Дело № 2-134/2023

64RS0002-01-2023-000077-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 марта 2023 года город Аткарск Саратовской области

Аткарский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Вайцуль М.А.,

при секретаре судебного заседания Кучеренко А.А.,

с участием помощника Аткарского межрайонного прокурора Саратовской области Конусова К.Е.,

с участием ответчика ФИО3, представителя третьего лица - отдела опеки и попечительства администрации Аткарского муниципального района Саратовской области, в лице начальника отдела - ФИО4 и третьего лица ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО27 ФИО13 к ФИО26 ФИО14 о снятии с регистрационного учета,

установил:

ФИО27 обратился в суд с иском к ФИО3 о снятии с регистрационного учета, в обоснование иска указав, что на основании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, он является собственником жилого дома с двумя сараями и земельным участком, расположенные по адресу: <адрес>, совместно с несовершеннолетними детьми – ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Вышеуказанные объекты недвижимости были приобретены истцом и его несовершеннолетними детьми у ФИО6 (продавец) за счет средств материнского (семейного) капитала в сумме 397 894 рубля 93 копейки, выделенных ФИО27 на основании государственного сертификата на материнский (семейный) капитал серии № № от ДД.ММ.ГГГГ. На момент совершения сделки купли-продажи недвижимого имущества, в спорном домовладении были зарегистрированы ФИО6 и ее несовершеннолетние дети – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые обязались сняться с регистрационного учета по месту жительства в срок до ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, между продавцом и покупателем в устной форме было заключено соглашение, что ФИО6 и ее дети снимутся с регистрационного учета после достижения младшей дочерью, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совершеннолетия, однако после достижения ФИО7 совершеннолетия и до настоящего времени, ни ФИО6, ни ее уже совершеннолетние дети в добровольном порядке сниматься с регистрационного учета по месту жительства не желают. Также, истец указывает, что на основании распоряжений администрации Аткарского муниципального района <адрес> № и № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 является опекуном его несовершеннолетних детей - ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, поскольку мать несовершеннолетних ФИО8, на основании решения Аткарского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, лишена родительских прав в отношении обоих несовершеннолетних, а отцу ФИО27 (истец) приговором Аткарского городского суда Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ назначено наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет с ограничением свободы на срок 1 год 10 месяцев с отбыванием срока в исправительной колонии строго режима. Также истец, указывает, что его дети имеют регистрацию в несуществующем доме в <адрес>. ФИО6 длительное время не регистрировала их в принадлежащем им спорном домовладении. Более того, она использует детей в своих целях, заставляя несовершеннолетнего ФИО10, являющегося <данные изъяты>, пасти коров и следить за пастбищем, а также пользуется всеми социальными льготами и выплатами на детей.

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства и нарушение своих жилищных прав, а также на положения Конституции Российской Федерации, ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ЖК РФ), истец просит снять с регистрационного учета по адресу: <адрес>, ФИО3, передать его правоустанавливающие документы и документы его детей, а также домовую книгу на спорные объекты недвижимости, на хранение органам опеки и попечительства до совершеннолетия детей.

Истец ФИО27, отбывающий наказание в ФКУ ИК № УФСИН России по <адрес>), надлежащим образом извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела, отказался участвовать в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи в соответствии со ст. 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ), при подаче иска ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований ФИО27, заявив о применении судом срока исковой давности по заявленным требованиям. Дополнив, что заключенный между ее матерью ФИО6 и ФИО27 договор купли-продажи являлся мнимой сделкой. Кроме того указала, что с момента рождения была зарегистрирована и проживала в спорном жилом доме, никогда не выезжала из него, как до сделки купли-продажи, так и после сделки.

Третье лицо – ФИО6 в судебном заседании также возражала, против удовлетворения исковых требований ФИО27 Дополнительно пояснила, что договор купли-продажи был заключен только с целью получения ФИО27 денежных средств на приобретение автомобиля LADA LARGUS. Намерений продавать жилой дом, который является единственным жилым помещением у нее и ее детей, у ФИО6 не было. Кроме того не у нее и ее детей (ФИО2 и ФИО15) ни денежных средств на приобретение иного жилого помещения, не было и нет. Денежные средства от продажи жилого дома она не получала. Получил денежные средства по договору купли-продажи ФИО27 и поехал в <адрес>, где, и приобрел автомобиль LADA LARGUS. Однако как в дальнейшем ей стало известно, автомобиль был приобретен им за счет кредитных денежных средств, а денежные средства, полученные по договору купли-продажи дома, ФИО27 положил на счет в банке, открытый на его имя. Регистрировать несовершеннолетних ФИО16 и ФИО17 в доме не хотел сам ФИО27, поскольку всегда говорил, что еще получит от государства по 800 000 рублей компенсацию на приобретение детям жилого помещения, как сиротам. Также пояснила, что всегда к детям относилась и относится как к своим и даже более, чем своим, поскольку дети и так обижены судьбой. С первого дня совместной жизни с детьми заботиться о них, занимается их воспитанием, как нравственным, так и физическим, делает с ними уроки, интересуется их увлечениями и всячески способствует их развитию. Обстоятельства, на которые ссылается в иске ФИО27, о том, что ее дети ФИО2 (ответчик по делу) и ФИО18 ведут аморальный образ жизни, являются ложью. И свидетельствуют о том, что, несмотря на вступивший в законную силу приговор Аткарского городского суда Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО27 приговорен к наказанию к 12 годам лишения свободы за <данные изъяты> ФИО7, последний в содеянном не раскаялся и не исправился. С момента ареста ФИО27, постоянно пишет на нее и ее дочерей жалобы, сообщения и т.д., выражая тем самым озлобленность, что его поступок по <данные изъяты> не остался безнаказанным. За все время ФИО27 не сказал ни одного слова благодарности, за то, что ФИО6 взяла на себя все заботы, по воспитанию его детей. С первого дня ФИО19 называют ее мамой, а вот относительно ФИО27 отзываются негативно, вспоминают его с боязнью и тревогой, что он скоро может вернуться к ним, поскольку в их памяти отложились только крики, наказания и избиения. Доводы ФИО27, что она эксплуатирует детей несостоятельны, поскольку мальчики, будучи подростками, видят, что в семье большое хозяйство, одних коров только более 20 голов, и по возможности они помогают как по дому, так и по хозяйству. Но они понимают, что денежные средства, которые зарабатываются, расходуются, в том числе и на них, поскольку детям нужны дополнительные преподаватели, по предметам которые им даются с трудом, также ФИО20 <данные изъяты> и ему нужно дополнительное медицинское обслуживание. Доводы ФИО27 о том, что ущемляются права детей, ничем не подтверждаются, напротив, для детей созданы все условия для их развития и дальнейшего социального жизнеустройства.

Представитель третьего лица - отдела опеки и попечительства администрации Аткарского муниципального района <адрес> – ФИО9, действующая на основании доверенности, в судебном заседании, просила в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме. Дополнительно пояснила, что несовершеннолетние дети не были зарегистрированы в спорном жилом помещении именно ФИО1, как отцом и законным представителем несовершеннолетних, однако дети имеют регистрацию по адресу: <адрес>, д. Николаевка, <адрес>, это адрес, где ранее проживала семья. В настоящее время опекун ФИО6 ставит на регистрационный учет несовершеннолетних по адресу: <адрес> (в спорном жилом помещении). В дальнейшем дети, будут поставлены на учет в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий, поскольку в вышеуказанном помещении санитарная норма жилой площади на одного человека составляет менее 13 кв.м. Также дополнила, что исходя из полномочий органа, в лице отдела опеки и попечительства администрации Аткарского муниципального района <адрес> семья опекуна ФИО6 постоянно посещается сотрудниками отдела и находится под постоянным контролем. При посещениях семьи несовершеннолетних Кирилла и Никиты, в доме всегда убрано и чисто, приготовлена вкусная еда, в холодильнике всегда имеется необходимый перечень продуктов питания, дети опрятны, также у детей имеется все необходимое для их развития по возрасту. Кроме того до настоящего времени в регистрирующем органе имеется обременение по совершенной сделке купли-продажи, в связи с чем полагает, что права ФИО2, ФИО7, которые на момент сделки купли-продажи спорного домовладения являлись несовершеннолетними не будут нарушены и в дальнейшем.

Третье лицо – ОВМ ОМВД Российской Федерации по Аткарскому району Саратовской области - было своевременно и надлежащим образом извещено о времени и месте рассмотрения дела, однако явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, причины неявки суду неизвестны.

