Судья Шерстнев П.Е. Дело № 22-1998/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 17 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Хлыновой Л.Р.

судей Харитошина А.В., Черниковой Л.С.

при секретаре Андрейцевой Л.А.

с участием: прокурора Шейрер И.А.

адвоката Бычкова А.А.

осужденного ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению гособвинителя прокурора Иванкив Т.Ф. и по апелляционным жалобам адвоката Жилина А.В. и осужденного ФИО1 на приговор Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11 мая 2022 года, которым

Мончайн Б,<данные изъяты>, гражданин РФ, ранее не судимый,

осужден по ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении Б к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, и он взят под стражу в зале суда

Срок отбытия наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей ФИО1 с 11 мая 2022 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Взыскано с ФИО1 в пользу Б в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного в результате преступления 2 000 000 рублей.

Этим же приговором ФИО1 оправдан по ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении хищения денежных средств ОАО (<данные изъяты> на основании п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

За ФИО1 в этой части признано право на реабилитацию, с разъяснением права обращения возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием в порядке установленном главой 18 УПК РФ.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Харитошина А.В., выступление прокурора Шейрер И.А., поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденного ФИО1 и защитника Бычкова А.А. не поддержавших доводы апелляционных жалоб в связи с признанием своей вины ФИО1 в совершении преступления в отношении потерпевшего Б и просивших изменить приговор и назначить наказание не связанное с реальным лишением свободы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Приговором суда ФИО1. признан виновным и осужден за мошенничество, то есть хищение денежных средств, принадлежащих Б. в сумме 2 000 000 руб., путем обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Преступление совершено в период с (дата) года в г.(адрес) при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Кроме того органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в хищении денежных средств ОАО <данные изъяты>» путем обмана на общую сумму 88 292 980 рублей 02.коп., что составляет особо крупный размер.

Суд, исследовав представленные доказательства, пришел к выводу о недоказанности вины ФИО1 в совершении данного преступления и вынес в этой части оправдательный приговор.

В апелляционном представлении и дополнении к нему гособвинитель прокурор Иванкив Т.Ф. просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение, указывая на то, что выводы суда о недоказанности вины ФИО1 в хищении денежных средств, принадлежащих ОАО <данные изъяты> не соответствуют фактическим обстоятельствам и опровергаются исследованными доказательствами, а именно признательными показаниями ФИО1, данными в ходе предварительного следствия, показаниями представителя потерпевшего Ф показаниями Д., который 23 января 2020 года был признан судом виновным в совершении данного преступления по предварительному сговору с ФИО1, а также совокупностью других исследованных доказательств, из которых установлено, что ФИО1 по предварительному сговору с Д. с целью хищения денежных средств ОАО <данные изъяты> 22 февраля 2013 года приобрели часть нежилого здания, общей площадью 877,3 кв.м, ресторан <данные изъяты>» расположенный в (адрес), за 18 500 000 рублей на имя Я, 13 марта 2013 года ФИО1 обратился в оценочную компанию <данные изъяты> с целью завышения помещения ресторана и его стоимость составила 61 200 000 рублей, после чего 18 марта 2013 года Д., являясь директором <данные изъяты>» подал заявку в ОАО <данные изъяты>» (далее по тексту Банк) на получение кредита на приобретение здания ресторана, и 19 марта 2013 года заключил договор с индивидуальным предпринимателем Г на сумму 44 816 690,18 рублей на поставку оборудования, который представил в Банк для заключения договора залога и обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору.

27 марта 2013 года ФИО1 подготовил договор купли-продажи по которому Я продал <данные изъяты>» ресторан «<данные изъяты>» с условиями оплаты, а Д в этот же день в помещении Банка заключил данный договор с Я на сумму 79 000 000 рублей и 29 марта 2013 года заключил кредитный договор с Банком на приобретение недвижимого имущества, представив все необходимые документы в том числе и договор с предпринимателем Г

29 марта 2013 года банк согласно договора перечислил 63 200 000 рублей на счет Я под залог здания ресторана.

