Решение по делу № 2-187/2025 от 31.07.2025 | Лямбирский районный суд (Республика Мордовия)

Дело №2-187/2025

УИД 13RS0017-01-2024-000185-14

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с. Лямбирь 24 июля 2025 г.

Лямбирский районный суд Республики Мордовия в составе судьи Меркуловой А.В.,

при секретаре судебного заседания Байбиковой Г.Р.,

с участием в деле:

прокурора – заместителя прокурора Лямбирского района Республики Мордовия Никишова Михаила Ивановича,

истцов: ФИО1, ФИО2, ФИО3, их представителя ФИО4, действующей на основании доверенности от 16 декабря 2024 г.,

ответчика – Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия, его представителя ФИО5, действующей на основании доверенности №ДВ-171-213 от 27 декабря 2023 г.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, - ФИО6,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, - ФИО7, его представителя – адвоката Ишкина Олега Александровича, действующего на основании ордера №1398 от 20 апреля 2025 г.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, - ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с исковым заявлением к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование требований указывают, что 7 сентября 2024 г., примерно в 14 часов 44 минуты, водитель ФИО6, управляя специализированной цистерной марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, двигаясь с проблесковыми маячками по проезжей части дороги, расположенной по ул. Веселовского г. Саранск, со стороны Лямбирского шоссе в направлении ул. А. Лусс г. Саранск, на регулируемом светофорном объекте – перекрестке ул. Пушкина – ул. Веселовского, расположенном напротив дома №1 по ул. Веселовского Пролетарского района г. Саранска Республики Мордовия, проследовал на запрещающий сигнал светофора и совершил столкновение с автомобилем марки Ауди 100, государственный регистрационный знак <номер>, под управлением водителя ФИО7, следующим на разрешенный сигнал светофора по проезжей части дороги, расположенной по ул. Пушкина г. Саранск, в направлении ул. Веселовского г. Саранск, в салоне которого в качестве пассажиров находились Б.П.В. и Е.А.В.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия пассажиру Е.А.В. причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте происшествия.

7 октября 2024 г. старшим следователем отделения по расследованию дорожно-транспортных происшествий СУ МВД по Республике Мордовия возбуждённого уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Указывают, что поскольку Е.А.В. был причинен вред в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности, то их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред.

Поскольку управляющий в момент дорожно-транспортного происшествия специализированной цистерной марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, водитель ФИО6 состоял в трудовых отношениях с владельцем этого транспортного средства - Главным управлением Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия и выполнял поручение работодателя, то компенсация морального вреда в пользу истцов подлежит взысканию с данного владельца источника повышенной опасности.

Указывают, что им причинён моральный вред и нравственно-физические страдания, которые им пришлось перенести в связи с гибелью в дорожно-транспортном происшествии их брата и отца.

Просят суд взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов по 1 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда (л.д. 1-6 т. 1).

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, их представитель ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались своевременно и надлежащим образом.

В судебном заседании представитель ответчика - Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия ФИО5 исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении в полном объеме по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление.

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, - ФИО7 – адвокат Ишкин О.А. при разрешении заявленных исковых требований полагался на усмотрение суда.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, - ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались своевременно и надлежащим образом.

Прокурор – заместитель прокурора Лямбирского района Республики Мордовия Никишов М.И. полагал требования подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости.

Участники процесса, помимо направления извещений о времени и месте рассмотрения дела, извещались также и путем размещения информации по делу на официальном сайте Лямбирского районного суда Республики Мордовия в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»: lyambirsky.mor@sudrf.ru в соответствии с требованиями части 7 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах и на основании положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела по существу в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, заключение прокурора, суд приходит к нижеследующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 7 сентября 2024 г., примерно в 14 часов 44 минуты, водитель ФИО6, управляя специализированной цистерной марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, двигаясь с проблесковыми маячками по проезжей части дороги, расположенной по ул. Веселовского г. Саранск, со стороны Лямбирского шоссе в направлении ул. А. Лусс г. Саранск, на регулируемом светофорном объекте – перекрестке ул. Пушкина – ул. Веселовского, расположенном напротив дома №1 по ул. Веселовского Пролетарского района г. Саранска Республики Мордовия, проследовал на запрещающий сигнал светофора и совершил столкновение с автомобилем марки Ауди 100, государственный регистрационный знак <номер>, под управлением водителя ФИО7, следующим на разрешенный сигнал светофора по проезжей части дороги, расположенной по ул. Пушкина г. Саранск, в направлении ул. Веселовского г. Саранск, в салоне которого в качестве пассажиров находились Б.П.В. и Е.А.В. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия пассажиру ФИО9 причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте происшествия.