Информация о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Аткарского городского суда Саратовской области (http://atkarsky.sar.sudrf.ru) (раздел судебное делопроизводство).

С учетом заявленного истцом ходатайства, мнения лиц, участвующих в деле, а также наличия сведений о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд определил рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Суд, заслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В силу положений ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, исходя из положений ст. 57 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Исходя из положений ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В этой связи, лишить гражданина права на жилище можно только на основании закона.

В соответствии с п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации - разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости производного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (ст. 25 Конституции Российской Федерации, ст. 1, 3 ЖК РФ).

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как следует из п. 1 ст. 292 ГК РФ члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи (ч. 3 ст. 31 ЖК РФ).

В соответствии с ч. 2 и ч. 3 ст. 1 ЖК РФ, граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований.

Согласно ч. 1 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

В силу ч. 2 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

Положениями ч. 1 ст. 35 ЖК РФ предусмотрено, что в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»).

Согласно п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество, в иных случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, переход права собственности на жилое помещение к новому собственнику является основанием для прекращения права пользования прежнего собственника.

В судебном заседании установлено и сторонами не оспорено, что истец ФИО27 и его несовершеннолетние дети – ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются собственниками по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером №, два сарая с кадастровыми номерами №, №, и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>. Данное право возникло на основании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права ФИО27 от ДД.ММ.ГГГГ, и выписками из ЕГРН, представленным филиалом ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ № №, № № и № № (л.д. 68-73, 127).

Согласно сведениям, представленным отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Саратовской области по запросу суда, вышеуказанные объекты недвижимости были приобретены истцом и его несовершеннолетними детьми у ФИО6 (продавец) за счет средств материнского (семейного) капитала в сумме 397 894 рубля 93 копейки, выделенных ФИО27 на основании государственного сертификата на материнский (семейный) капитал серии № № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 114-129).

В соответствии с решением Управления установления социальных выплат от ДД.ММ.ГГГГ №, средства материнского (семейного) капитала в сумме 397 894 рубля 93 копейки были перечислены Отделением пенсионного фонда РФ по Саратовской области платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № на расчетный счет №, открытый на имя ФИО6

На момент совершения сделки по купли-продажи недвижимого имущества, в спорном домовладении были зарегистрированы ФИО6 и ее несовершеннолетние дети – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые на момент совершения сделки были несовершеннолетними.

Как следует из условий, заключенного договора купли-продажи ФИО6 с несовершеннолетними детьми ФИО2, ФИО7 обязались сняться с регистрационного учета по месту жительства в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, истец указывает в исковом заявлении, что между ним и продавцом в устной форме было заключено соглашение, что ФИО6 и ее дети снимутся с регистрационного учета после достижения ее младшей дочерью, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совершеннолетия, однако после достижения ФИО7 совершеннолетия и до настоящего времени, ни ФИО6, ни ее совершеннолетние дети в добровольном порядке с регистрационного учета по месту жительства не снялись.

Так, согласно домовой (поквартирной) книге и сведениями отдела адресно-справочной работы Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Саратовской области, в спорном с момента рождения и до настоящего времени значатся зарегистрированными ответчик по иску ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также их мать ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (третье лицо по настоящему делу и опекун несовершеннолетних ФИО21 и ФИО22 ФИО12) (л.д. 34, 36, 164-167).

В соответствии с ч.ч. 1, 4 ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Вопрос о признании лица бывшим членом семьи собственника жилого помещения при возникновении спора решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.

При этом, учитывая положения ч. 1 ст. 31 ЖК РФ, следует иметь ввиду, что поскольку ведение общего хозяйства между собственником жилого помещения и лицом, вселенным им в данное жилое помещение, не является обязательным условием признания его членом семьи собственника жилого помещения, то и отсутствие ведения общего хозяйства собственником жилого помещения с указанным лицом либо прекращение ими ведения общего хозяйства (например по взаимному согласию) само по себе не может свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения. Данное обстоятельство должно оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами по делу (ст. 67 ГПК РФ).

