Судья Губка Н.Б.

УИД: 74RS0002-01-2023-000996-20

Дело № 2-3349/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-9626/2023

20 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г., Федосеевой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области о включении периода работы в страховой стаж, возложении обязанности назначить страховую пенсию по старости, взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 25 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Доевой И.Б. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, пояснения представителя ответчика ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, пояснения представителя истца ФИО3, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области (далее ОСФР по Челябинской области) о признании незаконным решения ОПФР по Челябинской области от 23 марта 2022 года № <данные изъяты> о назначении страховой пенсии по старости с 01 января 2022 года без учета периодов работы и справок о выплаченной заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ года по 27 декабря 1981 года в должности <данные изъяты> и <данные изъяты>, с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>, возложении обязанности включить в страховой стаж периоды работы с ДД.ММ.ГГГГ года по 27 декабря 1981 года в должности <данные изъяты> и <данные изъяты>; с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>, произвести перерасчет и выплату страховой пенсии по старости с 15 октября 2021 года, взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей (л.д. 4-12).

В обоснование исковых требований указано, что 15 октября 2021 года ФИО1, <данные изъяты> года рождения, обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением пенсионного органа от 21 марта 2022 года № <данные изъяты> истцу отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием регистрации по месту жительства на территории Российской Федерации либо факта снятия с регистрационного учета на территории Республики Казахстан. В последующем, решением пенсионного органа № <данные изъяты> истцу была назначена страховая пенсии по старости с 01 января 2022 года без учета стажа работы и справок о выплаченной заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ года по 27 декабря 1981 года в должности <данные изъяты> и <данные изъяты>, с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>. Не согласившись с данным решением, истец обратилась в суд с вышеуказанным иском.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 и ее представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснили, что на исковом требовании в части включения периода работы с ДД.ММ.ГГГГ года по 27 декабря 1981 года в должности <данные изъяты> и <данные изъяты> не настаивают, поскольку в указанный период имел место отпуск по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения до достижения им возраста полутора лет, который учтен пенсионным органом в соответствии с пунктом 1 части 12 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как нестраховой период, что является наиболее выгодным вариантом расчета для истца.

Представитель ответчика ОСФР по Челябинской области ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, ссылаясь на их необоснованность по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление (л.д. 59-60).

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 25 апреля 2023 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Судом постановлено: признать незаконным решение ОСФР по Челябинской области в части назначения ФИО1 страховой пенсии по старости без учета периода работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>; возложить на ОСФР по Челябинской области обязанность включить в страховой стаж ФИО1 период работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>; возложить на ОСФР по Челябинской области обязанность произвести ФИО1, перерасчет и выплату страховой пенсии по старости с 15 октября 2021 года с учетом включения в страховой стаж период работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>; взыскать с ОСФР по Челябинской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей; в удовлетворении исковых требований в остальной части отказать (л.д. 146-152).

В апелляционной жалобе представитель ответчика ОСФР по Челябинской области просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение норм материального права и процессуального права при оценке доказательств (л.д. 155057).

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО1 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность (без л.д.).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. Одновременно информация о слушании дела размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 113, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебном заседанию, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав новые доказательства, принятые в порядке абзаца 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает решение Центрального районного суда г. Челябинска от 25 апреля 2023 года в части удовлетворения исковых требований ФИО1 о возложении обязанности на ОСФР по Челябинской области произвести ФИО1 перерасчет и выплату страховой пенсии по старости с 15 октября 2021 года с учетом включения в страховой стаж периода работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в <данные изъяты> подлежащим изменению, поскольку выводы суда в указанной части не соответствуют установленным обстоятельствам и основаны на неверном применении судом при рассмотрении дела норм материального и процессуального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и следует из материалов дела, что 15 октября 2021 года ФИО1, <данные изъяты> года рождения, зарегистрированная в системе индивидуального (персонифицированного) учета 05 июля 2021 года, обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», к которому, помимо прочего, приложила паспорт гражданина Российской Федерации, трудовую книжку, свидетельство о браке, документ об образовании, справку о заработной плате, обороты по транзитным счетам вкладчика (л.д. 64-67, 107-109).

Решением пенсионного органа от 21 марта 2022 года № <данные изъяты> ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием регистрации по месту жительства на территории Российской Федерации либо факта снятия с регистрационного учета на территории Республики Казахстан (л.д. 62-63).

Оценка пенсионных прав ФИО1 произведена пенсионным органом на основании части 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»: возраст 55 лет (ФИО1 достигла возраста 62 лет), страховой стаж не менее 6 лет (страховой стаж ФИО1 составляет 15 лет 06 месяцев 12 дней), величина ИПК не менее 6,6 (величина ИПК ФИО1 составляет 17,858); при этом, период работы с ДД.ММ.ГГГГ года по 27 декабря 1981 года в должности <данные изъяты> и <данные изъяты> учтен пенсионным органом в соответствии с пунктом 1 части 12 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как нестраховой период, что является наиболее выгодным вариантом расчета для истца, поскольку в указанный период имел место отпуск по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения до достижения им возраста полутора лет.

Из материалов дела также следует, что решением пенсионного органа от 23 марта 2022 года № <данные изъяты> ФИО1 была назначена страховая пенсии по старости с 01 января 2022 года без учета стажа работы и справок о выплаченной заработной плате с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты> (л.д. 32-33, 34-36, 40-41, 42-44).

Полагая, что исчисление страхового стажа и ИПК произведено пенсионным органом неверно, такой подсчет нарушает ее право на пенсионное обеспечение, ФИО1 обратилась в суд.

Разрешая возникший спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», Рекомендациями по проверке правильности назначения пенсий лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР, утвержденными распоряжением правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года №99р, исходил из того, что для определения права на страховую пенсию по старости гражданам, прибывшим из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР, в том числе после 13 марта 1992 года, при этом до 01 января 2002 года - независимо от уплаты страховых взносов, с учетом законодательства государства, в котором эти лица проживают.

Принимая во внимание, что факт работы истца на территории Республики Казахстан с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>, а также факт уплаты страховых взносов после 01 января 2002 года подтверждены трудовой книжкой истца, архивными справками, истец на дату обращения в пенсионный орган с заявлением о назначении ей страховой пенсии являясь гражданином Российской Федерации, проживала на территории Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований о включении в страховой стаж указанного периода работы, а также назначении истцу страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 15 октября 2021 года, поскольку на дату обращения с заявлением в пенсионный орган у истца возникло право на назначение страховой пенсии по старости.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, приняты в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено.

Проверяя по доводам апелляционной жалобы ответчика решение суда в указанной части, судебная коллегия не находит оснований для его отмены, полагая, что выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В соответствии с частью 3 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

Порядок пенсионного обеспечения лиц, прибывших на жительство в Российскую Федерацию из государств - бывших республик Союза ССР, регулируется принятым 13 марта 1992 года Соглашением о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества независимых государств в области пенсионного обеспечения.

Российская Федерация и Республика Казахстан являются участниками Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», поскольку Российская Федерация в лице компетентных органов государственной власти выразила согласие на обязательность для нее международного договора посредством одного из действий, перечисленных в статье 6 Федерального закона от 15 и.юля 1995 года № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» путем подписания договора.

В силу статьи 1 Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения» пенсионное обеспечение граждан государств - участников настоящего Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

Из приведенных положений международного соглашения, а также из положений части 3 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что пенсионное обеспечение нетрудоспособных лиц, переселившихся из одного государства - участника Соглашения в другое, осуществляется в порядке, установленном законодательством государства, в которое прибыло лицо, претендующее на назначение пенсии.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июня 2004 года № 11-П в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, развивается система социальных служб; каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 7; статья 37, часть 3; статья 39, часть 1).

Важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со статьей 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

Согласно статье 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (в редакции на дату обращения истца в пенсионный орган), право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к названному Федеральному закону).

В силу части 3 статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 01 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30. При этом необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, а при назначении страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, - на день установления этой страховой пенсий.

Таким образом, условиями для назначения страховой пенсии по старости на основании статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» у ФИО1 являлись: достижение возраста 55 лет, наличие продолжительности страхового стажа не менее 6 лет, величины ИПК - не менее 6,6.

В силу пункта 2 статьи 6 Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения» для установления права на пенсию, в том числе пенсию на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств - участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу настоящего Соглашения, то есть до 13 марта 1992 года.

Статьей 11 Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения» предусмотрено, что необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств - участников Содружества Независимых Государств и государств, входивших в состав СССР или до 01 декабря 1991 года, принимаются на территории государств - участников Содружества без легализации.

В соответствии с частью 1 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 названного Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно части 8 статьи 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу действующего Закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

В соответствии с пунктами 10, 11, 12 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, периоды работы подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета, а при их отсутствии - документами, в пунктах 11 - 17 названных Правил. В частности документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца.

Согласно пункту 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховой пенсии, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, документом, подтверждающим периоды работы, является трудовая книжка установленного образца. Записи в трудовых книжках работников должны быть оформлены в строгом соответствии с требованиями инструкции о порядке ведения трудовых книжек. Пенсионный фонд вправе и обязан провести проверку представленных документов и оценить наличие у гражданина права на назначение страховой пенсии, определить ее размер.

Аналогичные положения содержались в пункте 6 ранее действовавших Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2002 года № 555.

Согласно пункту 5 рекомендаций по проверки правильности назначения пенсии лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств бывшего СССР, утвержденных распоряжением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года № 99р, для определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочную трудовую пенсию по старости лицам, прибывшим из государств - участников Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР. При этом трудовой стаж, имевший место в государствах - участниках Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года, приравнивается к страховому стажу и стажу на соответствующих видах работ (письмо Минтруда России от 29 января 2003 года № 203-16). При этом периоды работы по найму после 01 января 2002 года (после вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации») могут быть включены в подсчет трудового (страхового) стажа при условии уплаты страховых взносов на пенсионное обеспечение в соответствующие органы той страны, на территории которой осуществлялась трудовая и (или) иная деятельность. Указанные периоды работы на территории государства - участника Соглашения стран Содружества Независимых Государств от 13 марта 1992 года подтверждаются справкой компетентных органов названного государства об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное обеспечение либо на социальное страхование.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для включения в страховой стаж истца периода работы на территории Республики Казахстан с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>, поскольку осуществление истцом трудовой деятельности в указанный период подтверждено записями в трудовой книжке истца и архивными справками (л.д. 13-18, 45-55), которые ответчиком ничем объективно не опровергнуты, сомнений не вызывают, записи в трудовую книжку внесены последовательно, подписи и печати хорошо просматриваются, соответственно оснований ставить под сомнение работу истца в указанные периоды, не принимать во внимание данные документы ни у ответчика, ни у суда первой инстанции не имелось (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Проверяя факт уплаты страховых взносов, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание справку от 03 августа 2021 года (л.д. 54-55), которые соответствуют сведениям, полученным пенсионным органом (л.д. 71-73, 76, 110-131), которые подтверждают факт уплаты работодателем взносов за спорный период, при том, что по смыслу вышеприведенных норм пенсионного законодательства, спорный период работы истца с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты>, не требует подтверждения уплаты страховых взносов на пенсионное обеспечение из соответствующих органов Республики Казахстан.

Таким образом, представленные истцом в пенсионный орган документы соответствовали требованиям, предъявляемым к документам, подтверждающим специальный страховой стаж, в том числе, до регистрации в системе пенсионного страхования (статья 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», пункт 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской от 02 октября 2014 года № 1015).

Ссылка в жалобе на отсутствие ответа компетентного органа Республики Казахстан о проверке периодов работы истца не свидетельствует о незаконности решения суда, т.к. пенсионное законодательство не содержит нормы об обязательности подтверждения компетентным органом периода работы на территории другого государства. В этом случае к документам приведенными выше нормами пенсионного права предъявляются такие же требования, как и к документам, подтверждающим работу на территории Российской Федерации (исключая периоды работы в странах - членах СНГ после 01 января 2002 года, когда необходимо подтверждать факт уплаты страховых взносов на пенсионное страхование ответом компетентного органа).

Доводы жалобы о реализации пенсионным органом права на проведение проверки документов истца, невозможности назначения пенсии до поступления ответа на запрос от компетентного органа Республики Казахстан не могут быть признаны обоснованными, с учетом того, что представленные истцом в пенсионный орган документы правомерно признаны судом достаточными и достоверными.

Данные доказательства стороной ответчика ничем объективно не опровергнуты (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции правомерно учел, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, 06 октября 2021 года ей выдан паспорт гражданина Российской Федерации, 11 октября 2021 года ФИО1 зарегистрирована в системе индивидуального (персонифицированного) учета, а также имея регистрацию по месту пребывания в Российской Федерации (л.д. 19-20, 21, 23), представив в пенсионный орган все необходимые документы, подтверждающий периоды работы на территории Республики Казахстан, в том числе и справку об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхования, оспариваемым решением пенсионного органа лишена права на пенсионное обеспечение в порядке и на условиях, предусмотренных пенсионным законодательством Российской Федерации.

Обращаясь с апелляционной жалобой ответчик указывает на то, что поскольку ФИО1 на момент обращения в пенсионный орган 15 октября 2021 года не имела регистрации по месту жительства в Российской Федерации, в связи с чем у суда отсутствовали основания для включения спорного периода в страховой стаж истца и признания за ней права на назначение страховой пенсии по старости с 15 октября 2021 года. Указанные доводы являются аналогичными правовой позиции ответчика при рассмотрении дела судом первой инстанции. Доводы ответчика проанализированы судом, мотивы, по которым указанные доводы признаны необоснованными и отклонены, подробно изложены в оспариваемом судебном акте. Оснований не соглашаться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права и его толковании.

Так, распоряжением правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года № 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР», утверждены Рекомендации по проверке правильности назначения пенсий лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР.

В подпункте «а» пункта 3 рекомендаций указано, что в соответствии с Перечнем документов, необходимых для установления трудовой пенсии и пенсии по государственному пенсионному обеспечению в соответствии с Федеральными законами «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», утвержденным постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации и Пенсионного фонда Российской Федерации от 27 февраля 2002 года № 16/19па, документом, подтверждающим личность, возраст, место жительства и гражданство лица, которому устанавливается пенсия, в зависимости от его правового статуса на территории Российской Федерации для граждан Российской Федерации являются паспорт и свидетельство о регистрации по месту жительства на территории Российской Федерации.

Постановление от 27 февраля 2002 года № 16/19па утратило силу с 01 января 2015 года на основании приказа Минтруда России № 1027н, Пенсионного фонда Российской Федерации № 494п от 11 декабря 2014 года.

Приказом Минтруда России от 28 ноября 2014 года № 958н утвержден новый Перечень документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению.

Согласно пункту 2 Перечня для установления пенсии необходимы документы, удостоверяющие личность, возраст, место жительства, гражданство, регистрацию в системе обязательного пенсионного страхования гражданина, которому устанавливается пенсия, и другие документы в зависимости от вида устанавливаемой пенсии, предусмотренные настоящим перечнем, а также соответствующее заявление об установлении пенсии, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом «О страховых пенсиях», Федеральным законом «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

Документом, подтверждающим место жительства гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации, является паспорт гражданина Российской Федерации, удостоверяющий личность гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации, с отметкой о регистрации по месту жительства, временное удостоверение личности гражданина Российской Федерации с отметкой о регистрации по месту жительства, а для лиц, не достигших 14-летнего возраста - свидетельство о регистрации по месту жительства, выданное территориальным органом Министерства внутренних дел Российской Федерации (пункт 61 Перечня).

Документом, подтверждающим место пребывания на территории Российской Федерации гражданина Российской Федерации, является свидетельство о регистрации по месту пребывания на территории Российской Федерации, временное удостоверение личности гражданина Российской Федерации с отметкой о регистрации по месту пребывания (пункт 62 Перечня).

Документом, подтверждающим место фактического проживания гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации, является его личное заявление (пункт 63 Перечня).

Постоянное проживание в Российской Федерации гражданина Российской Федерации, имеющего подтвержденное регистрацией место жительства в Российской Федерации, подтверждается документами, предусмотренными пунктом 61 настоящего перечня, а в случае если гражданин Российской Федерации не имеет подтвержденного регистрацией места жительства в Российской Федерации, - документом, предусмотренным пунктом 63 настоящего перечня (пункт 64 Перечня).

Как усматривается из материалов дела и не оспаривается ответчиком, ФИО1 при подаче заявления о назначении страховой пенсии 15 октября 2021 года представила в пенсионный орган паспорт гражданина Российской Федерации, а в заявлении о назначении пенсии указала адрес фактического проживания (<данные изъяты>) (л.д. 64-67). Соответственно, ФИО1 были соблюдены вышеприведенные требования действующего законодательства в части представления для назначения страховой пенсии документа, подтверждающего место фактического проживания в Российской Федерации, учитывая также то обстоятельство, что решением Управления полиции города Рудного МВД Республики Казахстан ФИО1 снята с регистрационного учета по постоянному месту жительства в Республике Казахстан 15 сентября 2021 и ей разрешен выезд на постоянное место жительства за пределы Республики Казахстан, в подтверждение чего выдан адресный листок убытия от 15 сентября 2021 года (л.д. 96), следовательно, на дату обращения с заявлением в пенсионный орган – 15 октября 2021 года у ФИО1 возникло право на назначение страховой пенсии по старости.

Одновременно, судебная коллегия обращает внимание на то, что в материалах пенсионного дела (л.д. 62-136) отсутствуют сведения о том, что истцу разъяснялись причины невключении периода работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности <данные изъяты> в страховой стаж при оценке пенсионных прав, влияния на размер пенсии данного периода, необходимости предоставления справок о заработной плате за указанный период, а также документа, подтверждающего место фактического проживания в Российской Федерации. Принимая во внимание указанные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу, что пенсионным органом на момент обращения истца с заявлением о назначении пенсии надлежащим образом свои обязанности, предусмотренные пенсионным законодательством и функции, возложенные на пенсионный орган Положением о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденным постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2122-I, не были выполнены, что повлекло нарушение права ФИО1 на своевременное включение в страховой стаж спорного периода и расчет размера пенсии с учетом данного периода, а также ее выплату с момента назначения. В случае своевременного надлежащего уведомления ФИО1 о необходимости представления дополнительных документов, в частности, документа, подтверждающего место фактического проживания в Российской Федерации, истец имела бы возможность в более ранние сроки реализовать данное право и восстановить свои пенсионные права. В отношении периода работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года в должности заведующей библиотекой в Рудненском педагогическом училище имени И. Алтынсари пенсионным органом в принципе не принят во внимание данный стаж без учета того, что он имел до 01 января 2002 года, когда подтверждать факт уплаты страховых взносов на пенсионное страхование ответом компетентного органа не требуется, подтвержден записями в трудовой книжке, а в случае сомнений в его достоверности не даны какие-либо разъяснения истцу о подтверждении данного периода.

Более того, на момент принятия пенсионным органом решения о проведении проверки на основании обращения ФИО1 от 09 июня 2022 года относительно необоснованного отказа в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (решение от 21 марта 2022 года № <данные изъяты>), ФИО1 на основании свидетельства № <данные изъяты> от 22 октября 2021 года была зарегистрирована по месту пребывания по адресу: <данные изъяты> на период с 22 октября 2021 года по 20 декабря 2021 года, а с 18 декабря 2022 года зарегистрирована по месту жительства по указанному адресу (л.д. 19-20, 23, 32-33, 95), что не было учтено пенсионным органом при принятии решения о назначении ФИО1 страховой пенсии по старости с 01 января 2022 года (л.д. 91).

При этом, судебная коллегия отмечает, что местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (пункт 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В Законе Российской Федерации от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» содержится понятие места жительства, под которым понимается жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору, найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и в которых он зарегистрирован по месту жительства (статья 2).

Положения части 2 статьи 3 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» устанавливают, что регистрация или отсутствие таковой не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, конституциями (уставами) и законами субъектов Российской Федерации.

Отсутствие регистрации гражданина по месту жительства не исключает возможности установления фактического постоянного места жительства такого гражданина на территории Российской Федерации на основании иных сведений, представленных стороной истца, в том числе, заявления о место фактического проживания гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации.

Как действующее в настоящее время пенсионное законодательство, так и ранее действовавшее законодательство не связывает право граждан Российской Федерации на страховую пенсию с фактом регистрации по месту жительства, регистрация или отсутствие постоянной регистрации по месту жительства не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, конституциями (уставами) и законами субъектов Российской Федерации, в том числе права на пенсионное обеспечение.

Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется, так как выводы суда первой инстанции в указанной части полностью соответствуют обстоятельствам данного дела, спор по существу разрешен верно.

В соответствии с частью 1 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Установив, что ФИО1 на день обращения с заявлением о назначении пенсии достигла требуемого возраста, ее страховой стаж и индивидуальный пенсионный коэффициент с учетом спорного периода работы, а также периода ухода за ребенком до достижения им возраста полутора лет, являются достаточными для назначения страховой пенсии по старости, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в части возложении обязанности на ОСФР по Челябинской области произвести истцу перерасчет и выплату страховой пенсии по старости с 15 октября 2021 года с учетом включения в страховой стаж периода работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года.

В тоже время, судебная коллегия отмечает, что согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Резолютивная часть решения суда должна содержать выводы суда об удовлетворении иска либо об отказе в удовлетворении иска полностью или в части, указание на распределение судебных расходов, срок и порядок обжалования решения суда (часть 5 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Положения части третьей статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязывающие суд принять решение по заявленным истцом требованиям, а также предоставляющие суду право в случаях, предусмотренных законом, выйти за пределы заявленных требований, как и положения частей четвертой и пятой статьи 198 этого же Кодекса, закрепляющие требования к содержанию решения суда, направлены на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения, являются процессуальными гарантиями права на судебную защиту.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств.

В связи с этим в резолютивной части должно быть четко сформулировано, что именно постановил суд как по первоначально заявленному иску, так и по встречному требованию, если оно было заявлено (статья 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право. Судом должны быть разрешены и другие вопросы, указанные в законе, с тем чтобы решение не вызывало затруднений при исполнении (часть 5 статьи 198, статьи 204 - 207 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При отказе в заявленных требованиях полностью или частично следует точно указывать, кому, в отношении кого и в чем отказано.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также нормы процессуального права, судебная коллегия изменяет решение суда в части удовлетворения исковых требований ФИО1 о возложении обязанности на ОСФР по Челябинской области произвести ФИО1, перерасчет и выплату страховой пенсии по старости с 15 октября 2021 года с учетом включения в страховой стаж периода работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), указав на возложение обязанности на ОСФР по Челябинской области назначить ФИО1 страховую пенсию по старости на основании статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 15 октября 2021 года.

Поскольку факт нарушения пенсионных прав истца нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, и данное нарушение, безусловно, причинило истцу моральный вред, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о правомерности требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей. Вывод суда в указанной части соответствует положениям статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениям, изложенным в пунктах 1 - 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Оснований для изменения размера компенсации морального вреда, так же как и оснований к отказу в удовлетворении указанных требований, вопреки доводам жалобы ответчика, у судебной коллегии не имеется, поскольку при определении размера компенсации суд учел характер нарушенных пенсионных прав истца, индивидуальные особенности истца, степень причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика, длительность нарушения права истца, иные заслуживающие внимание обстоятельства дела, а также принципы разумности и справедливости, и (вопреки ошибочным доводам автора жалобы) чрезмерным не является.

Установив при рассмотрении гражданского дела, что период работы истца с ДД.ММ.ГГГГ года по 27 декабря 1981 года в должности <данные изъяты> и <данные изъяты> не настаивают, поскольку в указанный период имел место отпуск по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения до достижения им возраста полутора лет, учтен пенсионным органом в соответствии с пунктом 1 части 12 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как нестраховой период, что является наиболее выгодным вариантом расчета для истца, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска в указанной части.

Решение суда в той части, которой отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 никем не обжалуется, в связи с чем, его законность и обоснованность в силу положений частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может являться предметом проверки суда апелляционной инстанции. Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые, в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба ответчика не содержит; иными лицами, участвующими в деле, решение суда не обжалуется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда г. Челябинска от 25 апреля 2023 года в части удовлетворения исковых требований ФИО1 о возложении обязанности на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области произвести ФИО1 перерасчет и выплату страховой пенсии по старости с 15 октября 2021 года с учетом включения в страховой стаж периода работы с 01 января 1998 года по 31 января 2001 года изменить.

Возложить обязанность на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области назначить ФИО1 страховую пенсию по старости на основании статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 15 октября 2021 года.

В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 июля 2023 года.