По данному факту старшим следователем отделения по расследованию дорожно-транспортных происшествий СУ МВД по Республике Мордовия ФИО10 7 октября 2024 г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно карточке учета транспортного средства, собственником автомобиля Ауди 100, государственный регистрационный знак <номер>, на момент дорожно-транспортного происшествия – 7 сентября 2024 г. являлся ФИО8

Собственником специализированной цистерны марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, является Главное управление Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия.

На момент дорожно-транспортного происшествия – 7 сентября 2024 г. старший сержант внутренней службы ФИО6 проходил службу в Главном управлении МЧС России по Республике Мордовия в должности водителя специализированной пожарно-спасательной части ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Республике Мордовия, в занимаемой должности с 1 января 2022 г.

Из материалов служебной проверки, проведенной ответчиком, и представленных суду, по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 7 сентября 2024 г. с участием специализированной цистерны марки АЦ-3 2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО6 следует, что в 14 ч. 33 мин. 7 сентября 2024 г. на Центральный пункт пожарной связи службы пожаротушения ФПС ГПС Главного управления (далее - ЦППС), по системе «01», поступило сообщение о пожаре по адресу: <адрес> 4 (далее - пожар). В соответствии с расписанием выезда диспетчер ЦППС направил к месту пожара силы и средства Саранского пожарно - спасательного гарнизона, в том числе: от СПСЧ ФПС ГПС Главного управления - АЦ-3,2-40/4.

Нарядом на службу 3 караула, утвержденного 7 сентября 2024 г., начальником СПСЧ ФПС ГПС Главного управления полковником внутренней службы Ш.Е.С.., определен боевой расчет отделений дежурного караула на автомобилях, из которого следует, что водителем АЦ-3,2-40/4 с 08 ч. 00 мин. 7 сентября 2024 г. по 08 ч. 00 мин. 8 сентября 2024 г. являлся старший сержант внутренней службы ФИО6

В результате анализа видеозаписи (полученной от ИП ФИО11, ГК «Заря» в рамках запроса Главного управления от 12 сентября 2024 г. № ИВ-171-2866) с камеры видеонаблюдения, расположенной на здании шиномонтажа в районе ДТП (далее - видеозапись), установлено, что автомобиль АЦ-3,2-40/4 под управлением ФИО6 въехал на перекресток с включенным проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом.

Диагностической картой от 1 ноября 2023 г. peг. номер: 126321052300207, выданной ООО «Техтрансконтроль 2» (срок действия до 01.11.2024) подтверждается, что автомобиль АЦ-3,2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, под управлением водителя ФИО6 в момент ДТП соответствовал обязательным требованиям безопасности транспортных средств и был допущен к участию в дорожном движении.

Согласно должностной инструкции водителя СПСЧ ФПС ГПС Главного управления от 13.03.2024 (содержащей отметку об ознакомлении ФИО6) (далее - должностная инструкция), обязанностями ФИО6, в том числе являлись: знать правила применения специальных звуковых и световых сигналов автомобилей (пункт 11.11 разд. V должностной инструкции); соблюдение требований, установленных ПДД РФ (пункт 12.10 разд. V должностной инструкции).

В соответствии с пунктом 3.1 ПДД РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090 водители транспортных средств с включенным проблесковым маячком синего цвета, выполняя неотложное служебное задание, могут отступать от требований разделов 6 (кроме сигналов регулировщика) и 8 - 18 настоящих Правил, приложений 1 и 2 к настоящим Правилам при условии обеспечения безопасности движения. Для получения преимущества перед другими участниками движения водители таких транспортных средств должны включить проблесковый маячок синего цвета и специальный звуковой сигнал. Воспользоваться приоритетом они могут только убедившись, что им уступают дорогу.

При приближении транспортного средства с включенными проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом водители обязаны уступить дорогу для обеспечения беспрепятственного проезда указанного транспортного средства (пункт 3.2 ПДД РФ).

Материалами служебной проверки установлено, что водитель АЦ-3,2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, ФИО6 двигаясь с включенным проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом на пожар (неотложное служебное задание), отступая от требований ПДД РФ, в части проезда на запрещающий сигнал светофора, перед перекрёстком проезжих частей дорог по ул. Веселовского и ул. Пушкина г. Саранска снизил скорость управляемого им автомобиля и, убедившись в том, что не создает помех другим транспортным средствам, продолжил движение. Одновременно в силу пункта 3.2 ПДД РФ водитель легкового автомобиля Ауди 100, государственный регистрационный знак <номер> ФИО7 в рассматриваемой ситуации был обязан уступить дорогу автомобилю АЦ-3,2-40/4 (5387), государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО6 для обеспечения его беспрепятственного проезда, что, исходя из полученной в рамках проверки видеозаписи, водителем легкового автомобиля сделано не было.

По результатам служебной проверки нарушение своих должностных обязанностей и руководящих документов МЧС России ФИО6 при следовании на пожар по адресу: <адрес> 4, не установлено, факт совершения дисциплинарного проступка не подтвердился.

На основании постановлений старшего следователя отделения по расследованию дорожно-транспортных происшествий СУ МВД по Республике Мордовия ФИО10 от 26 сентября 2024 г., 21 апреля 2025 г., 13 мая 2025 г. в рамках расследования вышеуказанного уголовного дела были назначены комплексная судебная автотехническая экспертиза и криминалистическая экспертиза видео- и звукозаписей, дополнительная комплексная судебная автотехническая экспертиза и криминалистическая экспертиза видео- и звукозаписей, автотехническая судебная экспертиза.

Согласно выводам заключения эксперта № 1657/5-5-24; № 1658/3-5-24 от 18 апреля 2025 г. ФБУ Мордовская ЛСЭ Минюста России, согласно видеозаписи, зафиксированной в файле с именем «522(2024-09-07 14"43"00 – 2024-09-07 14’45’00) asf» на представленном оптическом диске средняя скорость движения автомобиля марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер> перед совершением дорожно-транспортного происшествия составляла не менее 34 километров в час и не более 39 километров в час.

По видеозаписям, зафиксированным в файлах с именами «522(2024-09-07 14"43"00 – 2024-09-07 14’45’00) asf», «document_5465503 681258479582.mp4» на представленных оптических дисках, установить скорость движения специализированной автоцистерны марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, перед совершением дорожно-транспортного происшествия не представляется возможным.

Исходя из следа торможения (юза) длиной 14,3 метра, зафиксированного в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 07.09.2024, скорость движения специализированной автоцистерны марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, перед торможением составляла порядка 47,3 км/ч. Данное значение скорости является минимальным, поскольку в расчетах не учтены затраты кинетической энергии, затраченной на деформацию соударяющихся частей транспортных средств и перемещение их от места столкновения.

Согласно видеозаписи, зафиксированной в файле с именем «522(2024-09-07 14"43"00 – 2024-09-07 14’45’00) asf», на представленном оптическом диске, специализированная автоцистерна марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, выезжает на регулируемый перекресток на «красный» сигнал светофора.

Согласно видеозаписи, зафиксированной в файле с именем «522(2024-09-07 14"43"00 – 2024-09-07 14’45’00) asf», на представленном оптическом диске, автомобиль марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер> выезжает на регулируемый перекресток на «зелёный» сигнал светофора.

Для решения вопроса о том, от чего зависело предотвращение рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, требуется юридическая оценка всех доказательств по делу, что выходит за пределы компетенции судебной автотехнической экспертизы, данный вопрос должен решаться органами следствия (судом) на основе анализа и оценки всех собранных по делу доказательств в их совокупности, в том числе и настоящего заключения.

Если расстояние, на котором находился автомобиль марки «АУДИ 100» от места столкновения в момент, когда водитель данного транспортного средства мог обнаружить специализированную автоцистерну марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)» из-за препятствия, составляло 15,1 метра, то в данном случае водитель автомобиля марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, как при заданной скорости движения 40 км/ч, так и при расчетной скорости 34-39 км/ч, не имел технической возможности, путем своевременного применения мер торможения, остановить свое транспортное средство до места столкновения с специализированной автоцистерной марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, и предотвратить ДТП.

Если расстояние, на котором находилась специализированная автоцистерна марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)» от места столкновения в момент когда водитель данного транспортного средства мог обнаружить автомобиль «АУДИ 100» из-за препятствия, составляло 124,5 метра, то в данном случае водитель специализированной автоцистерны марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, как при заданной скорости движения 60 км/ч, так и при расчетной скорости 47,3 км/ч, имел техническую возможность, путем своевременного применения мер торможения, остановить свое транспортное средство до места столкновения с автомобилем марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, и предотвратить ДТП.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «АУДИ 100» ФИО7 в своих действиях должен был руководствоваться требованиями пункта 3.2 Правил дорожного движения РФ.

Водитель специализированной цистерны марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)» ФИО6 в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться в своих действиях требованиями пункта 3.1 правил дорожного движения РФ.

Из выводов заключения эксперта ФБУ Мордовская ЛСЭ Минюста России № 615/3-1-25, №616/5-1-25 от 7 мая 2025 г. следует, что по видеозаписи, зафиксированной на представленном оптическом диске в файле с именем «document_5465503 681258479582.mp4», установить время, прошедшее с момента пересечения стоп-линии специализированной цистерной марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, до момента столкновения вышеуказанного транспортного средства с автомобилем марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер> не представляется возможным.

Согласно видеозаписи, зафиксированной на представленном оптическом диске в файле с именем «522 (2024-09-07 14"43"00 - 2024-09-07 14"45"00).asf», время, прошедшее с момента пересечения стоп-линии специализированной автоцистерной марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, до момента столкновения вышеуказанного транспортного средства с автомобилем марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, составляет не менее 0,6 секунды и не более 0,9 секунды.

По видеозаписи, зафиксированной на представленном оптическом диске в файле с именем «document_5465503 681258479582.mp4», установить время, прошедшее с момента пересечения стоп-линии автомобилем марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, до момента столкновения вышеуказанного транспортного средства со специализированной цистерной марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, не представляется возможным.

Согласно видеозаписи, зафиксированной на представленном оптическом диске в файле с именем «522 (2024-09-07 14"43"00 - 2024-09-07 14"45"00).asf», время, прошедшее с момента пересечения стоп-линии автомобилем марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, до момента столкновения вышеуказанного транспортного средства с специализированной автоцистерной марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, составляет не менее 1,5 секунды и не более 1,7 секунды.

При заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, при движении со скоростью 34-39 км/ч, не располагал технической возможностью, путем экстренного торможения, остановить свой автомобиль до места столкновения с специализированной автоцистерной марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)» и предотвратить ДТП.

При заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водитель специализированной автоцистерны марки «АЦ-З, 2-40 (5387)» государственный регистрационный знак <***>, как при движении со скоростью 60 км/ч, так и при движении со скоростью 47,3 км/ч, не располагал технической возможностью, путем экстренного торможения, остановить автомобиль до места столкновения марки «АУДИ 100» предотвратить ДТП.

Водитель специализированной цистерны марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)» ФИО6 в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться в своих действиях требованиями пункта 3.1 Правил дорожного движения РФ.

