Гражданское дело № 2-69/2023 (№ 2-1043/2022)
УИД 77RS0028-02-2022-009625-65
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
р.п. Сосновка Тамбовской области 31 января 2023 г.
Сосновский районный суд Тамбовской области в составе:
председательствующего судьи Галкиной Т.А.,
при секретаре судебного заседания – помощнике судьи Татаринцевой О.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба вследствие неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании ущерба вследствие неосновательного обогащения.
В обоснование заявленных требований указано, что на основании постановления Правительства Х от 01.08.1995 г. № 653 Москомимущество передало в полное хозяйственное ведение ОАО МЭ» здание общежития по адресу: Х Общежитие, являющееся, согласно п. 2 ч. 1 ст. 93 ЖК РФ, жилым помещением специализированного жилищного фонда, поставлено ОАО МЭ» на баланс. Решением суда от 23.11.2018 г. ОАО МЭ» признано банкротом с введением процедуры конкурсного производства. 01.12.2019 г. ОАО МЭ», осуществляющим обязанности по обслуживанию и содержанию имущества, заключен с ООО «Ж» договор, в соответствии с которым к обществу перешли полномочия по управлению указанным объектом недвижимого имущества. В декабре 2020 г. срок договора продлен. ООО «Ж» привлечены специалисты для обеспечения содержания и ремонта общежития, заключены контракты с поставщиками коммунальных услуг для нужд общежития. Оплата по контрактам ООО «Ж» осуществляется за счет средств, получаемых от нанимателей жилых помещений общежития. Тарифы по оплате проживания установлены приказом от 01.01.2020 г. конкурсного управляющего ОАО МЭ». При инвентаризации общежития установлено, что в однокомнатной квартире № х с 01.06.2020 г. по 31.06.2021 г. без заключения договора найма жилого помещения и внесения платы проживал ФИО2, хх.хх.хххх. г.р. Сумма его задолженности составила 240000 рублей. От заключения договора найма и внесения платы за наем жилого помещения ФИО2, игнорируя неоднократно направленные уведомления, уклонился. ООО «Ж» и ФИО1 заключен договор уступки права требования образовавшейся у ФИО2 задолженности. Полагает необходимым взыскать с ФИО2 неосновательное обогащение в виде невнесенной платы за жилое помещение в размере 240000 рублей, проценты за пользование денежными средствами в размере 23723, 84 рублей, а также расходы по уплате госпошлины и почтовые расходы.
В судебное заседание истец ФИО1 не явился, представив ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.
Ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте судебного заседания, об уважительности причин неявки не сообщил.
Представитель ответчика ФИО3 в судебное заседание также не явился, заявив ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его и ФИО2
В возражении на исковое заявление представитель ответчика указал, что договор уступки прав требования, заключенный 01.10.2021 г. ООО «Ж» и ФИО1, исходя из требований ч. 1 ст. 388 ГК РФ, ч. 18 ст. 155 ЖК РФ, является ничтожным. Общежитие, расположенное по адресу: Х, и, соответственно, занимаемая в данном здании ФИО2 квартира, находятся в собственности Х. В соответствии с требованиями законодательства о банкротстве, в рамках конкурсного производства жилищный фонд социального использования подлежит передаче собственнику такого жилищного фонда. Доказательства включения указанного общежития в конкурсную массу ОАО МЭ» отсутствуют. Договор управления нецелевым активом, представленный в материалы дела, не порождает для ответчика юридических последствий, так как у конкурсного управляющего ОАО МЭ» отсутствовали правовые основания для передачи, а у ООО «Ж» - для принятия в управление жилых помещений по адресу: Х Истцом не указано, что ООО «Ж» ФИО2 услуги по электроснабжению в полном объеме не предоставлялись. Факт возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения не подтвержден. Полагает исковые требования в полном объеме не подлежащими удовлетворению.
Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с ч. 1 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Постановлением правительства Х от 01.08.1995 г. № 653 Москомимущество передало СПК «МЭ» в полное хозяйственное ведение общежитие по адресу: Х
Из содержания ч. 1 ст. 294, ч. 2 ст. 295 ГК РФ следует, что предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с настоящим Кодексом.
Предприятие не вправе продавать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ или иным способом распоряжаться этим имуществом без согласия собственника.
Согласно ч. 3 ст. 1013 ГК РФ, имущество, находящееся в хозяйственном ведении, не может быть передано в доверительное управление. Передача в доверительное управление имущества, находившегося в хозяйственном ведении, возможна только после ликвидации юридического лица, в хозяйственном ведении которого имущество находилось, либо прекращения права хозяйственного ведения имуществом и поступления его во владение собственника по иным предусмотреннымзакономоснованиям.
Решением Арбитражного суда Х от 23.11.2018 г. № х ОАО МЭ» признано несостоятельным (банкротом).
Согласно ч. 3 ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный управляющий вправе распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.
В ч.ч. 1, 2 ст. 131 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ предусмотрено, что все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.
Из имущества должника, которое составляет конкурсную массу, исключаются предусмотренное настоящим Федеральным законом имущество.
В ст. 132 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ содержится перечень имущества должника, не включаемого в конкурсную массу.
В соответствии с ч.ч. 5, 6 ст. 132 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ, жилищный фонд социального использования подлежит передаче собственнику такого жилищного фонда.
Передача жилищного фонда социального использования собственнику жилищного фонда социального использования осуществляется без каких-либо дополнительных условий на основании определения арбитражного суда в сроки, предусмотренные таким определением.
Доказательства того, что общежитие по адресу: Х включено в конкурсную массу ОАО МЭ», в материалах дела отсутствуют.
01.12.2019 г. ОАО МЭ», владеющее на праве хозяйственного ведения комплексом зданий по адресу: Х в лице конкурсного управляющего Х.С.Ф. и ООО Ж» заключен Договор управления нецелевым активом на праве доверительного управления.
Уведомлением от 31.12.2020 г. Договор управления нецелевым активом, заключенный 01.12.2019 г. ОАО МЭ» и ООО «Ж», продлен до 31.12.2021 г.
В ч. 1 ст. 1012 ГК РФ предусмотрено, что по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя). Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.
Таким образом, доверительный управляющий приобретает лишь право управления имуществом, и не наделен полномочиями по распоряжению им.
Договор заключен в отношении комплекса расположенных по адресу: Х зданий, используемых в качестве специализированного жилищного фонда для сотрудников предприятия ОАО МЭ».
Согласно Договору, Управляющая компания ООО «Ж» приняла на себя обязательства по управлению жилищным фондом, включая содержание, эксплуатацию и предоставление коммунальных услуг.
По условиям Договора, Управляющая организация вправе выставлять счета и принимать от жителей плату за наем жилого помещения и за жилищно-коммунальные услуги.
В соответствии с ч. 2 ст. 162 ЖК РФ, по договору управления многоквартирным домом управляющая организация обязуется выполнять работы и (или) оказывать услуги по управлению многоквартирным домом, оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам, обеспечить готовность инженерных систем, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.
Таким образом, указанный Договор управления нецелевым активом содержит положения договора управления многоквартирным домом.
Из норм ч.ч. 1, 2 ст. 162, ч. 2 ст. 163 ЖК РФ следует, что договор управления многоквартирным домом заключается с управляющей организацией, которой предоставлена лицензия на право управления многоквартирным домом, собственниками помещений в таком доме, а в случае, когда все помещения в доме находятся в собственности Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, - по результатам открытого конкурса.
Согласно информации Департамента городского имущества Х от 25.06.2021 г., ГБУ гМ» от 30.06.2021 г. и, по сведением ЕГРН, дом х по адресу: Х, и все квартиры в указанном здании находятся в собственности Х, статус помещений – жилое.
Доказательств, подтверждающих соблюдение установленного законом порядка заключения договора управления многоквартирным домом, материалы дела не содержат.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий ОАО МЭ» не имел законных оснований на заключение договора доверительного управления находящимся на праве хозяйственного ведения имуществом.
В ч. 2 ст. 168 ГК РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая напубличные интересылибо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.
Соответственно, не приобрело прав и обязанностей по Договору доверительного управления в отношении данного имущества и ООО «Ж».
Выполняя обязанности управляющей организации, ООО «Ж» не имело полномочий по распоряжению чужим имуществом, в том числе, по уступке права требования невнесенной платы за жилое помещение.
Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 388 ГК РФ, уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречитзакону.
Согласно ч. 18 ст. 155 ЖК РФ, управляющая организация, товарищество собственников жилья либо жилищный кооператив или иной специализированный потребительский кооператив, ресурсоснабжающая организация, региональный оператор по обращению с твердыми коммунальными отходами, которым в соответствии с настоящим Кодексом вносится плата за жилое помещение и коммунальные услуги, не вправе уступать право (требование) по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги третьим лицам, в том числе кредитным организациям или лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц. Заключенный в таком случае договор об уступке права (требования) по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги считается ничтожным.
В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» также разъяснено, что уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ).
Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ, ничтожная сделка недействительна по основаниям, установленным законом.
В ч. 1 ст. 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
ООО «Ж» 01.10.2022 г. заключило с ФИО1 Договор уступки права требования, в соответствии с которым уступило цессионарию права требования по взысканию ущерба, причиненного ООО «Жилсервис» неосновательным обогащением вследствие невнесения платы за жилое помещение.
На основании указанного договора ФИО1 требует взыскать в его пользу с ФИО2 неосновательное обогащение, полученное вследствие невнесения платы за жилое помещение – квартиру Х.
Факт проживания в указанном помещении сторона ответчика не оспаривает.
Справкой нотариуса Х нотариальной палаты от 30.06.2020 г. подтверждается, что ФИО2 на публичный депозитный счет нотариуса внес денежные средства в сумме 21000 рублей во исполнение обязательств должника перед ОАО МЭ» по оплате за период с 01.06.2020 г. по 31.1.2020 г. аренды жилого помещения по адресу: Х
Справка нотариуса также свидетельствует о том, что ФИО2 не отрицает проживание в общежитии по указанному адресу.
Вместе с тем, представителем ответчика заявлены возражения относительно удовлетворения требований истца, в том числе, на том основании, что сделка по уступке права требования является ничтожной.
Принимая во внимание, что ООО «Ж» уступило право (требование) по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги ФИО1, являющемуся третьим лицом, в нарушение установленного законом запрета, осуществляя функции управляющей организации, Договор уступки права требования от 01.10.2022 г. является ничтожным и, соответственно, не влечет юридических последствий.
С учетом всех установленных по делу обстоятельств суд приходит к выводу, что ООО «Ж» передано ФИО1 по ничтожному договору не возникшее у него, - несуществующее право требования.
Поскольку договор уступки прав является ничтожным и уступка права требования по несуществующему обязательству не порождает прав у нового кредитора, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного ФИО1 к ФИО2 иска о взыскании неосновательного обогащения в виде невнесенной платы за жилое помещение.
В связи с отказом в удовлетворении основного требования не подлежит удовлетворению и требование о взыскании процентов и судебных расходов.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1, хх.хх.хххх. г.р., к ФИО2, хх.хх.хххх. г.р., о взыскании неосновательного обогащения в виде невнесенной платы за жилое помещение в размере 240000 (двести сорок тысяч) рублей, процентов за пользование денежными средствами в размере 23723 (двадцать три тысячи семьсот двадцать три) рубля 84 копейки, а также расходов по уплате госпошлины в размере 5 837 (пять тысяч восемьсот тридцать семь) рублей 24 копейки и почтовых расходов в размере 257 (двести пятьдесят семь) рублей 23 копейки отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения по делу через Сосновский районный суд Тамбовской области.
Судья Т.А. Галкина
Мотивированное решение суда составлено 31 января 2023 г.
Судья Т.А. Галкина