2-794/2025
86RS0005-01-2025-000456-49
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
14 апреля 2025 года г. Сургут
Сургутский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:
председательствующего судьи Гариной Н.В.,
при секретаре Горбуновой Г.Р.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры притворной сделкой, аннулировании записи о регистрации, признании права единоличной собственности на жилое помещение,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ФИО2, в обоснование заявленных требований указав, что она с 2010 года состояла на учете для предоставления государственной поддержки в соответствии с Подпрограммой «Ипотечное жилищное кредитование» Программы ХМАО-Югры «Улучшение жилищных условий населения ХМАО-Югры на 2005-2015 годы», утв. Законом ХМАО-Югры от 11.11.2005 № 103-оз и на регистрационном учете для предоставления субсидии на молодую семью, имеющую детей по Подпрограмме «Доступное жилье молодым». В начале 2014 года ОАО «Ипотечное агентство Югры» ей сообщено о необходимости подыскания для приобретения в собственность жилого помещения с целью предоставления субсидии на детей. Истцом подыскано подходящее жилое помещение по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, однако, она была поставлена в известность продавцом - ФИО4 о том, что ввиду наличия большого долга за жилищно-коммунальные услуги приватизация квартиры была не окончена. По указанной причине, 06.02.2014 истец за счет своих личных денежных средств передала ФИО4 521 503 руб. для оплаты им имеющейся задолженности за ЖКУ в качестве предоплаты (задатка, аванса) покупаемой квартиры, что подтверждается распиской ФИО4 и кассовым чеком от 06.02.2014. В последующем, она помогла продавцу оформить заявление на приватизацию вышеуказанного жилого помещения. 01.06.2014 между истцом и ФИО4 был заключен нотариально удостоверенный предварительный договор купли-продажи вышеуказанной квартиры, согласно которого стороны формально определили стоимость квартиры в размере 4 170 000 руб. (хотя имели намерения оформить сделку за 3 100 000 руб.) и обязались заключить основной договор купли-продажи в срок не позднее 10.07.2014. Истцом с продавцом также было согласовано, что оставшаяся стоимость приобретаемой квартиры будет оплачена средствами материнского капитала и средствами жилищной субсидии, предоставляемой на несовершеннолетних детей истца, а также кредитными денежными средствами. Однако, при предоставлении истцом необходимого пакета документов в ОАО «Ипотечное агентство Югры», в пенсионный орган с целью получения жилищной субсидии, средств материнского капитала, Ипотечным агентством истцу было отказано в согласовании спорной квартиры ввиду того, что она находится в доме подлежащим сносу. На момент отказа в согласовании спорной квартиры, истец состояла в отношениях с ФИО5, с которым впоследствии вступила в брак 20.09.2014. Будущий на тот момент свекр ФИО2 предложил истцу, чтобы не потерять спорную квартиру - ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, а также выделяемые для ее приобретения денежные средства материнского капитала и жилищной субсидии, а также уже оплаченные денежные средства в размере 521 503 руб., направленные на оплату долга продавца, притворно оформить договор купли-продажи спорной квартиры на него, а истцу формально приобрести, находящуюся в его собственности квартиру по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, на что истец согласился, поскольку считал, что станет семьей и родственник её не обманет. Между ними была достигнута договоренность о том, что после погашения ипотеки перед сносом дома они заключат договор мены квартир, согласно которому переоформят спорную квартиру на истца, а квартиру по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, на свекра. Ответчик предложил указать стоимость его квартиры в размере 5 560 000 руб. и в целях прикрытия последующей сделки по приобретению спорной квартиры - истцу взять кредит в банке. В вышеуказанных целях, 15.08.2014 между истцом, а также ФИО5 с одной стороны и ОАО «Сбербанк России» с другой стороны заключен кредитный договор № на приобретение готового жилья (молодая семья) в размере 5 429 000 руб. сроком до 01.09.2036 под 11,25% годовых. 19.08.2024 между истцом (Покупатель) и ФИО2 (Продавец) формально был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, согласно условий которого истец приобрел указанную квартиру за 5 560 000 руб., из которых ФИО2 получил от истца лично 131 000 руб. и от ОАО «Сбербанк России» - 5 429 000 руб. согласно её заявления на зачисление кредита от 01.09.2014 и платежного поручения № 5-1 от 01.09.2014. 04.09.2014 между ФИО3 (Покупатель) и ФИО4 (Продавец) формально заключен договор купли-продажи спорной квартиры, расположенной по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, согласно условий которого ФИО2 приобрел указанную квартиру за окончательно согласованную стоимость в размере 3 100 000 руб. Как стороны и договаривались спорная квартира по адресу: ХМАО- Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, приобретена для истца и её детей, с сентября 2014 года и до настоящего времени истец в ней постоянно проживает, единолично производит оплату ЖКУ, сделал дорогостоящий ремонт в размере 2 000 000 руб., тогда как формально став собственником квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, в ней никогда не проживал, не вселялся в нее и действительных намерений ее приобретать никогда не имел - ее продолжал использовать ФИО2 по своему усмотрению, а именно извлекал из нее доход, сдавая в найм третьим лицам. При этом, сам ФИО2 до настоящего времени проживает в соседней <адрес> по указанному адресу, которая также принадлежит ему на праве собственности. Заключив притворную сделку по спорной квартире, в последующем кредит № от ДД.ММ.ГГГГ частично был погашен средствами материнского капитала в размере 429 408,50 руб. (27.10.2014), а также средствами жилищной субсидии в размере 1 848 134,79 руб. (31.12.2014), и в последующем мной единолично. ФИО2, получивший денежные средства в общем размере 5 560 000 руб., из них снял с банковского счета и произвел оплату ФИО4 наличными за спорную квартиру в размере 1 000 000 руб. и 1 350 000 руб. перечислил безналичным способом, при том, что ранее ФИО4 уже фактически получил от истца 521 503 руб., а в последующем дополнительно - 228 497 руб. из личных средств истца, итого: ФИО4 было получено: 3 100 000 руб. Оставшиеся денежные средства 3 210 000 руб., исходя из расчета: 5 560 000 - 1 000 000 - 1 350 000, после оплаты ФИО4, ФИО2 целиком и полностью оставил себе, считая что это стоимость отчужденной им квартиры. Последующую оплату за кредит № от ДД.ММ.ГГГГ истец производил самостоятельно, однако, после расторжения 12.08.2022 брака с ФИО5 (прекращен 13.09.2022) допускал просрочки ввиду чего в последующем Банк обратился в Сургутский городской суд с иском о расторжении кредитного договора, взыскании задолженности по кредитному договору и судебных расходов, обращении взыскания на заложенное имущество. При обсуждении ситуации с ФИО5 и ФИО2, последние заявили, что сохранять квартиру по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, не желают и помогать истцу в этом не собираются. При указанных обстоятельствах, заочным решением Сургутского городского суда ХМАО-Югры от 08.02.2023 требования по указанному гражданскому делу № 2-102/2023 удовлетворены. В последующем, при продаже квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, с публичных торгов имущественные требования Банка были удовлетворены в полном объеме, а так как начальная продажная цена при реализации была установлена в размере 5 832 000 руб. и превышала размер долга в размере 4 005 570 руб. 99 коп., то оставшаяся сумма была передана истцу. После расторжения брака с ФИО5, ответчик отказался выполнять договоренность о переоформлении спорной квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, на истца, а после того, как узнал, что дом, в котором она расположена, в настоящее время признан непригодным для проживания и идет под снос и вовсе предъявил в Сургутский районный суд ХМАО-Югры к истцу иск о взыскании задолженности за коммунальные услуги и выселении (дело № 2-192/2025). Являясь формальным собственником спорной квартиры, 19.02.2016 ФИО2 выдал истцу нотариальную доверенность управлять спорной квартирой, на основании которой истец в период ее пятилетнего действия фактически производила оплату ЖКУ. После окончания срока доверенности, ФИО2 потребовал от истца расписку, согласно которой истец обязался оплачивать ЖКУ по спорной квартире, якобы, за найм сроком на один год. В последующем между ними был составлен бессрочный договор аренды от 18.07.2024. На основании вышеуказанных документов истец перечисляла в пользу ФИО2 на его банковский счет денежные средства, которые последний как формальный собственник должен был вносить в качестве оплаты за ЖКУ. ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем стороной по настоящему иску не является. Интересы по сделке в 2014 году ФИО4 представляла его дочь по нотариальной доверенности. С учетом изложенного, ФИО1 просит признать договор от 04.09.2014 купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес> <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО4 притворной сделкой; аннулировать запись регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним за ФИО2 и признать за ней право единоличной собственности на жилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>; взыскать с ФИО2 в её пользу расходы по оплате государственной пошлины в размере 45 700 руб.
Определением от 05.03.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по ХМАО-Югра.
В судебном заседании истец ФИО1 на требованиях настаивала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснила, что в квартирах в г. Сургуте и в п. Белый Яр ей не давали прописаться. В квартире в Сургуте никогда не проживала и не имела такого намерения. Ремонт сделала и оплачивает ЖКУ в квартире в п. Белый Яр. В 2023 г. квартира в г. Сургуте была реализована с торгов, на оставшиеся денежные средства с её продажи, после погашения задолженности перед банком, приобрела земельный участок и дом, выделила доли детям, опека сделку одобрила. В настоящее время поменять спорные квартиры нет возможности. Ответчик не исполнил договоренность с 2014 года. Когда состоялась сделка по квартире в г. Сургуте, она являлась собственником квартиры по документам.
Представитель истца по ордеру ФИО7 в судебном заседании на удовлетворении требований настаивала, указала, что намерений у истца переезжать в г. Сургут не было, так же как ответчик не имел намерений переезжать в п. Белый Яр, сделки по квартирам оформлены формально. Ответчик в квартире в п. Белый Яр не проживает, коммунальные платежи оплачивает истец, которая проживает в указанной квартире с 2014 года. Срок исковой давности в силу ст. 181 ГК РФ не истек, т.к. о неисполнении договоренности о мене квартирами, истец узнал в сентябре 2023 года.
В судебном заседании ответчик ФИО2 с требованиями не согласился, пояснил, что все предложения по сделкам исходили от истца и его сына, чтобы получить субсидию. Квартира в <адрес>, по <адрес>, <адрес>, являлась его собственностью, продал её истцу, а сам купил квартиру по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, где разрешил проживать сыну и истцу. В квартире в г. Сургуте истец жить не хотел, сдавала её иностранцам, говорила, что ей удобней жить в п. Белый Яр. Квартира в г. Сургуте им продана по рыночной цене за 5 500 000 руб., денежные средства поступили одной суммой, часть денежных средств ушло на покупку квартиры в п. Белый Яр и её ремонт, часть на свадьбу сына и истца. ЖКУ по квартире в п. Белый Яр, платит он, ранее оплачивал его сын, также им погашена задолженность после развода его сына с истцом. Переоформлять квартиру в Белом Яру на истца не собирался.
Представитель ответчика по доверенности ФИО8 с требованиями не согласилась, считая их незаконными, указала, что, по мнению истца, притворны обе сделки, но оспаривает она одну, сделку купли-продажи квартиры в г. Сургуте не просит признать притворной. Истец указал, что сделки по квартирам прикрывают договоренность сторон по мене квартирами после погашения истцом кредитной задолженности. К притворным сделкам применяется 3-годичный срок исковой давности с момента совершения сделки, а не когда истец узнала о неисполнении договоренности, просила применить последствия пропуска срока исковой давности, поскольку с момента совершения сделок прошло 10 лет. В течении 6 месяцев истцом не заявлено о понуждении заключения основного договора мены, если существовала такая договорённость, которая истцом не доказана. Заявляя о договоренности о мене квартирами, истец фактически не сможет её исполнить, т.к. в её собственности квартира не находится. Кроме того, после продажи квартиры в г. Сургуте, оставшуюся сумму после погашения кредитной задолженности, истец потратила по своему усмотрению, а не отдала ответчику, если полагала сделку притворной.
Представитель третьего лица Управления Росреестра по ХМАО-Югра в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом о дате и времени судебного разбирательства, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, принять решение на усмотрение суда.
Свидетель ФИО9 в судебном заседании 10.04.2025 суду показала, что квартира по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, принадлежала ей с мужем, муж выступал продавцом, истец – покупателем, на тот момент квартирой пользовались на основании договора социального найма, имелась задолженность по оплате коммунальных платежей в размере 521 503 руб., в декабре 2013 истец посмотрела квартиру, предложила погасить задолженность. Всего истец выплатил им 850 000 руб. в мае-июне 2014 года, а 2 250 000 руб. обещала отдать, когда получит субсидию и материнский капитал. После получения денежных средств от истца занялись приватизацией квартиры, а 21.06.2014 заключили предварительный договор купли-продажи квартиры, которая к этому моменту уже была приватизирована. Стоимость квартиры была 3 100 000 руб., уплаченные истцом 850 000 руб. входили в стоимость. С кем был заключен основной договор купли-продажи квартиры, свидетель не помнит. Истец с детьми заселились в квартиру в августе-сентябре 2014 года, когда на счет поступили деньги. Ответчика свидетель видел у нотариуса при подписании договора купли-продажи в августе-сентябре 2014 года, истец при этом не присутствовал. Свидетель не видел, чтобы в квартиру вселялся ответчик, откуда поступили денежные средства на счет свидетелю неизвестно. Также свидетелю неизвестно почему в договоре указана другая цена. Квартира находилась под ограничением, т.к. дому было больше 15 лет, ипотеку Банк не оформлял.
Выслушав стороны и их представителей, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В судебном заседании установлено, подтверждается материалами дела, что ФИО6 была поставлена на учет для предоставления государственной поддержки в соответствии с Подпрограммой «Ипотечное жилищное кредитование» Программы ХМАО – Югры «Улучшение жилищных условий населения ХМАО – Югры на 2005-2015 годы», утв. Законом ХМАО – Югры от 11.11.2005 № 103-оз и Порядком реализации и финансирования программы «Ипотечное жилищное кредитование» программы ХМАО – Югры га 2005-2015 годы», утв. Постановлением Правительства автономного округа от 08.02.2006 № 23-п, а также для получения субсидии, произведен предварительный расчет субсидии на 3 квартал 2014 года и составил 1 263 096 руб.
Также материалами дела подтверждается, что истец являлась обладателем государственного сертификата на материнский (семейный капитал), выданного 18.01.2010.
Также из материалов дела следует, что для получения господдержки истцом 01.06.2014 с ФИО4 заключен предварительный договор купли-продажи квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, стоимостью 4 170 000 руб., с обязательством заключить основной договор купли-продажи в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ.
Истцом представлена расписка от 06.02.2014, согласно которой ФИО4, собственник продаваемой квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, получил от покупателя этой квартиры ФИО10 оплату наличными его долга ЖКХ в размере 521 503 руб. в качестве предоплаты его продаваемой квартиры, без которых дальнейшая приватизация не могла состояться и совершиться сделка.
Вышеуказанная квартира перешла в собственность ФИО4 на основании договора № передачи жилого помещения в собственность от ДД.ММ.ГГГГ.
При этом, самим истцом указано, что поскольку квартира находилась в доме, подлежащем сносу, Ипотечным агентством истцу было отказано в согласовании спорной квартиры, для получения мер государственной поддержки.
Также материалами дела подтверждается, что 19.08.2014 между ФИО2 и ФИО10 (в настоящее время – ФИО11) А.И. заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, стоимостью 5 560 000 руб. Из договора следует, что указанная квартира приобретена за счет собственных денежных средств в размере 131 000 руб., а также за счет кредитных денежных средств в размере 5 429 000 руб., предоставляемых ОАО «Сбербанк России», в соответствии с договором, заключенным между указанным банком и ФИО10, ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ №.
Платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что сумма 5 429 000 руб. зачислена счет продавца квартиры ФИО2
Свидетельством о государственной регистрации права от 26.09.2014 подтверждается, что право собственности на вышеуказанную квартиру зарегистрировано за ФИО10
Представленными истцом выписками подтверждается, что в счет погашения кредитной задолженности израсходованы средства материнского капитала в размере 429 408,50 руб. и средства субсидии в размере 1 894 644 руб.
Истцом представлена справка о задолженности заемщика по состоянию на 07.02.2023 в размере 4 309 717 руб. 13 коп.
В адрес ФИО1 Банком выставлено требование о досрочном возврате суммы кредита, процентов за пользование кредитом и уплате неустойки, и расторжении договора.
Истцом также указано, что заочным решением Сургутского городского суда ХМАО-Югры от 08.02.2023 по гражданскому делу № 2-102/2023 удовлетворены требования Банка к ФИО1 о расторжении кредитного договора, взыскании задолженности по кредитному договору и судебных расходов, обращении взыскания на заложенное имущество.
Справкой от 24.04.2023 подтверждается отсутствие задолженности по вышеуказанному кредитному договору.
Согласно материалам дела ФИО1 состояла в браке с ФИО12 в период с 20.09.2014 по 13.09.2022.
Также материалами дела подтверждается, что на основании договора купли-продажи от 04.09.2014 ФИО2 является собственником квартиры, расположенной по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>.
Истец, указывая на то, что данные договоры купли-продажи квартир являются притворными сделками, поскольку в квартире по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, истец проживать не намеревалась, постоянно с 2014 года проживает в квартире по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, поскольку между сторонами существовала устная договорённость о мене квартирами, после погашения ею ипотечного кредита, в подтверждение чего представлены акт о фактическом проживании, заявления о зачислении детей в школы п. Белый Яр, характеристики со школ п. Белый Яр на детей.
Ответчик ФИО2, не оспаривая проживание ФИО1 с детьми (бывшей снохи) в принадлежащей ему квартире по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, ссылался на отсутствие между сторонами договоренности по мене квартирами.
В силу ч.1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
В соответствии с ч. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно ч. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (ч.1 ст. 454 ГК РФ).
В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
При заключении притворной сделки все стороны сделки осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена.
По смыслу указанной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является. Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Учитывая изложенное, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление, действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.
В п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).
Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.
В предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.
Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 88).
Кроме того, для признания сделки недействительной в связи с притворностью суду необходимо выяснить фактические отношения между сторонами, установить действительную волю и намерения каждой стороны сделки.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Выслушав стороны и исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что оспариваемая сделка направлена на достижение других правовых последствий, нежели передачу в собственность объекта недвижимости покупателю.
Суд учел, что жилое помещение, по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, являющееся предметом сделки, передано от продавца покупателю ФИО2, зарегистрировано право собственности последнего на данное жилое помещение, в связи с чем, такая сделка не может являться притворной. Тем самым, установив, что по договору купли-продажи от 04.09.2014 к ФИО2 перешло право собственности на спорный объект недвижимости, следовательно, ФИО2, как собственник имущества вправе распоряжаться им, в том числе пускать туда лиц для проживания, в частности истца, заключать договор аренды, выдавать доверенность на управление имуществом, следовательно, основания для указанной сделки притворной отсутствуют.
Сразу после заключения данной сделки, истец, достоверно зная о ней, с требованиями об её оспаривании к ответчику не обращалась, как и последующие 10 лет, которые она проживала в указанной квартире с согласия ответчика.
При этом, суд отклоняет довод истца о заключении ею предварительного договора купли-продажи указанной квартиры ДД.ММ.ГГГГ с ФИО4, что, по мнению истца, свидетельствует о её намерении приобрести именно эту квартиру, поскольку ввиду того, что данная сделка не была одобрена Ипотечным агентством, которое выделяло истцу субсидию в качестве мер поддержки, истец выразила волю на приобретение иного жилого помещения по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>.
При этом, не проживание истца в жилом помещении, являющимся её собственностью, не является основанием для выводов о том, что данная сделка носила притворный характер.
Напротив, данная сделка реально исполнена со стороны истца, поскольку им получены кредитные денежные средства на покупку данной квартиры, зарегистрировано право собственности, в связи с неисполнением обязательств по кредитному договору, банком обращено взыскание на данную квартиру, являвшуюся предметом залога, и после реализации её с торгов, остаток денежных средств после погашения задолженности банку, истцом израсходован по своему усмотрению, что в судебном заседании ФИО1 не отрицалось.
В судебном заседании истцом не доказаны действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки по договору мены, а также несоответствие волеизъявления сторон их действиям при заключении сделок по купле-продаже квартир, в т.ч. по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес> <адрес>, которую истец просит признать притворной.
Кроме того, стороной ответчика в ходе судебного разбирательства заявлено ходатайство о пропуске истцом срока для оспаривания данной сделки и применении последствий пропуска срока.
Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1).
В настоящем случае истцом пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки, установленный в п. 1 ст. 181 ГК РФ, о применении которого было заявлено ответчиками при рассмотрении дела. При этом суд исходит из того, что, поскольку оспариваемый договор купли-продажи квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, <адрес>, с ответчиком был заключен 04.09.2014, то при обращении с иском в суд 10.02.2025 истец пропустил как 3-годичный срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной, течение которого начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, так и 10-летний в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, поскольку истец о начале исполнения сделки узнал сразу после её заключения, что в судебном заседании не оспаривалось истцом.
Суд признаёт необосновнным довод истца о том, что срок исковой давности не был пропущен, поскольку истец о неисполнении устной договоренности по обмену квартирами узнал в сентябре 2023 года, поскольку в данном случае срок течет с момента начала исполнения недействительной сделки, а не с момента неисполнения устных договоренностей прикрываемой сделки, наличие которой ответчик в судебном заседании отрицал.
Реализация квартиры по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, <адрес>, и распоряжение истцом вырученными с её продажи денежными средствами, также говорит об отсутствии намерения сторон произвести обмен принадлежащими им квартирами.
С учетом вышеизложенных обстоятельств суд считает, что требования истца не основаны на законе, и не подлежат удовлетворению.
Руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры притворной сделкой, аннулировании записи о регистрации, признании права единоличной собственности на жилое помещение - отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, через Сургутский районный суд.
Мотивированное решение изготовлено 28.04.2025.
Председательствующий судья Гарина Н.В.
Копия верна
Судья Гарина Н.В.