Согласно заключению эксперта ФБУ Мордовская ЛСЭ Минюста России № 763/5-1-25 от 17 июня 2025 г., в условиях данного происшествия расстояние (Sa1), на котором находился автомобиль марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, от места столкновения в момент появления специализированной автоцистерны марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, в поле видимости водителя ФИО7 из-за неподвижного препятствия, определяется равным Sa1=15,0?15,3?15,5?16,3 м. В условиях данного происшествия расстояние (Sa2), на котором находилась специализированная автоцистерна марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)» от места столкновения, в момент появления указанной автоцистерны в поле видимости водителя ФИО7 из-за неподвижного препятствия, определяется равным Sa2=20,4?17,8?26,0?22,2 м. При заданных в постановлении условиях водитель автомобиля марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, при движении со скоростью 34?39 км/ч, не располагал технической возможностью, путем экстренного торможения, остановить свой автомобиль до места столкновения с специализированной автоцистерной марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)» и предотвратить ДТП. При заданных в постановлении условиях водитель специализированной автоцистерны марки «АЦ-З, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, как при движении со скоростью 60 км/ч, так и при движении со скоростью 47,3 км/ч, не располагал возможностью, путем экстренного торможения, остановить свой автомобиль до места столкновения с автомобилем марки «АУДИ 100» предотвратить ДТП.

2 июля 2025 г. постановлением старшего следователя отделения по расследованию дорожно-транспортных происшествий СУ МВД по Республике Мордовия ФИО10 в качестве обвиняемого по вышеуказанному уголовному делу привлечен ФИО6

Из указанного постановления следует, что 07.09.2024 в дневное время, водитель ФИО6, управляя технически исправной специализированной автоцистерной марки «АЦ-3, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***> следовал, с включенным проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом, со скоростью не менее 47,3 км/ч, выполняя неотложное служебное задание, по второй полосе движения проезжей части дороги, расположенной по ул. Веселовского Пролетарского района г. Саранск Республики Мордовия, со стороны Лямбирского шоссе в направлении ул. А. Лусс г. Саранск.

Приближаясь к регулируемому светофорным объектом перекрестку, расположенному на пересечении ул. Веселовского - ул. Пушкина Пролетарского района г. Саранск, на котором горел запрещающий для его движения сигнал светофора, водитель ФИО6, не убедившись, что из-за объекта, расположенного справа по ходу его движения по адресу: <...> и ограничивающего его видимость проезжей части по ул. Пушкина г. Саранск, на зеленый сигнал светофора следует транспортное средство, продолжил движение через указанный перекресток в прямом направлении, не обеспечив безопасность движения, чем грубо нарушил требования пунктов 1.5 абз. 1, 3.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. №1090 «О правилах дорожного движения» (с последующими изменениями и дополнениями) - согласно которым: п. 1.5 абз. 1 «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда»; п. 3.1 «Водители транспортных средств с включенным проблесковым маячком синего цвета, выполняя неотложное служебное задание, могут отступать от требований разделов 6 (кроме сигналов регулировщика) и 8 - 18 настоящих Правил, приложений 1 и 2 к настоящим Правилам при условии обеспечения безопасности движения. Для получения преимущества перед другими участниками движения водители таких транспортных средств должны включить проблесковый маячок синего цвета и специальный звуковой сигнал. Воспользоваться приоритетом они могут только убедившись, что им уступают дорогу. Этим же правом пользуются водители транспортных средств, сопровождаемых транспортными средствами, имеющими нанесенные на наружные поверхности специальные цветографические схемы, с включенными проблесковыми маячками синего и красного цветов и специальным звуковым сигналом, в случаях, установленных настоящим пунктом. На сопровождаемых транспортных средствах должен быть включен ближний свет фар. На транспортных средствах Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службы охраны Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации и Военной автомобильной инспекции дополнительно к проблесковому маячку синего цвета может быть включен проблесковый маячок красного цвета» - проявил невнимательность и преступную небрежность к окружающей обстановке, не убедился при проезде перекрестка на запрещающий ему сигнал светофора, что он будет безопасен и не создаст помехи другим участникам дорожного движения, чем создал опасность как для себя так и для других участников дорожного движения. Перед пересечением указанного перекрестка водитель ФИО6 не убедился, что ему уступает дорогу, следовавший на зеленый сигнал светофора по проезжей части дороги, расположенной по ул. Пушкина г. Саранск, в направлении ул. Веселовского г. Саранск, со скоростью не менее 34 км/ч и не более 39 км/ч, автомобиль марки «АУДИ 100» государственный регистрационный знак <номер>, под управлением водителя ФИО7, который из-за объекта ограничивающего его видимость не мог своевременно обнаружить движение вышеуказанной специализированной автоцистерны. Так, выехав на указанный перекресток, водитель специализированной автоцистерны марки «АЦ-3, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, ФИО6 07.09.2024 примерно в 14 часов 43 минуты на расстоянии 4,1 м от правого края проезжей части дороги, расположенной по ул. Веселовского в направлении ул. А. Лусс г. Саранск и на расстоянии 27,4 м от проекции угла дома №1 по ул. Веселовского г. Саранск совершил столкновение с автомобилем марки «АУДИ 100», государственный регистрационный знак <номер>, под управлением водителя ФИО7, в салоне которого в качестве пассажиров находились на переднем пассажирском сидении Б.П.В. а на заднем пассажирском сидении Е.А.В.. Водитель ФИО7 с момента обнаружения вышеуказанной специализированной автоцистерны не располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем торможения. Таким образом, водитель ФИО6 не предвидел наступление общественно – опасных последствий от своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Согласно заключению эксперта №1270/2024 от 25 ноября 2024 г., при судебно-медицинской экспертизе трупа Е.А.В.. обнаружены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>. Данные телесные повреждения согласно пунктам 6.1.3, 6.1.10, 6.1.11, 6.1.26 приказа Минздравсоцразвития РФ №194н от 24.04.2008 «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» в своей совокупности повлекли за собой тяжкий вред здоровью как опасные для жизни. Смерть Е.А.В.. наступила в результате <данные изъяты>. При судебно-химическом исследовании крови и фрагмента скелетной мышцы от трупа Е.А.В. не обнаружены: этиловый, метиловый, изопропиловый спирты При судебно-химическом исследовании биообъекта изъятого из трупа Е.А.В. не найдено морфина и его производных в крови.

Согласно копии свидетельства о смерти серии <номер> от 25 сентября 2024 г., Е.А.В.., <дата> года рождения, умер <дата>

Истец ФИО1 является братом умершего Е.А.В.., истцы ФИО2, ФИО3 являются сыном и дочерью умершего Е.А.В. (л.д. 12,14,16 т. 1).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 Кодекса.

Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными (пункт 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (пункты 1 и 2 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъясняется, что согласно пункту 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор вправе предъявить иск о полном взыскании долга к любому из солидарных должников. Наличие решения суда, которым удовлетворены те же требования кредитора против одного из солидарных должников, не является основанием для отказа в иске о взыскании долга с другого солидарного должника, если кредитором не было получено исполнение в полном объеме. В этом случае в решении суда должно быть указано на солидарный характер ответственности и на известные суду судебные акты, которыми удовлетворены те же требования к другим солидарным должникам.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по возмещению вреда, в частности компенсации морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему. Основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вред истцам был причинен по причине смерти их брата и отца Е.А.В.., умершего в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности, в связи с чем по смыслу положений закона у ответчика - Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия - владельца специализированной автоцистерны марки «АЦ-3, 2-40/4 (5387)», государственный регистрационный знак <***>, за рулем которой 7 сентября 2024 г. в момент дорожно-транспортного происшествия находился при исполнении служебных обязанностей ФИО6, возникло обязательство по компенсации истцам морального вреда, так как в суд не представлено доказательств того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В данном случае ответственность владельца источника повышенной опасности перед третьими лицами связывается не с виной работника, а с законным владением транспортным средством и взаимодействием двух транспортных средств и возникает независимо от наличия либо отсутствия вины (пункты 1, 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая требования истцов о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 (далее - постановление от 15 ноября 2022 г. № 33) «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 постановления от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как изложено выше, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абзацу третьему пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления от 15 ноября 2022 г. № 33).

Согласно пункту 27 постановления от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истцов с ответчика, суд учитывает обстоятельства гибели Е.А.В. степень вины ответчика, характер причиненных истцам нравственных страданий, вызванных потерей родного человека, так как преждевременная гибель брата и отца является невосполнимой утратой для истцов, что бесспорно свидетельствует о претерпевании истцами нравственных страданий в связи с гибелью Е.А.В.. При этом, сам по себе факт смерти человека не может не причинить его родным и близким людям соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, ввиду их родственных отношений с погибшим.

