2-559/2025
25RS0015-01-2025-000775-87
Мотивированное решение изготовлено 10.07.2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Дальнегорск 8 июля 2025 года
Дальнегорский районный суд Приморского края в составе: председательствующего судьи Юдановой Е.Ю., при секретаре Плеховой Е.В., с участием представителя истца помощника прокурора г. Дальнегорска Петровой А.В., истца ФИО1, представителя ответчика – ФИО2, действующей на основании доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора г. Дальнегорск Приморского края в интересах ФИО1 к АО «Горно-металлургический комплекс «Дальполиметалл» о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор г. Дальнегорск Приморского края, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с настоящим иском, указав в обоснование, что прокуратурой города проведена проверка по обращению ФИО1 о нарушении работодателем требований трудового законодательства, в том числе по охране труда. По результатам которой установлено, что АО «ГМК «Дальполиметалл» не обеспечено соблюдение ч. 2 ст. 22, ст. 214 Трудового кодекса РФ. Так, в связи с необеспечением контроля со стороны руководителей и специалистов Центральной обогатительной фабрики АО «ГМК «Дальполиметалл» (далее - ЦОФ) за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины <дата> в результате контактного удара при столкновении с движущимися деталями машинисту насосных установок 4 разряда хвостового хозяйства ЦОФ ФИО1 причинен вред здоровью <...>. По факту несчастного случая работодателем проведено расследование, результаты которого оформлены актом формы Н-1 от <дата> № (далее - акт).
В соответствии с актом причинами несчастного случая явилось, помимо нарушения работником дисциплины труда, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины.
Кроме того, согласно акту проверки подъемного сооружения крана-балки на ЦОФ от <дата> защита от переподъема и переспуска крюковой подвески механизма неисправна (разукомплектована).
В ходе проведения расследования несчастного случая грубой неосторожности в действиях ФИО1 комиссией не установлено, что подтверждается актом формы Н-1. Вместе с тем, со стороны АО «ГМК «Дальполиметалл» не предпринято мер к компенсации морального вреда ФИО1 В результате полученной травмы при несчастном случае на производстве ФИО1 находился на лечении в КГБУЗ «Дальнегорская центральная городская больница» с <дата> по <дата>. ФИО1 испытывал и испытывает тяжелые физические, нравственные и моральные страдания от полученной травмы, постоянно ощущает дискомфорт в связи с утратой руки, что ограничивает его физические возможности, в том числе по своему обслуживанию.
Ссылаясь на положения ст. 21, 237 ТК РФ, ст. 151, 1101 ГК РФ, ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» № 125-ФЗ от 24.07.1998, просит взыскать с АО «ГМК «Дальполиметалл» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 3 000 000 рублей.
В судебном заседании помощник прокурора г. Дальнегорск Приморского края Петрова А.В. требования поддержала по доводам, изложенным в иске, просила их удовлетворить в полном объеме.
ФИО1 в судебном заседании требования прокурора поддержал, просил их удовлетворить. Дополнительно пояснил, что у него был доступ для работы кран-балкой. На кран-балке не было таблички «не работает». Он испытывает сильные физические и моральные страдания, у него частые фантомные боли, он очень плохо спит. Протез носить не может, т.к. он неудобный. Он не может никуда устроиться на подработку, не может полноценно сам себя обслуживать, заниматься своими хобби – рыбалкой, охотой.
Представитель АО «ГМК «Дальполиметалл» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась. Представила письменные возражения на исковое заявление, согласно которых ФИО1 выполнял работы, не предусмотренные наряд-заданием, не имея соответствующей квалификации, тем самым нарушил требования п.п. 3.1. 3.5 Инструкции по общим вопросам по охране труда для рабочих Центральной обогатительной фабрики № от <дата>, п.п. 1.4, 3.12 Инструкции по охране труда для рабочих основных профессий, допущенных к пользованию подъемными сооружениями с пола № 21-18 от 29.05.2018. Предприятие в связи со срочной реабилитацией после получения производственной травмы <дата> оказало ФИО1 материальную помощь в размере 574 713,00 рублей. С учетом обстоятельств произошедшего несчастного случая, наличия в действиях ФИО1 грубой неосторожности, оказания истцу материальной помощи в размере 574 713,00 рублей, а также принимая во внимание, что предприятие находится в сложном имущественном и финансовом положении по причине потери рентабельности производства, введением на нем процедуры наблюдения, наложением ведущим судебным приставом-исполнителем ОСП по Дальнегорскому ГО ареста на все денежные средства, в связи с чем ве операции по счетам приостановлены сумма компенсации истцу морального вреда в размере 3 000 000 рублей будет носить неоправданно карательный характер для АО «ГМК «Дальполиметалл». Просят в удовлетворении исковых требований отказать.
