Дело № 2-1309/2022

24RS0040-02-2022-000964-62

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 ноября 2022 года город Норильск район Талнах

Норильский городской суд (в районе Талнах) Красноярского края в составе председательствующего судьи Ивановой Т.В.,

при ведении протокола секретарем Озубековой Н.Э.,

с участием заместителя прокурора Недоступ П.А.,

представителя истцов – адвоката Глуховой-Самойленко К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6, действующего за себя и как законный представитель несовершеннолетних ФИО1, ФИО2, и ФИО7, действующей за себя и как законный представитель несовершеннолетней ФИО3, к ФИО8 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6, действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2, а также ФИО7, действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО3, обратились в суд с требованиями к ФИО8 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением – гибелью ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии, в размере в размере 750000 рублей - в пользу ФИО6, в размере 700000 рублей– в пользу ФИО7, в пользу несовершеннолетних ФИО1, ФИО2 и ФИО3 – по 400000 рублей каждому.

Требования мотивированы тем, что приговором Норильского городского суда от 14 апреля 2022 года ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ с назначением уголовного наказания.

В результате преступных действий ФИО8 ввиду безвременной утраты близкого человека истцам, как детям и внукам погибшего ФИО4, причинены неизгладимые страдания, так как в период его жизни они тесно поддерживали с ним родственную связь, регулярно общались, проживали вместе, поддерживали друг друга, проводили праздники и другие мероприятия, кроме этого, погибший ФИО9 принимал активное участие в воспитании своих внуков - ФИО1, ФИО2 и ФИО3, вывозил в отпуск, где они вместе проводили время.

Трагические события нарушили привычный образ жизни, нанесли невосполнимый урон психологическому состоянию истцов.

В судебном заседании истцыФИО6, действующий за себя и как законный представитель несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2, а также ФИО7, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО3, не участвовали, о месте и времени рассмотрения дела извещались своевременно, просили о проведении судебного заседания без их участия, при представлении их интересов адвокатом Глуховой-Самойленко К.С.

В судебном заседании представитель истцов – адвокат Глухова-Самойленко К.С. исковыетребования истцов поддержала в полном объеме,указывая на положения статей 151,1064,1099,1100,1101 ГК РФ,просила удовлетворить заявленные требования и взыскать с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда в заявленном размере.

Ответчик ФИО8 в судебном заседании не участвовал, поскольку отбывает наказание в условиях исправительного учреждения КП-19, о своем участии в судебном заседании желания не заявил, о месте и времени рассмотрения дела извещался. Согласно изложенной позиции, ответчик полагал размер компенсации морального вреда завышенным, так как он не может сейчас работать, на его иждивении находятся двое несовершеннолетних детей.

Учитывая, что истцы и ответчик определили для себя порядок реализации своих процессуальных прав, исходя из положений ст.ст. 35, 167 ГПК РФ, суд с учетом мнения участвующих по делу лиц, рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц, поскольку они извещены о судебном разбирательстве, об отложении рассмотрения дела не просили.

Из показаний в судебном заседании свидетеля со стороны истца ФИО5 установлено, что истцы и погибший ФИО4 поддерживали тесную связь между собой как близкие родственники, вместе проживали определенный период, проводили совместно много времени, погибший ФИО4 занимался заботой о внуках. Семья тяжело переживает утрату ФИО4 до настоящего времени, их горе безмерно, поэтому свидетель достоверно знает о тяжелом психологическом переживании семьи – детей и внуков.

Выслушав представителя истцов, показания свидетеля, заключение прокурора Недоступ П.А., полагавшего исковые требования истцов обоснованными, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Согласно п. 6 ст. 8, ст. 12 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу. Защита гражданских прав осуществляется, наряду с другими способами, в том числе и путем возмещения ущерба и компенсации морального вреда.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи1070, статья1079, пункт 1 статьи1095, статья1100 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи1079ГК РФ, юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст.1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в случаях причинения вреда жизни и здоровью источником повышенной опасности.

На основании ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что приговором Норильского городского суда (в районе Талнах) Красноярского края от 14 апреля 2022 года, вступившим в законную силу 09 июня 2022 года, с учетом апелляционного постановления судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда, ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ – совершение нарушения лицом, управлявшим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение смерти ФИО4 и причинение тяжкого вреда здоровью ФИО10, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 02 года 04 месяца с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 02 года 06 месяцев.

Согласно установленных приговором от 14 апреля 2022 года обстоятельств, 19 ноября 2021 года не позднее 10 часов 06 минут ФИО8, управляя автомобилем HYUNDAI SOLARIS с государственным регистрационным знаком №, двигаясь по дороге «Норильск-Талнах»,осуществляя движение на 8 километре+800 метров участка автодороги, в нарушение требований Правил дорожного движения РФ, не предвидя возможность наступления вредных общественно опасных последствий своих действий, не учитывая погодные и дорожные условия, не выполнив требования, предписанные ему дорожной ситуацией,создал опасность для движения и причинения вреда, выехав на полосу встречного движения для обгона идопустил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем TOYOTA LITE ACE NOAH, с государственным регистрационным знаком №, под управлением ФИО4 В результате произошедшего столкновения транспортных средств ФИО4 по неосторожности были причинены телесные повреждения в виде <данные изъяты>, и явилось причиной смерти ФИО4, наступившей ДД.ММ.ГГГГ. Множественные <данные изъяты> по своему характеру являлись опасными для жизни, сопровождались <данные изъяты>, что и привело к наступлению смерти. Смерть ФИО4 находится в прямой причинно-следственной связи с телесными повреждениями, полученными при дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 19 ноября 2021 года.

Из заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что смерть ФИО4 находится в прямой причинно-следственной связи с телесными повреждениями, полученными при дорожно-транспортном происшествии 19 ноября 2021 года, основной судебно-медицинский диагноз: <данные изъяты>, что и привело к наступлению смерти.

В соответствии с ч. ч. 2, 4 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Поскольку вступившим в законную силу приговором суда установлен факт противоправных действий ответчика и его вина в совершении неосторожного преступления - ч. 3 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО4, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для установления данных обстоятельств вновь в рамках рассматриваемого гражданского дела.

Установлено, что истцы ФИО6 и ФИО11 (до вступления в брак ФИО12) А.М. являлись детьми погибшего в дорожно-транспортном происшествии ФИО4, несовершеннолетние дети ФИО6 – ФИО1 и ФИО2, а также несовершеннолетняя дочь ФИО7 - ФИО3, являлись его внуками, что подтверждается представленными доказательствами.

Согласно разъяснениям, указанным в абз. 3 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ).

Исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера компенсации морального вреда, подлежат оценке конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнесение их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

По смыслу закона, внукиотносятся к числу лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда, как близкие родственники.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Такие обстоятельства суд усматривает по настоящему делу.

Как следует из представленных доказательств, погибший ФИО4 был зарегистрирован совместно с ФИО3, ФИО6 и ФИО7 по адресу: <адрес>. Истцы и их несовершеннолетние дети являясь близкими родственниками, поддерживали друг с другом тесные семейные отношения, характер которых предполагает претерпевание ими моральных и физических страданий в связи со смертью того, кого они любили, с кем поддерживали отношения, о ком заботились, поэтому суд не находит оснований ставить под сомнение тот факт, что утратой отца и деда его детям и внукам причинены невосполнимые нравственные страдания.

Сам факт причинения нравственных страданий, вызванных смертью близкого родственника, не подлежит доказыванию, страдания истцов и их детей носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого им человека, гибель ФИО4 является для его детей и внуков необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи.

Невосполнимость утраты близкого истцам родственника, и как следствие причинение нравственных страданий, в данном случае очевидны.

Оценивая обоснованность исковых требований о компенсации морального вреда в пользуистцов, как детей и внуков, погибшего ФИО4, суд учитывает факт их совместного продолжительного проживания, представленные стороной истца доказательства, в том числе характеристик с места учебы несовершеннолетних, о том, что дедушка играл в воспитании своих внуков большую роль, у них мелась тесная эмоциональная связь и доверительные отношения, они эмоционально тяжело восприняли смерть дедушки.

Доказательства стороны истца убеждают суд в том, что ФИО4 принимал непосредственное участие в воспитании внуков, заботился о них, имел тесную психологическую привязанность, внуки эмоционально переживают утрату дедушки, следовательно, исходя из указанных выше норм и факта доказанности, внуки имеют право на компенсацию морального вреда.

Вместе с тем, суд учитывает, что несовершеннолетние ФИО1, ФИО2 и ФИО3 воспитываются также родителями, которые в силу закона несут обязанность по охране их здоровья и минимизации негативных последствий перенесенной им душевной травмы в связи с утратой близкого человека.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Судом не установлено, что ответчик в добровольном порядке предпринял меры по возмещению компенсации морального вреда истцам.

Исходя из доводов истцов о компенсации морального вреда и его размере, ввиду причиненных физических и нравственных страданий, в совокупности с установленными обстоятельствами, суд, руководствуясь ст. 1101 ГК РФ, приходит к убеждению о том, что требования о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, поскольку истцам были причинены нравственные и физические страдания и переживания в виду смерти их отца и деда. Учитывая характер и обстоятельства причинения морального вреда, его продолжительность, индивидуальные особенностиистцов, руководствуясь принципами соразмерности и справедливости, исходя из судейской убежденности, а также, учитывая обстоятельства дела, наступившие последствия, отношение ответчика, степень его виныи его имущественное и семейное положение, суд, с учетом приведенных норм закона, приходит к выводу о возможности взыскания в пользу детей - ФИО6 и ФИО7 компенсации морального вреда в размере по 600 000 рублей в пользу каждого,в пользу внуков – ФИО1, ФИО2 и ФИО3 по 200000 рублей в пользу каждого, полагая данные размеры разумными и справедливыми.

В соответствии с ч. 1 ст.103 ГПК РФиздержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебныхрасходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истцы при подаче искового заявления были освобождены от уплаты госпошлины на основании пп. 4 п. 1 ст.333.36 НК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 500 рублей (300 руб. х 5).

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.194-198ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6, действующего за себя и как законный представитель несовершеннолетних ФИО1, ФИО2, и ФИО7, действующей за себя и как законный представитель несовершеннолетней ФИО3, к ФИО8 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 600000 рублей.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200000 рублей.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200000 рублей.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО13 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 600000 рублей.

Взыскать с ФИО8 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 500 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем принесения апелляционной жалобы через Норильский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения судом.

Председательствующий судья Т.В. Иванова

Мотивированное решение изготовлено 02 декабря 2022 года