Решение по делу № 2-16/2022 от 14.10.2022 - о признании факта смерти несчастным случаем на производстве, возложении обязанности провести расследование и составить акт формы Н-1, взыскании морального вреда.

Дело № 2-16/2022

УИД: 18RS0016-01-2021-001097-52

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 октября 2022 года село Дебесы Удмуртской Республики

Кезский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Сабрековой Е.А.,

при секретаре Сунцовой В.А.,

с участием:

помощника прокурора Дебесского района УР Апкаликова Ю.И.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Акционерному обществу «Белкамнефть» им.А.А.Волкова о признании факта смерти несчастным случаем на производстве, возложении обязанности провести расследование и составить акт формы Н-1, взыскании морального вреда,

установил:

ФИО1, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3 и ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 (далее по тексту – истцы) обратились в суд с иском к Акционерному обществу «Белкамнефть» им.А.А.Волкова (далее по тексту - ответчик, АО «Белкамнефть») о признании факта смерти ФИО7 несчастным случаем на производстве и (или) следствием профессионального заболевания, возложении обязанности провести расследование и составить акт формы Н-1, взыскании компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что Ш.Д.И., ДД.ММ.ГГГГ приходился истцам мужем, отцом, сыном и братом.

С 14.11.2018 года Ш.Д.И. работал водителем АО «Белкамнефть». Для исполнения Ш.Д.И. своих должностных обязанностей, Ш.Д.И. как водитель обязан был выписывать накладные для перевозки нефти. На Южно-Смольниковском месторождении накладные выписывались в бытовом вагончике, расположенном на промысле на территории Дебесского района Удмуртской Республики. Ш.Д.И., как и другие водители посещал данный вагончик, в котором находился диспетчер, где выписывал накладные для перевозки нефти.

В начале февраля 2020 года Ш.Д.И. заболел и 04.02.2020 года обратился за медицинской помощью в БУЗ УР «Дебесская районная больница МЗ УР», где ему был установлен диагноз «Геморрагическая лихорадка с почечным синдромом (далее по тексту – заболевание, ГЛПС).

17.02.2020 года Ш.Д.И. скончался от данного заболевания.

Вместе с тем, как известно истцам, на Южно-Смольниковском месторождении, начиная с декабря 2019 года, произошло еще несколько случаев заражения ГЛПС как работников АО «Белкамнефть», так и сотрудников ЧОП «Нефтяник», которые обеспечивали охрану данного месторождения. По данным БУЗ УР «ФИО8 МЗ УР» было зарегистрировано 10 случаев заболевания ГЛПС среди сотрудников АО «Белкамнефть» и ЧОП «Нефтяник», которые работали на данном месторождении. Так же были заболевшие из ООО СК «Стривер» из с.Шаркан, которые проводили работы по договору подряда по капитальному ремонту на данном месторождении вагона-операторной.

По обращению ФИО4 в Государственную инспекцию труда Удмуртской Республики о нарушении трудового законодательства АО «Белкамнефть» и просьбой о проведении расследования несчастного случая по поводу смерти Ш.Д.И., был получен ответ, что его смерть наступила от заболевания ГЛСП, что не является несчастным случаем на производстве. Вместе с тем в ходе устной беседы было сообщено, что смерть от ГЛСП является профзаболеванием, было рекомендовано обратиться к профпатологу для установления профзаболевания. После консультации с профпатологом БУЗ УР «Первая республиканская клиническая больница» истцам был выдан список документов, которые необходимы для определения связи заболевания Ш.Д.И. с его профессиональными обязанностями. По запросу БУЗ УР «Дебесская РОБ МЗ УР» получен ответ, что при прохождении периодического медицинского осмотра в должности водителя автомобиля АО «Белкамнефть» Ш.Д.И. работодатель не указывал полевые работы, пыль животного и растительного происхождения, биологические факторы (возбудителей инфекционных и паразитарных заболеваний, с которыми работник находится в непосредственном контакте, в связи с чем контакт с грызунами не является производственным фактором и заболевание ГЛСП нельзя расценивать как острое профессиональное заболевание. В дальнейшем в ходе телефонного разговора профпатолог указала, что ГЛПС у Ш.Д.И. не может квалифицироваться как профзаболевание, является несчастным случаем на производстве. На заявление ФИО4 в АО «Белкамнефть» о расследовании несчастного случая по поводу смерти сына, так же отказали. Несмотря на то, что работники АО «Белкамнефть» с декабря 2019 года начали заражаться заболеванием ГЛПС, ответчиком никаких мер по обеспечению безопасности здоровья других работников своевременно не предприняты. Пребывание Ш.Д.И. в вагончике, согласно ст.16 Трудового кодекса РФ было связано с производственной деятельностью работодателя и объяснялось исполнением им трудовых обязанностей в соответствии со ст.229.2 Трудового кодекса РФ.

В связи с чем, полагая, что причиной заболевания Ш.Д.И. явилось необеспечение ответчиком безопасных условий труда работника, истцы обратились в суд с настоящим иском и просили признать наступление смерти Ш.Д.И. следствием несчастного случая на производстве и (или) профессионального заболевания; обязать ответчика произвести расследование несчастного случая на производстве, составить акт формы Н-1; взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов по 10 000 000 рублей морального вреда.

В обосновании причиненного истцам морального вреда, указали, что ими был потерян любимый муж, отец 3 детей, сын и брат. В связи со смертью Ш.Д.И., истцы претерпели нравственные страдания, не оправившись по настоящее время от его потери.

В ходе дальнейшего рассмотрения дела истцами были уточнены исковые требования - просили признать наступление смерти Ш.Д.И. следствием несчастного случая на производстве, так же увеличены требования в части компенсации морального вреда – просили взыскать в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере 10 001 000 рублей, провести расследование и составить акта формы Н-1.

11.01.2022 года судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования на стороне ответчика, привлечена Государственная инспекция труда в Удмуртской Республике.

09.03.2022 года судом к участию в деле в качестве самостоятельного истца была привлечена Ш.А.Д., как достигшая 14-ти летнего возраста, а так же третьим лицом на стороне истцов, не заявляющим самостоятельные исковые требования был привлечен ФИО9 - брат Ш.Д.И.

В судебном заседании истцы ФИО1, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО6 доводы искового заявления поддержали в полном объеме. При этом указали, что заразиться ГЛПС Ш.Д.И. мог только на работе, при исполнении своих должностных обязанностей. Работодатель при этом надлежащие условия своим работникам не предоставлял. Так же не согласны с результатом проверки Роспотребнадзора. Указали на тяжелые нравственные переживания по утрате Ш.Д.И., которые не уменьшаются по настоящее время.