После чего Я. по указанию ФИО1 перечислил из полученных денежных средств 11 970 000 рублей на расчетный счет <данные изъяты>» где ФИО1 являлся генеральным директором, денежные средства обналичил и передал ФИО1 в период с 30 марта по 02 апреля 2013 года. Полученными от Я. денежными средствами на общую сумму 51 168 030 рублей ФИО1 и Д распорядились по своему усмотрению.

В целях не установления сотрудниками Банка совершенного хищения ФИО1 и Д. в период до 29 августа 2014 года внесли на ссудный счет Банка денежные средства на общую сумму 2 930 000 рублей.

Кроме того ФИО1 и Д заключили кредитный договор с Банком согласно которому <данные изъяты> в лице гендиректора Д по договору поставки с индивидуальным предпринимателем Г являющегося неотъемлемой частью договора и предметом залога обеспечения исполнения обязательства, был предоставлен кредит на сумму 35 853 352 рублей, поручителями по договору выступили Д. как физическое лицо и <данные изъяты>» в лице директора ФИО1 и Фонд поддержки предпринимательства Югры в лице директора Сургутского филиала К

07 мая 2013 года, 14 мая 2013 года и 04 июня 2013 года в соответствие с заключенным договором Банк перечислил 11 179 403 рубля, 12 422 621 рубль и 12 251 328 рублей <данные изъяты>» которые в эти же дни были перечислена на банковский счет Г. в счет приобретения оборудования.

08 июня 2013 года ФИО1 и Д предоставили Г письмо о расторжении договора на поставку оборудования и возврату денежных средств и тот передал им денежные средства в сумме 35 853 352 рубля 02 копейки, после чего Д в г.(адрес) приобрел оборудование на общую сумму 22 162 195, 54 рубля, которое перевез в г(адрес) и хранил на складе и 09 декабря 2013 года предоставил для осмотра представителю Банка как залоговое имущество стоимостью 17 729 754,03 рубля. В последствии Д. и ФИО1 распорядились этим имуществом по своему усмотрению.

В целях не выявления сотрудниками Банка факта хищения денежных средств в срок до 29 августа 2014 года в счет погашения кредитных обязательств по договору Д и ФИО1 выплачивали денежные средства на общую сумму 7 830 372 рубля, а денежные средства в сумме 28 022 980,02 рубля они похитили и распорядились по своему усмотрению. А всего причинили Банку ущерб на общую сумму 88 292 980,02 рублей.

Кроме того суд в приговоре в нарушение требований закона не разрешил вопрос по гражданскому иску заявленному <данные изъяты>» на сумму 10 628 976 рублей 21 коп.

При назначении наказания ФИО1 по ч.4 ст.159 УК РФ по факту хищения имущества Б суд не учел фактические обстоятельства дела, отношение ФИО1 к совершенному преступления, непризнание им своей вины, отсутствие раскаяние и желание ввести суд в заблуждение с целью уйти от уголовной ответственности и назначил чрезмерно мягкое наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Жилин А.В. в интересах осужденного ФИО1, в части осуждения по ч.4 стю.159 УК РФ просит отменить и оправдать ФИО1, указывая на то, что выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, из исследованных доказательств установлено, что потерпевший Б. и ФИО1 не знакомы друг с другом, что исключает возможность ФИО1 самостоятельно спланировать совершение преступления, кроме того договор займа денежных средств у Б заключался в связи с осуществлением предпринимательской деятельностью, а следовательно действиям ФИО1 дана не верная юридическая квалификация по ч.4 ст.159 УК РФ вместо ч.6 ст.159 УК РФ; также не обоснованы выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 также просит приговор в части осуждения его по ч.4 ст.159 УК РФ отменить как незаконный и необоснованный и вынести оправдательный приговор, указывая на то, что потерпевшего Б он не знал и ему по поводу займа денежных средств не звонил, показания потерпевшего не подтверждаются показаниями свидетеля Г которому он также не звонил и не просил денег в залог имущества; также просит учесть состояние его здоровья, наличие у него хронического заболевания, требующего постоянного медицинского контроля, просит запросить медицинские сведения о состоянии его здоровья и учесть их в качестве смягчающего обстоятельства, зачесть время содержания под стражей один день за три дня отбывания наказания.

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, судебная коллегия находит приговор не подлежащим отмене или изменению.

Доводы, изложенные в апелляционном представлении, не состоятельны и удовлетворению не подлежат.

Выводы суда о не доказанности виновности ФИО1 в мошенничестве, то есть хищения денежных средств <данные изъяты>» на общую сумму 88 292 980 руб. 02 коп., путём обмана сотрудников <данные изъяты>» по предварительному сговору с Д. основаны на анализе исследованных доказательств.

Как следует из материалов уголовного дела и установлено судом в приговоре, ФИО1 органом предварительного следствия инкриминируется совершение преступления по предварительному сговору с Д – мошенничестве, то есть хищения денежных средств <данные изъяты>» на общую сумму 88 292 980 руб. 02 коп., путём обмана сотрудников <данные изъяты>», выразившегося в заключении двух кредитных договоров 27.03.2013 г. в помещении дополнительного офиса № 078 <данные изъяты> № <данные изъяты> расположенного в (адрес) по договору <***> под залог объекта незавершенного строительства – ресторана <данные изъяты>», площадью 877,3 кв.м., в сумме 63 200 000 руб., и по договору № 13-078-24 для приобретения оборудования для ресторана, являющееся предметом залога, в сумме 35 853 352 руб. 02 коп., путём заключенных фиктивных сделок по приобретению и продаже объекта незавершенного строительства – ресторана <данные изъяты>», и оборудования для ресторана, не имея истинных намерений исполнять принятые на себя обязательства по кредитным договорам.

Исходя из показаний представителя потерпевшего Ф подсудимого ФИО1, показаний других допрошенных судом свидетелей установлено, что <данные изъяты>» перед заключением кредитного договора производил оценку стоимости объекта незавершенного строительства – ресторана <данные изъяты>», стоимость которого была установлена в заключении № 0258/13 от 13.03.2013 г., и указанная стоимость, с учётом его реконструкции, по состоянию на 15.12.2014 г. соотносится с рыночной стоимостью объекта незавершенного строительства приведённого в отчете № 671/БО-14 (Т.8 л.д.59-92), составившую после реконструкции и увеличения площади с учётом НДС – 61 200 000 рублей. Указанный отчет содержит информацию о стоимости строительства здания – 81 688 897 руб. (Т.8 л.д. 84).

Из показаний свидетеля У следует, что об обстоятельствах, ставших ему известными по искам «<данные изъяты>» по оспариванию сделок с недвижимым имуществом – объектом незавершенного строительства, его формальной перепродажи, при этом сам непосредственным очевидцем и участником событий не являлся.

Из показаний свидетелей Д,Я,М а также письменных доказательств, следует, что фактически, деятельностью <данные изъяты>, а также действиями Д,Я,М руководил подсудимый ФИО1, в частности при получении кредита в <данные изъяты> для приобретения объекта незавершенного строительства – ресторана «<данные изъяты>», его оформления на физическое лицо – Я дальнейшей продаже ООО «<данные изъяты>» и его дальнейшей перерегистрации.

При этом, исходя из показаний свидетелей Д,Я не опровергнутых стороной обвинения, показаний ФИО1, исследованных письменных доказательств, следует, что для приобретения и реконструкции здания ресторана были использованы денежные средства не только из взятых в качестве займа в банке, но и средства самого ФИО1 и руководимой им организации ООО <данные изъяты>». Также, из показаний указанных лиц, показаний свидетелей Ш,М,Г письменных материалов дела следует, что кредитные денежные средства по договору № 13-078-24 (на приобретение оборудования) поступили на счёт ООО <данные изъяты> после чего были перечислены Г.. Затем договор с Г. был расторгнут, деньги возвращены на счёт ООО <данные изъяты> поскольку ФИО1 и Д. решили закупить оборудование самостоятельно, для чего Д уехал в (адрес), где, а также в (адрес) самостоятельно закупили оборудование на сумму около 36 млн. руб.

Из показаний свидетелей Д,Я,М письменных доказательств, также установлено, что для приобретения объекта незавершенного строительства «<данные изъяты> у <данные изъяты>» в лице Р., ФИО1 использовал личные денежные средства и средства <данные изъяты>», при этом здание было оформлено на Я как на физическое лицо, который в свою очередь лично денежных средств не вносил, являясь его формальным собственником, а фактически распоряжался объектом недвижимости подсудимый ФИО1

Согласно договору от 22.02.2013 г. объект был приобретён за 18 500 000 рублей, которые, исходя из показаний подсудимого ФИО1 и указанных выше свидетелей, были переданы Р (Т.15 л.д.122-124).

Помимо выплаты названных денежных средств, Д. и ФИО1, из средств последнего, произвел оплату <данные изъяты>», в залоге которого оно находилось для снятия обременения с объекта, в размере около 12 млн.руб.

Впоследствии, объект незавершенного строительства, согласно заключенного договора от 27.03.2013 г., с использованием кредитных денежных средств был приобретен <данные изъяты> в лице Д. за 79 000 000,00 рублей, с использованием кредитных средств <данные изъяты>» предоставленных Покупателю <данные изъяты> по кредитному договору <***> от 27.03.2013 г. в размере 63 200 000,00 руб., с предоставлением объекта недвижимости Банку в качестве залога - ипотеки. Поступившие по указанному договору денежные средства от <данные изъяты>» физическому лицу Я были сняты им и переданы ФИО1

Вся полученная в виде кредита сумма денежных средств была получена после заключения договора ФИО1, который приезжал в банк вместе с другими лицами, которым указанные действия органом следствия инкриминированы не были, после чего вся сумма была помещена ФИО1 при участии Я,М,Д. в банковскую ячейку <данные изъяты> а затем использованы ФИО1, Д и другими лицами для реконструкции объекта. При этом, исходя из отчета об оценке рыночной стоимости незавершенного строительством здания, общей площадью 1904,4 кв.м. и права аренды земельного участка, в том числе, с учетом затрат на его строительство (Т.8 л.д.87), заказчиком которого являлся <данные изъяты> (Т.15 л.д.59-92), рыночная стоимость объекта определена в 61 200 000 рублей.

Фактическая стоимость произведенных затрат на строительство объекта, приобретение оборудования ресторана органом предварительного следствия не устанавливалась, а в качестве доказательств обвинением представлены отчеты о рыночной стоимости, использованные субъектами экономической деятельности в своих коммерческих целях, не являющиеся заключениями судебных экспертиз. Доводы подсудимого ФИО1 о том, что все полученные в качестве кредита денежные средства были затрачены им на реконструкцию здания ресторана – не опровергнуты.

Показания ФИО1 о том, что все полученные в «<данные изъяты> денежные средства в виде кредитов, были помещены им, вместе с Д,Я,М в банковскую ячейку и впоследствии использованы для реконструкции объекта строительства и приобретения оборудования к нему стороной обвинения, подтверждены показаниями названных свидетелей. Указанные выше свидетели, как в ходе предварительного следствия, в том числе в ходе очных ставок, так и в судебном заседании фактически подтвердили показания ФИО1 относительно обстоятельств реконструкции объекта и приобретения оборудования, распоряжении активами подсудимым ФИО1

Показания подсудимого ФИО1 о том, что перепродажа объекта от Я – ООО <данные изъяты>» преследовала цель «очищения» от предыдущего обременения банка при владении зданием ООО <данные изъяты>», а также упрощения получения кредита на его реконструкцию, не могут свидетельствовать о наличии умысла на хищение денежных средств, представленных Банком в качестве кредита, поскольку последующие объективные действия ФИО1 и других лиц свидетельствуют об обратном – выполнении реальных действий по реконструкции здания.

Вопреки показаниям Д. данных им в ходе следствия о том, что разница между стоимостью по договору продажи объекта и полученным кредитом ФИО1 забрал себе, а стоимость проданного объекта от Я. для ООО «<данные изъяты>» была завышена - не нашли своего подтверждения, и опровергнуты в части показаниями самого Д о том, что ФИО1 произвёл реконструкцию здания, как за счёт кредитных средств «Сбербанка», так и за счёт личных средств.

В то же время, судом установлено, что первоначальное приобретение объекта было произведено за счёт средств, предоставленных самим ФИО1 и учреждённого им ООО <данные изъяты>», а после получения кредита, часть полученных денежных средств в сумме около 12 млн. руб., по указанию ФИО1 были перечислены Д на счёт ООО «<данные изъяты> Указанное, помимо показаний Д нашло своё подтверждение показаниями представителя потерпевшего Ф., из которых следует, что Банком зафиксирована информация о перечислении Я. 02.04.2013 г. денежных средств в сумме 11 970 000 руб. на счёт ООО <данные изъяты>

Обвинение ФИО1 в хищении денежных средств по предварительному сговору с Д путём помещения в ячейку, открытую на своё имя в банке <данные изъяты>», и тем самым не принятии мер к выполнению обязательств по кредитным договорам <***> от 27.03.2013 г. и <***> от 27.03.2013 г. - не нашло своего подтверждения.

Показания свидетелей Д.Я,М., относительно того, что ФИО1 указанным лицам не предлагал совершение хищения путём обмана, то есть мошенничества при получении кредита у Банка, не только подтверждены показаниями самого подсудимого об отсутствии умысла на хищение, но и показаниями свидетеля Б., а также письменными материалами дела, из которых следует, что подсудимым ФИО1 и Д предпринимались фактические действия по реконструкции здания – было полностью демонтировано прежнее помещение площадью 877,3 кв.м., произведены проектные работы, возведение здания, именованного в процессе реконструкции <данные изъяты>», в результате чего площадь объекта увеличилась до 1904,4 кв.м. (Т.5 л.д.164-199).

Исходя из показаний ФИО1, подтвержденных показаниями свидетелей Д,Я,М исследованных судом письменных доказательств следует, что именно по инициативе подсудимого произведена засыпка металлических столбов, являющихся каркасом здания для его лучшей акустики, командирование Д для приобретения в (адрес) оборудования для ресторана – в виде мебели, посуды, кухни по приемлемой для них цене, на сумму около 36 млн.руб., что свидетельствует о том, что ФИО1, был намерен достроить объект и использовать его для предпринимательской деятельности.

Стороной обвинения не представлено доказательств того, что у ООО <данные изъяты> либо у подсудимого ФИО1 отсутствовала финансовая состоятельность исполнения обязательств по кредитному договору. Напротив, исходя из представленного суду заключения отдела «Сбербанка», следует, что названное Общество располагало возможностью оплаты кредита, в связи с чем было дано положительное заключение на получение кредита в максимальном размере 100 715 414 руб. (Т.6 л.д. 247-260).

Исходя из представленных суду доказательств и самого обвинения ФИО1 следует, что Д и ФИО1, в целях «недопущения выявления преступных намерений», в счет погашения кредитных обязательств по договору №13-078-23 от 27.03.2013 г., внесли денежные средства на ссудный счет №45208810244000010503, открытый в <данные изъяты>» в период с 28.04.2014 г. по 29.08.2014 г. всего в общей сумме 2 930 000 рублей, а также по договору № 13-078-24 от 27.03.2013 г.: в период с 30.09.2013 г. по 29.08.2014 г., всего в общей сумме 7 830 372 рублей. Вместе с тем, суду не представлено доказательств того, что указанные денежные средства были внесены ФИО1 именно с целью «недопущения выявления преступных намерений».

Показания свидетелей Д,С,М), а также письменные доказательства, свидетельствующие о получении нового кадастрового номера после реконструкции здания и его переименования в «<данные изъяты>», и отсутствии записи о наличии его обременения в виде ипотеки, не свидетельствуют о наличии умысла в действиях ФИО1 на хищение кредитных денежных средств, поскольку указанные действия были произведены сотрудниками Росреестра уже после фактической реконструкции здания, спустя значительный период времени после получения кредита – более года.

