Дело № 1- 334/2023 (12302950006000020)

УИД: 19RS0002-01-2023-001710-29

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Черногорск 27 сентября 2023 года

Черногорский городской суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Худяковой О.А.,

при секретаре Малковой Е.А.,

с участием государственных обвинителей Буранкова Е.Д., Кузьминой М.В.,

защитника – адвоката Сиговой М.В.,

подсудимого ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ***,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

содержащегося под стражей со 02 мая 2023 года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти Ч.В.В., в г. Черногорске Республики Хакасия при следующих обстоятельствах.

01 мая 2023 г. в период времени с 09 часов 00 минут до 18 часов 44 минут ФИО1, находясь в комнате ***, в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений, возникших в ходе ссоры к своей сожительнице Ч.В.В., которая в ходе совместного распития спиртных напитков высказала ФИО1 требование найти работу либо уходить от нее, действуя с умыслом на убийство Ч.В.В., с целью причинения ей смерти, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти Ч.В.В., и желая их наступления, взял табурет и стал наносить им Ч.В.В. множественные (не менее 8) удары по жизненно-важному органу – голове. От полученных ударов по голове Ч.В.В. упала на пол. Далее, ФИО1, продолжая свои действия, направленные на лишение жизни Ч.В.В., обхватил ее голову руками, потянул к себе, повернув при этом голову в сторону. После этого, продолжая реализовывать свой преступный умысел, ФИО1 схватил Ч.В.В. руками за ее шею и стал с силой сдавливать ее шею, при этом придавил коленом своей ноги в правую область грудной клетки Ч.В.В., и продолжил сдавливать руками шею Ч.В.В. до момента наступления ее смерти.

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил Ч.В.В. телесные повреждения, состоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти в виде:

- линейных ссадин левой переднебоковой поверхности верхней трети шеи (1), передней поверхности верхней трети шеи (1), передней поверхности средней трети шеи (1); локальных внутрикожных кровоизлияний правой переднебоковой поверхности верхней трети шеи (1), правой переднебоковой поверхности нижней трети шеи (1), кровоподтеков в проекции левой лопатки с переходом на околопозвоночную область (1), в проекции правой лопатки (1), кровоизлияний в мягкие ткани передней поверхности грудной клетки, шеи; полных, закрытых, косопоперечных, сгибательных переломов 2-6 правых ребер по передней и задней подмышечной линиям с кровоизлияниями под пристеночную плевру; локального, очагового кровоизлияния в левую долю щитовидной железы, кровоизлияния в корень языка, комплекс данных повреждений с развитием механической асфиксии вызвал угрожающее жизни состояние, которое оценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Кроме того, своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил Ч.В.В. телесные повреждения, не состоящие в причинной связи с наступлением смерти, в виде:

- закрытой черепно-мозговой травмы (ушибленные раны левой затылочной области волосистой части головы (1), наружной поверхности левой ушной раковины (1), кровоподтеки наружной и внутренней поверхности левой ушной раковины (1), левой заушной области с переходом на затылочную область волосистой части головы, левую заднебоковую поверхность шеи (1), лобной области с переходом на височные области, параорбитальные области, скуловые области (1), ссадины левой скуловой области (1), в области кончика носа (1), подбородочной области (1), кровоизлияния в области слизистой верхней и нижней губы; массивное, тотальное кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы; субарахноидальные кровоизлияния по базальной поверхности обеих лобных долей, по базальной поверхности левой затылочной доли с очагами ушиба головного мозга, левой теменной доли), данная закрытая черепно-мозговая травма с входящими в её комплекс телесными повреждениями по аналогии с живыми лицами повлекла тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- закрытой тупой травмы шейного отдела позвоночника (ссадина в области левого угла нижней челюсти с переходом на боковую поверхность шеи (1); массивные кровоизлияния в мягкие ткани задней поверхности шеи на уровне 2-7 позвонков; разрыв межпозвоночного диска 2го шейного позвонка, интрадуральные кровоизлияния на уровне 1-2 шейных позвонков), данная травма шейного отдела позвоночника по аналогии с живыми лицами повлекла тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- кровоподтеков задней поверхности правого лучезапястного сустава с переходом на тыльную поверхность кисти (1), задней поверхности правого локтевого сустава (1), наружновнутренней поверхности левого лучезапястного сустава с переходом на пястно-фаланговый сустав первого пальца левой кисти (1), задней поверхности левого плечевого сустава (1), тыльной поверхности левой стопы (1), циркулярно в области нижней трети обеих голеней с прерыванием по внутренним поверхностям (2), ссадины передней поверхности средней трети левого предплечья (1), которые по аналогии с живыми лицами не повлекли вреда здоровью.