Свидетель Ю.Ю., в судебном заседании показал, что он работает в АО «ГМК «Дальполиметалл», <...>. <дата> ФИО1 вышел на подработку, мастер ему дал задание убрать мусор, что также включало в себя отодвинуть бочку. У ФИО1 допуск на работу кран-балкой имелся. Кран-балка была неисправна, пульт был неисправен, кнопки западали, но ее использовали. Таблички о том, что кран-балка неисправна не было. Руководству о неисправности кран-балки говорилось, также это должно было быть записано в журнал неисправностей. ФИО1 использовал кран-балку поскольку ему нужно было убрать бочку, которая ему мешала продолжить уборку, бочка была тяжелая.
Свидетель С.В. в судебном заседании показал, что он работает <...>». ФИО1 был на подработке, ему нужно было убрать мусор. Насос находился рядом с бочкой. Бочку надо было поднять. Он нажал вниз и поехало вниз, а надо было потом нажать резко вверх. Чтобы использовать этот механизм, нужно было применить хитрость, об этом знали только постоянные работники, ФИО1 не знал. Чтобы работать с краном, надо иметь специальное разрешение. Сам насос не защищенный, на соединении между насосом и двигателем не было защиты, кожуха, кран-балка не имеет тормозов. Полагает, что задание на перемещение бочки давал ФИО1 мастер смены.
Выслушав стороны, свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.
Согласно абзацам 1, 2 и 3 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации).
По смыслу положений ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст.219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.
Судом установлено, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АО «ГМК «Дальполиметалл» и работает <...>.
<дата> на основании приказа «О привлечении к работе в выходной день <дата>» и личного согласия, ФИО1 привлечен к работе с 08.00 часов до 17.00 часов.
В 10 часов 30 минут <дата> с ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого ему причинены телесные повреждения в виде травматической ампутации левой верхней конечности на уровне средней трети предплечья.
По данному факту АО «ГМК «Дальполиметалл» создана комиссия по расследованию несчастного случая.
Актом о несчастном случае на производстве № от <дата> установлено, что <дата> в 08 часов 00 минут ФИО1 от мастера смены главного корпуса ФИО3 получил наряд-задание. С 08 часов 00 минут до 10 часов 30 минут ФИО1 убирал мусор. После того, как убрал мусор, ФИО1 должен был приступить к смыву песков с площадки. В это время на ПНС-1 отсутствовало оборотное водоснабжение, из-за того, что временно не работала насосная станция оборотного водоснабжения НОВ-1 и смыть пески не представлялось возможным. В 10 часов 30 минут ФИО1 самостоятельно принял решение переместить бочку объемом 140 литров, заполненную песком, которая стояла на площадке на расстоянии 2 м справа от электродвигателя привода турбокомпрессора ТВ-80-1.4, заводской № и необходимости в ее перемещении не было. Для перемещения бочки необходимо было выполнить операции по ее обвязке. К выполнению работ по строповке и обвязке грузов, перемещаемых подъемными сооружениями с применением грузозахватных приспособлений, допускается персонал, имеющий уровень квалификации соответствующий профессии «стропольщик». Будучи необученным и неимеющим квалификации стропальщика ФИО1, тем не менее, приступил к выполнению такой работы. Переместить бочку ФИО1 решил кран-балкой Т-10432, регистрационный №, грузоподъемностью 2 т, которая используется для ремонта оборудования ПНС-1. С этой целью ФИО1 взял стальной строп, чтобы им обвязать бочку положил его на воздуховод рядом с бочкой. Затем подошел к кран-балке, взял в руки пульт дистанционного управления и, не проверив исправность подъемного сооружения осмотром и опробованием в холостом режиме, нажал поочередно на кнопки перемещения крана сначала «назад», затем «вперед». Когда кран-балка переместилась, и крюковая обойма оказалась над бочкой, ФИО1 отпустил кнопку «вперед» и кран-балка остановилась. Когда ФИО1 перемещал кран-балку, крюковая обойма находилась в верхнем положении и не доставала до бочки. Чтобы опустить крюк, ФИО1 большим пальцем правой руки нажал кнопку «вниз», крюк стал опускаться, левой рукой придерживал крюк, чтобы он не раскачивался. Когда крюковая обойма опустилась и легла на бочку, ФИО1 заметил, что грузовая ветвь каната продолжает разматываться и ложиться петлей на площадку между турбокомпрессором и бочкой, а сама ветвь стала касаться защиты соединительной муфты привода турбокомпрессора. ФИО1 попытался откинуть ветвь каната в сторону от защиты, для этого вытянул левую руку в направлении каната в зону вращения вала электродвигателя и соединительной муфты. Схватить канат ФИО1 сразу не смог и повторил попытку несколько раз. Примерно в 10 часов 34 минуты ветвь каната попала на гибкий элемент соединительной муфты и стала наматываться на вал привода турбокомпрессора ТВ-80-1.4. заводской №. Наматываясь на вал, грузовая ветвь каната натянулась, зацепилась за нижнее правое ребро защиты соединительной муфты и вырвала её с места крепления, сильно ударив и прижав левую руку ФИО1 к двигателю, которая находилась в этот момент между электродвигателем и защитой. В результате удара и защемления ФИО1 получил производственную травму в виде травматической ампутации левой верхней конечности на уровне сустава предплечья.
