Дело № 2-1356/2022
УИД 33RS0008-01-2022-002592-94
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
31 октября 2022 года г. Гусь-Хрустальный
Гусь-Хрустальный городской суд Владимирской области в составе
Председательствующего судьи Карповой Е.В.
При секретаре Шрамовой С.Э.
С участием прокурора Макаровой Д.П.
Представителя истцов адвоката Маслюковой В.Ю.
Представителя ответчика ФИО1
Рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Владимирской области «Гусь-Хрустальная городская больница» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Владимирской области «Гусь-Хрустальная городская больница» (далее – ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ») о взыскании компенсации морального вреда причиненного смертью близкого родственника ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в связи несвоевременным и некачественным оказанием медицинской помощи, в пользу ФИО2 - в размере 500 000 рублей, в пользу ФИО3 - 300 000 рублей.
Определением суда от 30.08.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Альтернатива» (далее – ООО «Альтернатива»), Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Гусь-Хрустальная станция скорой медицинской помощи» (далее – ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ССМП»).
В обоснование исковых требований указано, что ФИО2 приходится супругой, а ФИО3 – сыном ФИО4, умершему 13.01.2021. Обстоятельства смерти ФИО4 подробно исследованы при рассмотрении Гусь-Хрустальным городским судом гражданского дела №2-62/2022 по иску ФИО9 и описаны в решении суда от 30.03.2022, вступившем в законную силу.
13.01.2021 в утреннее время ФИО4 в связи с ухудшением самочувствия обратился на прием к врачу-кардиологу ФИО10, в клинику ООО «Альтернатива», где состояние ФИО4 резко ухудшилось, после чего он был доставлен в приемный покой для экстренной госпитализации в ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ». 13.01.2021 около 10 час. 05 мин. ФИО4 поступил в приемное отделение, где был осмотрен врачом-кардиологом ФИО5 На тот момент у ФИО4 уже замечались затруднения в речи, он не мог самостоятельно стоять, с трудом передвигался, дыхание было затруднено, имелась одышка. У ФИО4 были взяты анализы, снята кардиограмма, сделана флюорография для постановки со слов ФИО5 – «Хоть какого-нибудь диагноза». Осмотрев результат флюорографии, ФИО5 сказал: «Ничего смертельного, возрастные изменения и скорее всего онкология». В 11 час. этого же дня врач ФИО5 направил ФИО4 на стационарное лечение в терапевтическое отделение ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ», где сотрудники медицинского персонала не проявили должного внимания к прибывшему больному, не пригласили врача, не дали лекарств. В 11 час. 30 мин. ФИО4 стало плохо в палате, в течение 20 минут ему пытались сделать реанимационные мероприятия, но безуспешно. Около 11 час. 50 мин. ФИО4 умер.
Согласно заключению комиссионной медицинской судебной экспертизы по материалам проверки №27 от 31.03.2021 достоверную причину смерти ФИО4 установить не возможно в связи с неполнотой патологоанатомического исследования трупа в морге ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ, выставленный врачами больницы диагноз был неверным. Выявлены дефекты оказания медицинской помощи, а также исследования трупа, в связи с чем определить истинную причину смерти ФИО4 не представилось возможным.
Скоропостижная смерть супруга и отца причинила истцам нравственные страдания. Истец ФИО2 прожила с ФИО4 в браке почти 50 лет, до настоящего времени она не может забыть тот день, когда потеряла не только любимого и родного человека, но и помощника. Сын также испытал стресс в связи с потерей отца, который был для него еще и товарищем, их связывали очень близкие теплые отношения.
Истец ФИО2 оценивает размер компенсации морального вреда в 500 000 рублей, сын – в 300 000 рублей, которые просят взыскать с ответчика.
Истцы ФИО2 и ФИО3, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. В заявлении просили о рассмотрении дела в их отсутствие (л.д.124).
Истец ФИО2 в предыдущем судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в исковом заявлении основаниям. Дополнила, что в браке с ФИО4 она прожила 46 лет, от брака имеют двух детей: дочь и сына. Они проживали с супругом в ее доме по адресу: <адрес>, занимались хозяйством, вместе обрабатывали земельный участок, собирали урожай, супруг всегда сам поливал огород, держал голубей. ФИО4 всегда работал, а также получал пенсию, был вполне здоровым человеком, трудоспособным человеком, никогда не болел, хронических заболеваний не имел, за медицинской помощью не обращался на работу выходил до дня смерти, никогда не брал больничные. Иногда у супруга повышалось давление, он разово принимал препараты для его понижения.
12.01.2021 ФИО4 как обычно ушел на работу. Он работал сторожем в МУВКП г.Гусь-Хрустальный. Утром 13.01.2021, вернувшись с работы, ФИО4 пожаловался плохое самочувствие. Она вместе с дочерью ФИО9 повезли супруга в ООО «Альтернатива» на автомобиле на прием к кардиологу ФИО10, где ему стало хуже, и они поехали в приемное отделение городской больницы. ФИО4 становилось все хуже и хуже, врачи к нему не подходили. Их дочь сама отвезла отца на флюорографию, а затем в отделение, где ему стало еще хуже. Она слышала, что врачи созванивались друг с другом, решали, в какое отделение его направить. Со слов дочери ей известно, что в палате, куда поместили супруга, никого не было, врач к нему не подошел. Она до последнего момента была вместе с супругом, переживала за его состояние, надеялась, что ему помогут, окажут помощь. Оставив супруга в больнице, она с дочерью уехала, чтобы собрать ему вещи. Вскоре ей дочь сообщила, что ФИО4 умер в палате.
После смерти ФИО4 ее жизнь кардинально изменилась. Смерть супруга была неожиданностью для всех, на момент смерти ему было всего 64 года. В лице мужа она лишилась опоры в жизни, помощника по дому и огороду, а также финансовой поддержки. Ей тяжело одной справляться одной с ежедневными делами. Из-за переживаний по поводу смерти мужа, ее здоровье резко ухудшилось: она стала плохо спать, давление не стабильно, так как она думает о случившемся днем и ночью. Она имеет ряд заболеваний (тахикардия, кожное заболевание), в настоящее время работает и получает пенсию. Просила удовлетворить исковые требования в полном объеме.
Истец ФИО12 в предыдущем судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в исковом заявлении основаниям. Дополнил, что его отец был очень хорошим человеком, никогда никому, не отказывал в помощи. Отец очень ждал рождения внука (его сына), с удовольствием занимался с ним. Несмотря на то, что с 18 лет он жил отдельно от родителей, они часто общались, с отцом были в очень близких отношениях, ездили вместе на рыбалку, за грибами, отмечали все праздники. Отец всегда помогал ему морально и материально, помогал делать ремонт в квартире. Сам он строитель, но в связи с наличием заболевания ( ) не может официально трудоустроиться, вынужден работать неофициально, сезонно, так как в мороз у него немеют руки. Когда ему позвонила сестра и сообщила о смерти отца, он не поверил, так как отец никогда не болел, водил машину, работал до последнего дня, был здоровым человеком. Из-за переживаний в связи со смертью близкого и родного человека у него нарушился сон. Просил удовлетворить исковые требования.
Представитель истцов по ордеру адвокат Маслюкова В.Ю. в судебном заседании исковые требования и пояснения истцов поддержала. Дополнила, что вступившим в законную силу решением Гусь-Хрустального городского суда №2-62/2022 от 30.03.2022 уже установлены причины смерти ФИО4 Доказан факт наличия дефектов оказания медицинской помощи близкому родственнику истцов со стороны работников ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ», в том числе при проведении патологоанатомического исследования трупа, что явилось причиной невозможности установления истиной причины смерти ФИО4 Истцами представлены доказательства причинения им морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи врачами ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ», однако извинения перед родственниками ФИО4 ответчиком до настоящего времени не принесены. Просила удовлетворить исковые требования.
Представитель ответчика ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» по доверенности ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признала. Представила письменный отзыв на исковые требования (л.д.63-66), доводы которого поддержала в судебном заседании. Дополнила, что вина в действиях врачей ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» отсутствует, никаких дефектов, которые привели бы к смерти пациента, экспертами не установлено. В материалах дела содержится достаточно документов, подтверждающих, что ФИО4 поступил в приемное отделение больницы не здоровым пациентом. Он имел ряд хронических заболеваний, в том числе , лечением которых не занимался. Обследование и лечение больного проведено не в полном объеме в связи с кратковременностью его пребывания в стационаре, по сути, врачи не успели оказать ФИО4 медицинскую помощь. Просила отказать в удовлетворении исковых требований.
Третьи лица ФИО5, ФИО7, ФИО6, ФИО8 (врачи ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ», представители третьих лиц ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная станция скорой медицинской помощи», ООО «Альтернатива» в судебное заседание не явились. О месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом. От третьих лиц ФИО7, ФИО6, представителя третьего лица ГБЦУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ССМП» в адрес суда поступили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие (л.д.119-121).
Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Макаровой Д.П., полагавшей исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (часть 1 статьи 17 Конституции РФ).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (часть 2 статьи 17, статья 18 Конституции РФ).
В силу статьи 41 Конституции РФ к числу основных прав человека Конституцией РФ отнесено право на охрану здоровья.
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция РФ относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
В силу статьи 4 Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.
В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Закона № 323-ФЗ).
Согласно пункту 1 статьи 2 указанного Закона здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п.3 ст.2 указанного Закона).
Качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п.21 ст.2 Закона №323-ФЗ).
Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п.4 ст.2 Закона №423-ФЗ).
Диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий (п.7 ст.2 Закона №423-ФЗ).
В силу ч.4 ст. 67 Закона №423-ФЗ при проведении патолого-анатомического вскрытия гистологический, биохимический, микробиологический и другие необходимые методы исследований отдельных органов, тканей умершего или их частей являются неотъемлемой частью диагностического процесса в целях выявления причин смерти человека, осложнений основного заболевания и сопутствующего заболевания, его состояния.
В соответствии с п.5 Правил проведения патолого-анатомических исследований, утвержденных Приказом Минздрава России от 24.03.2016 №179н, патолого-анатомические вскрытия проводятся в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 06.06.2013 №354н «О порядке проведения патолого-анатомических вскрытий».
Согласно пункту 23 Порядка проведения патолого-анатомических вскрытий, утвержденного приказом Минздрава России от 06.06.2013 № 354н, изучение органов и тканей при котором начинается в следующей последовательности: 1) головной мозг и оболочки мозга; 2) череп и придаточные пазухи; 3) язык, глотка, пищевод; 4) трахея, бронхи, легкое; 5) сердце и крупные сосуды; 6) средостение, забрюшинная клетчатка, грудная и брюшная полости; 7) грудная аорта, брюшная аорта, крупные артерии (почечные, брыжеечные, подвздошные); 8) почки, надпочечники, мочеточники; 9) поджелудочная железа, печень, желчный пузырь; 10) желудок, двенадцатиперстная кишка, тонкая кишка, толстая кишка; 11) мочевой пузырь, предстательная железа (матка, яичники); 12) магистральные сосуды конечностей; 13) кости и мягкие ткани; 14) плацента (при наличии); 15) плодные оболочки и пуповина (при наличии).
В соответствии с п.1 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).
Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления).
Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.
По смыслу статьи 14 СК РФ близкими родственниками являются: родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители, дети, дедушка, бабушка и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.
В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 3 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.
Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
Согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу ч.ч.2,3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда), а под решением арбитражного суда - судебный акт, предусмотренный статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении».
Согласно ч.2 ст. 209 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.
Решением Гусь-Хрустального городского суда №2-62/2022 от 30.03.2022 исковые требования ФИО9 к ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично. Указанным решением суда постановлено: Взыскать с ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная городская больница» в пользу ФИО9 компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей (л.д.20-29).
Решение вступило в законную силу 06.07.2022.
Указанным решением суда установлено, что 13.01.2021 около 9 час. ФИО4 прибыл в частную клинику ООО «Альтернатива» на прием, где был осмотрен врачом-кардиологом ФИО10 По итогам осмотра ФИО4 был выставлен предположительный диагноз: ?». В ходе осмотра состояние ФИО4 стало ухудшаться, в связи с чем врачом ФИО10 было принято решение о направлении ФИО4 на срочную госпитализацию в ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» для уточнения диагноза.
Из медицинской карты стационарного больного №289 ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» установлено, что 13.01.2021 в 10 час. 05 мин. ФИО4 поступил в приемное отделение ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ», где по результатам первичного осмотра, проведенного врачом приемного отделения ФИО5, с учетом полученных результатов обследования, ему был выставлен предварительный диагноз – , назначено лечение, после чего ФИО4 был госпитализирован в терапевтическое отделение ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ».
В связи с ухудшением состояния здоровья ФИО4 (отсутствие пульса и давления) лечащим врачом ФИО6 в палату терапевтического отделения был вызван врач анестезиолог-реаниматолог ФИО7, которым была диагностирована остановка сердечной деятельности. В 11 часов 20 минут были начаты реанимационные реанимационные мероприятия: . Однако, реанимационные мероприятия проводимые в течении 30 минут оказались безэффектны. Сердечную деятельность восстановить не удалось. 13.01.2021 в 11 час. 50 мин. констатирована смерть ФИО4
Факт смерти ФИО4 подтверждается свидетельством о смерти №, выданным 14.01.2021 Отделом ЗАГС администрации МО г. Гусь-Хрустальный.
Согласно записи акта о смерти № от 14.01.2021, составленной Отделом ЗАГС администрации МО г. Гусь-Хрустальный, причиной смерти ФИО4 явилось:
Из протокола патологоанатомического вскрытия № от 14.01.2021, выполненного врачом-паталогоанатомом ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» ФИО8, следует, что палотого-анатомический диагноз (окончательный) ФИО4: Основное заболевание: Полость черепа не вскрывалась вследствие ясности диагноза.
12.03.2021 по факту смерти ФИО4 Следственным отделом по г. Гусь-Хрустальный Следственного управления СК РФ по Владимирской области возбуждено уголовное дело № в отношении неустановленных лиц, по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ - причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Потерпевшей по уголовному делу признана дочь ФИО4 – ФИО9
31.05.2021 уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в действиях ФИО5, ФИО6, ФИО7 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст.: 109 УК РФ. Также не установлено в действиях работников ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» наличия составов преступлений, предусмотренных ст.ст.124 УК РФ, 293 УК РФ, 238 УК РФ.
Согласно заключению комплексной медицинской судебной экспертизы, выполненной ГБУЗ ВО «Бюро судмедэкспертизы» № от 31.03.2021 в рамках уголовного дела была достоверно установить причину смерти ФИО4 не представляется возможным, в связи с неполнотой патологоанатомического исследования трупа ( ).
Исходя из имеющихся данных, наиболее вероятно, что смерть ФИО4 наступила от
При первичном обращении ФИО4 13.01.2021 в ООО «Альтернатива» комиссия экспертов не усмотрела дефектов оказания медицинской помощи.
При лечении в ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: клинический диагноз установлен не правильно) результаты ЭКГ трактованы не верно (указано «ритм синусовый», что не соответствует действительности, не отмечено наличие тахисистолической формы трепетания предсердий), пациент госпитализирован в терапевтическое отделение (показана госпитализация в профильное кардиологическое отделение). Обследование и лечение в целом назначены правильно, в соответствии с приказом М3 России от 28.12.2012 №1622н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при фибрилляции и трепетании предсердий» и Клиническими рекомендациями «Фибрилляция и трепетание предсердий» 2020, однако в связи с кратковременностью пребывания пациента в стационаре (от момента поступления до наступления клинической смерти прошло менее 1,5 часов) они выполнены не были.
Реанимационные мероприятия проводились по обычной методике в течение положенных 30 минут, единственным замечанием является то, что при нарушениях ритма при наличии возможности следует начинать реанимационные мероприятия с проведением дефибрилляции.
Кроме того имеются явные дефекты патологоанатомического исследования трупа: неправильно, бездоказательно установлен диагноз не исследована полость черепа; не диагностировано – при макроскопическом описании внутренних органов не отмечено никаких изменений со стороны почек, в то время как в сохраненном во влажном гистологическом архиве кусочке вероятно, не диагностировано
Комиссия пришла к выводу, что в данном случае смерть ФИО4 обусловлена характером и тяжестью имевшегося у пациента заболевания сердца, внезапностью развития фатального нарушения ритма, что не позволило провести полноценное обследование и подобрать правильное медикаментозное лечение имевшейся сердечной патологии. Фактически какую-либо медикаментозную помощь пациент получить не успел, однако говорить о прямой причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи, выявленными в ГБУЗ ВО «Гусь- Хрустальная ГБ», и смертью ФИО4 не представляется возможным, так как никакая помощь в подобных ситуациях не может гарантировать предотвращение летального исхода.
Указанное экспертное исследование суд принял в качестве допустимого и достоверного доказательства и положил его в основу решения.
Также указанным решением суда установлено, что при проведении патологоанатомического исследования трупа ФИО4 в нарушение Приказа Минздрава РФ №354н от 06.06.2013 «О порядке проведения патологоанатомических вскрытий» не была вскрыта полость черепа, и не исследовано вещество головного мозга, что не позволило определить причину смерти и соответственно наличие, равно как и отсутствие дефектов оказания медицинской помощи, что, по мнению суда, свидетельствует о наличии причинно - следственной связи между выявленным дефектом оказания медицинской услуги (патологоанатомического исследования), допущенным врачом-патологоанатомом ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» ФИО8, и невозможностью установления причины смерти ФИО4
Не проведение ФИО8 вскрытия полости черепа трупа ФИО4 не позволило определить причину его смерти, что существенно нарушает права и законные интересы родственников ФИО4, лишившихся возможности получить достоверную информацию (заключение) о непосредственной причине смерти ФИО4
Данные обстоятельства независимо от наличия причинно-следственной связи между оказанной услугой и смертью ФИО4, указывают на то, что оказание медицинских услуг ФИО4 со стороны врачей ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» не соответствовало нормативным требованиям.
При этом судом отмечено, что отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанием ненадлежащим образом медицинских услуг и наступлением смерти, не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, поскольку, в данном случае установленные экспертным заключением дефекты оказания медицинской помощи ФИО4 со стороны ответчика, в том числе при постановленном ему предварительном диагнозе и отсутствии надлежащего обследования на этапе госпитализации пациента, не могут быть расценены как надлежащее оказание услуг, и не исключает наличие опосредованной связи между действиями врачей ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» и наступившей смертью ФИО4, установить которую в связи с выявленными дефектами патологоанатомического исследования не представилось возможным.
Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, исходя из установленных по делу обстоятельств, свидетельствующих о наличии со стороны ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» нарушений оказания медицинских услуг больному ФИО4 как при жизни, так и после его смерти на стадии проведения патологоанатомического исследования, суд пришел к выводу, что установленные при оказании ФИО4 медицинских услуг недостатки в любом случае свидетельствуют о вине ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» в ненадлежащем исполнении обязательств, в связи с чем возложил на ответчика гражданско-правовую ответственность по возмещению морального вреда, причиненного близкому родственнику ФИО4 – его дочери ФИО9
В действиях врачей ООО «Альтернатива», оказавших медицинскую помощь ФИО4 до поступления в приемное отделение ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ», а также врачей ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ССМП», выезжавших к ФИО4 по вызову 11.01.2021, суд не усмотрел наличия дефектов оказания медицинской помощи.
Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением суда и в силу ч.2 ст. 61 ГПК РФ повторному доказыванию не подлежат.
При рассмотрении споров данной категории, необходимо учитывать, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь.
В судебном заседании установлено, что истцы являются близкими родственниками ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится супругой, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – сыном, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ Гусь-Хрустальным городским ЗАГС свидетельством о рождении серии ДД.ММ.ГГГГ, выданным ДД.ММ.ГГГГ городским ЗАГС г. Гусь-Хрустальный, а также актовыми записями о рождении, о заключении брака – л.д.8,10, 44,46).
В обоснование исковых требований истцами указано, что моральный вред причинен им в связи переживаниями за близкого родственника (супруга, отца), которому в ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» была некачественно оказана медицинская помощь, а после его смерти неправильно проведено вскрытие трупа, что стало следствием невозможности в дальнейшем установления истиной причины смерти ФИО4, что, наряду с самим фактом потери близкого и родного им человека, также принесло им нравственные страдания.
Истцы полагают, что преждевременная смерть близкого человека произошла по вине ответчика, поскольку работники больницы не уделили должного внимания ФИО4, провели неполное обследование, не оказали ему необходимую медицинскую помощь, что и вызвало их физические и нравственные страдания, причинило моральный вред.
Закрепив в статье 151 ГК РФ общие правила компенсации морального вреда, законодатель не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В качестве компенсации морального вреда за причиненные нравственные страдания, ФИО2 просит взыскать с ответчика в свою пользу 500 000 рублей, ФИО3 – 300 000 рублей.
Представители ответчика ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» ФИО1 в своих возражениях указала о несогласии с иском. Вместе с тем, ответчиком не опровергнут факт причинения истцам морального вреда, выразившегося в нравственных страданиях в связи со смертью супруга и отца.
Доводы представителя ответчика об отсутствии вины в действиях врачей ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ», а также о том, что причиной смерти ФИО4 явилась запущенная форма имеющегося у него заболевания и отсутствие какого-либо лечения до поступления в приемное отделение больницы, судом отклоняются, поскольку уже были предметом оценки при рассмотрении гражданского дела №2-62/2022 по иску ФИО9 и не опровергают обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда. При этом следует отметить, что для возложения гражданско-правовой ответственности за допущенные дефекты при оказании медицинской помощи достаточно отсутствия надлежащих доказательств, достоверно исключающих вину медицинского учреждения в неблагоприятном исходе лечения гражданина.
Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2); каждый имеет право на жизнь (п. 1 ст. 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (п. 1 ст. 41).
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Суд учитывает, что гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов его семьи. Подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни супруги и сына ФИО4, которые рассчитывали на оказание своевременной и квалифицированной медицинской помощи их близкому родственнику, а также имели полное право на получение достоверной информации о причинах его смерти. Вместе с тем истцы были лишены этой возможности в связи с допущенными нарушениями при патологоанатомическом исследовании, что неоспоримо причинило им нравственные страдания.
Факт причинения морального вреда истцам ввиду смерти их близкого родственника является очевидным, общеизвестным фактом, который в силу ст. 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании.
Из пояснений ФИО2 в судебном заседании следует, что до настоящего времени она не смирилась с потерей супруга, в браке с которым состояла более 46 лет. Они вместе проживали в доме, воспитали двух детей, помогали им в воспитании внуков, вели общее хозяйство, обрабатывали земельный участок. С учетом общего бюджета (заработная плата, пенсия) планировали расходы, вместе переживали и отмечали все значимые события в семье. Она до настоящего времени не может поверить в смерть супруга, который никогда не жаловался на здоровье, всегда работал, помогал детям и внукам. После смерти супруга ее жизнь резко изменилась, поскольку супруг был для нее опорой, как в физическом плане, так и в материальном, чего она лишилась в старости. Она боится оставаться одна дома, потеряла покой и сон, состояние здоровья ухудшилось.
Из материалов дела следует, что ФИО2 была зарегистрирована и проживала вместе с ФИО4 в одном жилом помещении по адресу: <адрес>, что подтверждается копией домовой книги (л.д.94-98). Размер ежемесячного дохода ФИО2 в виде заработной платы и пенсии в совокупности составляет 34 011,14 рублей, что подтверждается справкой о доходах, выданной МБОУ «Общеобразовательная школа №16» от 27.09.2022, копией сберегательной книжки ПАО Сбербанк» (л.д.99,122-123).
Из справки МУ ВКП г. Гусь-Хрустальный от 06.10.2022 (л.д.82), справки ГУ ОПФ РФ по Владимирской области от 12.10.2022 (л.д.84) следует, что средний размер заработной платы ФИО4 в 2020 году составлял 16 236,53 рублей, размер пенсии – 8 980,89 рублей.
ФИО13 имеет ряд заболеваний: , что подтверждается справкой ООО «Эльче» (медицинский центр «Алмед») – (л.д.87).
Из пояснений истца ФИО3 следует, что с 18 лет он проживал отдельно, имел свою семью, однако оставался в тесных и близких отношениях с отцом, они часто общались, всегда советовались друг с другом, вместе отмечали все праздники и занимались семейными делами. Отец очень ждал рождения внука (его сына), занимался с ним, помогал материально. Смерть отца стала для него неожиданностью, поскольку он был здоровым и сильным человеком, всегда работал, водил машину. Сообщение о его смерти вызвало у него шок, он не мог поверить в то, что такое случилось с его отцом.
В подтверждение материального и семейного положения истцом ФИО3 представлены следующие документы: копия трудовой книжки (л.д.107), свидетельство о заключении брака с ФИО3 (л.д.93), свидетельство о рождении ребенка ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.92).
Разрешая заявленные требования, суд учитывает, что невосполнимой потерей родного человека безвозвратно нарушено личное неимущественное право истцов на семейные, родственные отношения с супругом, отцом. Учитывая особые близкие отношения между истцами и погибшим, изменением привычного уклада для всей семьи, лишение возможности общения с ним, утрату семейной целостности, тяжелые эмоциональные переживания супруги и сына, лишение личных неимущественных прав на любовь и заботу со стороны близкого человека, близким родственникам умершего ФИО4 – супруге ФИО2 и сыну – ФИО3 бесспорно причинены нравственные страдания.
При определении размера компенсации морального вреда судом также учитывается характер и степень физических и нравственных страданий истцов, обусловленных невосполнимой утратой близкого и родного человека, пенсионный возраст истца ФИО2, которой на момент смерти супруга исполнилось 63 года, возраст ФИО3, которому на момент смерти отца исполнилось - 40 лет), материальное положение истцов (ФИО2 трудоустроена, получает заработную плату и пенсию, вместе с тем, доход семьи ФИО2 изменился, так как ФИО4 был официально трудоустроен, получал ежемесячный доход в виде заработной платы и пенсии), материальное положение сына, который с 18 лет проживал отдельно от родителей, официально не трудоустроен, состояние здоровья истцов (наличие у ФИО2 ряда заболеваний), семейное положение ФИО3 (состоит в браке, имеет на иждивении одного малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения),. Кроме того, судом учитывается степень вины ответчика в причинении вреда, в том числе, отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) работников ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» и наступлением смерти ФИО4, а также кратковременность пребывания больного в лечебном учреждении, что не позволило провести его полное обследование с целью установления точного клинического диагноза, в связи со скоропостижной смертью, принимает во внимание, что ответчик является бюджетной некоммерческой организацией. Применяя принцип разумности и справедливости, суд полагает возможным удовлетворить исковые требования частично, взыскав с ГБУЗ ВО «Гусь-Хрустальная ГБ» в пользу истца ФИО2 в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей, в пользу истца ФИО3 - 150 000 рублей.
В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истцы при подаче настоящего иска были освобождены.
Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Гусь-Хрустальная городская больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Гусь-Хрустальная городская больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Гусь-Хрустальная городская больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Гусь-Хрустальный городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Е.В.Карпова
Мотивированное решение суда изготовлено 08.11.2022