Решение по делу № 2-6716/2022 от 31.05.2023 - о признании недействительным договора дарения доли квартиры.

Дело № 2-898/2023

УИД 24RS0041-01-2022-004447-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 мая 2023 года Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Полынкиной Е.А.

при секретаре Шаховой В.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли квартиры

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным. Требования были мотивированы тем, что квартира по адресу: Х принадлежала на праве собственности на основании ордера от 00.00.0000 года ФИО3 (отец истца и ФИО4, 00.00.0000 года года рождения). 00.00.0000 года ФИО3 составил завещание, в котором объявил своим наследником истца на все принадлежащее имущество движимое и недвижимое. В квартире проживали и были зарегистрированы: ФИО3, 00.00.0000 года года рождения, умер 00.00.0000 года, ФИО5, 00.00.0000 года года рождения, умерла 00.00.0000 года, ФИО4, 00.00.0000 года года рождения, умер 00.00.0000 года, ФИО1, 00.00.0000 года года рождения, снят с регистрационного учета 27.03.1979 года, ФИО6, 00.00.0000 года года рождения, снят с регистрационного учета 29.09.2003 года, ФИО7, 00.00.0000 года года рождения. Истец после смерти отца в наследство не вступил, а в наследство фактически вступил брат ФИО4, после смерти которого супруга истца обратилась к нотариусу, была запрошена выписка из ЕГРН на квартиру по адресу: Х, из которой истцу стало известно о том, что собственником квартиры является ФИО2 В квартире ФИО2 никогда не проживала. ФИО4 брат истца проживал в квартире с квартирантами, которые продолжили в ней проживать и после его смерти. Полагает, что при жизни ФИО4 подарил спорную квартиру дочке своей сожительнице ФИО8 за два года до смерти, которая фактически квартиру в дар не приняла, никогда в ней не проживала и не проживает. О том, что квартира подарена истец не знал и не мог знать, так как в квартире до самой смерти проживал ФИО4 Полагает, что оспариваемый договор дарения не повлек для его сторон никаких правовых последствий и фактически сторонами не исполнен. Просил признать договор дарения квартиры, заключенный между ФИО4 и ФИО2 недействительным, применить последствия недействительности сделки путем возврата квартиры, расположенной по адресу: Х наследственную массу.

В ходе судебного разбирательства истец уточнил основания для признания сделки недействительной. В уточненном исковом заявлении указывает, что имеется договор дарения 1/2 доли квартиры от 05.09.2019 года, в соответствии с которым родной брат истца ФИО4 подарил ФИО2 1/2 доли в квартире. О совершении данной сделки истец брату никогда не говорил. Напротив, ему было известно о завещании отца на данную квартиру, и истец с братом договорился о том, что брат живет в квартире до конца своих дней. ФИО2 это дочь ФИО9 сожительницы брата истца ФИО4 После смерти ФИО9 в 00.00.0000 года года ФИО2 выгнала ФИО4 из квартиры матери, и он вернулся проживать на Х. По неизвестным истцу причинам брат подписал договор дарения в 2019 году и лишил себя собственности, передал в дар родительскую квартиру совершенно постороннему человеку. Считает, что в момент подписания данной сделки брат до конца не понимал значения своих действий и не мог ими руководить, находился в болезненном состоянии. Он длительное время употреблял спиртное, вел аморальный образ жизни, нигде не работал. Его кормили и поили квартиранты. Брат сильно деградировал, поэтому его воля была сильно подавлена, он попал под влияние ФИО10, которая уговорила его подарить ей квартиру. Если бы он делал это осознанно, то он бы этим с истцом поделился. Возможно, он подписал договор дарения и забыл про него, по этим причинам ничего не рассказал истцу. Кроме того, брат имел ряд заболеваний, в частности Z. Указывает на то, что при наличии встречной передачи вещи или права встречного обязательства договор не признается дарением и к нему применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 ГК РФ. Так при заключении договора дарения стороны пришли к соглашению о том, что брат как даритель сохраняет право пожизненного пользования отчуждаемым жилым помещением, то есть присутствует встречное обязательство одаряемого сохранить дарителю право пожизненного пользования отчуждаемым жилым помещением. Договор дарения не является таковым. Брат как жил в своей квартире, так и жил в ней до своей смерти. Истец полагает, что при заключении договора дарения воля брата не была выражена на передачу владения спорной квартиры ответчику, и его действия не были направлены на безвозмездное отчуждение квартиру – фактическую передачу в собственность спорной квартиры ответчику в порядке заключения договора дарения. Полагает, что сделка совершена лишь для вида и не повлекла соответствующих ей правовых последствий. Просит учесть состояние здоровья брата, который не до конца понимал какую сделку он пописывал, ее природу, ее правовые последствия. С учетом уточнения исковых требований просит признать недействительным договор дарения 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: Х, заключенный 05.09.2019 года между ФИО4 и ФИО2

В судебном заседании истец ФИО1, его представители ФИО11, ФИО12 исковые требования поддержали. ФИО12 пояснила, что несмотря на то, что договор дарения, заключенный в 2019 году между ФИО13 и ФИО10 не содержит встречного представления, но из пояснений ответчика и свидетелей следует, что взамен безвозмездной передачи квартиры ФИО10 ФИО4 получал прописку, право проживание, на погребение рассчитывал, и на уход, так как у него было серьезное онкологическое заболевание. Дарение предполагает, хоть и безвозмездное, но отчуждение жилого помещения, ФИО4 как проживал в квартире, так и проживал, как осуществлял оплату коммунальных платежей, так и осуществлял, ФИО2 в квартиру не вселялась, просто осуществляла уход за ФИО4, иногда покупала продукты питания. Что касается заявления ходатайства о назначении судебной экспертизы, то этот вопрос обсуждался с истцом, но в силу того, что медицинских документов ФИО4 недостаточно, экспертиза на вопросы не ответит так как недостаточно данных, а истец понесет лишние дополнительные расходы, считает нецелесообразно заявлять ходатайство о назначении судебной экспертизы. Однако просила учесть суд при вынесении решения, это подтверждается в том числе показаниями свидетелей, что покойный злоупотреблял спиртным, практически это было ежедневно и он и квартиранты, часто выпивали. Кроме того, ФИО11 супруга истца приводит пример, когда им в августе 2021 года звонили соседи, вызывали их, они приезжали поскольку ФИО4 вел себя неадекватно, раздетый бегал на улице, это все свидетельствует о том, что человек не совсем понимал, что происходит. Как поясняет истец, что странно, что брат не сказал родному брату о том, что существование завещания потеряло смысл, хотя всегда поддерживался разговор, что ФИО4 живет в квартире, а как наступит соответствующее событие, то они заберут квартиру по завещанию. Ничего о том, что квартира была приватизирована на пополам с сыном, и в дальнейшем оформлены документы истец не знал. Либо ФИО4 сделал и забыл, либо второй вариант, что его об этом попросила ФИО2, это говорит о том, что она имела на него влияние. Просила исковые требования удовлетворить в полном объеме. ФИО1 и ФИО11 пояснили, что пока была жива ФИО9 сожительница брата истца ФИО4, мать ответчика, они с братом часто общались, потом редко. Ничего истцу о брате не говорили, о его заболевании тоже, истец утверждает, что ФИО4 злоупотреблял алкоголем.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании против иска возражала, поддержала письменные возражения, кроме того, просила применить пропуск срока исковой давности. Суду пояснила, что по документам ФИО4 ей не является родным отцом, а по факту он ее растил, воспитывал с возраста, когда ей было 7 лет. В этот момент он совместно начал проживать с ее матерью ФИО9, далее у Виктора Ивановича и мамы родился совместный ребенок сын Илья. Еще у ФИО4 был ребенок сын Александр от первого брака, он воспитывался с ними в одной семье, и по факту в их семье были: ФИО2 – дочь от первого брака матери, Александр сын от первого брака ФИО4 и совместный ребенок сын Илья. Спорная квартира изначально была приватизирована за Виктором Ивановичем и его сыном по 1/2 доли, в судебном порядке. В 2017 году трагически погиб Александр, старший сын Виктора Ивановича, похоронами занималась она (ФИО2), так как считала, что одна семья. В 2019 году умирает Илья. И когда ФИО14 потерял двух сыновей, у него кроме нее никого не осталось, он считал ее дочерью, сына ФИО2 внуком, ее сын называл его дедом. Считала себя ответственной за его жизнь, за его здоровье, поскольку мама ушла рано в 2007 году, и из большой семьи по факту осталась она одна. Утверждение истца о том, что она являлась никто это голословно, поскольку сам истец с Виктором Ивановичем не общался. О том, что отчим лежал в больнице по поводу кишечника истец был поставлен в известность, старший брат был также поставлен в известность. Встречались истец и ФИО14 на похоронах Александра Викторовича в 2017 году, ФИО15 и его супруга ФИО16 Борисовна присутствовали. В 2019 году братья встречались на похоронах Ильи Викторовича, а больше о встречах не знает. Так как она в течении двух-трех раз в неделю приезжала к отчиму и общалась и с соседями, и с квартирантами, никогда не следовало, что приезжал брат ФИО15 либо его супруга навестить отчима. Также и ФИО14 никогда не говорил, что они общались. То, что ФИО14 ее рассматривал как дочь свидетельствует и то, что он выдал доверенность на полное распоряжение его денежными средствами, он доверял и знал, что это будет все сохранено, и пойдет исключительно на его интересы. ФИО2 покупала лекарства, продукты, в квартире находятся ее вещи, это стиральная машинка-автомат, телевизор, посуда, пастельное белье, которые были завезены в целях облегчения жизни ФИО4 Кроме того, за свой счет она произвела замену счетчиков в квартире, поскольку она не была этим оборудована. После того, как получила 1/2 доли после смерти брата, и потом по договору дарения 1/2 доли, на ее имя был открыт лицевой счет, и все коммунальные платежи производила она как собственник. Уход она осуществляла за отчимом настолько насколько позволяли финансовые возможности, ФИО14 никогда жалоб на то, что он плохо живет не высказывал. Никакого встречного исполнения по договору дарения не было произведено. При оформлении в нотариальной конторе документов изначально она привезла отчима для оформления наследственных прав после смерти сына Ильи, и в процессе оформления документов, ФИО14 сказал, что он не хочет быть собственником, он отказывается от наследства за сыном в ее (ФИО2) пользу, и соответственно намерен подарить ей 1/2 долю в спорной квартире. Его воля нотариусом была услышана, в течении 7 или 10 дней подготавливались документы, сам договор дарения. Через время они вновь приехали в нотариальную контору, договор дарения был зачитан нотариусом вслух, нотариус разговаривал с ФИО4 отдельно, без присутствия ФИО2, разъяснял последствия перехода права собственности, дальше совершались нотариальные действия, при этом документы в Росреестра направлялись нотариусом. У ФИО2 имеются ключи от квартиры, она несет бремя содержания имущества, оплачивает жилищно-коммунальные услуги. Более того, когда умер брат была задолженность порядка 138 000 – 150 000 руб., и эта задолженность была ею погашена. ФИО14 отдавал отчет своим действиям при оформлении дарения у нотариуса, сомнений в его дееспособности или в отсутствии воли не имелось, в противном случае нотариус бы не согласился заверять сделку, требования закона о перерегистрации имущества были соблюдены, сделка удостоверена нотариусом и оснований считать, что данная сделка недействительная, либо каких-то документов о том, что ФИО14 в момент составления договора дарения был недееспособный либо ограничен в дееспособности, либо не мог понимать значение своих действий, либо каким то иным образом находился в состоянии заблуждения, обмана, угроз материалы дела не содержат. Нет оснований для удовлетворения исковых требований.

Дополнительно на вопросы суда ответчик ФИО2 пояснила, что ФИО4 Z в 00.00.0000 года. Произошла экстренная ситуация - Z, увезла его скорая помощь с острыми болями в животе, и в БСМП было принято решение экстренно его прооперировать, и Z. Позвонил брат, сказал, что с отцом плохо, она сказала вызывать скорую, приехала и ждала их в приемном отделении БСМП. Она позвонила старшему брату Николаю сообщила, все знали про операцию, и ФИО15 знал. ФИО2 подтвердила информацию, что был период, когда ФИО4 выпивал, это было после смерти ее матери, 2007 – 2009 г.г., но после операции в 00.00.0000 года ФИО14 в силу здоровья не могу употреблять алкоголь, пищеварение нарушено. Рассказала суду как отчим проводил время, утром вставал, смотрел телевизор, готовил себе завтрак, пока его физическое состояние не ухудшилось. Общался с соседями. Дом на Х это деревянные бараки и двор это, по сути, маленькая деревня, выходил во двор в теплое время, разговаривал с соседями, у соседей есть курятник. В выходные дни когда был жив еще Илья они приезжали к ней (ФИО10) на дачу в совхоз Октябрьский, после смерти ФИО17 и субботу, воскресенье находился в семье, в воскресенье вечером его отвозили домой. В будни в течении дня смотрел телевизор, ходил в магазин, он очень это любил, выбирать что-то, интересовался, нравился сам процесс покупки, неважно сколько что стоит, сам поход в магазин это для него было такое времяпровождение. По поводу питания, когда физическое состояние его не ухудшилось, то он готовил еду себе сам, когда физическое состояние его ухудшилось, ФИО2 договорилась с его квартирантами чтобы в обязательном порядке он был горячим питанием обеспечен. Она на себя взяла обязанность привозить продукты, и помимо продуктов также привозила и готовую еду: супы, кашу, котлеты, курицу, и все это было сделано на пару. С его квартиранткой также договаривалась, чтобы питание было специальное. Приезжала к отчиму от двух до трех раз в неделю. Ею покупались в обязательном порядке Z, это расходный материал, предметы ухода — Z, особо он не жаловался, но ему был привезен тонометр, и он себе измерял давление. ФИО4 категорически плохо относился к врачам, ему было предложено через три месяца Z, требовалось оперативное вмешательство, он категорически отказался, сказав, что он вторую операцию не переживет, сказал сколько сможет столько и будет жить. Чтобы братья ходили друг к другу в гости, такого не было. Когда еще мать ФИО10 была жива до 00.00.0000 года года, то общение было плотным собирались, праздновали дни рождения, Новый год. Когда были живы родители Петра Ивановича и Виктора Ивановича, тоже собирались, но они были молодыми. После смерти матери общение вообще практически прекратилось. Братья не общаются, при чем со страшим братом ФИО18 общался, брат приезжал, они созванивались. Брат старший живет в Зеленой Роще, и приезжал, истца в квартире по Х не было. Истец приехал, но это было уже после смерти отчима, требовал освободить квартиру, считая ее наследственным имуществом. О том, что отчим ходил раздетым, она узнала только от истца. Дом деревянный, пять квартир на площадке, трех соседей телефоны у нее (ФИО10) есть и в том числе председателя совета дома, они знали состояние Виктора Ивановича, что он двух сыновей потерял, никто не звонил и сообщал что был какой-то такой неадекватный случай. ФИО13 никогда не давал оснований сомневаться в его психическом здоровье, всех узнавал, со всеми разговаривал, он был в мире. Относительно мотивов дарения пояснила, что у отчима за два года умерли сыновья, он был немного в растерянном состоянии как дальше жить, сыновей нет, он опасался, что останется один, имущество ему не нужно. Она (ФИО2) сказала отчиму, что он не прав, что есть имущество и его необходимо принять, он спросил есть ли способ, чтобы это имущество было на ней, поскольку она единственная дочь, на что было сказано, что будем задавать вопросы нотариусу. И как раз при беседе с нотариусом, ФИО14 спросил можно ли чтобы все досталось дочери, на что нотариус сказал, что он может при жизни распорядиться, написав дарение, или оставить завещание. ФИО14 сказал лучше сделать дарение. По поводу завещания пояснила, что ФИО15 получил автомобиль, который был предоставлен отцу как участнику великой отечественной войны. ФИО15 на основании этого завещания стал собственником автомобиля, и его утверждения о том, что он не знал, что квартира не входит в состав наследства абсурд. Отчим знал, что квартира не является наследственной, поскольку потом в 2011 году оформлялось право собственности через суд, что это муниципальное имущество, и что ФИО15 никакого отношения к квартире не имеет, и что он с 1979 года не состоит на регистрационном учете.

Третье лицо нотариус ФИО19 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена. Ранее в судебном заседании 10.05.2023 года принимала участие представитель третьего лица ФИО19 ФИО20, которая пояснила, что в момент заключения сделки дарения ФИО4 не вызывал сомнений в своей дееспособности, характерных признаков алкогольной, наркотической зависимости, психического расстройства не имел. Если у нотариуса есть сомнения по поводу психического состояния человека, наркотической или алкогольной зависимости, то нотариус откладывает нотариальное действие и истребует советующие документы. В отношении данной сделки у нотариуса не возникло сомнений по поводу дарителя. Договор дарения не совершается день в день, нотариус проверяет дееспособность и волю дарителя дважды, на консультации и непосредственно в день сделки. Дарителю было разъяснено простыми словами, что дарение — это очень серьезная сделка, связанная с отчуждением недвижимого имущества, соответственно, что он сейчас при жизни утрачивает право пользование, что его в любой момент собственник может выписать и он останется без жилья, все это нотариус разъясняет. Кроме того, сделка дарения занимает неделю, у гражданина было время передумать, подумать, прийти к нотариусу и сказать, я не понимал, меня заставили я хочу сделку отменить. Истец утверждает, что квартира является родительской и что отец составлял завещание на эту квартиру. Но данная квартира принадлежала Виктору Ивановичу и его сыну на основании судебного акта, то есть отец истца мог составить завещание на данную квартиру, поскольку при удостоверении завещания нотариус принадлежность имущества не проверяет, но по наследству она бы не перешла, так как отец не был собственником квартиры. Истец утверждает, что ФИО2 является для ФИО4 совершенно посторонним человеком, но ФИО10 и Илья Викторович брат и сестра, посторонней она не является. Кроме того, на имя ФИО2 ФИО4 выдавал доверенность, что говорит о доверительных отношениях между ними. Не состоятельны требования ФИО1 о встречном обязательстве, в п. 9 договоре дарения прямо указано, что стороны заявили, что указанная 1/2 доля квартиры передается одаряемому безвозмездно, что одаряемый не передает дарителю какой-либо вещи, права и не предоставляет встречного обязательства. Условие о том, что ФИО4 сохраняет за собой право пожизненного пользования квартирой в тексте договора отсутствует, договор совершен безвозмездно и безоговорочно.

Представитель третьего лица Управление Росреестра по Красноярском краю в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен, направлены письменные пояснения, ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Так, в силу п. 1 ст. 9 ГК РФ, граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

Применительно к положениям статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновения права владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.

Заключение сделки дарения предполагает передачу не только юридической судьбы предмета дарения, но и фактическую передачу вещи во владение, распоряжение и пользование.

Как следует из пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО4 являются родными братьями, их отцом является ФИО3, мать ФИО5, что подтверждается свидетельствами о рождении У, У

21.10.1993 года ФИО3 был выдан ордер на право занятие двухкомнатной квартиры по адресу: Х семьей в составе ФИО5 жена, ФИО4 сын, ФИО6 внук.

Согласно выписке из домовой книги в квартире по адресу: Х были зарегситрированы: ФИО3 (квартирант) с 12.10.1975 года, выписан в связи со смертью 00.00.0000 года, ФИО5 (жена), с 00.00.0000 года, выписана в связи со смертью 00.00.0000 года, ФИО1 (сын) с 15.06.1974 года, выписан 00.00.0000 года, ФИО4 (сын)с 18.01.1972 года, умер 00.00.0000 года, ФИО6 (внук), выписан 00.00.0000 года, ФИО7 (внук), умер00.00.0000 года.

30.03.2000 года ФИО3 составил завещание, в котором объявил своим наследником ФИО1 на все принадлежащее имущество движимое и недвижимое.

ФИО3 умер 00.00.0000 года года

Вместе с тем, квартира по адресу: Х находилась в муниципальной собственности и на основании заочного решения Октябрьского районного суда г. Красноярска от 07.06.2013 года с учетом определения об исправлении описки от 00.00.0000 года, за ФИО4, ФИО7 было признано право общей долевой собственности на указанную квартиру по 1/2 доли за каждым. Согласно решения, право пользования спорным жилым помещением у истцов возникло на основании ордера, куда был включен ФИО4 В свою очередь, ФИО7 является внуком квартиросъемщика, и был вселен в квартиру как член семьи нанимателя.

ФИО7 является сыном ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении У. Матерью ФИО7 являлась ФИО9 с которой ФИО4 проживал и воспитывал также дочь ФИО9 ФИО2 (ответчик).

Таким образом, ФИО2 и сын ФИО4 ФИО13 Илья являются неполнородными, одноутробными братом и сестрой.

ФИО7 умер 00.00.0000 года.

После смерти ФИО7 нотариусом ФИО19 было заведено наследственное дело У. С заявлением о принятии наследства после смерти брата обратилась ФИО2, указав, что наследниками являются она и отец ФИО4

ФИО4 02.09.2019 года написал заявление о том, что он отказывается от причитающегося ему наследства после смерти сына ФИО4 в пользу его сестры ФИО2

ФИО2 05.03.2020 года было выдано свидетельство о праве на наследство по закону к имуществу ФИО7, состоящего из 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру: Х.

05.09.2019 года между дарителем ФИО4 и одаряемой ФИО2 заключен договор дарения Х7, согласно которому ФИО4 подарил последней принадлежавшие ему 1/2 доли в квартире по адресу: Красноярск, Х.

Договор дарения удостоверен нотариусом ФИО19, зарегистрирован в реестре У.

Согласно п. 9 договора дарения, сторонам разъяснено, что при наличии встречной передачи вещи или права, либо встречного обязательства договор не признается дарением. Стороны заявили, что указанная 1/2 доля квартиры передается одаряемому безвозмездно. Настоящая сделка не является мнимой (совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия), не является притворной (совершенной с целью прикрыть другую сделку), совершается не под влиянием обмана, насилия, угрозы, стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях для сторон условиях, а также что одаряемый не передает дарителю какой-либо вещи, права и не предоставляет встречного обязательства.

Согласно пояснениям Управления Росреестра по Красноярскому краю, 06.09.2019 года на основании договора дарения доли квартиры от 05.09.2019 года в ЕГРН внесена запись о праве общей долевой собственности ФИО2 на 1/2 доли в праве, одновременно прекращено право общей долевой собственности ФИО4 Затем, 05.03.2020 года на основании свидетельства о праве по наследству по закону от 05.03.2020 года, в ЕГРН внесена запись о праве собственности ФИО2 на 1/2 доли в праве, наследодатель ФИО7

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 в обоснование недействительности сделки приводит сразу одновременно несколько оснований, первое это то, что квартира по договору дарения фактически ФИО2 не передавалась, поскольку ФИО4 продолжал проживать в квартире до дня смерти, второе это то, что имелось встречное обязательство, и к договору дарения должны быть применен п. 2 ст. 170 ГК РФ, и третье, что ФИО4 не понимал значения своих действий и не мог ими руководить.

В соответствии с абзацем 2 п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

Статьей 584 ГК РФ предусмотрено, что договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.

В соответствии со ст. 601 - 603 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты (договора пожизненного содержания) - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

Таким образом, правовым последствием заключения как договора ренты, так и договора дарения является переход права собственности на имущество, к плательщику ренты это право переходит возмездно (взамен на предоставление содержания с иждивением в натуре за счет своих средств), а к одаряемому - безвозмездно, то есть без какого-либо встречного предоставления (ни в денежной, ни в натуральной форме).

Как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" изложенных в п. 87, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

По смыслу действующего законодательства для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны.

В силу положений статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания притворности сделки лежит на лице, заявившем о ее притворности.

Исходя из установленных судом обстоятельств, доказательств того, что ФИО4 и ФИО2 намеревались заключить договор ренты либо договор пожизненного содержания, в материалы дела не представлено.

Договор дарения доли квартиры У от 00.00.0000 года был заключен в установленной письменной форме, удостоверен нотариусом, содержит все существенные условия. Каких-либо нарушений при оформлении договора дарения спорной квартиры допущено не было. Правовые последствия договора дарения наступили - право собственности на квартиру за одаряемой зарегистрировано в установленном порядке. Тот факт, что ФИО4 продолжил проживать в квартире, а ФИО2 навещала, ухаживала за ним не доказывает то, что ФИО2 предоставляла ФИО4 содержание с иждивением, напротив ФИО2 осуществляла уход за ФИО4 как за близким, родным человеком, который воспитала ее с 7 лет, и как поясняла сама ответчик она считала себя ответственной за его жизнь, за его здоровье. ФИО2, в отличии от истца знала все о жизни ФИО4, была с ним рядом на протяжении всей жизни, во время тяжелой операции и после, знала чем он занимается каждый день, чем питается, навещала его не реже 2-3 раз в неделю, покупала необходимые лекарства, заботилась о нем. Суд также отклоняет довод истца о том, что ФИО2 для ФИО4 была посторонним человеком.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО21 пояснила, что когда был поминальный обед после смерти ФИО17 сказал, что доля Ильи и свою долю в квартире он отдаст Ирине. Свидетель также подтвердила, что за ФИО4 ухаживала Ирина.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО22 пояснила, что также была свидетелем того, как на поминальном обеде, когда хоронили ФИО17 сказал, что квартира достанется Ирине. Пояснила, что за Виктором Ивановичем был постоянных уход, после операции он вообще не пил. Ранее с сыном выпивал.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что юридические и фактические последствия ренты не наступили, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора дарения притворным, а именно, заключенным с целью прикрыть сделку на иных условиях, как об этом указывает истец ФИО1 ссылаясь на абзац 2 п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ.

Довод истца на то, что квартира по договору дарения фактически одаряемой не передавалась, поскольку даритель продолжал проживать в указанной квартире до дня смерти, является несостоятельной.

Из пункта 5 договора дарения квартиры следует, что ФИО4 зарегистрирован в данной квартире. На дарителя обязанность выселиться или сняться с регистрационного учета договором не возлагалась. То обстоятельство, что ФИО4 остался проживать в квартире после того, как подарил свою долю ФИО2 само по себе не свидетельствует о том, что квартира не была ей передана, ФИО4 являлся для ответчика отчимом, проживал в этой квартире с её согласия, поскольку являлся для нее близким человеком. Финансово-лицевой счет на квартиру открыт на имя ФИО2, она оплачивала при жизни ФИО4 жилищно-коммунальные услуги как собственник имущества, что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами, ФЛС, перепиской с управляющей компанией (л.д.105-163), у ФИО2 имелись и имеются ключи от квартиры. Проживание ФИО4 в квартире, а также невселение ответчика в квартиру не свидетельствует о мнимости договора дарения.

В данном случае, вопреки доводам иска из представленных по делу доказательств, следует, что передача имущества по договору дарения состоялась, действия по исполнению сделки сторонами не совершены.

Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом обстоятельств, на которые ссылался истец при рассмотрении дела, для разрешения вопроса о способности лица, понимать значение своих действий и руководить ими, необходимы познания в области медицины, которыми суд не располагает. Судом истцу, его представителям разъяснены положения ст. 79 ГПК РФ и право заявить ходатайство. Истец от проведения по делу судебной посмертной медицинской экспертизы отказался.

Из материалов дела следует, что ФИО4 на учете в Z

Согласно сведений из стационарной карты ФИО4, 00.00.0000 года ФИО4 в КГБУЗ КМКБСМП была проведена операция: Z Выписан ФИО4 был 00.00.0000 года. Диагноз выписки основной: Z

В обоснование довода, что на момент сделки ФИО4 не понимал значение своих действий и не мог ими руководить истец ссылается на то, что ФИО4 злоупотреблял алкоголем, и что был случай когда в августе 2021 года соседи звонили говорили, что ФИО14 ходит раздетый по улице. При этом каких-либо доказательств письменных либо свидетельских, подтверждающих обстоятельства, на которых истец основывала свои требования, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, истцом не было представлено. Тот факт, что ФИО4 выпивал истец относит к периоду 2007-2009 г.г., когда он жил на Крупской, далее о том, что его брат злоупотреблял и что его психическое состояние вследствие этого изменилось истец ничем не доказывает, при этом судом установлено, что братья не общались, друг друга не навещали, праздники совместно не отмечали, ФИО1 не смог ничего пояснить о жизни брата на вопросы суда. При этом свидетели ФИО21, ФИО22 о каком-либо неадекватном поведении ФИО4 не пояснили, сказали, что он напротив осознано говорил на похоронах сына, что квартиру отдаст Ирине, пояснили, что ФИО4 Z, и не пил алкоголь совсем.

На момент совершения договора дарения ФИО4 было 68 лет, после операции прошло 2 года, ФИО4 на момент дарения доли в квартире, алкоголь не употреблял, обслуживал себя самостоятельно, ходил в магазин, сам мог приготовить себе еду, ФИО4 лично пришел в нотариальную контору, где нотариусом ему была разъяснена природа сделки дарения и ее последствия.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств в обоснование своих доводов о том, что, заключая договор дарения 1/2 доли квартиры, его брат ФИО4 не понимал значения своих действий и не мог руководить ими, в ходе рассмотрения дела в обоснование исковых требований о недействительности сделки и ставящих под сомнение по предусмотренным статьей Гражданского кодекса Российской Федерации основаниям волю ФИО4, отраженную в оспариваемом договоре истец ничем не опроверг. При этом исходя из взаимоотношений ФИО4 и ФИО2, суд приходит к выводу о последовательности и осознанности решения ФИО4 передать спорную долю ответчику, соответствии указанного решения воле дарителя, характеру сложившихся между ФИО4 и ответчиком отношений, и напротив суд признает несостоятельным доводы истца, что ФИО4 обязательно бы посоветовался с братом, поскольку судом установлено, что братья практически не общались, близким человеком для ФИО4 была ФИО2, также он общался с страшим братом Николаем, брата Петра Ивановича в его жизни практически не было. При этом свидетели, которые допрашивались судом пояснили, что ФИО14 еще на похоронах сына говорил своему брату Николаю, что квартира достанется Ирине.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительным договора дарения доли квартиры.

Ответчиком ФИО2 заявлено о пропуске срока исковой давности, что ФИО1 с 2003 года, когда умер отец мер по вступлении в наследство по спорной квартире не предпринимал, квартирой не интересовался, не нес бремя ее содержания. Более того, ФИО1 с 00.00.0000 года – дата смерти Ильи знал, что у спорной квартиры были два собственника, о чем он интересовался на похоронах ФИО7, и ему об этом было сообщено. Также истцу с момента похорон ФИО7 было известно о намерениях Виктора Ивановича распорядиться спорной квартирой в пользу ФИО2 Однако истец пропустил годичный срок исковой давности предусмотренный п. 2 ст. 181 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Вместе с тем, договор дарения оспаривается истцом по основаниям ст. 177 ГК РФ, как ничтожная сделка. Срок исковой давности по ничтожной сделке, в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ составляет три года, который следует исчислять с того момента, когда началось исполнение этой сделки. Договор дарения датирован 05.09.2019 года, с исковым заявлением ФИО1 обратился 27.06.2022 года согласно штампу на конверте. Таким образом, ФИО1 срок исковой давности не пропущен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли квартиры отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда с подачей жалобы через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий (подпись) Е.А.Полынкина

Мотивированное решение изготовлено 09 июня 2023 года.

Копия верна Е.А.Полынкина