, ФИО3 с детства воспитывались погибшим, между ними сложились крепкие родственные связи, погибший заменил истцам отца, смерть С. безусловно является для них невосполнимой потерей родного человека.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера взысканной с ответчика в пользу истцов ФИО1, ФИО1 компенсации морального вреда, размер взысканной ООО «Ирокинда» в пользу ФИО1, ФИО1 компенсации морального вреда подлежит увеличению до 2 400 000 рублей, в остальной части решение первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционный жалобы – без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 22 марта 2023 года изменить, увеличить размер компенсации морального вреда, взысканной с ООО «Ирокинда» (ИНН <...>) в пользу ФИО1 (паспорт <...>), ФИО1 (паспорт <...>) до 2 400 000руб. каждому.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 3-х месяцев в Восьмой кассационной суд общей юрисдикции, расположенный в г. Кемерово, путем подачи кассационной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ.

Председательствующий:

Судьи коллегии: