31RS0№-98 №
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Белгород 07.07.2022
Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:
председательствующего судьи Вавиловой Н.В.
при секретаре Косимовой М.В.
с участием представителя ответчика администрации г.Белгорода ФИО1, представителя третьего лица, заявившего самостоятельные требования, ФИО2 – ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к администрации г. Белгорода о признании права собственности в порядке наследования, иску ФИО2 к администрации г.Белгорода о признании права собственности в порядке наследования,
установил:
ФИО4 обратился в суд с иском о сохранении жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в реконструированном состоянии, признании за ним права собственности на 3/4 доли в праве на домовладение, состоящее из указанного жилое помещения с кадастровым номером №, лит.А, лит.а, лит. а1 и лит. а2 общей площадью 88,4 кв.м, хозяйственных и бытовых построек под лит.Г2, Г3, Г4, Г5, Г6, уборной – I, калитки – II, забора – III, IV, в обоснование заявленных требований указал, что с учетом отказа одного из наследников от причитающейся доли в его пользу является наследником по завещанию на 3/4 доли на спорное имущество, в выдаче свидетельства о праве на наследство нотариусом было отказано ввиду расхождения площади жилого дома, указанной в выписке из ЕГРН и техническом паспорте, увеличение площади произошло за счет включения в общую площадь пристройки под лит. а1.
Третье лицо ФИО2, ссылаясь на аналогичные обстоятельства, обратился с самостоятельным иском о признании за ним в порядке наследования по завещанию на 1/4 доли в праве на реконструированное домовладение и земельный участок под ним. Впоследствии уменьшил требования, просил признать право собственности только на домовладение, поскольку в ходе рассмотрения дела им после обращения к нотариусу получено свидетельство на долю земельного участка, право собственности зарегистрировано в ЕГРН, о чем представлена выписка.
Администрация г.Белгорода возражала относительно удовлетворения заявленных требований, полагала, что является ненадлежащим ответчиком, поскольку сведений о самовольной реконструкции жилого дома материалы дела не содержат, действующим законодательством переустройство и перепланировка объектов индивидуального жилищного строительства не предусмотрена, за оформлением своих прав в досудебном порядке наследники не обращались, кроме того, действующим законодательством не предусмотрена регистрация права на хозяйственный постройки, постановка их на кадастровый учет.
В судебное заседание ФИО5, извещенный своевременно и надлежащим образом о дате и месте рассмотрения дела путем направления заказной судебной корреспонденции, вернувшейся в адрес суда (ШПИ №), в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявлял.
С учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» суд исходит из того, что риск неполучения направленного по месту регистрации ФИО5 судебного извещения несет истец, который принял на себя риск наступления определенных неблагоприятных последствий, фактически отказавшись от защиты своих прав в соответствии со статьей 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Третье лицо, заявившее самостоятельные требования, ФИО2 также в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя ФИО3, который поддержал уточненные требования в части признания за его доверителем права собственности на 1/4 доли домовладения.
Представитель администрации г.Белгорода ФИО1 полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению по изложенным в возражениях основаниям.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.
Право наследования гарантируется Конституцией Российской Федерацией (часть 4 статьи 35) и включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом на случай смерти, так и право наследников на его получение.
В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (статья 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Наследник может принять наследство путем подачи по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления либо совершения действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства (статья 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось (пункт 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как установлено судом и следует из материалов дела, 21.11.2020 умер ФИО6, который на случай смерти распорядился всем принадлежащим ему имуществом путем составления завещания в пользу ФИО4 – 1/2, ФИО2 – 1/4 и ФИО7 – 1/4.
В предусмотренный законом срок к нотариусу за принятием наследства обратились ФИО6 и ФИО2
ФИО7 обратилась с заявлением об отказе от наследства в пользу ФИО4
На момент смерти наследодателю принадлежал земельный участок площадью 772 кв.м, и домовладение, расположенные по адресу: <адрес>.
Согласно выписке из ЕГРН за ФИО4 и ФИО2 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию зарегистрировано право собственности на 3/4 и 1/4 доли соответственно на земельный участок площадью 772 кв.м с кадастровым номером №.
Как следует из пояснений истца, в выдаче свидетельства о праве на домовладение было отказано ввиду расхождения в площади жилого дома в технической документации.
Согласно выписке из ЕГРН за наследодателем было зарегистрировано право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, площадью 82,7 кв.м. на основании решения Октябрьского районного суда г.Белгорода от 21.01.2013. Этим же решением за ФИО4 признано право на самовольные постройки в соответствии с техническим паспортом по состоянию на 19.04.2012 по литерами Г3 - летняя кухня общей площадью 4,5 кв.м., Г5 – баня общей площадью 10,9 кв.м., Г6 – сарай общей площадью 17,1 кв.м.
В соответствии с техническим паспортом по состоянию на 19.04.2012 домовладение по адресу: <адрес> состояло из жилого дома общей площадью 84,2 кв.м, пристройки под лит. а площадью 21,3 кв.м, пристройки под лит. а1 площадью 4,2 кв.м, пристройки под лит. а2 площадью 8,1 кв.м, сарая под лит. Г площадью 27,8 кв.м, летней кухни под лит. Г2 площадью 29,4 кв.м, летней кухни под лит. Г3 площадью 4,5 кв.м, погреба под лит. Г4 площадью 6 кв.м, бани под лит. Г5 площадью 10,9 кв.м, сарая под лит. Г6 площадью 17,1 кв.м, уборной, калитки и забора.
По состоянию на 03.03.2021 общая площадь жилого дома составляет 88,4 кв.м.
Согласно справке БТИ от 05.08.2021 расхождение общей площади жилого дома произошло в связи с включением в общую площадь помещений №5 и 6 пристройки под лит. а1 в соответствии пунктом 5 статьи 15 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также в связи с внутренней перепланировкой жилого дома.
Право собственности на реконструированный жилой дом площадью 82,7 кв. м признано за наследодателем на основании решения Октябрьского районного суда г.Белгорода от 21.01.2013 (дело №2-295/2013).
При этом, как пояснил истец, площадь дома изменилась в связи с заменой материала стен возведенной пристройки под лит а1, которые на момент вынесения решения от 21.01.2013 являлись деревянными, что исключало включение ее площади в общую площадь дома, на пеноблоки. Указанные обстоятельства также подтверждаются сведениями, отраженными в технических паспортах, и справкой БТИ.
Данных о том, что площадь дома увеличилась в связи с проведенной наследодателем либо наследниками самовольной реконструкцией, суду не представлено, на что неоднократно указывалось и представителем администрации г.Белгорода в возражениях как на исковой заявление ФИО4, так и ФИО2
Таким образом, обратившись к нотариусу и зарегистрировав за собой право общей долевой собственности на земельный участок в порядке наследования по завещанию, стороны, исходя из приведенных выше положений закона, приняли все наследство в целом, в том числе и в виде принадлежавшего их отцу домовладения, в связи с чем заявленные требования ФИО4 и ФИО2 о признании за ними права общей долевой собственности на жилой дом площадью 88,4 кв.м подлежат удовлетворению.
Аргументы представителя администрации г.Белгорода о том, что препятствий для оформления своих прав во внесудебном порядке у наследников не имелось, несостоятельны, поскольку нотариусом при выявлении расхождений в площади дома, отраженной в техническом паспорте и данных ЕГРН, свидетельства о праве на наследство на указанное имущество не выдавались.
Поскольку администрацией г.Белгорода в данном случае отсутствие самовольной реконструкции не оспаривалось, доводы о несоблюдении досудебного порядка урегулирования спора не основаны на нормах действующего процессуального закона, тем более, что право собственности на спорный дом за наследниками до настоящего момента не зарегистрировано.
Оснований для признания права собственности на расположенные на территории домовладения хозяйственные и бытовые постройки суд не усматривает.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1981 № 4 «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом собственности на жилой дом», различного рода хозяйственные постройки (сараи, летние кухни и т.п.) являются подсобными строениями и составляют с домом единое целое.
В силу статьи 135 Гражданского кодекса Российской Федерации такие объекты выступают в качестве принадлежности главной вещи - жилого дома, унаследованного ФИО4 и ФИО2
Объектом права собственности является недвижимое имущество - жилой дом, а подсобные строения являются принадлежностью к нему и составляют с домом единое целое, подлежащее государственной регистрации как единый объект регистрационного учета. Поскольку они не могут быть самостоятельным объектом права собственности отдельно от права на жилой дом, не являются капитальными строениями и не подлежат государственной регистрации, то на них не может быть признано и самостоятельное право собственности.
В соответствии с подпунктом 10 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации ФИО4 подлежит возврату излишне уплаченная государственная пошлина в размере 2417 руб., ФИО2 – 1842,4 руб.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
иск ФИО4 к администрации г.Белгорода о признании права собственности в порядке наследования удовлетворить в части.
Признать за ФИО4 (<данные изъяты>) право собственности на 3/4 доли в праве на жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 88,4 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> в порядке наследования по завещанию после смерти ФИО6, умершего 21.11.2020.
Иск ФИО2 к администрации г.Белгорода, ФИО4 о признании права собственности в порядке наследования удовлетворить в части.
Признать за ФИО2 (<данные изъяты>) право собственности на1/4 доли в праве на жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 88,4 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> в порядке наследования по завещанию после смерти ФИО6, умершего 21.11.2020.
В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.
Возвратить ФИО4 излишне уплаченную госпошлину по чекам от 31.01.2022 и 10.03.2033 в размере 2417 руб.
Возвратить ФИО2 излишне уплаченную госпошлину по чеку от 26.04.2022 в размере 1842,4 руб.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Белгорода.
Судья
Мотивированное решение изготовлено 07.07.2022.
Решение08.07.2022