Решение по делу № 2-424/2025 от 24.07.2025 - о лишении права на все меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего, признании единственным выгодоприобретателем по обязательному государственному страхованию поддержки в связи с гибелью военнослужащего, взыскании судебных расходов.

Дело № 2-424/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 июля 2025 года с. Раевский РБ

Альшеевский районный суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Кондрашова М.С., при секретаре судебного заседания Мухаметшиной Р.М., с участием старшего помощника прокурора Альшеевского района РБ Уразметовой Р.С., истца ФИО1, её представителя ФИО2 (ордер от 12.05.2025 г.), ответчика ФИО4, его представителя ФИО6 (доверенность от 05.05.2025 Г.), рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о лишении права на все меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего, признании единственным выгодоприобретателем по обязательному государственному страхованию поддержки в связи с гибелью военнослужащего, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 (с учетом уточнений), в котором просит:

- лишить ФИО4 прав на все меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в том числе, признать утратившим право на получение выплаты страховой суммы и единовременного пособия, иных льгот, прав и привилегий, предоставляемых родителям военнослужащего, в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы;

- признать единственным выгодоприобретателем по обязательному государственному страхованию в связи с гибелью военнослужащего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего (погибшего) ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Народной Республики, его мать ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- взыскать с ФИО4 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 60 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины по заявлению об обеспечительных мерах в размере 10 000 рублей, почтовые расходы в размере 1 800 рублей.

В обоснование искового заявления указано, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен брак, ДД.ММ.ГГГГ у них родился сын ФИО3. ДД.ММ.ГГГГ брак между ними расторгнут. С этого момента ответчик отстранился от своих родительских обязанностей, не помогал по хозяйству, безразлично относился к ребенку. 02 ноября 2024 г. ФИО3 подписал контракт с Министерством обороны РФ и убыл в зону СВО. Согласно извещению ВрИО военного комиссара Демского района г. Уфы и Уфимского района РБ от 14 апреля 2025 г. ФИО3 погиб 12 декабря 2024 г. при выполнении задач в ходе СВО на территории ДНР, ЛНР и Украины. При жизни и до самой смерти ФИО3 ответчик воспитанием сына не занимался, материально не содержал, своих обязанностей родителя не осуществлял, с момента развода полностью перестал интересоваться жизнью сына, отсутствовала забота о его здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

В судебном заседании истица ФИО1, ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям, указанным в уточненном исковом заявлении, просили удовлетворить. Пояснили, что в период с момента рождения и до совершеннолетия погибшего сына отец фактически участия в воспитании, в том числе материального не принимал, представлены доказательства по периоду оплаты с 2015 года по 2021 год на 61050 рублей. В материалах исполнительного производства имеются сведения о том, что привлекался к уголовной ответственности и был осужден Альшеевским районным судом за неуплату алиментов, и на сегодняшний день, также задолженность по алиментам имеется чуть меньше 1 млн. рублей. На те обстоятельства, на которые ссылается ответчик, что достигнув совершеннолетия сын с ним общался, на выходные праздники приезжал в деревню, данные обстоятельства не подтверждены документально, а также в данной деревне проживает и другая бабушка, и друзья там были, не факт, что он приезжал к своему биологическому отцу. Показательным является поведение самого ответчика в части того, что он пытался оспорить отцовство через суд, это характеризует как лицо, которое не желал воспитывать своего ребенка.

Ответчик ФИО4, его представитель ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в удовлетворении отказать. Пояснили, что из исполнительного производства о взыскании алиментов видно, что на 2013 год ФИО4 алименты выплачивал в полном объеме, задолженности по алиментам не имел, то есть на тот момент сыну уже было 14 лет. После развода, еще в порядке 10 лет истец проживала с ответчиком, оставалась, то есть дети общались с отцом, бабушкой, тетей, постоянно приезжали в деревню. Когда на момент привлечения ответчика к уголовной и административной ответственности в 2021 году, сыну уже было 22 года. Постоянные конфликты с истцом вынудили ответчика на оспаривание отцовства. Данную процедуру он не довел до конца, так как не хотел травмировать детей. Сына похоронили 16 апреля, о чем ответчик даже не был уведомлен, хотя неоднократно у нее он спрашивал о судьбе сына, то есть она умышленно не давала ни каких сведений, а заблаговременно собирала какие то справки., и 14 апреля 2025 года, то есть до похорон сына, получили иск о лишении ФИО4 социальных выплат. Сейчас стоит вопрос о том, не о том получат ли выплаты, а о защите чести и достоинства ответчика, который сам является участником СВО.

В возражении, представленном на исковое заявление, указано, что ответчик не согласен с исковыми требованиями истца. Он всегда старался заботиться о детях. Когда родился сын, им с истицей было по 18 лет. Он работал и обеспечивал семью. После расторжения брака, истица переехала к своей матери, которая также проживала в <адрес> РБ. Истица запретила ему встречаться с детьми, подарков не брала, возвращала их обратно. Встречи с детьми зависели от настроения истицы. Когда сыну было 5-6 лет, он сам сбегал от матери и прибегал к ним. Когда подрос, стал сам приходить к ним в гости. О приходе сына старались скрывать от истицы. Даже после переезда истицы в Уфу, сын не переставал к ним приезжать. Ответчик давал ему денежные средства на дорогу и обратно, они много разговаривали, старался научить сына всему, что умеет сам. Факт общения ответчика с сыном, могут подтвердить свидетели, а также детализация телефонных соединений. Алименты на содержание детей ответчик выплачивал регулярно, производились удержания из заработной платы по месту работы. В периоды, когда был без работы, алименты на личный счет истца переводила сестра ответчика. Родительских прав ответчик лишен не был. Истица несколько раз забирала судебный приказ о взыскании алиментов, ответчик отдавал алименты ей на руки, расписок не брал, надеясь на ее честность. Впоследствии истица вновь предъявляла исполнительный документ, не учитывая факта оплаты, в связи с чем, образовалась задолженность по алиментам. Несмотря на разногласия с истцом, связь с сыном не была утрачена, ответчик забирал сына к себе, покупал вещи, занимался его воспитанием, заботился о его физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении, создавал сыну условия, обеспечивал материально, покупал продукты, лекарства, давал деньги на личные расходы, пополнял счет на сотовом телефоне, когда сын об этом просил. В период с 2013 г. по 2015 г. сын проходил обучение на дому, мать ответчика ФИО13 обучала его на дому, проводила уроки в доме бывшей тещи. В мае 2023 г. ответчик принял решение ехать в зону проведения специальной военной операции, сын и дочь приехали его проводить, что подтверждает тесную эмоциональную и родственную связь между ним и сыном, взаимную поддержку и участие. Находясь в зоне специальной военной операции, сын несколько раз звонил ответчику, в декабре 2024 г. связь с ним прервалась. На его неоднократные попытки узнать о судьбе сына, от истца никакой информации не получил. В связи с чем, принял решение подписать контракт и убыть в зону СВО, чтобы найти сына. Находился в <адрес>, когда узнал 16 апреля 2025 г., что сына везут домой, отказался подписать контракт и вернулся домой, думал, что успеет на похороны сына. Оказалось, что похороны сына состоялись 16 апреля 2025 г., истица не сочла нужным известить ответчика и его родных. Ввиду изложенного, доводы истца о не выполнении им родительских обязанностей, считает несоответствующими действительности.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: представитель военного комиссариата Альшеевского и Давлекановского районов, города Давлеканово Республики Башкортостан, представитель военного комиссариата Республики Башкортостан, представитель АО «СОГАЗ», представитель Министерства обороны Российской Федерации, представитель войсковой части № 41867, представитель ФКУ "Военно-социальный центр" МО РФ, представитель ГКУ Республиканский центр поддержки населения филиал по Белебеевскому району и г. Белебей, представитель ОСФР по РБ в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Выслушав истца, ответчика, их представителей, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 38 Конституции Российской Федерации, материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей.

Согласно ст. 39 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов гражданского дела, ФИО4 и ФИО5 состояли с зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии № от ДД.ММ.ГГГГ

Согласно свидетельству о рождении серии №, ФИО3 родился ДД.ММ.ГГГГ, отцом записан – ФИО4, матерью ФИО11.

В соответствии со свидетельством о расторжении брака серии № от ДД.ММ.ГГГГ, брак между ФИО4 и ФИО11 прекращен ДД.ММ.ГГГГ

Судебным приказом мирового судьи судебного участка №2 по Альшеевскому району РБ от 22 июля 2004 г. с ФИО4 взысканы алименты в пользу ФИО11 в размере 1/3 части всех видов заработка на содержание несовершеннолетних детей.

Согласно свидетельству о заключении брака серии № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО11 и ФИО7 заключили брак ДД.ММ.ГГГГ, жене присвоена фамилия – ФИО1.

Согласно извещению, Врио военного комиссара Демского района г. Уфа и Уфимского района Республики Башкортостан от 14 апреля 2025 г., ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, военнослужащий войсковой части №, погиб 21 декабря 2024 г. при выполнении боевых задач в ходе специальной военной операции на территориях ЛНР, ДНР и Украины. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.

Как следует из справки, выданной 05 июля 2025 г. директором МБДОУ СОШ с.Шафраново, ФИО3, в период с 16 сентября 2013 г. по 20 июня 2015 г. (приказ № п. 4 от 16.09.2013 г. «Об индивидуальном обучении больных детей на дому») действительно обучался в МБОУ СОШ с. Шафраново.

Согласно справке от 16 мая 2025 г., выданной директором ГАУ Реабилитационный центр <адрес>, ФИО3 действительно находился на реабилитации с 2012 по 2015 гг., на курсы реабилитации привозила ФИО1, с ней были оформлены юридические документы и заключены соглашения на прохождение реабилитации ее сына.

Постановлением от 20 января 2022 г. судебного пристава-исполнителя Альшеевского РОСП УФССП РФ по РБ возбуждено исполнительное производство №-ИП в отношении ФИО4, предмет исполнения: задолженность по алиментам по состоянию на 17.01.2022 в размере 845 1154,02 рублей, взыскатель ФИО1.

Постановлением от 27 февраля 2025 г. судебного пристава-исполнителя Альшеевского РОСП УФССП РФ по РБ обращено взыскание на заработную плату и иные доходы должника ФИО4, задолженность по состоянию на 27.02.2025 г. составляет 902 314,8 рублей.

Согласно ответу на запрос адвоката Волоцкого М.С., МБОУ СОШ <адрес> МР <адрес> РБ сообщает, что ФИО3 проходил обучение в данной школе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ По заключению ВК № от 09 сентября 2013 г. и 29 августа 2014 г. ФИО3 было организовано индивидуальное обучение на дому, в 2015 г. окончил 9 классов и получил аттестат об основном общем образовании. Обучением и воспитаем ребенка занималась мать ФИО1, отец ФИО4 не принимал участия в процессе обучения ФИО3

Согласно адресной справки МВД России в жилом помещении по адресу: <адрес> зарегистрированы и поставлены на учет: ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО3.

Как следует из справки, выданной администрацией СП Шафрановский сельсовет МР Альшеевский район РБ от 11.02.2025 г., ФИО1 в период с 13.02.2009 г. по 20.07.2018 г. была зарегистрирована и проживала в доме своей матери ФИО9 по адресу: <адрес>, совместно с ней были зарегистрированы и проживали: ФИО3, ФИО10.

Как следует из справки, выданной Уфимский профессиональный колледж имени Героя Советского Союза ФИО19 12.05.2025 г., ФИО3 действительно обучался в ГБПОУ УПК с 01.09.2016 г. по 30.06.2019 г.

Согласно характеристике на ФИО3, выданной ГБПОУ УПК, отец ФИО3 не принимал никакого участия в процессе воспитания и обучения сына, воспитанием сына занималась мать ФИО1

По запросу Альшеевского районного суда Республики Башкортостан, в рамках настоящего гражданского дела, Уфимский районный суд Республики Башкортостан представил копию гражданского дела № 2-4147/2021 по иску ФИО4 к ФИО11, ФИО3, ФИО10 об оспаривании отцовства: согласно копии искового заявления от 22.10.2021 г., ФИО4 просит установить, что он не является отцом ФИО3; определением от 24.02.2022 г. исковое заявление оставлено без рассмотрения, из-за неявки истца на судебные заседания.

Заявлением от 01.07.2025 г., удостоверенным нотариусом нотариального округа Альшеевский район Республики Башкортостан ФИО20, ФИО4 обязался выплатить задолженность по алиментам в сумме 845 154 рублей ФИО1 послу получения выплат от Минобороны и страховых выплат, в связи с гибелью военнослужащего, его сына ФИО3, в отношении которого он не был лишен родительских прав.

Согласно справке о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству № (выплата алиментов) по состоянию на 07.07.2025 г., в период с 09.04.2015 г. по 25.10.2021 г. перечислено взыскателю ФИО1 61 050,97 рублей.

Как следует из постановления от 17 января 2022 г. судебного пристава-исполнителя Альшеевского РОСП УФССП РФ по РБ, задолженность по алиментам ФИО4 составляет 845 154,02 рублей.

Также в судебном заседании были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО12, пояснила, что ФИО1 ее подруга, также вместе дети учились, вместе поступали на учебу. ФИО4 видит второй раз, первый раз видела 15 лет назад, больше его вообще не видела. Знает, что он бывший муж ФИО1 Погибшего ФИО3 знала, так как их дети ровесники. Истца знает 20 лет, отношения дружеские, с ее мамой раньше работали в <адрес> школе. ФИО3 родился в деревне, через год был на попечении у бабушки, ходил в садик в <адрес>. ФИО1 работал, ребенка некому было смотреть, поэтому бабушка его смотрела и водила в садик. Учился с 1 по 5 класс в <адрес>, ему учеба давалась тяжело, математика и русский язык. ФИО1 замужем была не долго, лет 5, они расторгли брак и она переехала жить к своей маме, продолжала работать в школе <адрес>. ФИО4 всего один раз в жизни видела. Это было в 2004 году, когда ФИО1 привела его в Военкомат. Они общались с истцом все это время, дети у них учились в музыкальной школе <адрес>, устраивали вместе на учебы, по очереди с ней забирали детей с учебы, ответчика ни разу не видела, ответчик ни за что не оплачивал. Когда уже ФИО1 жила в <адрес> районе с новым мужем, ФИО3 приезжал в деревню к бабушке. ФИО32 ей звонила, чтобы ФИО3 отвезла в деревню к бабушке в <адрес>. Отец не встречал его, ответчика она вообще не видела. Потом ФИО3 учился в училище, ответчика не видела. Когда ФИО3 установили инвалидность, они с истцом с 2012 года по 2015 года, эти три года подряд возили его в. с <адрес> в реабилитационный центр, на отдых и лечение.

Свидетель ФИО13, пояснила, что является матерью ответчика. Сыну было 17 лет, когда он женился на ФИО1. Когда родился ФИО3, они жили у нее, в нем души не чаяли. ФИО1 окончила институт, ФИО4 работал на железной дороге и получал хорошую зарплату. Через какое то время у них начались ссоры, ФИО1 уходила жить к своей матери, потом обратно приходила. Как то она на 1 месяц пропала и потом я узнала со слов других, что она живет в <адрес> с ФИО40, и что ФИО3 сын ФИО41 Потом она приехала обратно и стала с ними жить. Потом она также опять ушла жить к своей матери, и расторгла брак с ФИО4, о чем они и не знали. Но ФИО1 продолжала проживать у них, ФИО4 работал кочегаром 3 года. Вся его зарплата уходила на алименты. Потом сын уехал на север на заработки, как только он приезжал ФИО1 у них, они опять вместе. ФИО3 все время был у нее, когда школу закрыли, стал отставать в учебе, истец не жалея ребенка, отдала документы в педагогическую комиссию, признала его умственно отсталым, и отправила его в психушку, после чего ФИО3 сник, ребята стали его называть только по кличке. ФИО3 всегда приходил к ней, с ним она занималась. Отец тоже жил у нее. Алименты сын платил, но когда не мог платить алименты, она дарила вещи, но ФИО1 говорила, что она в вещах не нуждается. ФИО3 всегда приходил к ним, но не мог с ними проживать, потому что мать и его бабушка насильно уводили его к себе. После расторжения брака они несколько раз сходились. Отец с ребенком общался. ФИО3 уединился, не стало товарищей, как изгой всегда пропадал на рыбалке, ходили тайком от матери с отцом на рыбалку, все делали сообща.

Свидетель ФИО10, пояснила, что ответчик ее отец, отношений ни каких нет. Истец мама. Отец им никак не помогал, с братом они общались плохо, потому что, когда они с братом приходили к ним, его никогда не было дома, или уходил при них в магазин, пришел ночью, они смотрели фильм и он стал кидать галоши в свою мать, материть ее, он был пьяный, и так было всегда. Он злоупотреблял спиртными напитками, даже когда она гуляла на улице с друзьями, он всегда сидит в посадке и пьет спиртное. Брат болел, отец не помогал, в санаторий они сами возили брата и забирали тоже сами. О том, что брата в деревне травили, обзывали, что отчим его когда то избил - нет, о нем все отзывались хорошо, все скажут, что он был мальчиком очень добрым. Сейчас проживают с отчимом, он брата не бил, если бы не отчим, не знает где бы они были. Материально их обеспечивал отчим, за учебу он всегда платил. Свободное время отец с братом не были, втроем они никогда не были, у нее даже нет никаких воспоминаний, чтобы они вместе куда то шли. Когда она видела в магазине ФИО4, он даже не здоровался. Отец действительно обращался в суд, об оспаривании отцовства, он говорил, что она не его дочь, есть скриншоты переписок, где он писал, что она не его дочь. Экспертиза была, показала 99,99%, отец узнал об этом и в суд не пришел, потому что знал, что ему нужно платить алименты. Потому что у него был большой долг. О том, что отец был осужден за неуплату алиментов ей не известно.

Свидетель ФИО14, пояснила, что ФИО1 знает, соседка, ФИО4 тоже знает. В 2001 году переехали в <адрес>, проживали по соседству. она близкая соседка с ФИО1, общались с ней и с ее мамой. Когда ФИО3 приезжал в деревню редко общался с отцом, она вообще не видела, чтобы они общались. Воспитанием ФИО3 занималась мама ФИО1, отца она не видела.

Свидетель ФИО7, пояснил, что ФИО4 первый раз в жизни видит, ФИО1 супруга. С ФИО32 проживают вместе с 2013 года, покойный ФИО3 проживал с ними. ФИО4 ни разу к сыну не приезжал, чтобы оказывал какую то материальную помощь он не заметил. ФИО3 не говорил, что ему отец помогал, все расходы несли они сами. За лечение сына мать платила, в колледж тоже мать ездила. Затраты несли вместе на их общие деньги. Чтобы отец ФИО3 в санаторий или куда то еще возил, ему не известно. Они все вместе ездили отдыхать, с ФИО3 работали вместе, ФИО3 там работал подсобником, то что он был болен ни как не сказывалось на работе, он просто перебирал. ФИО3 ответственно подходил к работе, он был доволен и начальство тоже. В коллективе нормальные отношения были. Деньги он зарабатывал, на его личные потребности хватало.

Свидетель ФИО15, пояснила, что ФИО1 знает, вместе учились в школе, жили в <адрес>, сейчас вместе по соседству проживают в <адрес>. ФИО4 не знает. ФИО3 знала, он всегда проживал с мамой, и в № и в деревне, он вырос у нее на глазах. В СНТ общаются часто, ФИО4 там тоже не видела, он с сыном не общался, ФИО3 жил с мамой и отчимом. Ей известно, что ФИО3 был болен, чтобы отец оплачивал лечение не известно, она не слышала и не видела, чтобы он куда то уезжал. Он был дома или ходил на работу, но сразу возвращался. Не было такого, чтобы его месяц не было дома. Отца никогда не видела, он не рассказывал, что то про папу.

Свидетель ФИО16, пояснила, что ФИО4 ее бывший зять, ФИО1 его жена. ФИО33 прожил с ее дочерью лет 5. В период когда он жил с ее дочерью, со слов дочери, знает, что он не оплачивал алименты бывшей жене. Дочь говорила, что ФИО4 подал на ДНК, на своих детей, утверждал, что это не его дети.

Свидетель ФИО17, пояснила, что она бывшая соседка ответчика. За время проживания по соседству с семьей М-вых она видела, как ФИО3 приходил к отцу. ФИО3 был у отца и бабушки после школы. Видела, что они вместе работали во дворе. Не видела, чтобы ФИО4 обижал сына, отношения были дружественные. Видела в прошлом году летом.

Свидетель ФИО18, пояснила, что она соседка ответчика, проживает по соседству 12 лет, работает в магазине. Она видела, что к ним приходил ФИО3. Бабушка приводила внука в магазин одевать. Покупала ему спортивный костюм, ботинки, все до трусов. Отношения между ФИО3 и бабушкой были сохранены. ФИО3 им помогал, и всем он помогал. Она напротив проживает и все видела. Когда они развелись, она ФИО1 не видела. ФИО3 приходил к ним часто, где-то один раз в месяц.

Федеральный закон от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" на случай гибели (смерти) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, членам его семьи закрепляет выплачиваемое в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (ч. 8 ст. 3) и ежемесячную денежную компенсацию (ч. 9 ст. 3).

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья. Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу, как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее ст. ст. 2, 7, 39, 41, 45, 59, 71, - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года N 17-П, от 20 октября 2010 года N 18-П, от 17 мая 2011 года N 8-П, от 19 мая 2014 года N 15-П, от 17 июля 2014 года N 22-П, от 19 июля 2016 года N 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, членам его семьи в настоящее время включает в себя пенсионное и страховое обеспечение по ст. 25 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", п. 3 ст. 2, ст. 4, п. 2 ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации", меры социальной поддержки в виде пособий и компенсаций, предусмотренных ч.ч. 8 - 10 ст. 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", Указами Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей", от 18 апреля 2022 года N 209 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим пограничных органов федеральной службы безопасности и членам их семей" и т.д. Причем, при определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на спорные из названных выплат, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная в Российской Федерации система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

С другой стороны, правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы (сотрудников органов внутренних дел, погибших при исполнении служебных обязанностей), названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 22-П, от 19 июля 2016 года N 16-П).

Из приведенных нормативных положений следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни, установил и систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, включающую ряд денежных выплат. Их же предназначение - компенсировать родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей этих выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих, в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанного в нормативных правовых актах, в данном случае в ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации" и в ст. 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Ст. 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Согласно п. 1 ст. 61 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права). Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (п. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (п. 1 ст. 66 Семейного кодекса Российской Федерации). Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (п. 4 ст. 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав.

П. 1 ст. 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания, а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей. Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав.

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим.

В соответствии со ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

В вопросе о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, учитываются продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка. О злостном характере уклонения от уплаты алиментов может свидетельствовать розыск родителя, обязанного уплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения.

Таким образом, семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей. Соответственно, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

В судебном заседании установлено, что отец погибшего ФИО3 не принимал мер по его физическому, духовному и нравственному развитию, не использовал в полной мере свое право на общение с ребенком, таким образом, судом не установлено наличие между отцом и сыном тесной эмоциональной связи, взаимной поддержки и помощи, ответственности, которая свидетельствовала бы о наличии между ними семейных отношений до достижения ФИО3 совершеннолетнего возраста.

Довод стороны ответчика о том, что истец запрещала общаться с сыном, суд находит не состоятельным, так как, какими либо объективными доказательствами данный довод не подтверждается. Ответчик в суд по определению порядка общения с ребенком не обращался.

Свидетели ФИО13, ФИО17, ФИО28 допрошенные в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика, подтвердили факт общения ФИО13 (бабушка) и ФИО3, однако доподлинно не подтвердили, в какой период ответчик занимался воспитанием и содержанием сына ФИО3.

Свидетели ФИО12, ФИО10, ФИО14, ФИО7, ФИО15, ФИО16 допрошенные по ходатайству стороны истца, напротив подтвердили тот факт, что ФИО4 уклонялся от содержания несовершеннолетнего сына ФИО3, его воспитанием не занимался, ФИО3 постоянно проживал с матерью ФИО1.

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств, а именно полного отсутствия внимания ответчика к судьбе сына в период его взросления, игнорирование материальных потребностей ребенка, что нашло свое подтверждение в судебном заседании из представленных доказательств, суд пришел к выводу о возможности лишения ответчика права на пособия и социальные гарантии, связанные с фактом гибели военнослужащего при исполнении им обязанностей военной службы, ввиду того, что ФИО4 фактически уклонялся от выполнения своих обязанностей по воспитанию сына, что выражалось в отсутствии заботы о его здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей (абзац пятый статьи 94 ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

Расходы истца по оплате услуг представителя составили 60 000 рублей, что подтверждается квитанцией об оплате.

С учетом разумности и справедливости, характера спора, количества времени, затраченного представителем истца для участия в судебных заседаниях, сложности рассмотренного дела, суд считает возможным взыскать с ответчика судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 30 000 рублей.

Кроме того, истцом были понесены почтовые расходы в размере 1 800 рублей, что подтверждается кассовыми чеками. Данные расходы также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Как следует из квитанций, истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 3 000 рублей по требованию не имущественного характера и 10 000 рублей по заявлению об обеспечении иска. Данные судебные расходы, также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО4 о лишении права на все меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего, признании единственным выгодоприобретателем по обязательному государственному страхованию поддержки в связи с гибелью военнослужащего, взыскании судебных расходов удовлетворить частично.

Лишить ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН № права на все меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в том числе, признать утратившим право на получение выплаты страховой суммы и единовременного пособия, иных льгот, прав и привилегий, предоставляемых родителям военнослужащего, в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы.

Признать единственным выгодоприобретателем по обязательному государственному страхованию в связи с гибелью военнослужащего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего (погибшего) ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Народной Республики, его мать ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, выдан ОУФМС России по РБ в <данные изъяты>

Взыскать с ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН № судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 000 рублей, почтовые расходы в размере 1 800 рублей.

В удовлетворении остальных исковых требований ФИО1 к ФИО4 о лишении права на все меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего, признании единственным выгодоприобретателем по обязательному государственному страхованию поддержки в связи с гибелью военнослужащего, взыскании судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Альшеевский районный суд Республики Башкортостан.

Судья: подпись М.С. Кондрашов

Копия верна судья: М.С. Кондрашов

Мотивированное решение суда изготовлено 24 июня 2025 года.