В результате умышленных преступных действий ФИО1 01 мая 2023 г. на месте происшествия по адресу: ***, наступила смерть Ч.В.В. в результате механической асфиксии от сдавления груди и шеи.

Выражая свое отношение к предъявленному обвинению, после его оглашения государственным обвинителем, подсудимый ФИО1 вину в совершении инкриминируемого преступления признал, однако указал иной механизм причинения телесных повреждений потерпевшей.

Суд, исследовав и оценив собранные доказательства в их совокупности, находит, что вина подсудимого ФИО1 в содеянном полностью установлена и подтверждается следующими доказательствами, собранными по делу, полно и всесторонне исследованными в судебном заседании.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что около года он проживал по адресу: ***, с Ч.В.В., жили спокойно, совместно употребляли спиртные напитки. 01 мая 2023 г. они с Ч.В.В. находились вдвоем дома, посторонних не было, они совместно выпили 0,25 л. водки. Телесных повреждений ни у Ч.В.В. ни у него не было. Вечером Ч.В.В. стала предъявлять ему претензии, что он не выполняет свой супружеский долг, стала выгонять его из дома, говорила, чтобы искал работу, хотя 09 мая 2023 г. он должен был уехать на заработки. Они стали ругаться, Ч.В.В. ударила его табуретом по ногам, ножки от табурета отлетели, он взял сидение от табурета и ударил им Ч.В.В. по голове, сидение упало, она его взяла и села на диван, он стал отбирать у нее сидение, схватил ее за шею, стал рукой душить за горло, при этом сильно надавил коленом на грудную клетку, после чего Ч.В.В. встала и ушла за диван, они продолжили ругаться, после чего он вновь стал наносить удары сидением от табурета по голове ФИО2, она закрылась руками, после 4 удара она упала на пол на ковер и замолчала. Через 10-15 минут он пощупал пульс и понял, что Ч.В.В. умерла. Он связал ей ноги, завернул ее в ковер, чтобы удобнее было нести, выволок на улицу, положил на обочину дороги около ее дома, чтобы нашли, а потом вернулся домой, ждал сотрудников полиции. Скорую помощь и полицию он не вызывал. Он рассказывал соседу П.С.А., что они с Ч.В.В. поругались. Ч.В.В. физически его слабее и ниже ростом. Он нанес Ч.В.В. 4 удара по голове сидением от табурета и 1 раз душил, больше никаких ударов по телу ни руками ни ногами не наносил, не душил. Вину признает, раскаивается в содеянном.

В ходе предварительного следствия при проведении проверки показаний на месте ФИО1 в присутствии своего защитника указал о необходимости проехать к дому по адресу: ***, где на манекене продемонстрировал обстоятельства и механизм нанесения ударов табуретом по голове Ч.В.В., также продемонстрировал, как, завернув в ковер, волоча по земле, держа за ноги, через проезжую часть ***, перетащил труп на обочину, противоположную дому 51, где его и оставил. После чего указал на место в ограде дома, где находилась метла, при помощи которой он замел следы волочения, а также пояснил, что, вернувшись домой, он тряпкой протер пол от крови (т. 2 л.д. 21-25).

После оглашения подсудимый ФИО1 поддержал и подтвердил проведение следственных действий с его участием.

Оснований для признания протокола проверки показаний на месте недопустимым доказательством, также не имеется, поскольку указанное следственное действие проведено в соответствии со ст. 194 УПК РФ, каких-либо замечаний к производству данного следственного действия от его участников не поступило, в том числе, от самого ФИО1 и его защитника.

Оценивая вышеприведенные показания подсудимого, суд признает их в качестве достоверных в той части, в которой они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и свидетельствуют о времени и месте, мотиве совершения преступления при вышеизложенных обстоятельствах.

Показания подсудимого об ином механизме, локализации и количестве причиненных телесных повреждений, суд расценивает как реализованное право на защиту, они приведены подсудимым в суде в обоснование избранной им линией защиты, поскольку они последовательно и достоверно опровергаются представленной стороной обвинения совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний потерпевшей Г.Н.А. следует, что ее мать Ч.В.В. проживала по адресу: ***, нигде не работала, являлась пенсионером по старости. Спиртными напитками мать не злоупотребляла, по характеру спокойная, не конфликтная. Стала проживать с ФИО1, который помогал матери по дому, привозил воду. Со слов матери ФИО1 нигде не работал, она на него не жаловалась. Последний раз она видела мать 30 апреля 2023 г., мать выглядела хорошо, телесных повреждений на ней не было. 02 мая 2023 г. ей сообщили, что ее мать убили в ходе ссоры. Обстоятельства смерти матери ей неизвестны (т. 1 л.д. 51-54).