Истцы ФИО2, ФИО5, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, истцом ФИО5 представлено заявление о рассмотрении дела без его участия.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО5 исковые требования поддерживал и пояснял, что работает так же в АО «Белкамнефть». На месторождениях предприятия бытовки-вагончики стоят в лесу, в них находятся охранники, которые сами производят уборку, заходят туда и водители чай попить. Работники периодически заболевают на предприятии ГЛПС, но боятся сказать, что заразились на работе, сообщают, что дома, либо на отдыхе. Работодателем проводился ремонт вагончика на Южно-Смольниковском месторождении, где бывал его сын Ш.Д.И. в декабре 2019 года. Заражения работников начались с конца декабря 2019 года - начала января 2020 года. Со слов охранников ФИО5 известно, что в бытовках бегают мыши, работодателем же только раскладывается отрава от грызунов. После смерти сына, никто от лица работодателя извинения ему не принес, материальную помощь выплатили 1 члену семьи - супруге сына. Тяжесть утраты сына, ФИО5 до сих пор им переносится тяжело.

Третьи лица – Государственная инспекция труда Удмуртской Республики и ФИО9, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении дела не заявляли.

В ходе рассмотрения дела третье лицо ФИО9 пояснял суду, что Ш.Д.И. его родной брат, который вывозил нефтрепродукты с различных объектов ответчика, находящихся в лесу, поле, бывал и на Южно-Смольниковском месторождении. Сам ФИО9 работает с августа 2019 года стрелком в ЧОП «Нефтянник», бывал на всех объектах ответчика в Дебесском районе. Стрелки ездят по разным объектам, проверяют территории базы на нарушения. На Южно-Смольниковском месторождении ФИО9 бывал и раньше и работает сейчас с декабря 2020 года по настоящее время, и ему известно, что на Южно-Смольниковском месторождении в декабре 2019 года был проведен ремонт бытовки, после чего только на этом месторождении поочередно было 4 случая заболевания ГЛПС охранников ЧОП «Нефтянник» и 5 работников АО «Белкамнефть». В январе 2020 года на данное месторождение приезжали сотрудники СЭС раскидывали отраву для грызунов, в журнале это не фиксировалось. О том, что было какое то расследование ФИО9 неизвестно. Вместе с тем, как известно ФИО9, в ЧОП «Нефтянник» каждый факт заболевания заносился в базу и отправлялся в АО «Белкамнефть», поэтому ответчик знал, что факт заболевания ГЛПС на его объектах имеется. Так же в АО «Белкамнефть» сообщалось, чтобы вагончик на Южно-Смольниковском месторождении убрали или заменили, т.к. работники заражаются. После этого, была разложена отрава, а после Нового года приезжала уборщица.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствии истцов ФИО5, ФИО2, третьих лиц ФИО9, Государственной инспекции труда УР.

Ответчик АО «Белкамнефть» им А.А. Волкова в лице представителей ФИО10, ФИО11, ФИО12, в судебном заседании с требованиями не согласились, полагая их необоснованными. При этом дали суду пояснения аналогично представленным суду письменным пояснениям по иску, согласно которым полагали необходимым в удовлетворении заявленного иска отказать в виду неподтверждения факта, что заражение Ш.Д.И. могло произойти на территории работодателя. Смерть Ш.Д.И. произошла в лечебном учреждении в период временной нетрудоспособности, т.е. в период не связанный с выполнением трудовой функции либо поручений работодателя. Указанное в исковом заявлении обстоятельство причины смерти Ш.Д.И. не соответствует требованиям ст.227 ТК РФ и не может быть квалифицирована в качестве несчастного случая, связанного с производством. Проведенное Роспотребнадзором эпидемиологическое расследование не установило причинно-следственной связи заболевания Ш.Д.И. с посещением мест, в которых осуществлялась производственная деятельность АО «Белкамнефть» им. А.А. Волкова, источники возбудителя геморрагической лихорадки с почечным синдромом на объектах ответчика не обнаружены. Таким образом, полагали, что указанный случай не является несчастным случаем на производстве, а поскольку он так же не является производственным, то не подлежит составлению и акт о несчастном случае по форме Н-1. Аналогичный вывод содержится в письме Государственной инспекции труда в УР от 20.07.2020 года, направленное в ответ на обращение ФИО4, которое по своей сути является результатом дополнительной проверки, по окончанию которой предписаний в адрес АО «Белкамнефть» им. А.А. Волкова не поступало. Так же указали, что поскольку вина ответчика в причинении вреда Ш.Д.И. не доказана, то и требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Представитель третьего лица - ГУ-РО ФСС РФ по Удмуртской Республике ФИО13, действующая на основании доверенности, в судебном заседании пояснила, что Фонд осуществляет страховое обеспечение по страховым случаям по профессиональным заболеваниям и производственным травмам в соответствии с положениями Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний". Ш.Д.И. умер от заболевания – геморрагическия лихорадка с почечным синдромом, информация о данном случае в адрес Фонда не поступала. Истцы утверждают, что смерть Ш.Д.И. явилась следствием необеспечения ответчиком безопасных условий труда и находится в прямой причинно-следственной связи с заболеванием, полученным при исполнении им трудовых обязанностей. При этом истцами должны быть представлены доказательства, что заболевание Ш.Д.И. возникло в связи с осуществлением им трудовых обязанностей (причинно-следственную связь). Данный вопрос компетентен только эксперту при проведении комплексной судебно-медицинской экспертизы. Так же указали, что только в случае признания факта несчастного случая, связанного с производством, у родственников Ш.Д.И. возникнет право на получение страхового обеспечения за счет средств Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по УР. Относительно компенсации морального вреда указали, что возмещение данного вреда подлежит его причинителем.

Допрошенный в качестве свидетеля И.Л.Ю. пояснил суду, что с 2005 года работает <данные изъяты>. Так, в Дебесском районе УР ежегодно фиксируются вспышки заболевания ГЛПС по 1-2 случая. В начале 2020 года было зафиксировано 8-10 случаев данного заболевания. Из поступивших сообщений следовало, что заболевшие - работники АО «Белкамнефть» и работники обслуживающие их объекты – ЧОП «Нефтянник», ЧОП «Легион». В связи с чем в Администрации было проведено заседание комиссии с приглашением специалистов Дебесской районной больницы, представителей АО «Белкамнефть». В ходе заседания были заслушаны работники больницы и АО «Белкамнефть». В частности представителями АО «Белкамнефть» был представлен план мероприятий по профилактике заболеваемости ГЛПС. По результатам заседания рабочей группы было решено провести профилактические мероприятия с предприятием, выпущены были информационные листы для размещения их в больнице, принято решение о принятии мер по уничтожению грызунов в районе и т.д. Так же указал, что Администрацией проводятся профилактические мероприятия в местах массового скопления людей два раза в год, в частном секторе жители сами должны проводить данные мероприятия.

Свидетель С.Т.А. суду пояснила, что в период с 01.06.2007 года по 31.05.2022 года работала диспетчером АО «Белкамнефть». С.Т.А. известно о трех заболевших ГЛПС сотрудниках в период конец 2019 – начало 2020 года. Одним из заболевших был Ш.Д.И., который в последствие скончался. В ее должностные обязанности входило выдача утром путевых листов, а вечером принимать их обратно с накладными, которые выписывает оператор. Сами водители ничего не выписывают, а только подписывают указанные документы. Разнарядка происходила утром, куда водителя отправляли туда он и ехал, места были разные. Ш.Д.И. работал водителем нефтевоза и ездил по различным месторождениям. Так же, как диспетчер, С.Т.А. уведомляла руководителя о заболеваниях работников и о закрытии ими больничных листов, вела табель. Так же о том, что Ш.Д.И. заболел, ей стало известно со слов самого Ш.Д.И. и было доложено вышестоящему руководителю, но диагноз ГЛСП сразу не был известен, сообщалось просто о болезни работника. Когда стало известно о нескольких случаях ГЛПС, то на предприятии были проведены профилактические мероприятия, проведены инструктажи как себя вести, о соблюдении правил гигиены. С.Т.А. принимала распоряжения и ознакамливала водителей, на месторождения сама не выезжала, но знает, что есть две уборщицы, которые периодически выезжают на месторождения для проведения уборки в бытовках, в том числе на Южно-Смольниковское месторождение уборщицы должны были выезжать. В остальной период работники уборку проводят своими силами. В бытовках на месторождениях предусмотрены рабочие места для операторов и охранников, для водителей там нет рабочего места, но водители заходят в бытовки и обедают там. Заболевшие сотрудники были как водители, так и операторы, все жили в разных частях села Дебесы и Дебесского района. Так же ей известно, что были заболевшие среди работников ЧОП «Нефтянник». По мнению С.Т.А. работники заражались в бытовке на Южно-Смольниковском месторождении, которую говорили, что вообще убрать хотели, но не исключает и заражение в быту. Из разговоров работников ей известно, что водители боялись ехать в данное месторождение и связывали заболевания других работников именно с данным вагончиком.

Свидетель П.В.Л. суду пояснил, что по ноябрь 2021 года работал в должности водителя нефтевоза в АО «Белкамнефть» совместно со Ш.Д.И. Заболел П.В.Л. ГЛПС в феврале 2020 года уже после Ш.Д.И., диагноз ГЛПС ему сразу не ставили. Перед заболеванием П.В.Л. так же ездил на Южно-Смольниковское месторождение раза три, где уже были случаи заболевания ГЛПС, заходил в вагончик, где уже был проведен ремонт, следов мышей он не видел. При этом операторы шутили, что не боится ли он тоже заразиться. Полагает, что мог заразиться от предметов – бумаги, брал палец в рот, когда перелистывал листы. Со Ш.Д.И. он не общался, т.к. у них не совпадали смены, поэтому подробности случившегося не знает. О том, чтобы работодатель проводит какие-то профилактические мероприятия от мышей, П.В.Л. не известно. Сам П.В.Л. проживает в с.Дебесы в частном доме, ежегодно самостоятельно дома проводит обработку от мышей.

Свидетель Т.Г.Л. суду пояснила, что работает с 1994 года помощником врача эпидемиолога в <адрес>. В ее должностные обязанности входит сбор анамнеза заболевших (место проживания, место работы, какая имеется живность, где могли быть контакты с мышами и т.д.) и передача экстренных извещений о случаях заболевания в ежедневном режиме в Роспотребнадзор. Так с конца декабря 2019 года ею передавались экстренные извещения по восьми случаям заболевания ГЛПС. Заболевшие были работниками АО «Белкамнефть», ЧОП «Нефтянник», ЧОП «Легион». Первые два случая заболевания были зафиксированы у охранника ЧОП «Нефтянник» и оператора АО «Белкамнефть» в д.Нюровай Дебесского района УР. Так же в отношении Ш.Д.И.Т.Г.Л. собирался анамнез, и заболевшим было сообщено, что он ездил на разные месторождения, заходил в служебные будки в д.Нюровай, д.Смольники. Будки при этом находились около леса и с его слов, заразиться мог от мыши. Контакт с мышами дома, Ш.Д.И. отрицал. Так же Т.Г.Л. со слов заболевших сотрудников известно, что в будках раскладывалась мышиная отрава, но мыши ее не ели, в будках периодически проводилась сухая уборка, а так же производился ремонт будки на Южно-Смольниковском месторождении. При этом указала, что заражение ГЛПС происходит при вдыхании частиц, источником которых являются мыши, выделения ее мочи, заражению способствует отсутствие влажной уборки помещений, попадание экскрементов в воду и продукты, не мытые руки и наличие на руках ссадин. Заболевание от человека к человеку не передается, заражение возможно при работе (нахождении) в одном месте. Исходя из большого опыта своей работы указала, что в Дебесском районе заболевание ГЛСП происходит циклично периодами через три года и сезонно в осенне-зимний период. В 2020 году было зафиксировано около 12 случаев, но заболевшие из разных точек, в среднем каждый год бывает по 1-2 случая заражения ГЛСП. При обращении пациент первично обращается к терапевту. Ш.Д.И. первично поставлен диагноз ОРВИ, уже по анамнезу потом подозревают, что ГЛСП, забирают анализы, которые отправляют в г.Ижевск один раз в неделю. Результат приходит в течении 3-х дней, но если уже есть подозрение на ГЛСП по клиническим признакам, то врач начинает лечение, не дожидаясь результата анализа.

Суд, заслушав пояснения сторон, допросив свидетелей, заключение помощника прокурора Дебесского района Удмуртской Республики Апкаликова Ю.И., полагавшего заявленные требования истцов не подлежащими удовлетворению, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2); каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37, часть 3); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1). Определение же принципов, правил и особенностей различных видов социального обеспечения, включая обеспечение по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, относится к полномочиям законодателя (статья 39, часть 2; статья 72, пункт "ж" части 1, Конституции Российской Федерации).

Судом установлено, что Ш.Д.И. 19 ноября 2018 года на основании приказа № от 19.11.2018 года был принят на работу водителем в автотранспортный цех Нефтегазодобывающего управления № 2 АО «Белкамнефть» имени А.А.Волкова.

В соответствии с трудовым договором № от 19.11.2018 года, заключенным АО «Белкамнефть» со Ш.Д.И., а так же с последующими к нему дополнительными соглашениями, работа у ответчика является основным его местом работы, договор заключен на неопределенный срок.

В соответствии с п.1.7, 1.8 трудового договора, дополнительного соглашения к трудовому договору от 18.02.2019 года, труд для работника по профессии «водитель автомобиля, 5 разряд» осуществляется в допустимых условиях труда, класс условий труда «3.1», с включением вредных (опасных) факторов: химический -2, шум -2, инфразвук -2, вибрация общая – 3.1, вибрация локальная – 2, тяжесть трудового процесса -2, напряженность трудового процесса – 2.

Согласно п.1.9 трудового договора и указанного дополнительного соглашения предоставлены дополнительные гарантии и компенсации, предоставляемые работнику в виде повышения оплаты труда работника на 4%.

В соответствии с п.1.10 трудового договора работник ежемесячно обеспечивается смывающими и (или) обезвреживающими средствами исходя из норматива – твердое туалетное мыло или жидкое моющее средство 333 г./500 мг., защитное средство для рук гидрофильного действия – 100мл., очищающее средство (крем, гель, паста) – 200 мл., средство для защиты от членистоногих (крем/аэрозоль) (выдается при наружных работах в полевых условиях сезонно, при температуре выше 0 градуса Цельсия, в период активности кровососущих и жалящих насекомых, паукообразных) – 200-300 мл.

Пунктом 5.1.5 трудового договора предусмотрена обязанность работника по соблюдению требований по охране труда, технике безопасности, производственной санитарии и пожарной безопасности.

В свою очередь пунктами 5.3.1., 5.3.2., 5.3.3. трудового договора на работодателя возложена обязанность по соблюдению законов и иных нормативных актов РФ, Коллективного договора АО «Белкамнефть» им А.А.Волкова, условия настоящего трудового договора; по обеспечению работника работой, обусловленной настоящим договором и необходимой для ее выполнения информацией в соответствии с его профессией, квалификацией и создать необходимые условия для ее выполнения; оборудовать для работника рабочее место, соответствующее условиям, предусмотренным государственными стандартами организации и безопасности труда.

В соответствии с трудовой книжкой Ш.Д.И. с 01 апреля 20219 года он был переведен в транспортное управление автотранспортного цеха № 2 водителем автомобиля 5 разряда и в своей трудовой деятельности руководствовался рабочей инструкцией водителя автомобиля (перевозка спецжидкости), утвержденной главным инженером АО «Белкамнефть» им.А.А.Волкова 11 июля 2019 года, с которой был ознакомлен под роспись 26.07.2019 года.

В соответствии с пунктами 1.1.-1.3. рабочей инструкции характеристика выполняемых работ водителем автомобиля 5 разряда включает в себя:

- управление грузовыми автомобилями (автопоездами) всех типов грузоподъемностью свыше 10 до 40 тонн (автопоездов – по суммарной грузоподъемности автомобиля и прицепа), автобусами габаритной длиной 7-12 метров, а так же управление автомобилями, оборудованными маячками желтого (оранжевого) цвета.

- устранение возникших во время работы на линии эксплуатационных неисправностей обслуживаемого автомобиля, не требующих разборки механизмов.

- выполнение регулировочных работ в полевых условиях при отсутствии технической помощи.

Рабочему в пределах его квалификации и обученности, по заданию непосредственного руководителя могут поручаться работы не отраженные в вышеперечисленном списке.

Пунктом 2.20 рабочей инструкции на рабочего возложена обязанность знать правила, нормы и инструкции по охране труда, промышленной и пожарной безопасности, санитарные нормы и правила, правила оказания первой помощи пострадавшему, а пунктом 3.3 обязанность по соблюдению указанных норм и правил. Так же пунктами 3.7 и 3,8 на работника возложена обязанность правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты, немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой ситуации угрожающей жизни и здоровью людей, о каждом несчастном случае, произошедшем на производстве, или об ухудшении состояния своего здоровья, в том числе о проявлении признаков острого профессионального заболевания (отравления).

Пунктами 4.1., 4.2., 4.3., 4.4., 4.6. рабочей инструкции предусмотрено право работника на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с законодательством РФ; на получение достоверной информации от работодателя об условиях и охране труда на рабочем месте, о существующем риске повреждения здоровья, а так же о принятых мерах по защите от воздействия вредных и (или) производственных факторов; на обеспечение средствами коллективной и индивидуальной защиты вы соответствии с требованиями охраны труда за счет средств работодателя; на личное участие или участие своих представителей в расследовании произошедшего с ним несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

30.11.2017 года в отношении должности «водитель автомобиля (перевозка спецжидкости, КамАЗ-65225 г/н №)» проведена специальная оценка условий труда, о чем составлена карта № с отражением оценки условий труда по вредным (опасным) факторам, гарантиям и компенсациям, предоставляемым работникам, занятым на данном рабочем месте, соответствующих отраженным аналогичным данным в рабочей инструкции, с которой Ш.Д.И. был ознакомлен 10.09.2019 года.

В соответствии с данными журнала вводного инструктажа НГДУ-2 ПАО «Белкамнефть» 19.11.2018 года Ш.Д.И. прошел вводный инструктаж.

Согласно выписки БУЗ и СПЭ УР «РКПБ МЗ РУ» из протокола подкомиссии врачебной комиссии по психиатрическому освидетельствованию граждан от 19.11.2018 год №, заключения периодического медицинского осмотра, выданного профпатологом БУЗ УР «ФИО8 МЗ УР» 26.06.2019 года, Ш.Д.И. не имел медицинских противопоказаний к работе с вредными и/или опасными веществами и производственными факторами.

Из свидетельства о смерти II-НИ №, Ш.Д.И., ДД.ММ.ГГГГ умер 17.02.2020 года, место смерти – Удмуртская Республика, г.Ижевск.

В соответствии с медицинским свидетельством о смерти серия № от 17.02.2020 года Ш.Д.И. умер от заболевания - <данные изъяты>.

Согласно экспертного заключения (протокол оценки качества медицинской помощи) от 17 апреля 2020 года Филиала ООО «Капитал Медицинское страхование» в Удмуртской Республике эксперты пришли к выводу, что лечебно-диагностические мероприятия в отношении пациента Ш.Д.И. проведены не в полном объеме в соответствии с клиническими рекомендациями и стандартами оказания медицинской помощи, утвержденными МЗ РФ.

В соответствии с ответом Филиала ООО «Капитал МС» в Удмуртской Республике № 1009-04 от 21.04.2020 года на заявление ФИО4 указано, что специалистами отдела защиты прав застрахованных и информационного сопровождения Филиала была запрошена первичная медицинская документация в БУЗ УР «1РКБ МЗ УР», БУЗ УР «ФИО8 МЗ УР», проведена мультидисциплинарная экспертизы качества оказанной медицинской помощи Ш.Д.И., с привлечением независимых врачей экспертов качества территориального реестра экспертов качества по профилю «терапия», «инфекционные болезни», «анестезиология и реаниматология» в системе обязательного медицинского страхования в Удмуртской Республике. По результатам экспертных мероприятий, выявлены нарушения при оказании медицинской помощи, приведшие к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, а так же дефекты оформления первичной медицинской документации в медицинских организациях. Причиной летального исхода Ш.Д.И. стало осложненное течение геморрагической лихорадки с почечным синдромом в виде развития острой почечной недостаточности и декомпенсации ДВС-синдрома и, как следствие, развитие полиорганной недостаточности.

Приказом от 21 февраля 2020 года № трудовой договор со Ш.Д.И. расторгнут по п. 6 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса РФ (смерть работника).

В соответствии со свидетельством о рождении III-НИ №, выданного Отделом ЗАГС Дебесского райисполкома УАССР 28.06.1988 года, родителями Ш.Д.И. являются – ФИО5 и ФИО4.

Согласно свидетельству о заключении брака, выданного 09.03.2007 года Отделом ЗАГС Администрации муниципального образования «Дебесский район Удмуртской Республики» Ш.Д.И. и ФИО14 заключили брак 09 марта 2007 года, супругам присвоена фамилия – Ш-вы.

Согласно свидетельствам о рождении серии № выданных Отделом ЗАГС Администрации муниципального образования «Дебесский район Удмуртской Республики» 25.04.2007 года, 05.04.2010 года и 27.07.2012 года соответственно, у Ш.Д.И. и ФИО1 имеются дети – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ

Указанные обстоятельства установлены на основании представленных материалов и сторонами не оспариваются.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцами указывается, что заболевание Ш.Д.И. получено при исполнении им своих должностных обязанностей на Южно-Смольниковском месторождении АО «Белкамнефть» им А.А. Волкова в Дебесского района УР вследствие несоблюдения ответчиком норм охраны труда и просят признать наступление смерти Ш.Д.И. следствием несчастного случая на производстве, обязать ответчика провести расследование несчастного случая и составить акт формы Н-1.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором (абзац четвертый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации; здесь и далее нормы Трудового кодекса Российской Федерации приводятся в редакции, действовавшей на момент несчастного случая, произошедшего с Ш.Д.И.).

Указанному праву работника корреспондирует обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (абзац четвертый части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В ст. 14 Федерального закона от 28.12.2013 N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда" указано, что оптимальными являются такие условия труда, при которых воздействие на работника вредных и (или) опасных производственных факторов отсутствует или уровни воздействия которых не превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда и принятые в качестве безопасных для человека, и работодателем создаются предпосылки для поддержания высокого уровня работоспособности работника.

Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия (часть первая названной статьи).

Рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Производственной деятельностью признается совокупность действий работников с применением средств труда, необходимых для превращения ресурсов в готовую продукцию, включающих в себя производство и переработку различных видов сырья, строительство, оказание различных видов услуг.

В силу части первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, он должен обеспечить не только безопасность сотрудников при выполнении ими трудовых обязанностей, но и санитарно-бытовое и лечебно-профилактическое обслуживание в соответствии с требованиями охраны труда. В частности, в силу ст. 223 ТК РФ он должен оборудовать для работников санитарно-бытовые помещения, помещения для приема пищи, оказания медицинской помощи, комнаты для отдыха в рабочее время и психологической разгрузки.

Частью второй статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан обеспечить:

безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй);

соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте (абзац пятый);

проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда;

в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, организовывать проведение за счет собственных средств обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров, других обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников, внеочередных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников по их просьбам в соответствии с медицинскими рекомендациями с сохранением за ними места работы (должности) и среднего заработка на время прохождения указанных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований (абзац двенадцатый);

недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний (абзац тринадцатый);

расследование и учет в установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (абзац семнадцатый).

Согласно части первой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний. В соответствии с медицинскими рекомендациями указанные работники проходят внеочередные медицинские осмотры

Вредные и (или) опасные производственные факторы и работы, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры, порядок проведения таких осмотров определяются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (часть четвертая статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда; получение достоверной информации от работодателя, соответствующих государственных органов и общественных организаций об условиях и охране труда на рабочем месте, о существующем риске повреждения здоровья, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов (абзацы второй и четвертый части первой статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Санитарно-бытовое обслуживание и медицинское обеспечение работников в соответствии с требованиями охраны труда возлагается на работодателя. В этих целях работодатель по установленным нормам оборудует санитарно-бытовые помещения, помещения для приема пищи, для оказания медицинской помощи, для отдыха в рабочее время и психологической разгрузки.

Таким образом, работодатель, чтобы обеспечить безопасность работников должен:

- создать и наладить функционирование системы управления охраной труда - комплекс взаимосвязанных и взаимодействующих между собой элементов, устанавливающих политику и цели в области охраны труда у конкретного работодателя и процедуры по достижению установленных целей;

- учитывать стандарты безопасности труда - правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности и регламентирующие осуществление социально-экономических, организационных, санитарно-гигиенических, лечебно-профилактических, реабилитационных мер в области охраны труда.

Работодатель должен позаботиться о применении работниками прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия средств индивидуальной и коллективной защиты работников; о приобретении за счет собственных средств и выдаче работникам специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в предусмотренном законодательством РФ о техническом регулировании порядке, по установленным нормам; о проведении инструктажа по охране труда; о проведении специальной оценки условий труда; о недопущении работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний.

Перечень мероприятий, проведение которых обеспечивает безопасные условия труда в конкретном учреждении, должен быть закреплен в локальных нормативных правовых актах.

Суду была представлена Программа производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнения санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий АО «Белкамнефть» им.А.А.Волкова, утвержденная генеральным директором 01.11.2017 года (далее по тексту – Программа), которая устанавливает порядок организации и проведения производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарных противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий на производственых объектах общества в соответствии с осуществляемой деятельностью на основании санитарных правил СП 1.1.1058-01 «Организация и проведение производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий». Программа утверждена в целях производственного контроля обеспечения безопасности, безвредности для человека и окружающей среды обитания вредного влияния объектов произвосдтвенной деятельности путем должного выполнения санитарных правил, санитарно-противоэпидемологическких (профилактических) мероприятий в обществе, орагнизации и осуществления контроля за их соблюдением и осуществляется во всех структурных подразделениях общества, в том числе на раболчих местах и производственных объектах обществ, которым оказываются операторские услуги согласно заключенным договорам, и обязательна к применению.

Программой установлено, что производственный контроль включает в себя в том числе: наличие официально изданных санитарных правил, методов и методик контроля фактов среды обитания в соответствии с осуществляемой деятельностью; организацию и проведение медицинских осмотров работающего персонала; организацию и проведение профессиональной гигиенической подготовки и аттестации работников общества; визуальный контроль специально уполномоченными должностными лицами (работниками) организации за выполнением санитарно- противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий, соблюдением санитарных правил, разработку и реализацию мер, направленных на устранение выявленных нарушений.

Согласно разделу 10 Программы в обществе осуществляются мероприятия по обеспечению работников спецодеждой, спецобувью и другими средствами индивидуальной защиты; организация и проверка сроков обучения, инструктажей, проверки знаний требований охраны труда работников; организация и проверка сроков прохождения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работниками предприятия; организация и проведение специальной оценки условий труда; приобретение и монтаж установок для обеспечения работников питьевой водой; приведение уровней естественного и искусственного освещения на рабочих местах, в бытовых помещениях в соответствии с действующими нормами; устройство новых и реконструкция имеющихся отопительных и вентиляционных систем в производственных и бытовых помещениях, установок кондиционирования; проведение уборки производственных помещений, своевременное удаление и обезвреживание отходов производства, очистка вентиляционных установок, осветительной фурнитуры, окон, фрамут, световых фонарей; предоставление компенсаций работников, занятых во вредных условиях труда; стирка, чистка спецодежды.

Согласно Перечню профессий и должностей, подлежащих профессиональной гигиенической подготовке и аттестации работников АО «Белкамнефть», являющемуся приложением к данным Правилам, водитель автомобиля (перевозки спецжидкостей) данной аттестации не подлежит.

В соответствии с Положением по порядку приема спецодежды и белья на химчистку и стирку и выдачи спецодежды и белья после химчистки и стирки в АО «Белкамнефть», утвержденным 07.02.2018 года начальником НГДУ-2 АО «Белкамнефть» им А.А.Волкова прием спецодежды и белья на химчистку и стирку осуществлялся один раз в месяц, о чем представлены заказ-наряды <данные изъяты>.

В подтверждение исполнения указанных заказ-нарядов, представлен договор о предоставлении услуг № от 09.01.2018 года, с дополнительным соглашением № от 14.11.2019 года, заключенный между ООО «Чайковская спецодежда» и АО «Белкамнефть» им А.А.Волкова, предметом которого является стирка исполнителем для заказчика белья, химчистка спецодежды с заборкой грязного и доставкой чистого белья и спецодежды по пунктам сбора с объектов заказчика, согласно Приложению № 1 договора, где значится объект ЦДПН-2.

В соответствии с договором подряда № от 12.08.2019 года, заключенного АО «Белкамнефть» им А.А. Волкова с ООО СК «Стривер», заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению капитального ремонта объектов, в число которых входит вагон-операторная, <адрес>, ПНН Южно-Смольниковского п.м., в срок до 30 ноября 2019 года.

Согласно договору № от 31.12.2018 года между АО «Белкамнефть» им. А.А.Волкова и ООО «Санэпидсервис» заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя ответственность и обязательства собственными силами в соответствии с СП 3.5.3.1129-02 «Санитарно-эпидемиологические требования к проведению дератизации», СанПиН 3.5.2.1376-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к проведению дезинсекционных мероприятий против синантропных членистоногих» и на основании Санитарно-эпидемиологического заключения № от 20.10.2004 года, выданного Центром Госсанэпиднадзора в Удмуртской Республике по своевременному проведению: дезинсекционных и дератизационных работ в помещениях на объектах заказчика, в соответствии с согласованным графиком обработки объектов; дезинсекционных и дератизационных работ в помещениях на объектах заказчика, в случае необходимости, на основании письменной заявки заказчика, в срок с 01.01.2019 года по 31.12.2019 года. Дополнительным соглашением № 1 от 01.10.2019 года срок действия договора продлен на 2020 год. В соответствии с Приложением № 4 к договору установлены периоды дератизации помещения на Южно-Смольниковском месторождении в 2020 году в феврале, апреле, июне, августе, октябре и декабре. В соответствии с приложением к договору от 31.12.2018 года установлены периоды дератизации помещения на Южно-Смольниковском месторождении в 2019 году в феврале, апреле, июне, августе, октябре и декабре.

В подтверждение факта выполнения работ по договору приложены акты № от ДД.ММ.ГГГГ

В соответствии с наряд-актом от 13.01.2022 года ООО «Санэпидсервис» произвел дератизацию от грызунов и насекомых вагон-дома АО «Белкамнефть» им. А.А. Волкова на Южно-Смольниковском м/н.

Согласно договору № на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами от 09.01.2019 года, заключенному между ООО «Спецавтохозяйство» и АО «Белкамнефть» им. А.А. Волкова, оператор с 01.01.2019 года обязуется принимать ТКО в объеме и в месте, которые определены настоящим договором, обеспечить их транспортирование, обработку, обезвреживание, захоронение в соответствии с законодательством Российской Федерации, а потребитель обязуется оплачивать услугу Регионального оператора по цене, определенной в пределах утвержденного в установленном порядке единого тарифа на услугу Регионального оператора. Согласно приложению к договору в качестве объекта указаны административные здания ППСН Смольниковского месторождения.

Аналогичный договор № от 28.12.2018 года был заключен АО «Белкамнефть» им. А.А.Волкова с ООО «Спецэкосепрвис» на оказание услуг по размещению отходов производства и потребления, исключая твердые коммунальные отходы.

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к выводу, что работодатель АО «Белкамнефть» им. А.А. Волкова, возложенные на него обязанности по охране труда работников, в том числе Ш.Д.И., на Южно-Смольниковском месторождении, выполнены в полном объеме.

В отношении должности, занимаемой Ш.Д.И. была проведена специальная оценка условий труда, определены вредные (опасные) факторы, которые биологический фактор в перечень не включает, которые включены в его трудовой договор, установлен класс условий труда 3.1.

Ш.Д.И. экземпляр трудового договора и дополнительные соглашения к нему получены, он ознакомлен с рабочей инструкцией, в отношении него был проведен вводный инструктаж, проводились периодические медицинские осмотры, которые противопоказаний к выполнению работы по занимаемой им должности не выявили.

Кроме того, деятельность АО «Белкамнефть» им. А.А. Волкова была проверена органами Роспотребнадзора путем проведения эпидемиологического расследования в период с 18.02.2020 года по 06.03.2020 года по факту случаев заболевания среди работников ГЛПС Ш.Д.И. и ЖА.И. В соответствии с актом от 06.03.2020 года нарушений санитарно-эпидемиологических правил на объекте (территории), выявленные в ходе внеплановых мероприятий по контролю за соблюдением требований санитарного законодательства и способствующие формированию эпидемического очага, не выявлены.

Предписаний в адрес АО «Белкамнефть» им А.А. Волкова не выдавалось, к административной ответственности за нарушение действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, требований технических регламентов, невыполнение санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, за нарушение санитарно-эпидемиологических требований к эксплуатации жилых помещений и общественных помещений, зданий не привлекалось.

Доводы истцов о том, что Ш.Д.И. заходил в бытовку на Южно-Смольниковском месторождении в целях выполнения своих трудовых обязанностей своего подтверждения в судебном заседании не нашли. Согласно показаниям свидетеля Т.Г.Л., путевые листы выписывались ею, а накладные операторами, обязанности по заполнению документов у водителей не было.

Так же указанные выводы подтверждены и показаниями третьего лица ФИО9 о том, что накладные выписываются операторами, а не водителями.

Вместе с тем, работодатель должен обеспечивать работнику условия для труда (приема пищи, отдыха и т.д.), что прописано как в представленном суду коллективном договоре и рабочей инструкции. В данных целях обеспечение безопасных условий труда работодателем проводились, о чем были представлены суду вышеуказанные письменные доказательства. Вместе с тем в подтверждении обратного, стороной истца доказательств не было представлено. Допрошенные в судебном заседании свидетели на данном месторождении либо не бывали, либо бывали в иной период времени и не постоянное время, в связи с чем пояснить, какие санитарно-профилактические мероприятия проводились работодателем, указать не смогли.

Суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что факт заражения как самого Ш.Д.И., так и иных работников АО «Белкамнефть» и ЧОП «Нефтянник» могли произойти как в быту, так и в иных условиях, поскольку, данные лица все проживают в частных домах, в сельской местности, имеют подсобные хозяйства, Как указала истец ФИО1 имея дома погреб для хранения овощей, дератизацию самостоятельно они не проводили и о том, чтобы Администрация муниципального образования «Муниципальный округ Дебесского района УР» проводила данные профилактические мероприятия, ей не известно. Так же доказательствами заражения Ш.Д.И. именно на работе не могут являться медицинские карты его супруги и детей, в которых отсутствуют сведения о перенесении ими данного заболевания.

Согласно карте эпидемиологического и специфического обследования больного геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в отношении Ш.Д.И. установлены вероятные условия его заражения, как по месту работы, так и по месту жительства.

Вместе с тем, согласно представленных данных Дебесской районной больницы МЗ УР № от 25.02.2022 года за период с 01.12.2019 года по 28.02.2020 год в учреждении было зафиксировано 11 случаев заражения ГЛПС, где все зараженные являлись жителями Дебесского района, трое из которых у ответчика, либо в ЧОП «Нефтянник» не работали.

Опровергают выводы истцов о факте нахождения очага заражения на Южно-Смольниковском месторождении и данные с Шарканской районной больницы МЗ УР о том, что данным учреждением зафиксировано 11 случаев заражения ГЛПС за период с 01.12.2019 года по 28.02.2020 года жителей Шарканского района УР, из которых никто работниками ООО СК «Стривер», осуществлявших ремонтные работы вагончика-бытовки на Южно-Смольниковском месторождении, не являлся.

Данные выводы так же подтверждаются и представленными данными ООО СК «Стривер» - договором подряда № от 12.08.2019 года и данными за исх.№ 10 от 25.02.2022 года, какими именно работниками выполнялись работы по указанному договору, которые так же в списке заболевших ГЛПС не значатся.

Так же не нашло своего подтверждение утверждение, что все заразившиеся ГЛПС работники ответчика и ЧОП «Нефтянник» заразились именно на Южно-Смольниковском месторождении. Данных о фактическом месте их работы не указано, а связывает их лишь факт проживания на территории Дебесского района Удмуртской Республики.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствие со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствие с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Стороне истца судом неоднократно разъяснялось, что обстоятельства, на которые они ссылаются, а именно, что в результате работы Ш.Д.И. у ответчика, со Ш.Д.И. произошел несчастный случай на производстве, повлекший его смерть (наличие вредных и (или) опасных производственных факторов, сопряженных с работой Ш.Д.И. как водителя, способствующие наступлению несчастного случая при исполнении им своих трудовых обязанностей, на объекте работодателя, в результате которого он был заражен заболеванием ГЛПС, был госпитализирован в 1 РКБ МЗ УР, где 16.02.2020 года умер) подлежат доказыванию стороной истца, в том числе путем проведения судебной экспертизы.

Однако стороны ходатайства о назначении таковой суду не заявили, кандидатуры экспертов не представили.

Кроме того, учитывая состязательность и баланс интересов сторон, истцы не лишены были права доказывать вышеуказанные обстоятельства путем проведения судебной экспертизы в соответствии со ст.79 ГПК РФ, однако на предложение суда ходатайств по назначению экспертизы не заявили, от назначения экспертизы фактически уклонились.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, суд считает, что стороной истца не представлены достаточные доказательства заболевания Ш.Д.И. геморрагической лихорадкой с почечным синдромом, приведшее к его летальному исходу при исполнении им трудовых обязанностей, доказательств, что причины способствовавшие заболеванию Ш.Д.И. и его смерти связаны с его производственной деятельностью у работодателя и при исполнении им трудовых обязанностей, при выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, либо совершении действий в его интересах.

Частью первой статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с частью третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов.

При несчастных случаях, указанных в статье 227 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель (его представитель) обязан в числе прочего немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации (абзацы первый, второй, пятый и шестой статьи 228 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно частям первой и второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии дополнительно включаются лица, указанные в части второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации.

По требованию комиссии в необходимых для проведения расследования случаях работодатель за счет собственных средств обеспечивает в числе прочего выполнение технических расчетов, проведение лабораторных исследований, испытаний, других экспертных работ и привлечение в этих целях специалистов-экспертов (абзац второй части второй статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью третьей статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что материалы расследования несчастного случая включают в том числе документы, характеризующие состояние рабочего места, наличие опасных и вредных производственных факторов, экспертные заключения специалистов, медицинское заключение о причине смерти пострадавшего, другие документы по усмотрению комиссии.

Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая (часть четвертая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью пятой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в частности, обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации указано, что расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных названным кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством, в частности, смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть седьмая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется по нормам Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее также - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ).

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ).

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;

- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ);

- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из изложенного правового регулирования следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. По ее требованию в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая за счет средств работодателя для проведения расследования могут привлекаться специалисты-эксперты, заключения которых приобщаются к материалам расследования. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в том числе обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации приведен исчерпывающий перечень несчастных случаев, когда по решению комиссии в зависимости от конкретных обстоятельств они могут квалифицироваться как не связанные с производством. В числе таких несчастных случаев - смерть вследствие общего заболевания, подтвержденная в установленном порядке медицинской организацией. Вместе с тем в зависимости от конкретных обстоятельств несчастный случай со смертельным исходом может быть квалифицирован как несчастный случай на производстве, несмотря на то, что причиной смерти пострадавшего в заключении медицинской организации указано общее заболевание. Иное истолкование положений части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации привело бы к нарушению таких основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование работников (абзацы тринадцатый и двадцатый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

В силу статьи 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

Из положений статьи 231 ТК РФ безусловно не следует, что законодатель установил досудебный порядок урегулирования спора между работником и работодателем относительно наличия факта несчастного случая на производстве, порядка его расследования и оформления. Анализ приведенной нормы позволяет прийти к выводу, что при неурегулированных разногласиях по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве, несогласная сторона может обратиться непосредственно в суд.

Следовательно, суду с учетом приведенных норм о расследовании, оформлении и учете несчастных случаев, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации при разрешении спора о признании несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего с работником при исполнении им трудовых обязанностей, как связанного или не связанного с производством, необходимо каждый раз принимать во внимание конкретные обстоятельства, при которых с работником произошел несчастный случай со смертельным исходом, в том числе находился ли пострадавший в момент несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, был ли он допущен работодателем к исполнению трудовых обязанностей, было ли выявлено у него какое-либо общее заболевание по результатам прохождения предварительного (периодического) медицинского осмотра, подтвержденное заключением медицинской организации, проводившей медицинский осмотр.

Изложенные нормы права, регулируют вопросы расследования несчастных случаев на производстве, в частности об обязанности работодателя обеспечить надлежащее и своевременное расследование несчастного случая и оформление материалов расследования.

Частями 1 и 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что Ш.Д.И. обратился за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ в БУЗ МЗ УР «<адрес> больница МЗ УР», ДД.ММ.ГГГГ Ш.Д.И. умер в БУЗ УР 1-я республиканская больница МЗ УР от заболевания геморрагическая лихорадка с почечным синдромом – т.е. общего заболевания, которое под перечень случаев, установленных ст.227 ТК РФ, не подпадает.

Исходя из показаний свидетеля С.Т.А. следует, что ДД.ММ.ГГГГ ею работодатель был поставлен в известность, что работник Ш.Д.И. заболел. Вместе с тем, о том, что Ш.Д.И. заболел заболеванием, связанным с осуществлением им трудовых обязанностей, свидетелем не сообщалось. Других доказательств, что в адрес ответчика поступали сообщения о заболевании Ш.Д.И. в связи с исполнением им должностных обязанностей, суду так же не поступало.

В соответствии с представленным протоколом заседания санитарно-противоэпидемической комиссии Администрации муниципального образования «Дебесский район» № 3 от 26.02.2020 года, участвующим в заседании комиссии руководителем охраны труда НГДУ-2 АО «Белкамнефть» им. А.А. Волкова П.М.Л. было сообщено, что о случае ГЛПС в адрес АО «Белкамнефть» сообщено 18.02.2020 года Роспотребнадзором п.Игра, в связи с чем 25.022020 года по договору ими были проведены дератизационные мероприятия и проведены иные профилактические мероприятия (по месту расположения вагончика, среди работников распространены памятки по профилактике ГЛПС, информация размещена на входных дверях бытовых помещений и т.д.). Вместе с тем данные сведения так же не свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи возникновения заболевания Ш.Д.И. со смертельным исходом и осуществлением им трудовых обязанностей у ответчика.

Судом также установлено, что истцы не обращались к работодателю Ш.Д.И. о проведении расследования несчастного случая на производстве. После обращения истцом ФИО4 в Государственную инспекцию труда в УР, государственным инспектором так же предписаний в адрес АО «Белкамнефть» о проведении расследования несчастного случая на производстве, не выносилось.

Таким образом, оснований для проведения расследования смерти Ш.Д.И. как несчастного случая на производстве и оформления ответчиком акта по результатам его расследования, и в целом квалификации данного несчастного случая как связанного с производством, не имелось.

Вместе с тем, исходя из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" следует, что при рассмотрении иска о признании несчастного случая связанным с производством необходимо учитывать конкретные обстоятельства каждого дела и имеющихся по нему доказательств.

Согласно ответу в адрес ФИО4 врио заместителя руководителя Государственной инспекции труда в Удмуртской Республике № от 20.07.2020 года в связи с поступлением от нее письменного обращения сообщено, что исходя из представленных данных, смерть работника Ш.Д.И. наступила в результате заболевания – геморрагическая лихорадка с почечным синдромом, что не подпадает под действие ст.227 Трудового кодекса РФ и не подлежит расследованию в порядке, установленном Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 года № 73 «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях». Основываясь на п.7 указанного Положения Минтруда, постановление Правительства РФ от 15.12.2000 года № 967 обращение ФИО4 было перенаправлено для его разрешения в Управление Роспотребнадзора по Удмуртской Республике.

На основании распоряжения о проведении эпидемиологического расследования юридического лица от 17.02.2020 года 06 марта 2020 года на территории <адрес> проведено эпидемиологическое расследование, согласно Акту которого расследование проводилось в период с 02.02.2020 года по 17.02.2020 год на территории <адрес>, нарушения санитарно-эпидемиологических правил на объекте (территории) в ходе проведения внеплановых мероприятий по контролю за соблюдением требований санитарного законодательства и способствующие формированию эпидемического очага – не выявлены.

Судом установлено, что данный акт расследования, ни ответ государственной инспекции труда в УР, ни результаты медицинских заключений по факту смерти Ш.Д.И. в установленном законом порядке оспорены не были, а доказательств, подтверждающих наступление смерти Ш.Д.И. от причин, связанных с выполнением трудовых обязанностей, стороной истцов в ходе рассмотрения дела по существу в суд не было представлено.

Так же ссылки истцов на производство проверки по заявлению ФИО4 по факту смерти ее сына Ш.Д.И., зарегистрированному КРСП Балезинского межрайонного следственного отдела следственного управления СК РФ по УР за № от 06.03.200 года во внимание судом приняты быть не могут, поскольку в рамках данной проверки решается вопрос о привлечении к уголовной ответственности медицинских работников при исполнении ими своих профессиональных обязанностей по факту причинения смерти по неосторожности.

Анализ приведенных в настоящем решении правовых норм позволяет сделать вывод о том, что для учета несчастного случая, как произошедшего на производстве, необходимо, чтобы увечье или иное повреждение здоровья было получено работником при исполнении трудовых обязанностей в рабочее время.

В судебном заседании доводы истцов своего подтверждения не нашли, указанные истцами нарушения со стороны работодателя по обеспечению охраны труда Ш.Д.И. представленными материалами дела опровергнуты,

Таким образом, учитывая, отсутствие причинно-следственной связи между исполнением Ш.Д.И. трудовых обязанностей и его смертью, а также отсутствие со стороны АО «Белкамнефть» им. А.А.Волкова допущенных нарушений законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, суд считает, что отсутствуют основания для признания факта наступления смерти Ш.Д.И. несчастным случаем на производстве, подлежащим оформлению актом о несчастном случае по форме Н-1.

Исковые требования ФИО1, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о компенсации морального вреда являются производными от основного заявленного требования, в связи с чем также удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил :

В удовлетворении исковых требований ФИО1, действующей в свих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Акционерному обществу «Белкамнефть» им.А.А.Волкова о признании факта смерти несчастным случаем на производстве, возложении обязанности провести расследование и составить акт формы Н-1, взыскании морального вреда, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный суд УР через Кезский районный суд УР в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме

Решение суда в окончательной форме принято 14 ноября 2022 года.

Судья Е.А. Сабрекова