В судебном заседании установлено, что до момента смерти своего брата и отца Е.А.В.. истцы проживали с ним в одном регионе, поддерживали общение.

Кроме того, судом учитывается, что Е.А.В.. приговором Пролетарского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 10 апреля 2018 г. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части второй статьи 111 УК Российской Федерации, ему было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 год с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Потерпевшим по вышеуказанному уголовному делу являлся сын Е.А.В. – истец по данному делу – ФИО2

Из письменных объяснений ФИО1, представленных суду, следует, что он является братом погибшего в дорожно-транспортном происшествии Е.А.В.., ему причинены глубокие нравственные страдания в связи с трагической и преждевременной гибелью его родственника, он испытал чувство горя, мешающее ему спать, есть, заниматься обыденными делами, которое со временем и изгладилось, но полностью не прошло и не пройдет никогда. Гибель брата была воспринята им очень тяжело, сложно было поверить, что его нет в живых. Несмотря на то, что они не проживали совместно, поскольку у брата была другая семья, у него были теплые отношения с братом, совместные встречи, полное взаимопонимание, что способствовало установлению и укреплению родственных связей. Смерть родного брата является для него большим потрясением и горем, поскольку гибель родного человека – это невосполнимая потеря, что стало серьезным психотравмирующим фактором, последствиями которого явились глубокие нравственные страдания и переживания, вызванные скорбью утраты близкого человека, разрушением привычного семейного уклада.

Из показаний ФИО1, признанного по вышеуказанному уголовному делу потерпевшим, данных им в ходе предварительного расследования, следует, что у него был родной брат Е.А.В., <дата> года рождения. Е.А.В. проживал по адресу: г<адрес>. Жил Е.А.В. по вышеуказанному адресу один. Е.А.В. являлся учредителем <данные изъяты>». 07.09.2024 примерно 13 часов 30 минут они виделись с Е.А.В. возле его дома, при этом он не говорил, что куда-то собирается поехать. Затем он уехал домой, Е.А.В.. также отправился домой. 07.09.2024 примерно в 17 часов 30 минут ему позвонили сотрудники полиции и сообщили, что Е.А.В.. попал в дорожно-транспортное происшествие, при котором от полученных телесных повреждений скончался на месте дорожно-транспортного происшествия, а именно Е.А.В.. 07.09.2024 примерно в 14 часов 43 минуты следовал в качестве пассажира на автомобиле марки «АУДИ 100», который столкнулся с транспортным средством министерства чрезвычайных ситуаций. Другие подробности данного дорожно-транспортного происшествия ему не известны. Е.А.В. хроническими заболеваниями не страдал, психическими заболеваниями также не страдал. Е.А.В.. наркотические вещества не употреблял, алкоголем не злоупотреблял. Кроме него у Е.А.В.. из близких родственников остались двое его детей: ФИО2 и ФИО3 В связи со смертью его родного брата Е.А.В.. ему и его племянникам ФИО2 и ФИО3 причинен моральный вред, так как они чувствуют боль утраты близкого человека.

Истцом ФИО3 представлены суду письменные объяснения, из которых следует, что она является дочерью погибшего в дорожно-транспортном происшествии Е.А.В.., в результате дорожно-транспортного происшествия, в котором она потеряла отца, ей причинены глубокие нравственные страдания, в связи с трагической и преждевременной гибелью её родственника. Из-за смерти отца она лишилась заботы, любви, общения, поддержки. Такие последствия сказались для её дальнейшей жизни, поскольку утрата любимого ею отца явилась для неё необратимым обстоятельством, влияющим на восприятие жизни в целом. Она постоянно плачет и эмоционально не стабильна в дни, когда она вспоминает отцовскую заботу и его отношение к ней. Гибель отца для нее влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека – это наиболее сильные переживания, препятствующие социальному функционированию и её адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. После утраты отца до настоящего времени она испытывает глубокие эмоциональные переживания, не знает, как жить дальше.