Причиной несчастного случая явилось нарушение работником ФИО1 дисциплины труда. ФИО1 выполнял работы, не предусмотренные наряд-заданием, самостоятельно принял решение переместить бочку с песком кран-балкой Т10432, регистрационный №, чем нарушил требования:
п. 3.1. Инструкции по общим вопросам по охране труда для рабочих Центральной обогатительной фабрики № от <дата>: «Выполнять только ту работу, которая предусмотрена наряд-заданием и должностной (производственной) инструкцией, содержать
рабочее место в частоте»;
п. 3.5. Инструкций по общим вопросам по охране труда для рабочих Центральной обогатительной фабрики № от <дата>: «Не производить самостоятельные работы, не относящиеся к кругу обязанностей, за исключением случаев, когда создается угроза жизни или аварии оборудования».
Выполнял работы, не имея соответствующей квалификации. Работы по обвязке груза для следующего подъема производил, не имея квалификации «стропальщик», что является нарушением требований п. 1.4. Инструкции но охране труда для рабочих основных профессий пущенных к пользованию подъемными сооружениями с пола № от <дата>: «Персонал, который назначается для выполнения работ по строповке и обвязке грузов, перемещаемых ПС с применением грузозахватных приспособлений, должен иметь уровень квалификации соответствующий профессии «стропальщик».
ФИО1 не приостановил работы подъемного сооружения при образовании петли каната, чем нарушил требования п. 3.12. Инструкции по охране труда для рабочих основных профессий, допущенных к пользованию подъемными сооружениями с пола № от <дата>: «Лицо, пользующееся ПС, должно внимательно следить за канатами и обязано приостановить работу грузоподъемной машины в случае сползания каната с барабана, образования петель и при обнаружении их повреждения».
Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны ФИО1 – машинист насосных установок 4 разряда хвостового хозяйства ЦОФ АО «ГМК «Дальполиметалл» и мастер смены П.М., допустивший нарушение ФИО1 требований производственных инструкций, чем нарушил п. 2.12 Должностной инструкции для специалиста, ответственного за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений от <дата>: «Специалисты, ответственные за безопасное производство работ с применением ПС обязаны: а) не допускать нарушение производственных инструкций подчиненным ему персоналом».
Рекомендованы мероприятия: ознакомить всех работников предприятия с обстоятельствами и причинами несчастного случая; провести внеплановый инструктаж по охране труда по профессиям и видам совмещенных работ с работниками ЦОФ. Срок исполнения до <дата>; провести целевую проверку наличия и исправности защитных ограждений вращающихся элементов оборудования в структурных подразделениях предприятия. Срок исполнения до <дата>; провести внеплановую специальную оценку условий труда машиниста насосных установок хвостового хозяйства ЦОФ. Срок исполнения до <дата>.
Указанный акт о несчастном случае сторонами не оспорен, недействительным не признан.
Кроме того, согласно акту проверки подъемного сооружения кран-балки на ЦОФ от <дата> защита от переподъема и перепуска крюковой подвести механизма неисправна (разукомплектована).
Исходя из установленных обстоятельств, суд полагает, что несчастный случай с ФИО1 связан с производством, а потому ответственность за причиненный моральный вред истцу в связи с получением травмы должна быть возложена на работодателя.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что истец испытал сильные нравственные переживания в связи с полученной травмой, вынужден проходить длительное лечение. Все эти обстоятельства причинили и продолжают причинять истцу душевные переживания и нравственные страдания.
При этом принимается во внимание степень вины самого истца, поскольку судом установлено и подтверждается актом № о несчастном случае от <дата>, что причиной несчастного случая и получения истцом увечья стало нарушение дисциплины труда и производственных инструкций.
По общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Обстоятельств, способных повлечь освобождение ответчика от ответственности в виде компенсации морального вреда работнику организации в результате несчастного случая на производстве, не имеется.
При определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу ФИО1, суд принимает во внимание обстоятельства, при которых истец получил увечье, причины наступления несчастного случая, с учетом выявленных нарушений в действиях самого работника, степень тяжести полученных им повреждений, а также их последствий, в том числе длительность лечения, невозможность вести трудовую деятельность по профессии «машинист насосных установок», степень его нравственных переживаний в связи с причинением тяжкого вреда здоровью, ограничение возможности жить полноценной жизнью, трудиться и обеспечивать материально себя и свою семью, учитывает требования разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей.
В соответствии со ст.98 ГПК РФ с АО «ГМК «Дальполиметалл» подлежит взысканию в бюджет муниципального образования Дальнегорский муниципальный округ Приморского края государственная пошлина в размере 3000 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковое заявление прокурора г. Дальнегорск Приморского края в интересах ФИО1 к АО «ГМК «Дальполиметалл» о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.
Взыскать с Акционерного общества «Горно-металлургический комплекс «Дальполиметалл» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.
Взыскать с Акционерного общества «Горно-металлургический комплекс «Дальполиметалл» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в бюджет муниципального образования Дальнегорский городской округ государственную пошлину в размере 3000рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.
Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Дальнегорский районный суд в течение месяца со дня его вынесения.
Председательствующий Е.Ю. Юданова