Дело № 67RS0003-01-2022-001703-42
производство № 2-1500/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 ноября 2022 года г. Смоленск
Промышленный районный суд г. Смоленска
в составе:
председательствующего судьи Рожковой Н.В.,
с участием помощника прокурора Промышленного района г. Смоленска Чикина И.Ю.,
при секретаре Рубниковиче Р.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи» о возмещении вреда, причиненного здоровью в связи с оказанием некачественной медицинской помощи,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи» (далее – ОГБУЗ «КБСМП») с требованием о возмещении вреда, причиненного здоровью в связи с оказанием некачественной медицинской помощи.
В обоснование иска указано, что 22 января 2020 г. ФИО1 обратился в ОГБУЗ «КБСМП» с жалобой на боль в правом голеностопном суставе после падения с высоты около 2 метров. С 22 января 2020 г. по 08 апреля 2020 г. находился на амбулаторном лечении в ОГБУЗ «КБСМП», в ходе обследования и лечения у ФИО1 было диагностировано повреждение связочного аппарата правого голеностопного сустава. С 12 мая 2020 г. по 27 мая 2020 г. ФИО1 находился на амбулаторном лечении в ОГБУЗ «Поликлиника № 8». В связи с неэффективностью лечения обратился в ФГБУ «ФЦТОЭ» Минздрава России (г. Смоленск), в котором был диагностирован не выявленный ранее перелом правой пяточной кости правой стопы. ФИО1 обратился в АО «МАКС-М» с заявлением о проведении экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ОГБУЗ «КБСМП». Согласно экспертному заключению от 29.03.2021 по периодам лечения и диагнозам медицинская помощь в ОГБУЗ «КБСМП» была оказана некачественно. Выводами эксперта установлено: неполное обследование. Приведшее к ухудшению здоровья ФИО1, а именно: не исследован объем движения в голеностопном суставе, наличие патологической подвижности, не исследована нагрузка на оси, не выполнено УЗИ голеностопного сустава, не проведено контрольное R-исследование при длительном лечении, при подозрении на перелом показанное СКТ исследование не проводилось, не установлен срок гипсовой иммобилизации. Причиненный моральный вред оценивает в 500 000 руб. Просит взыскать с ОГБУЗ «КБСМП» компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., штраф в размере 250 000 руб.
Уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит суд взыскать с ОГБУЗ «КБСМП» компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., штраф в размере 250 000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 80 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб.
Определением Промышленного районного суда г. Смоленска от 25 апреля 2022 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ОГБУЗ «Поликлиника № 8», АО «МАКС-М», ФГБУ «ФЦТОУ» Минздрава России (г. Смоленск) (т. 1 л.д. 179).
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился по неизвестным суду причинам, о месте и времени рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, обеспечил явку своего представителя.
Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности со специальными полномочиями, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить в полном объеме, пояснил, что с момента получения травмы на протяжении длительного времени испытывает физическую боль, вынужден ходить с применением трости, реабилитация проходит сложно, ФИО1 будет проходить ее еще долго, постоянно посещает врачей.
Представитель ответчика ОГБУЗ «КБСМП» ФИО3, действующая на основании доверенности со специальными полномочиями, в судебном заседании уточненные исковые требования не признала, пояснила, что доводы искового заявления о том, что ФИО1 находился на амбулаторном лечении в травматологическом пункте ОГБУЗ «КБСМП» без улучшения не соответствует записям в медицинской карте пациента, согласно которым на момент выписки 08.04.2020: «интенсивность боли уменьшена, болезненность уменьшена, отечность отсутствует». Тем самым, амбулаторное лечение прекращено на фоне значительного улучшения самочувствия пациента. По ухудшению самочувствия назначена явка. Между тем, в период после 08.04.2020 ФИО1 в ОГБУЗ «КБСМП» не обращался. Утверждение «ранее травм в области правой голени, правого голеностопного сустава и правой пяточной кости не имел» опровергается рентгеновскими снимками ФИО1 от 22.01.2022 и 30.09.2020, заключением ФИО4, главного внештатного специалиста Департамента Смоленской области по здравоохранению по лучевой диагностике, привлеченной к участию в деле в качестве специалиста, а также заключениями члена экспертной комиссии, проводившей судебно-медицинскую экспертизу по настоящему делу, согласно которым на снимке определяется деформация нижней трети диафиза малоберцовой кости за счет застарелого консолидированного перелома. Таким образом, экспертная оценка подтвердила наличие застарелой травмы правой голени у истца, которую по неизвестным причинам последний отрицает, ставя тем самым в заблуждение участников процесса. В графе «дополнительные пояснения» медицинской карты ФИО1 (медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 2162-20) также имеется запись: «на рентгенограмме визуалируется консолидированный перелом правой малой бедренной кости в с/з». Согласно экспертному заключению от 09.09.2022, положенную в основу уточненного искового заявления, рентгенологическая давность перелома пяточной кости на снимке от 22.01.2022 составляет 10-14 дней. Заключение не содержит сведений о том, на основании каких признаков установлена давность перелома. Между тем, указанная рентгенологическая давность свидетельствует о том, что истец не обращался за медицинской помощью в день получения травмы, и подтверждает, что с момента образования костных повреждений до момента их фиксации на рентгеновском снимке 22.01.2020 прошел значительный срок. Тем самым, заключение экспертизы позволяет сделать вывод о том, что истец при обращении за медицинской помощью в ОГБУЗ «КБСМП» 22.01.2020 указал неверные сведения, касающиеся времени получения им травмы. На момент обращения ФИО1 в травматологический пункт наблюдаемая врачом-травматологом клиническая картина не соответствовала свежей травме, в связи с чем, как указано в заключении диагноз «повреждение связочного аппарата правого голеностопного сустава» имел право на существование по наличию описанных в истории болезни клинических признаков. На основании изложенного, вина медицинских работников в неточной постановке диагноза отсутствует. При этом согласно экспертному заключению объем медицинской помощи, оказанной истцу, соответствует выставленному диагнозу. Полагает, что факт причинения вреда здоровью ФИО1 действиями медицинских работников ОГБУЗ «КБСМП» также не доказан, так как согласно заключению экспертизы «изменения в области стопы можно условно считать ухудшением состояния здоровья ФИО1 Приведенные экспертами усредненные данные специальной литературы по травматологии устанавливают лишь вероятность ненаступления после полученной истцом травмы отрицательных последствий в виде формирование посттравматического остеоартроза подтаранного сустава. Тем самым отсутствуют предусмотренные законом основания для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда ничем не обоснован и не отвечает требованиям разумности и справедливости. Требование истца о взыскании штрафа за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя является необоснованным, поскольку положения Закона РФ от 07.02.1992 № 23001-1 «О защите прав потребителей» применяются к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг. Медицинская помощь ФИО1 оказывалась бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. Таким образом, учитывая положения ч. 8 ст. 84 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», норма п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей к спорным правоотношениям применению не подлежит. При разрешении вопроса о взыскании расходов на представителя, оценке подлежат объем оказанных услуг, количество судебных заседаний, сложность спора. Просит в удовлетворении уточненных исковых требований ФИО1 к ОГБУЗ «КБСМП» отказать в полном объеме.
Аналогичная позиция изложена в письменных возражениях на уточненное исковое заявление.
Представитель ответчика ОГБУЗ «КБСМП» ФИО5 в судебном заседании поддержал позицию представителя ответчика ФИО3, ранее в судебных заседаниях пояснил, что является главным травматологом ОГБУЗ «КБСМП». При исследовании рентгеновых снимков истца были выявлены признаки перелома пяточной кости, который является старым переломом. Также выявлен консолидированный перелом малой берцовой кости. Механизм образования данных травм одинаковый. Центр ортопедии по выписке выполнил лечение, не затрагивая пяточную кость. После подачи иска в суд повторно исследовались первичные снимки, на обоих снимках был обнаружен перелом, травматологи в медпункте пропустили его из-за технической ошибки. Было сделано два снимка, на его компьютере с мощным программным обеспечением открывались в электронном виде оба снимка, а в травмпункте компьютеры менее мощные, открывался только один снимок, в результате чего сведения о переломе не попали в первичный диагноз. Первичный диагноз должен был быть дополнен консолидированным переломом правой пяточной кости, это старый перелом. Имеются признаки костной мозоли внутри перелома, о давности перелома сказать сложно, но по косвенным признакам перелом не свежий. Срок получения перелома определить невозможно, разные кости зарастают по-разному, у всех индивидуально. Срок давности перелома никто точно не сможет установить. Травматолог ортопедического центра осматривал истца в июне 2020 г., перелом был в январе 2020 г. Операция не фиксировала пяточную кость, а только вышестоящий сустав. Малая берцовая кость срослась давно, все повреждения костей видны всегда. При обращении истца к ответчику свежего перелома не было, считает, что установленные переломы старые. Снимок подписывается сразу при процедуре рентгена, перепутать снимки не могли. При повреждении сустава истец мог нормально жить, с переломом у него были бы другие более широкие жалобы. Ответчиком выполнен полный комплект исследований. Старые повреждения открылись при падении истца, первоначально их не заметили из-за того, что вторая фотография с боковой проекцией ноги истца не открылась на компьютере травматолога. Просил в удовлетворении требований отказать.
Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ОГБУЗ «Поликлиника № 8», АО «МАКС-М», ФГБУ «ФЦТОУ» Минздрава России (г. Смоленск) в судебное заседание не явились по неизвестным суду причинам, о месте и времени рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, представитель АО «МАКС-М» просил рассмотреть дело без их участия (т. 1 л.д. 200).
Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего необходимым заявленные требования удовлетворить, показания эксперта, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).
Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и причиненным вредом, степень вины причинителя вреда. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности, влечет отказ в удовлетворении иска.
Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 22 января 2020 г. ФИО1 обратился в ОГБУЗ «КБСМП» с жалобой на боль в правом голеностопном суставе после падения с высоты около 2 метров.
С 22 января 2020 г. по 8 апреля 2020 г. находился на амбулаторном лечении в ОГБУЗ «КБСМП», в ходе обследования и лечения у ФИО1 было диагностировано повреждение связочного аппарата правого голеностопного сустава (т. 1 л.д. 5).
С 12 мая 2020 г. по 27 мая 2020 г. ФИО1 находился на амбулаторном лечении в ОГБУЗ «Поликлиника № 8».
Истец обратился в ФГБУ «ФЦТОЭ» Минздрава России (г. Смоленск) с жалобой на боль в правой стопе, деформацию стопы, ограничение движений, хромоту, в котором был диагностирован неправильно консолидирующийся перелом правой пяточной кости со смещением (т. 1 л.д. 60-73).
ФИО1 обратился в АО «МАКС-М» с заявлением о проведении экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ОГБУЗ «КБСМП» (т. 1 л.д. 41).
Согласно экспертным заключениям от 23 апреля 2021 г. по периодам лечения и диагнозам медицинская помощь в ОГБУЗ «КБСМП» была оказана некачественно. Выводами эксперта установлено: неполное обследование, приведшее к ухудшению здоровья ФИО1, а именно: не исследован объем движения в голеностопном суставе, наличие патологической подвижности, не исследована нагрузка на оси, не выполнено УЗИ голеностопного сустава, не проведено контрольное R-исследование при длительном лечении, при подозрении на перелом показанное СКТ исследование не проводилось, не установлен срок гипсовой иммобилизации (т. 1 л.д. 50-57).
30 декабря 2021 г. истец обратился с претензией в адрес ответчика о компенсации вреда, причиненного здоровью в связи с оказанием ненадлежащей медицинской услуги в сумме 500 000 руб. (т. 1 л.д. 25-26).
В ответ на претензию ответчик просил представить медицинскую документацию по травме правого голеностопного сустава и голени, возникшей до 22.01.2020 (т. 1 л.д. 30).
Истец в связи с неудовлетворением требований обратился в суд с настоящим иском.
Разрешая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон № 323-ФЗ).
В силу п. 1 ст. 2 Закона № 323-ФЗ под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п. п. 3, 4 Закона № 323-ФЗ).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (п. п. 1,3 Закона № 323-ФЗ).
Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Закона № 323-ФЗ).
Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи (п. 1 ст. 37 Закона № 323-ФЗ).
Подпунктом 2 п. 1 ст. 79 Закона № 323-ФЗ предусмотрено, что медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи.
Из анализа данных правовых норм следует, что невыполнение показанной медицинской услуги, включенной в стандарт, утвержденный нормативным актом федерального органа исполнительной власти, является ненадлежащим качеством медицинской помощи, по признакам несвоевременности оказания медицинской помощи и неправильности выбора методов диагностики и лечения.
Согласно п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
В ходе судебного разбирательства судом допрошен в качестве свидетеля врач-травматолог ОГБУЗ «СОКБ», эксперт качества медицинской помощи ФИО8, который пояснил, что при составлении заключений от 23 апреля 2021 г. качества медицинской помощи официальных стандартов обследования и лечения не было, использовал первичную медицинскую документацию, анамнез, данные об установлении диагноза, проведении лечения. ОГБУЗ «КБСМП» экстренно лечил повреждения связок истца, при этом у истца имелся еще старый перелом. Рентгеновские снимки я изучал, на них мне была представлена только одна проекция, положено делать рентген в двух проекциях. Если перелом свежий, это устанавливается данными компьютерного исследования. Лечение ответчиком производилось повреждений связок, а на перелом врач не обратил внимания. Перелом пяточной кости образовался не менее 3-4 лет назад, точный срок указать не смог, это сросшийся консолидированный перелом. Показаний к оперативному вмешательству не было, так как повреждения связок лечили верно. Вопрос о продлении сроков лечения, выписки пациента являются организационными, у истца были показания для дообследования и возможного оперативного вмешательства. Если имеется повреждение связок, то можно сделать УЗИ или МРТ на усмотрение врача. На состояние здоровья истца непроведение дообследования не повлияло. Повреждение связок лечится в течение 1,5-2 недель, боль у пациента сохранялась дольше, значит, была другая травма, в травмпункте определение другой травмы зависит от качества снимков, квалификации врача. На основании динамики можно было заподозрить другую травму. Истец поступил с острой травмой – повреждением капсульного связочного аппарата. Для обследования должно быть основание, доктор обследует то, на что у него имеются подозрения. Диагноз клинический, свежих повреждений костей у истца не было. Уточнение диагноза влияет на дальнейшее лечение. МРТ или СКТ исследования помогли бы определить второй диагноз – перелом. У истца было два диагноза – перелом и повреждение связок, их определение необходимо для составления плана лечения. Перелом в порочном положении, то есть кость срослась неправильно. Не смог сказать, могла ли кость неправильно сращиваться ввиду неправильного лечения или чего-либо другого. В травмпункте лечили острую травму, после лечения связок нужно было обследовать перелом и провести его лечение, его можно было лечить до получения травмы связок. Возможность оперативного вмешательства обуславливается длительным сохранением боли, отека, ограниченности в движении истца. Недообследование было на протяжении всего периода лечения истца в травмпункте. Официальных стандартов лечения и диагностики не имеется, но есть методика обследования, когда в случае подозрения перелома обязательно рентгеновское исследование, желательно сделать УЗИ, МРТ, СКТ, которые показывают повреждения костных тканей. По рентгенологическим установкам положено 2 проекции снимка, эксперту была представлена 1 проекция. Прямая проекция неинформативна, ему представлена была боковая. Для эксперта удобнее определять перелом путем компьютерного исследования. Как повлияло на здоровье истца непроведение дообследования, сказать не может. Смог ли истец восстановиться до первоначального положения, не знает, судя по динамике, улучшений не было. Второй диагноз – консолидированный перелом, это плановая патология, где ее лечить, значения не имеет (т. 2 л.д. 22-23).
Допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста – заведующая отделением <данные изъяты> эксперт-диагност ФИО9, пояснила, что рентгеновские снимки на диске в прямой проекции показывают перелом нижней трети малой берцовой кости с консолидацией, линии просветления нет. Повреждена малая берцовая кость, на снимке в прямой проекции видна малая и большая берцовая кости. Давность перелома не смогла указать. На снимке в боковой проекции виден перелом пяточной кости. Судя по краям обломков, перелом не свежий, точный срок образования перелома указать не смогла. Не смогла пояснить, был ли указанный перелом в день рентгенологического исследования. Оба перелома несвежие. Следы от спиц в боковой проекции рентгенологии могли увидеть на основании округлого участка в пяточной кости. Снимок ФГБУ «ФЦТОУ» Минздрава России от 28.09.2020 показывает пяточную склерозированную кость, снимок от 30.09.2020 также показывает склерозированную кость. Нарушена конгруэнтность в пяточном таранном суставе. На снимке 28.09.2020 пяточная кость склерозирована, нарушено соотношение в подтаранном суставе. На снимке 30.09.2020 видна деформация подтаранного сустава. На снимках ФГБУ «ФЦТОУ» Минздрава России от 28.09.2020 и на снимках на ПК изображена нога в прямой проекции. Консолидация перелома на снимке видна, деформация относится к посттравматическому состоянию, а консолидация – это срощенная кость. На снимках два перелома – малой берцовой и пяточной кости. Повреждение подтаранного сустава возникло из-за перелома пяточной кости (т. 2 л.д. 23 -24).
В целях определения качества оказания медицинским учреждением медицинской помощи, определением Промышленного районного суда г. Смоленска от 29 июня 2022 г. по ходатайству истца назначена судебная медицинская экспертиза качества оказания медицинской помощи, проведение которой поручено ООО «ЗДРАВ-экспертиза», расходы по проведению таковой возложены на истца ФИО1 (т. 2 л.д. 25-27).
В рамках заключения № 1э-08/2022 экспертами упомянутого учреждения установлено, что в представленных на экспертизу результатах рентгенологического исследования из ОГБУЗ «КБСМП» от 22.01.2022 имеется машинописная маркировка «KBSMP FOKIN V P 1962 Jun 20», которая полностью совпадает с машинописной маркировкой на представленных рентгеновских снимках из ФГБУ «ФЦТОЭ» от 28.09.2020 и 30.09.2020: «FOKIN V P 1962-06-20», а также с учетом того, что на всех представленных рентгенограммах имеет место одинаковая индивидуальная конфигурация костных структур (правый голеностопный сустав с частичным захватом костей голени и костей стопы), можно утверждать, что все рентгеновские снимки, в том числе выполненные в ОГБУЗ «КБСМП» от 22.01.2020 принадлежат одному человеку – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. На представленных рентгенограммах от 22.01.2020 отсутствуют какие-либо признаки консолидации перелома пяточной кости, что соответствует рентгенологической давности его образования в 10-14 дней к моменту производства исследования.
Согласно данным представленного подлинника медицинской карты № 2162-20 пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, из ОГБУЗ «КБСМП» диагноз «Повреждение связочного аппарата правого голеностопного сустава» 22.01.2020 был установлен ФИО1 на основании: анамнестических данных: упал дома с лестницы 22.01.2020; жалоб пациента: на боли в области правого голеностопного сустава; данных физикального обследования врачом: умеренная боль при пальпации правого голеностопного сустава, болезненная нагрузка, отек мягких тканей и умеренное ограничение движений в области правого голеностопного сустава.
22 января 2020 г. ФИО1 была выполнена рентгенография правого голеностопного сустава в 2-х проекциях. С учетом острого периода травмы, проведение УЗ-исследования и/или магнитно-резонансной томографии правого голеностопного сустава в первые дни после получения повреждения нецелесообразно ввиду низкой информативности по причине значительного отека мягких тканей в области стопы и голеностопного сустава. При этом следует отметить, что подобные исследования для инструментального подтверждения диагноза «повреждение связок правого голеностопного сустава» за весь период амбулаторного лечения с 22.01.2020 по 08.04.2020 ФИО1 выполнены не были. С учетом того, что ни врачом-рентгенологом, ни врачом-травматологом в травмпункте ОГБУЗ «КБСМП» не был диагностирован перелом правой пяточной кости на рентгенограммах от 22.01.2020, неверно установленный диагноз «повреждение связочного аппарата правого голеностопного сустава» имел право на существование по наличию описанных выше клинических проявлений.
Рентгенография в травматологии и ортопедии – основой метод рентгенологического исследования, позволяющий выявлять переломы костей, вывихи суставов, новообразования и воспалительные изменения костей и суставов, плоскостопие. При помощи рентгенографии отсутствует возможность диагностики состояния мягких тканей (мышцы, связки. Сухожилия, капсулы сустава), в связи с чем объективно диагностировать повреждения связочного аппарата, в том числе растяжения, разрывы, надрывы и др., не представляется возможным независимо от количества проекций при исследовании сустава.
В представленных на экспертизу медицинских документах ФИО1 не зафиксировано каких-либо травм, в том числе переломов, правого голеностопного сустава и/или стопы до обращения за медицинской помощью в ОГБУЗ «КБСМП» 22.01.2020. Пяточная кость является самой крупной костью стопы, которая непосредственно несет на себе нагрузку при вертикальном положении человека как в статическом состоянии, так и при выполнении локомоторных функций (передвижение). Имевший место полный перелом правой пяточной кости со смещением костных отломков не мог проходить для ФИО1 бессимптомно, поскольку непосредственно после образования перелома наряду с выраженными болями неизбежно возникает полная утрата или резкое ограничение опорной функции нижней конечности с отсутствием возможности передвижения без посторонней помощи или дополнительной опоры.
Объем медицинской помощи (гипсовая иммобилизация, рекомендованы холод, покой, прием нестероидных противоспалительных средств) оказанный сотрудниками ОГБУЗ «КБСМП» соответствовал выставленному диагнозу: повреждение связочного аппарата правого голеностопного сустава, однако данный диагноз был выставлен неверно, поскольку не был диагностирован перелом правой пяточной кости со смещением костных отломков. Медицинская помощь ФИО1 в условиях ОГБУЗ «КБСМП» за период с 22.01.2020 по 08.04.2020 по поводу перелома правой пяточной кости не оказывалась.
Согласно данным заверенной копии медицинской карты № 4011/20 пациента, получающего помощь в амбулаторных условиях из ФГБУ 2ФЦТОЭ» ФИО1 23.06.2020 был установлен диагноз: Неправильно консолидирующийся перелом правой пяточной кости со смещением. Посттравматический остеоартроз правого подтаранного сустава 2 ст. Диагноз установлен на основании: анамнестических данных: со слов, 22.01.2020 упал с высоты около 2-х метров, лечился консервативно; жалоб пациента: на боль в правой стопе, деформацию, ограничение движений, хромоту; данных физикального обследования врачом травматологом-ортопедом: в области правого голеностопного сустава с переходом на стопу умеренно выраженная деформация, отек мягких тканей больше в проекции пяточной кости, при пальпации умеренно выраженная боль в проекции пяточной кости и подтаранного сустава, патологическая подвижность не определяется, пассивные движения и активные движения болезненные, ограничены незначительно нагрузка по оси болезненная; данных рентгенологического обследования от 08.06.2022 (на экспертизу не представлены), которые подтверждены контрольным предоперационным рентгенологическим исследованием от 28.09.2020; данными протокола операции от 29.09.2020: при ревизии хрящевая поверхность таранной и пяточной костей отсутствует, местами выраженная деформация и субхондральный склероз, сустав заполнен рубцовой тканью. Каких-либо травматических изменений связочного аппарата правого голеностопного сустава при обследовании и лечении в ФГБУ «ФЦТОЭ» у ФИО1 не установлено. Рентгенологическая картина перелома правой пяточной кости (консолидированный перелом) на снимках от 28.09.2020 свидетельствует о давности образования перелома свыше 6 месяцев к моменту выполнения исследования 28.09.2020, что не противоречит рентгенологической картине на представленных снимках от 22.01.2020 – перелом «свежий», какие-либо признаки консолидации отсутствуют.
Как было отмечено ранее, диагноз «Повреждение связочного аппарата правого голеностопного сустава» в ОГБУЗ «КБСМП» был установлен ФИО1 неверно и не нашёл своего подтверждения при дальнейшем обследовании и лечении. При обращении за медицинской помощью 22.01.2020 у ФИО1 имел место перелом правой пяточной кости со смещением костных отломков, который не был диагностирован, и именно по поводу данного перелома 29.09.2020 пациенту было проведено хирургическое лечение в виде открытого устранения деформации и корригирующего подтаранного артродеза справа с фиксацией винтами.
При обращении ФИО1 за медицинской помощью в ОГБУЗ «КБСМП» 22.01.2020 у него имел место полный перелом правой пяточной кости со смещением костных отломков с распространением линии перелома на суставную поверхность пяточной кости в области подтаранного сустава. Учитывая рентгенологическую картину от 22.01.2020 (угол Белера = 10-11 градусов при норме 20-40 градусов) ФИО1 была показана госпитализация для проведения хирургического лечения в плановом порядке. За период с 22.01.2020 по 28.09.2020 произошло вторичное смещение костных отломков пяточной кости – на рентгенограммах от 28.09.2020 угол Белера отрицательный (-10 градусов), неправильная консолидация перелома пяточной кости и развитие фиброзного анкилоза и посттравматического деформирующего остеоартроза правого подтаранного сустава 2-3 степени. Указанные изменения в области стопы можно условно считать ухудшением состояния здоровья ФИО1, поскольку согласно усредненным данным специальной литературы по травматологии у 50-70 % пациентов при своевременной диагностике и правильном, в том числе оперативном, лечении подобных переломов наступает формирование деформирующего посттравматического остеоартроза подтаранного сустава. Согласно «Ориентировочным срокам временной нетрудоспособности при наиболее распространенных заболеваниях и травмах (в соответствии с МКБ-10)», утвержденных Минздравом РФ и Фондом социального страхования РФ от 21 августа 2000 № 2510/9362-34, 02-08/10-1977П, средние сроки временной нетрудоспособности при закрытых переломах пяточной кости со смещением костных отломков составляет 100-110 дней. Таким образом, в связи с недиагностированием в ОГБУЗ «КБСМП» перелома пяточной кости со смещением костных отломков и, как следствие, запоздалое оперативное лечение, значительно увеличился период временной нетрудоспособности ФИО1 Достоверно высказаться о том, какой период нетрудоспособности бы имел место у ФИО1 при своевременной диагностике перелома правой пяточной кости и вовремя выполненном оперативном лечении не представляется возможным ввиду наличия индивидуальных особенностей, обуславливающих течение посттравматического периода у каждого конкретного человека, которые не могут быть объективно учтены в предположительной форме (т. 2 л.д. 35-64).
Допрошенный в судебном заседании эксперт-организатор ФИО10, проводивший судебную медицинскую экспертизу, в судебном заседании пояснил, что диагноз ответчика возможен в случае, если бы не было бы проведено рентгенологическое обследование, но на снимках наблюдается перелом. Повреждения получены в разное время с большим временным интервалом. То, что перелом не был установлен своевременно, увеличило период вредного воздействия на организм истца, не было проведено лечение. Истец пояснял, что упал с лестницы, обратился за медпомощью, если бы с момента травмы прошло более 10 дней, то могла наблюдаться на снимках консолидация, однако этого не наблюдается, перелом на снимке свежий. Причиной подобного перелома является ДТП либо падение с высоты, по словам истца имело место падение с высоты, то есть такой перелом получить возможно. Консолидация является сращиванием кости. Рентген не позволяет точно определять период получения повреждений. Скудно описана внешняя картина стопы истца – нет указаний на кровоизлияния и иные признаки. Перелом мог быть получен 22.01.2020. Данные обследования описывают симптомы, не являющиеся специфичными для данного перелома. Врачом не описано исследование осевой нагрузки, при таком исследовании картину видно по реакции пациента. Перелома голеностопного сустава у истца не было, у него был перелом пяточной кости. Повреждение связочного аппарата не нашло подтверждения в процессе дальнейшего лечения истца. У истца подтвержден неправильно консолидированный перелом пяточной кости со смещением. Врачи ФГБУ «ФЦТОУ» Минздрава России поставили данный диагноз, так как с января 2020 г. у истца имелся перелом, который требовал коррекции положения костей в стопе, данного лечения не было оказано. В условиях смещения происходила неправильная консолидация. Если бы ответчиком был установлен верный диагноз, то из окончательного диагноза исключена была бы неправильная консолидация и смещение, был бы перелом. Отсутствие хрящевой поверхности является клиническим проявлением посттравматического остеоартроза. Заполнение сустава рубцовой тканью произошло в связи с тем, что кость выходила в сторону сустава, в процессе заживления образовалась в суставе рубцовая кость, если бы не перелом, рубцовой ткани не возникло. Вторичное смещение костных осколков произошло вследствие жизнедеятельности истца, он не знал о переломе, продолжал давать нагрузку на ногу. В пяточной зоне было высокоэнергичное непосредственное травматическое воздействие, точно указать, как именно это происходило, не смог. МРТ-исследование стопы через несколько дней после травмы показало бы наличие перелома.
Сторонами экспертное заключение не оспорено, ходатайств о назначении повторной, дополнительной судебной медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи не заявлено.
Таким образом, суд при разрешении спора принимает во внимание упомянутое заключение судебной экспертизы. Это обусловлено тем, что оно выполнено специалистами (врачами), имеющими высшую квалификационную категорию, ученые степени в области медицины, множество сертификатов и большой стаж работы по специальности, предупрежденными об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; выводы названных экспертов основаны на всестороннем исследовании всех материалов гражданского дела, в том числе медицинской документации в отношении ФИО1, четко и подробно мотивированы. Объективных доказательств необоснованности сделанных в заключении выводов сторонами по делу не представлено.
Разрешая спор, суд, исследовав и оценив доводы и возражения ответчика, определив обстоятельства, имеющие значение для дела, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь положениями ст. ст. 150, 151, 1064, 1099, 1101 ГК РФ, ч. 2 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», разъяснениями, содержащимися в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», приходит к выводу о том, что при оказании медицинской помощи истцу в действиях ответчика имелись недостатки оказания медицинской помощи, в связи с чем у истца ФИО1 возникло право требования компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер перенесенных и переносимых истцом физических и нравственных страданий, выраженных в том, что с момента получения травмы на протяжении длительного времени ФИО1 испытывает физическую боль, вынужден ходить с применением трости, реабилитацию проходит до настоящего времени, учитывает характер оказания ненадлежащей медицинской помощи, которая в целом привела к ухудшению состояния здоровья истца, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 250 000 руб.
Разрешая требования о взыскании штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, суд исходит из следующего.
Согласно ч. 2 ст. 19 Закона № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Закона № 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (ч. 1 ст. 84 Закона № 323-ФЗ).
Платные медицинские услуги оказываются пациентам за счет личных средств граждан, средств работодателей и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования (ч. 2 ст. 84 Закона № 323-ФЗ).
Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объеме, превышающем объем выполняемого стандарта медицинской помощи (ч. 4 ст. 84 Закона № 323-ФЗ).
К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (ч. 8 ст. 84 Закона № 323-ФЗ).
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2 ст. 98 Закона № 323-ФЗ).
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 Закона № 323-ФЗ).
Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При этом законом гарантировано, что медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Наряду с этим Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено право граждан на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию, при оказании медицинской помощи.
К отношениям по предоставлению гражданам платных медицинских услуг применяется законодательство о защите прав потребителей.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 г. № 1006 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.
Согласно п. 2 названных правил платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.
В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.
Пунктом 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Исходя из изложенного положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», устанавливающего, в том числе, в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» требования потребителя этих услуг.
Поскольку истцу оказывалась медицинская помощь бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, учитывая положения ч. 8 ст. 84 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», норма п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей к спорным правоотношениям применению не подлежит (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 июля 2019 г. № 44-КГ19-7).
Кроме того, у медицинского учреждения отсутствовали основания в добровольном порядке удовлетворить требования пациента, указавшего в своей претензии, предъявленной медицинскому учреждению до обращения в суд, на то, что медицинская помощь ему была оказана некачественно, поскольку вопрос о качестве оказанной истцу медицинской помощи был решен значительно позже при производстве судебной экспертизы и вынесении судом решения.
При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании с ответчика штрафа в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения его требований о компенсации морального вреда, удовлетворению не подлежит.
Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
Из материалов дела следует, что истцом понесены расходы по оплате судебной экспертизы в размере 80 474 руб. 80 коп., из которых 78 512 руб. – стоимость экспертизы, 1 962 руб. 80 коп. – комиссия за перевод денежных средств, что подтверждается представленной в материалы дела квитанцией.
Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате судебной экспертизы в размере 80 000 руб.
Таким образом, суд определяет сумму судебных расходов обоснованными и необходимыми, подлежащих взысканию с ответчика в размере 80 000 руб.
Частью 1 ст. 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Как разъяснено в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11 постановления Пленума).
Как следует из материалов дела, за представление интересов истца ФИО1 в суде по данному делу представителю ФИО2 было уплачено 20 000 руб. (договор на оказание юридических услуг от 14 марта 2022 г., расписка).
Принимая во внимание количество и участие представителя истца в проведенных судебных заседаниях, общую продолжительность рассмотрения дела судом, сложность рассмотренного дела, исходя из требований определения разумности размера расходов на оплату услуг представителя, конкретные обстоятельства данного дела, суд определяет расходы на оплату услуг представителя ответчика разумными и обоснованными в размере 20 000 руб., соразмерными объему защищаемого права.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 80 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий Н.В. Рожкова