Из показаний ФИО3, признанной по вышеуказанному уголовному делу потерпевшей, данных ею в ходе предварительного расследования, следует, что у нее был отец Е.А.В., <дата> года рождения. Е.А.В.. проживал один по адресу: г<адрес>. Е.А.В.. являлся учредителем <данные изъяты> а она является директором в данной организации. 06.09.2024 к ней в гости домой приехал Е.А.В. с целью обсудить рабочие вопросы. Затем Е.А.В.. уехал к себе домой. Она пояснила, что Е.А.В.. не сообщал ей, что куда-либо собирается на следующий день, то есть 07.09.2024. 07.09.2024 в дневное время, точное время уже не помнит, ей позвонили сотрудники полиции и сообщили, что Е.А.В.. попал в дорожно-транспортное происшествие, при котором от полученных телесных повреждений скончался на месте дорожно-транспортного происшествия. Позже из средств массовой информации она узнала, что Е.А.В.. 07.09.2024 примерно в 14 часов 44 минуты следовал в качестве пассажира на автомобиле марки «АУДИ 100», который столкнулся с транспортным средством министерства чрезвычайных ситуаций. Другие подробности данного дорожно-транспортного происшествия ей не известны. На место дорожно-транспортного происшествия она не выезжала. Е.А.В. хроническими заболеваниями не страдал, психическими заболеваниями также не страдал. Е.А.В.. наркотические вещества не употреблял, алкоголем не злоупотреблял. Кроме нее у Е.А.В.. из близких родственников остались его родной брат ФИО1 и его сын, то есть ее брат ФИО2 В связи со смертью ее отца Е.А.В.. ей причинен моральный вред, так как она чувствует боль утраты близкого человека.

Из письменных объяснений истца ФИО2 следует, что он является сыном погибшего в дорожно-транспортном происшествии Е.А.В. в результате дорожно-транспортного происшествия, в котором он потерял отца, ему причинены глубокие нравственные страдания в связи с трагической и преждевременной гибелью его родственника. Из-за смерти отца появилась апатия, нежелание жить, работать, равнодушие к окружающим. Смерть отца отразилась на его самочувствии, настроении и работоспособности. Эти страдания усугубляются осознанием того, что он никогда больше не увидит своего отца. Гибель отца для него влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека – это наиболее сильные переживания, препятствующие социальному функционированию и его адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. После утраты отца до настоящего времени он испытывает глубокие эмоциональные переживания, не знает, как жить дальше.

Учитывая вышеизложенное, суд взыскивает компенсацию морального вреда с ответчика: в пользу ФИО1 в размере 200 000 рублей, в пользу ФИО2 – 400 000 рублей, в пользу ФИО3 – 500 000 рублей.

По мнению суда, такой размер компенсации согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевших.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 в размере 800 000 рублей (1 000 000 рублей - 200 000 рублей), ФИО12 в размере 600 000 рублей (1 000 000 рублей – 400 000 рублей), ФИО3 в размере 500 000 рублей (1 000 000 рублей - 500 000 рублей) о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни в результате дорожно-транспортного происшествия, суд отказывает.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с частью первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При этом, согласно пункту 21 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Согласно части первой статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В силу пункта второго статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина взимается в доход бюджета муниципального образования (местный бюджет) по месту нахождения суда, принявшего решение, т.е. в бюджет Лямбирского муниципального района Республики Мордовия.

Исходя из подпункта 4 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

Таким образом, с ответчика - Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия на основании подпункта 3 пункта 1 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в доход бюджета Лямбирского муниципального района Республики Мордовия подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9000 рублей.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцами требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу ФИО1, <дата> года рождения, <адрес> (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) рублей.

Взыскать с Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу ФИО2, <дата> года рождения, уроженца <адрес> (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

Взыскать с Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу ФИО3, <дата> года рождения, уроженки <адрес> (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни в результате дорожно-транспортного происшествия, отказать.

Взыскать с Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Мордовия (ИНН <***> ОГРН <***>) в доход бюджета Лямбирского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 9000 (девять тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Лямбирский районный суд Республики Мордовия.

Судья А.В. Меркулова

Мотивированное решение суда составлено 31 июля 2025 г.

Судья А.В. Меркулова