Кроме того, органом предварительного следствия не представлено доказательств того, что отсутствие записи о наличии обременения, явилось причиной действий именно подсудимого ФИО1

Из определения Арбитражного суда ХМАО-Югры от 19.07.2017 г. (по делу А75-7745/2015) (Т.8 л.д.16-21) установлено, что спорный объект недвижимости по состоянию на 31.03.2015 г. ООО <данные изъяты> уже был продан К а денежные средства на счета, либо в кассу <данные изъяты> не поступали, в связи с чем суд пришёл к выводу, что оспариваемая сделка по продаже ООО «<данные изъяты>» Я объекта недвижимости фактически покупателем не оплачивалась и свидетельствует об её фиктивности и направленности на вывод имущества должника из конкурсной массы в преддверии процедуры банкротства, а также создание видимости правовой легитимности ряда сделок с целью снятия (прекращения) залоговых обременений в отношении объекта недвижимости и лишения залогового кредитора <данные изъяты>» возможности реализовать свои права как в рамках общегражданских правоотношений, так и в ходе процедуры банкротства ООО «<данные изъяты>». Установленное может образовывать иной состав уголовно-наказуемого деяния, который не был инкриминирован подсудимому.

В ходе судебного следствия, по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с положениями ст.276 УПК РФ, суд исследовал признательные показания ФИО1, данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого в присутствии защитника и обоснованно в соответствие с положениями ч.2 ст.77 УПК РФ пришел к выводу о том, что признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

ФИО1 не подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия, а по указанным обстоятельствам и другим изложенным в протоколе событиям, имеющим доказательственное значение по делу, таких доказательств суду представлено не было и его показания в данной части не были подтверждены объективными доказательствами. Более того, судом установлено, что изложенные показания не сопоставимы с установленными судом обстоятельствами, из которых следует, что оба кредита на приобретение и реконструкцию здания и на приобретение оборудования были оформлены одновременно – 27.03.2013 г. и более кредитов под залог объекта незавершенного строительства, либо для приобретения оборудования подсудимый ФИО1 и Д не брали.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о невозможности положить в основу обвинения ФИО1 его показания, данные в ходе предварительного следствия, поскольку они не подтверждены другими доказательствами.

Также по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии со ст.276 УПК РФ, судом исследованы показания обвиняемого ФИО1, данные им в ходе очной ставки со свидетелем Я 18.02.2019 г. (Т.20 л.д. 133-137), а также со свидетелями К (Т.20 л.д. 138-141); М (Т.20 л.д. 142-145), Ш.(Т.20 л.д. 146-149), Д. (Т.20 л.д. 163-170), которые не опровергают позиции подсудимого об отсутствии умысла на хищение кредитных денежных средств.

Органом предварительного следствия не были инкриминированы подсудимому ФИО1 обстоятельства продажи объекта незавершенного строительства гр-ну К а также не установлены обстоятельства, в силу которых приобретённое оборудование ресторана отсутствовало в арендуемом складе <данные изъяты>». Поэтому суд обоснованно пришел к выводу о том, что оценка действий подсудимого по данным фактам, выходит за рамки предъявленного подсудимому обвинения, поскольку хронологически указанные действия произошли через значительный период времени после реконструкции здания и приобретения оборудования, а юридическая оценка способа распоряжения залоговым имуществом не отнесена к компетенции суда в рамках данного уголовного дела.

Проанализировав представленные доказательства, суд обоснованно пришёл к выводу о том, что доказательств наличия умысла у подсудимого ФИО1 на февраль 2013 года, вступлении в предварительный сговор с Д. (осужденным приговором Сургутского городского суда от 23.01.2020 г.) на хищение денежных средств путём обмана сотрудников <данные изъяты>, выразившегося в заключении двух кредитных договоров №13-078-23 от 27.03.2013 г. (на приобретение объекта незавершенного строительства), и по договору № 13-078-24 от 27.03.2013 г. (приобретение оборудования), под залог имущества, приобретаемого ФИО1 и Д фиктивности сделок по приобретению и продаже указанного имущества, отсутствии намерений исполнять принятые на себя обязательств по кредитным договорам, а также передавать предмет залога в случае неисполнения обязательств, суду представлено не было, как и не представлено доказательств того, что ФИО1 разрабатывал план совершения преступления.

Представленная суду копия приговора Сургутского городского суда от 23.01.2020 г. в отношении Д., не несёт в себе преюдициального значения в отношении виновности ФИО1

Судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставляемых им прав, предприняты меры к доставлению в судебное заседание и допросу заявленных свидетелей, как по ходатайству стороны обвинения, так и стороны защиты.

При таких обстоятельствах суд, исследовав представленную совокупность доказательств по факту деяния инкриминированного ФИО1 в отношении кредитных денежных средств, обоснованно пришел к выводу о необходимости оправдания ФИО1 по ч.4 ст.159 УК РФ, в виду отсутствия в его действиях состава инкриминируемого преступления, в соответствии п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ.

В обвинительном заключении в сведениях о потерпевшем <данные изъяты>» в лице представителя по доверенности Ф указана сумма причиненного имущественного вреда, но гражданский иск не был заявлен.

Гражданский иск «<данные изъяты>» на сумму 10 628 976 рублей 21 копейка к ФИО1 не заявлялся (т.14 л.д. 247-250).

Поэтому у суда не имелось оснований для разрешения гражданского иска в приговоре.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, также не состоятельны и удовлетворению не подлежат.

Выводы суда о виновности ФИО1 в хищении денежных средств потерпевшего Б. путем обмана, основаны на совокупности исследованных доказательств.

Так из исследованных судом доказательств установлено, что в сентябре 2016 года ФИО1, являясь учредителем и директором <данные изъяты>», с целью совершения хищения имущества Б после предварительной договоренности с последним на предоставление займа на сумму 2 000 000 рублей под залог имущества, принадлежащего <данные изъяты>», используя своё служебное положение, дал по телефону распоряжение своей матери М действующей на основании выданной им доверенности от имени <данные изъяты> заключить договор займа с Б на сумму 2 000 рублей под залог имущества <данные изъяты>» трех буровых емкостей БЕ 25, ОШ-05, 2014 года выпуска с условием договора М обязалась вернуть Б денежные средства в сумме 2 400 000 рублей до 11 октября 2016 года. В соответствие с условиями договора 01 октября 2016 года в (адрес) Б. передал М. денежные средства в сумме 2 000 000 рублей, которые та передала ФИО1, а тот распорядился ими по своему усмотрению.

В продолжении своего умысла ФИО1 дал указание своей матери не осведомленной о его преступных намерениях, реализовать третьим лицам имущество, принадлежащее <данные изъяты> находившееся в залоге у Б а именно три буровые емкости. М. 05 декабря 2016 года заключила с С. договор купли-продажи указанной техники и без согласия Б реализовала их С., а полученные денежные средства в сумме 1 700 000 рублей передала ФИО1, который распорядился ими по своему усмотрению и не исполнил свои обязательства по договору займа с Б., похитив принадлежащие ему денежные средства.

Анализ признательных показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, показаний потерпевшего Б и свидетелей Г,С а также письменных доказательства позволили суду установить фактические обстоятельства дела и виновность ФИО1 в совершении преступного деяния.

Действиям ФИО1 дана правильная юридическая квалификация.

Суд исследовал и дал надлежащую оценку в приговоре всем доказательствам, представленным сторонами, и мотивировал свои выводы.

Так из признательных показаний ФИО1 данных в ходе предварительного следствия и оглашенных судом в порядке ст.276 УПК РФ, следует, что в сентябре 2016 года он познакомился с Б. и стал с ним работать, договорился с ним заключить договор займа на сумму 2 млн. рублей под залог имущества <данные изъяты>», дал указание своей матери, которая и заключила договор с Б, а денежные средства передала ему. В начале ноября 2016 года он дал указание своей матери реализовать имущество <данные изъяты>» находившееся под залогом у Б третьим лицам, которая реализовала его С. за 1 700 000 рублей, полученные деньги она передала ему и он распорядился ими по своему усмотрению и не исполнил обязательства по договору займа перед Б

Суд обоснованно признал достоверными признательные показания ФИО1, так как они были получены в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника и согласуются с показаниями

потерпевшего Б., из которых следует, что он был знаком с ФИО1 как партнером по бизнесу. В сентябре 2016 года его знакомый Г. попросил его выдать займ М ему также позвонил ФИО1 и предложил в залог технику – буровые емкости в количестве трех штук, он согласился и передал 2 млн. рублей М по договору займа, но денег назад не получил, впоследствии узнал, что буровые емкости проданы;

а также согласуются с показаниями свидетелей Г,С,М., заключением эксперта №252 от 11.04.2019 года, протоколами осмотров мест происшествия, протоколом осмотра документов, и другими доказательствами приведенными в приговоре.

К показаниям подсудимого ФИО1 о его невиновности суд обоснованно отнесся критически, поскольку они опровергаются исследованными доказательствами, из которых установлено, что ФИО1 умышленно, с целью хищения денежных средств Б под предлогом займа, являясь учредителем и директором <данные изъяты>», находящегося в процедуре банкротства, сообщил Б сведения о наличии у него имущества, которое фактически должно было находиться в конкурсной массе должника, дал указание М заключить договор займа, предоставить оригиналы технических паспортов на технику, предоставив их в качестве залога, получить от Б деньги в сумме 2 млн. руб., которыми впоследствии распорядился по своему усмотрению, после чего, зная о том, что имущество фактически находится в залоге, дал указание М не осведомленной о его преступных намерениях, реализовать это же имущество третьим лицам, получив вырученные от продажи денежные средства, которыми также распорядился по своему усмотрению.

Действиям ФИО1 по ч.4 ст.159 УК РФ дана правильная юридическая квалификация, поскольку исходя из характера и последовательности действий ФИО1 объективно установлено, что последний из корыстных побуждений, под предлогом предоставления имущества <данные изъяты>» в качестве залога, фактически находящегося под процедурой банкротства и внешним управлением, не осуществляя предпринимательской деятельности от указанного Общества совершил хищение имущества потерпевшего Б., являющегося физическим лицом. При этом заключение договора от имени <данные изъяты> являлось способом совершения преступления, с использованием своего служебного положения.

Поэтому для квалификации действий ФИО1 по ч.6 ст.159 УК РФ (в редакции № 323-ФЗ от 03.07.2016 г.) – мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, в крупном размере, у суда оснований не имелось.

Приговор в этой части постановлен на совокупности достоверных, допустимых и достаточных доказательствах.

В соответствие с ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания учитывается характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность ФИО1 его отрицательную характеристику по месту жительства, положительную характеристику по месту работы, отсутствие судимости, смягчающие обстоятельства – наличие малолетнего ребенка, признание вины по преступлению в отношении Б. в ходе предварительного следствия, а также учел отсутствие отягчающих обстоятельств.

При назначении наказания суд также обсудил вопрос о возможности применение в отношении ФИО1 положений ч.6 ст.15, ст.64, ст.73 УК РФ и обоснованно не нашел к тому достаточных оснований.

Наказание ФИО1 назначено в соответствие со ст.60 УК РФ.

Не учтенных судом обстоятельств, свидетельствующих о необходимости усиления или смягчения наказания ФИО1, не установлено.

Гражданский иск Б был разрешен судом в соответствие со ст.1064 ГК РФ.

Нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, также не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Приговор Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11 мая 2022 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционные жалобы без удовлетворения.

Настоящее определение вступает в силу с момента провозглашения и может быть пересмотрено в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалобы или представления на апелляционное определение, подаются в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции г. Челябинск через суд (городской, районный) постановивший судебный акт в I-й инстанции в течение 6 месяцев со дня его провозглашения, а лицом содержащимся под стражей, со дня получения копии апелляционного определения.

В суде кассационной инстанции вправе принимать участие лица, указанные в ч.1 ст.401.2 УПК РФ при условии, заявления ими соответствующего ходатайства, в том числе лица, содержащиеся под стражей или отбывающие наказание в виде лишения свободы, с учетом положений, предусмотренных ч.2 ст.401.13 УПК РФ.

Председательствующий:

Судьи: