РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
22 декабря 2022 года адрес
УИД 77RS0005-02-2021-015674-96
Головинский районный суд адрес
в составе председательствующего судьи Жилкиной Т.Г.,
при ведении протокола и протоколирования с использованием средств аудио- и видеозаписи помощником судьи фио,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-998/22
по иску фио к ФИО1 об оспаривании сделки наследодателя, включении доли в квартире в наследственную массу, признании права собственности на наследственное имущество,
УСТАНОВИЛ
ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1 об оспаривании договора дарения доли квартиры, заключенного 25 июня 2021 года между ее супругом фио и его дочерью ФИО1, включении доли в квартире в наследственную массу, признании права собственности на наследственное имущество, мотивируя свои требования тем, что ввиду наличия у фио онкологического заболевания на моменте составления завещания он не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
05 мая 2022 года ФИО2 умерла (т.2 л.д.69).
Определением суда от 07 декабря 2022 года, вынесенным в порядке ч. 2 ст. 224 ГПК РФ, к участию в деле в качестве правопреемников был привлечен наследник ФИО2 – ее сын фио (т.2 л.д.79).
В судебном заседании фио и его представитель, допущенный к участию в деле в порядке ч. 6 ст.53 ГПК РФ фио, исковые требования поддержали. фио пояснил, что уже с 2016 года в поведении фио стали появляться странности, признаки деменции, он заговаривался, появилась агрессивность к окружающим, особенно к родственникам, которые пытались отправить его на обследование, так как у него постоянно болел живот. У фио были проблемы со слухом и зрением. Он сильно злоупотреблял спиртными напитками, начиная с 2016-2017 года. Он не узнавал соцработников, которые приходили каждый день.
ФИО1 против удовлетворения иска возражала, ссылаясь на то, что при подписании договора дарения доли квартиры фио понимал значение своих действий и руководил ими. Пояснила, что инициатором заключения договора дарения был отец. Она приехала в Москву 06 июня 2021 года. Отец сказал, что не очень хорошо себя чувствует, что надо искать нотариуса. В день заключения договора нотариус разговаривал с папой, когда они вышли, стали оформлять договор дарения. В июле 2021 года выяснилось, что у отца рак.
Третье лицо исполняющая обязанности нотариуса адрес фио ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена.
Третье лицо Управление Росреестра по Москве о времени и месте рассмотрения дела извещено, представитель в судебное заседание не явился.
Суд, выслушав истца, представителя истца, ответчика, допросив свидетелей фио, фио, фио, фио, фио, фио, исследовав заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от 08 июля 2022 года № 310/з, проверив и изучив материалы дела, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В соответствии с п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Как установлено судом, 25 июня 2021 года между фио и его дочерью ФИО1 заключен договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, по условиям которого фио подарил ФИО1 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: адрес. адрес (т.1 л.д.57-58).
06 ноября 2021 года фио умер (т.1 л.д.23). Наследниками первой очереди по закону является дочь ФИО1 и супруга ФИО2
Свидетель фио, допрошенная в судебном заседании 16 февраля 2022 года, показала, что с 28 января 2021 года знает фио, она работает патронажным соцработником, ухаживала за ФИО2 ФИО4 был ходячий, мог разогреть еду, покормить супругу. Дверь открывал фио, ее он узнавал. Каждый раз он рассказывал одно и тоже. фио выходил на улицу, знал, где находятся магазины. Несколько раз фио ходил в трусах при ней. Один раз он забыл, что накануне купил мясо. У фио в феврале началась глухота, она несколько раз говорила, что нужно сходить в поликлинику. фио сходил, в ушах была сера. фио сделал вакцину и забыл об этом. Его легко можно было переубедить, он не четко стоял на своей позиции. В конце февраля – начале марта фио забыл, что они поменяли памперсы на прокладки. Один раз в понедельник фио сказал, что она приходила в воскресенье, а она работает с понедельника по пятницу, и испачкала ванну, она ему объяснила, что в воскресенье она не приходит. У него все время было недоуменье. фио терялся в днях недели. Бывало, что она видит, что у него самочувствие нехорошее, он затуманено разговаривал, она начинает задавать вопросы, как он себя чувствует, он на нее смотрит – да не знаю.
Свидетель фио, допрошенная в судебном заседании 16 февраля 2022 года, показала, что фио знала с конца 2018 года по начало 2020 года, работала соцработником у ФИО2 Проблемы с памятью у фио уже были в то время, не совсем такие конкретные. Весной 2019 года она ездила с фио на машине, он резко вел, это было страшно. На протяжении всего сумма года память у него стала подводить, он стал записи вести, записывал, что ему сделать нужно. Мог забыть, зачем пошел в магазин. У него появилась чрезмерная подозрительность, шутки перестал понимать, путал дни недели. фио ее не всегда узнавал. Перед тем, как она уволилась, фио стал называть ее именем жены – Люсей. Были моменты, когда фио заговаривался, мог спать целыми днями, мог сидеть на кухне и уснуть, терял мысль. Особенной заторможенности у фио не было. Его можно было убедить в чем-то. При ней он на выпивал (спиртное).
Свидетель фио – супруга фио, допрошенная в судебном заседании 09 марта 2022 года, показала, что у фио начались провалы в памяти в 2017 году, он жаловался на забывчивость. Постоянно ключи забывал дома, жаловался на память и слабость, последнее время давление пониженное. Потом попивать начал, друг появился, приходилось помогать до кровати дойти. В 2019 году хуже стало, по 5 часов фио не было, она звонила ему, он говорил, что потерялся. Потом фио начал говорить, что социальные работники ложки украли. Он чужое мнение слушал всегда, а мнение ее, сына, супруги не слушал. фио забывал, что некоторые продукты уже куплены, он забывал и спрашивал у Людмилы, где вещи лежат. Искал молоток, отвертку, из одежды забывал, где все лежит. Выпивал много, водку пил 2 раза в неделю, 2-3 бутылки за день мог выпить, ей приходилось его тащить до кровати. В январе 2021 года напился так, что пришлось приезжать, она приехала с супругом, а он спрашивает кто они такие, он невменяемый был, еле дотащили до кровати. В апреле 2021 года фио сделал прививку, без обследований. Он плохо соображал, в холодильник положил крупу. В мае 2019 года приехали на дачу, фио соседа не узнал, с соседом общался, но забыл, как его зовут, забыл обстоятельства связанные с этим человеком, он соседа знал 22 года, они тесно общались все время, он не вспомнил совместные случаи, связанные с соседом. В июне 2022 года фио ее не узнал. С 2017 года у фио ухудшилось зрение, читать не мог, обычно кроссворды любил разгадывать, а тут плохо слышать стал, предлагали приобрести препарат слуховой, он сказал, что купил, говорил, что ему неудобно носить слуховой аппарат. фио путал имена социальных работников. фио всегда говорил, что 1/2 долю он отдаст их дочери. В сентябре 2018 года ФИО2 упала с дивана, произошло защемление позвоночника и она перестала ходить вообще, на него повлияла ситуация сильно, с памятью плохо совсем стало, заговаривался, постоянно на усталость жаловался, бледный был. Он начал забывать, где вещи лежат.
Свидетель фио, допрошенная в судебном заседании 09 марта 2022 года, показала, что она работает в пансионате «Доверие». фио помнит, 06 августа 2021 года его привезла из больницы дочь. фио она видела ежедневно, он был седой, высокий. На момент поступления он был лежачий, ему был рекомендован постельный режим, а он пытался постоянно подняться, были головокружения. 16 августа 2021 года ему вызвали «Скорую», он был активный, разговаривал, делал попытки встать. Он узнавал ее и девочек-сиделок узнавал, по имени называл всех. 26 августа 2021 года она забрала фио из больницы, он чувствовал себя получше. Умер он в пансионате, постепенно шло ухудшение состояния по его основному заболеванию, последние несколько дней отказывался от пищи, он умер в своей кровати под утро. Не было случаев, что он хотел выписаться, не было такого, что он ждал родственника, был ежедневный контакт с дочерью по телефону. Дочь с отцом общалась ежедневно, ей сиделки говорили и при ней общались они. Он ориентировался во временах года. Она ему говорила, что скоро Наташа (дочь) приедет, он говорит: «Да, хорошо».
Свидетель фио, допрошенная в судебном заседании 28 марта 2022 года, показала, что каждый год она видела фио в 2018, 2019, 2020 годах, когда он приезжал к дочери. Он приезжал на автомобиле из Москвы в Казань без сопровождения, сам. Интересовался, как у нее дела, он знал, чем она занимается, всегда при звонке по Вотсапу, спрашивал как у нее дела. Она была свидетелем того, что отец хотел подарить ФИО1 долю в квартире. По телефону слышала, что он настаивает, чтобы дочь к нему приехала и занялась оформлением документов на квартиру, говорил, что он что-то неважно чувствует. Она была свидетелем, что фио договор передавал, свидетельство о праве собственности, иные документы на квартиру. фио не жаловался ни на что, он сказал просто, что он себя как-то чувствует, может из-за возраста. Для его возраста он был свеженьким. Он сказал, что не то, что плохо чувствует, а то, что он старый.
Свидетель фио, допрошенный в судебном заседании 29 апреля 2022 года, показал, что знал фио 12 лет по даче, по-соседски общались, 12 лет один забор, мужик всегда крепкий за рулем, когда баба Люся слегла, в 2019 году странности появились. фио похудел, он ходил, бурчал, бубнил, он (свидетель) здоровался, фио вроде и здоровался, а вроде, спрашиваешь как дела, он говорил, что голова болит и ноги не ходят. С 2020 года видно было, что здоровье не восстановилось, он здоровался с фио, он смотрел, будто зависал, кивал и уходил. фио раньше нормально все воспринимал, за одни столом посидеть собирались, общались на семейные темы, ничем не обязывающее общение, добрососедские отношения. С 2019 года тоже были посиделки, фио когда выпьет, тогда говорил что-то, а так странности были. В 2019 году он в себе был, какой-то отрешенный что ли, вот бывает, поздоровался и все, то есть с 2020 года он перестал узнавать, его (свидетеля) по имени уже не называл. В 2020 году за столом сидели вместе, он в 2020 году выпьет и засыпает, общий стол, садился, но общения вообще никакого не было, в 2019 году выпьет, разойдется. В 2019 году наравне с молодыми выпивал, водку пили. У фио была шаркающая походка. Как все пенсионеры, что-то говорил, что сердечко хромает, ну рукой отмахивался.
Врио нотариуса фио фио, удостоверявшая оспариваемый договор, представила письменные объяснения, в которых пояснила, что она беседовала с фио перед подписанием договора. Отвечая на ее вопросы, фио рассказал, что ФИО1 приходится ему родной дочерью, квартира, 1/2 долей которой он владеет и хочет распорядиться в ее пользу, была приватизирована им вместе с женой, но жена уже давно свою долю оформила на своего сына, а он хочет свою долю передать своей дочери. Она спросила, знает ли он, что можно составить завещание. Он сказал, что знает, но спросил, может ли жена или ее родственники оспорить долю его дочери, полученную по завещанию. Она разъяснила, что если жена нетрудоспособна, то она вправе будет получить долю имущества независим от завещания. На это фио ответил, что тогда завещание его абсолютно не устраивает, потому что родственники со стороны жены точно будут судиться и оспаривать долю наследства. фио беседовал с ней спокойно, уважительно, на вопросы отвечал по существу. Он совершенно четко понимал, что находится в нотариальной конторе, знал, зачем и с каким вопросом обратился. Одет был скромно, опрятно, по сезону. Никаких грубых нарушений психической деятельности не обнаруживал (т.2 л.д.4-6).
Определением Головинского районного суда адрес от 29 апреля 2022 года по делу была назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза, на разрешение которой поставлен следующий вопрос: Мог ли фио, паспортные данные, в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими по состоянию здоровья и получаемого на тот момент лечения в период подписания договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру 25 июня 2021 года? Проведение экспертизы поручено экспертам ФГБУ «НМИЦПН им.фио» Минздрава России.
Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 08 июля 2022 года № 310/з в юридически значимый период (в период подписания договора дарения доли квартиры от 25.06.2021) у фио имелось неуточненное психическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями (F06.998 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные анамнеза о наличии у него атеросклеротического процесса с поражением сосудов сердца (ишемическая болезнь сердца, атеросклеротический кардиосклероз) и головного мозга (церебральный атеросклероз) с формированием хронической ишемии головного мозга, а также диагностированием у него онкологического процесса (рак прямой кишки) с проведением хирургического лечения, носящего прогрессирующее течение (метастазы с распадом) с признаками раковой интоксикации (кахексия, анемия токсического генеза), что сопровождалось церебрастенической симптоматикой (общая слабость, головокружение, шум в голове), эмоционально-волевыми (раздражительность, агрессивность) и когнитивными расстройствами (ухудшение, снижение памяти на текущие события, мнестические нарушения). Как следует из медицинской документации, ухудшение памяти у фио отмечалось с 2018 года (осмотр 30.10.2018), указывается также на шум в голове. С мая 2021 года (осмотры 24.05.2021, 28.05.2021, 04.06.2021) наряду с соматическими жалобами отмечается общая слабость, в анамнезе была хроническая ишемия головного мозга. При этом сознание было ясное, ориентировка в пространстве, времени, личности была сохранена. Через 17 дней после сделки (осмотр от 12.07.2021) дочерью фио сообщается о наличии у него резкого снижения памяти, он не помнил текущие события, периодически говорил о несуществующих событиях; фиксируется также раздражительность, агрессивность. При осмотре неврологом 24.07.2021 наряду с церебрастенической симптоматикой отмечается ухудшение с памятью; ухудшение состояния было в течение месяца. Диагностируются нарушения когнитивной сферы в виде мнестических нарушений, которые выносятся в диагноз. Однако, степень выраженности мнестических нарушений не указана (амб. карта № 1001454870). Госпитализация фио с 02.08.2021 по 06.08.2021 была связана с онкологическим заболеванием. 03.08.2021 ему была проведена операция (лапароскопическая колоностомия), в послеоперационном периоде он был в сознании, контактен, несколько некритичен к своему состоянию (копия медкарты № 14081/21, т.1 л.д.229-279). Согласно представленным сообщениям лечащего врача пансионата от 10.08.2021 у фио имели место бредовые идеи ущерба («соседи по палате и медперсонал хотят украсть его вещи», хотел уехать домой, т.2 л.д.38). При врачебном онкологическом консилиуме 13.08.2021 отмечалось, что у фио исходно имелись когнитивные нарушения в виде дезориентации в себе, времени и пространстве; что свидетельствует в пользу выраженной степени. Однако, непонятно, с какого периода были данные нарушения. Вместе с тем, имеется запись, что когнитивные нарушения развились в послеоперационном периоде (копия медкарты № 15357-21, т.1 л.д.216-228). Свидетели фио, фио, фио, фио описывают выраженные нарушения психики у фио, в том числе в юридически значимый период. Свидетели фио, фио нарушений психики у фио не отмечали. Врио нотариуса фио сообщила, что фио беседовал с ней уважительно, спокойно, на вопросы отвечал по существу, совершенно четко понимал, что находится в нотариальной конторе, знал, зачем и с каким вопросом обратился, одет был скромно, опрятно, по сезону, никаких грубых нарушений психической деятельности не обнаруживал. Отметила, что он знал о возможности составления завещания, но отказался, так как жена и ее родственники смогут при этом оспорить долю его дочери (т.2 л.д.4-6). Таким образом, в связи с недостаточностью сведений о психическом состоянии фио в представленных материалах, неоднозначностью свидетельских показаний, проследить течение заболевания, оценить степень выраженности имевшихся у него нарушений психических функций в юридически значимый период, а также ответить на вопрос, мог ли фио понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру 25 июля 2021 года, не представляется возможным (ответ на вопрос суда) (т.2 л.д.49-58).
Суд считает возможным, наряду с другими доказательствами, положить в основу судебного решения сведения, полученные из письменного доказательства - судебно-психиатрической комиссии экспертов, поскольку оно удовлетворяет требованиям закона о допустимости и относимости доказательств (ст.ст.59, 60 ГПК РФ), сомнений в правильности и обоснованности заключений у суда не имеется, экспертиза проведена и заключение составлено квалифицированными экспертами, которые предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.
При таких обстоятельствах, оценивая доказательства в их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, учитывая, что в силу закона разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, суд приходит к выводу о том, что суду не представлено достаточных и бесспорных оснований для признания оспариваемого договора недействительным. Совокупность доказательств по делу, в том числе показания свидетелей, опровергает доводы истца о том, что оспариваемый договор был составлен фио в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Допрошенные со стороны истца свидетели фио, фио в близкое к юридически значимому периоду время с фио не общались и его состояние не наблюдали. фио видела фио последний раз в начале 2020 года. фио видел фио последний раз летом 2020 года. На учете в ПНД фио не состоял. Свидетели фио, фио нарушений психики у фио не отмечали. Врио нотариуса фио сообщила, что фио никаких грубых нарушений психической деятельности в день заключения договора не обнаруживал.
В силу закона, заявляя требования о признании сделки недействительной по основанию п. 1 ст. 177 ГК РФ, то есть оспоримой сделки, истец обязан согласно ст. 56 ГПК РФ доказать наличие оснований для недействительности сделки, однако истцом в подтверждение своих доводов не представлено объективных, достаточных и допустимых доказательств того, что в юридически значимый период времени, то есть в момент заключения договора, фио не мог осознавать значение своих действий и руководить ими.
Суд приходит к выводу, что воля фио была направлена именно на заключение договора, каких-либо нарушений закона при его составлении, судом не установлено, в связи с чем, оснований для признания оспариваемого договора недействительным не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ
В удовлетворении иска фио к ФИО1 об оспаривании сделки наследодателя, включении доли в квартире в наследственную массу, признании права собственности на наследственное имущество - отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Головинский районный суд адрес.
Судья
Мотивированное решение по делу изготовлено 09 января 2023 года