Из разъяснений, изложенных в п. 14 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14, следует, что в силу положений СК РФ об ответственности родителей за воспитание и развитие своих детей их обязанности заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка (п.1 ст. 55, п. 1 ст. 63 СК РФ), в том числе на жилищные права. Поэтому прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетнего ребенка, проживающего в жилом помещении, находящемся в собственности одного из родителей, не влечет за собой утрату ребенком права пользования жилым помещением в контексте правил ч. 4 ст. 31 ЖК РФ.

Кроме того, с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», согласно которой вопрос о признании лица членом семьи собственника жилого помещения судам следует разрешать с учетом положений ч. 1 ст. 31 ЖК РФ, исходя из следующего:

б) членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и другие) и нетрудоспособные иждивенцы как самого собственника, так и членов его семьи, а в исключительных случаях иные граждане (например, лицо, проживающее совместно с собственником без регистрации брака), если они вселены собственником жилого помещения в качестве членов своей семьи. Для признания перечисленных лиц членами семьи собственника жилого помещения требуется не только установление юридического факта вселения их собственником в жилое помещение, но и выяснение содержания волеизъявления собственника на их вселение, а именно: вселялось ли им лицо для проживания в жилом помещении как член его семьи или жилое помещение предоставлялось для проживания по иным основаниям (например, в безвозмездное пользование, по договору найма). Содержание волеизъявления собственника в случае спора определяется судом на основании объяснений сторон, третьих лиц, показаний свидетелей, письменных документов (например, договора о вселении в жилое помещение) и других доказательств (ст. 55 ГПК РФ).

При этом необходимо иметь в виду, что семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

Судом установлено, что согласно договору купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, право собственности на спорные объекты недвижимости от продавца ФИО6 перешло к истцу ФИО27 и его несовершеннолетним детям - ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Условиями договора предусмотрено, что ФИО6 и ее несовершеннолетние дети – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обязались сняться с регистрационного учета по месту жительства в срок до ДД.ММ.ГГГГ, однако до настоящего времени данная обязанность в добровольном порядке не исполнена.

Кроме того, согласно сведениям Отдела ЗАГС по г. Аткарску и Аткарскому району управления по делам ЗАГС Правительства Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ, что ответчик ФИО3 членом семьи истца не является, в том числе бывшим, какого-либо соглашения о пользовании жилым помещением между истцом и ответчиком не заключалось, доказательств обратного суду не представлено (л.д. 61-62).

Таким образом, необходимого и обязательного условия для возможного сохранения за ответчиком права пользования спорным жилым домом, в частности – согласия собственников спорного домовладения, не имеется, к категории лиц, которые не могут быть выселены из жилого помещения при смене собственника, ответчик не относятся.

В силу положений ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Вместе с тем, ст. 10 ЖК РФ установлено, что жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

На основании ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно разъяснениям, данным в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция Российской Федерации предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место жительства, а также гарантировала право на жилище (ч. 1 ст. 27, ч. 1 ст. 40).

В соответствии с п. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних детей, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Согласно п. 2 ст. 54 Семейного кодекса Российской Федерации (далее по тексту СК РФ) каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (п. 1 ст. 63 СК РФ).

Судом установлено, что ФИО6 являлась собственником жилого дома с двумя сараями и земельного участка, расположенными по адресу: <адрес>, на основании выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок, выданной администрацией <адрес> <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, кадастрового паспорта здания, сооружения, объекта незавершенного строительства, выданного Аткарским филиалом ГУП «Сартехинвентаризация» ДД.ММ.ГГГГ, свидетельств о государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ, деклараций об объектах недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела усматривается и следует из объяснений ФИО6, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходятся ей дочерями, вселены в спорное жилое помещение и проживали в нем как члены семьи собственника жилого помещения. Указанный спорный жилой дом являлся постоянным и единственным местом жительства ее несовершеннолетних детей, которые в силу возраста (16 и 14 лет) были лишены возможности самостоятельно определить свое место жительства, и не могли проживать самостоятельно без законного представителя.

Согласно преамбуле Декларации прав ребенка, принятой Генеральной Ассамблеей 20 ноября 1959 года, ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения.

В силу положений ст. 3 Конвенции ООН «О правах ребенка», одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года, во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

Государства-участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка (п. 1 ст. 27 Конвенции).

Из материалов дела усматривается, что на момент заключения договора купли-продажи недвижимости (ДД.ММ.ГГГГ) в спорном домовладении проживали и были зарегистрированы несовершеннолетние дети продавца ФИО6 - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно сведениям ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, представленным Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, иного жилого помещения в собственности ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не имеется.

Таким образом, ФИО6 заключая сделку с ФИО27 по купле-продаже спорных объектов недвижимости (ДД.ММ.ГГГГ), при фактическом отсутствии жилищных прав на какое-либо другое помещение лишила своих несовершеннолетних детей, приобретенных ими на законных основаниях прав пользования спорным жилым помещением, являющимся для них постоянным и единственным местом жительства.

Кроме того, вышеуказанная сделка по отчуждению объектов недвижимости, с зарегистрированными в спорном жилом доме несовершеннолетними детьми, была совершена без разрешения органов опеки и попечительства.

Разрешая, заявленное в ходе судебного разбирательства ходатайство ФИО3 о применении срока исковой давности к заявленным требованиям, поскольку сделка купли-продажи спорного жилого дома является мнимой и была заключена ФИО27 с целью обналичить материнский капитал, суд приходит к следующим выводам.

По смыслу положений п. 1 ст. 170 ГК РФ целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально не существующих прав и обязанностей.

Для признания сделки мнимой необходимо установление того факта, что обе стороны сделки действовали недобросовестно, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения; при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25, изложенных в п. 86 «О применении судами некоторых положений раздела I ч. 1 ГК РФ» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в этой сделке, создав у них ложное представление о намерениях участников сделки. Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, и они не имеют намерений исполнять ее либо требовать ее исполнения. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий.

Как установлено судом и следует из объяснений участников процесса, а также действий стороны истца после заключения сделки, намерений по передачи спорного объекта недвижимого имущества у сторон не имелось, данные обстоятельства, в том числе подтверждаются сведениями Управления Россреестра, из которых следует, что в отношении спорного объекта недвижимости до настоящего времени имеются ограничения «ипотека в силу закона».

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Из разъяснений, изложенных в абз. 4 и 5 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I ч. 1 ГК РФ» следует, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

При установленных судом обстоятельствах и руководствуясь положениями вышеизложенных норм права, суд приходит к выводу, что в действиях истца ФИО27 усматривается недобросовестность, поскольку при заключении договора купли-продажи спорного жилого дома истец знал о наличии зарегистрированных и проживающих в нем несовершеннолетних детей, однако заключил сделку купли-продажи с привлечением средств материнского капитала. Учитывая, что в указанных действиях ФИО27 установлено злоупотребление своим правом, так как истцом не соблюдены требования, предусмотренные п. 1 ст. 10 ГК РФ, а также с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, суд приходит к выводу об отказе ФИО27 в защите принадлежащего ему права в части заявленных исковых требований.

В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, применительно к правилам ст. 205 ГК РФ, позволяющих вынести суждение о том, что срок пропущен на 6 лет по уважительной причине, не представлено, пропуск установленного законом срока для обращения в суд с настоящим иском является самостоятельным основанием к отказу в иске (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

Рассматривая требования ФИО27 о передаче правоустанавливающих документов, документов на несовершеннолетних ФИО23 ФИО12, а также домовую книгу на спорные объекты недвижимости, на хранение органам опеки и попечительства до совершеннолетия детей, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 15 Федерального закона от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» (далее по тексту Федеральный закон № 48-ФЗ) опекуны являются законными представителями своих подопечных и вправе выступать в защиту прав и законных интересов своих подопечных в любых отношениях без специального полномочия. Как следует из документов, представленных администрацией Аткарского муниципального района Саратовской области начиная с ДД.ММ.ГГГГ над несовершеннолетними ФИО10 и ФИО11 установлена опека и опекуном назначена ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая в соответствии с ч. 2 ст. 15 Федеральный закон № 48-ФЗ, ст. 26 ГК РФ осуществляет полномочия опекуна и является законным представителем своих подопечных, исходя из чего, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения данных требований.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанном на всестороннем, полном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Анализируя все представленные доказательства и вышеприведенные нормы материального права в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО27 не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО27 ФИО24 к ФИО26 ФИО25 о снятии с регистрационного учета – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Аткарский городской суд Саратовской области.

Судья М.А. Вайцуль

Срок составления мотивированного решения – 28 марта 2023 года.

Судья М.А. Вайцуль