Из показаний свидетеля А.Э.Э., оперуполномоченного УУР МВД по Республике Хакасия, следует, что 02 мая 2023 он совместно с Ш.Э.А. чтобы установить местонахождение свидетеля ФИО1 по другому уголовному делу приехали по месту жительства его сожительницы по адресу: ***. Прибыв по вышеуказанному адресу, они увидели, что на обочине напротив *** лежит свернутый ковер, подойдя ближе, увидели, что из ковра торчат ступни человека. Предположил, что внутри находится труп, они прошли в ограду вышеуказанного дома, постучались в дверь, к ним вышел ФИО1, который признался в убийстве своей сожительницы Ч.В.В. (т. 1 л.д. 79-81).

Из показаний свидетеля Ш.Э.А., оперуполномоченного УУР МВД по Республике Хакасия, следуют показания аналогичного содержания показаниям свидетеля А.Э.Э. (т. 1 л.д. 82-84).

Из показаний свидетеля Б.Д.Я., начальника отделения ОУР ОМВД России по г. Черногорску, следует, что 02 мая 2023 г. около 17 часов ему позвонил оперуполномоченный УУР МВД по Республике Хакасия Ш.Э.А. и сообщил, что напротив дома, расположенного по адресу: *** ***, на обочине проезжей части в ковре обнаружен труп Ч.В.В., а также установлена причастность к ее смерти ФИО1 (т. 1 л.д. 85-87).

Из показаний свидетеля П.С.А. следует, что его знакомый ФИО1 сожительствовал с пожилой женщиной – Ч.В.В. в ее ***. 02 мая 2023 г. в утреннее время к нему пришел ФИО1, который ему рассказал, что 01 мая 2023 г. он поругался с Ч.В.В., что она отправляет его работать, что выгнала его. Вечером того же дня он узнал, что Ч.В.В. нашли мертвой (т. 1 л.д. 76-78).

Из показаний свидетеля Т.Т.Р. следует, что по соседству с ней в *** Хакасия проживала ее соседка по имени В. у которой около года проживал мужчина. Последний раз она видела В. около 09 часов 01 мая 2023 г., телесных повреждений у нее не видела, она ни на что не жаловалась, посторонних у В. не видела, было тихо, никаких криков она не слышала. 02 мая 2023 г. нашли труп В. (т. 1 л.д. 68-71).

Из показаний свидетеля З.А.А. следует, что проживает по адресу: ***. По соседству с ним, за его огородом жила пожилая женщина В. с ней жил мужчина по имени Игорь, они злоупотребляли спиртными напитками, однако, жили тихо и мирно. Последний раз он видел Игоря и В. 29 апреля 2023 г., выглядели они нормально, телесных повреждений у них не было. В. и Игорь жили вдвоем, посторонние к ним не ходили, гостей у них он не видел (т. 1 л.д. 72-75).

Из показаний свидетеля Л.Т.В., оперуполномоченного ОУР ОМВД России по г. Черногорску, следует, что 02 мая 2023 г. из ДЧ ОМВД России по г. Черногорску поступило сообщение о том, что на улице напротив *** обнаружен труп Ч.В.В., завернутый в ковер. В ходе работы по данному сообщению была установлена причастность ФИО1 (т. 1 л.д. 88-90).

Вышеприведенные показания потерпевшей и свидетелей суд признает относимыми, поскольку они содержат сведения, относящиеся к рассматриваемому уголовному делу, допустимыми, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, и достоверными в той части, в которой они согласуются между собой и другими собранными по делу доказательствами, при этом каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей суд не усматривает.

Из совокупности вышеприведенных показаний свидетелей следует, что 01 мая 2023 г. именно ФИО1 взял табурет и нанес им Ч.В.В. множественные (не менее 8) удары по жизненно-важному органу – голове, затем руками повернул голову в сторону, и, придавив коленом ноги грудную клетку, стал с силой сдавливать шею до момента наступления смерти, что исключает возможность совершения преступления третьим лицом.

Кроме того, вина ФИО1 в совершенном преступлении подтверждается письменными доказательствами, оглашенными в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ.

Как следует из протокола осмотра места происшествия от 02 мая 2023 г. осмотрен участок местности, расположенный на расстоянии 8,6 м. в юго-восточном направлении от ворот гаража, расположенного по адресу: ***, и на расстоянии 9,4 м. в юго-западном направлении от ворот гаража, расположенного по адресу: ***. На указанном участке местности обнаружен свернутый ковер, внутри которого обнаружен труп Ч.В.В. с множественными телесными повреждениями. В ходе осмотра места происшествия изъято: ковер, срезы ногтевых пластин Ч.В.В., образцы волос Ч.В.В., образцы папиллярных узоров рук Ч.В.В., метла, три следа пальцев рук на трех отрезках темной дактилоскопической пленки, один след обуви на одном отрезке темной дактилоскопической пленки, тряпка темно-синего цвета с пятнами вещества бурого цвета, две табуретки, микроволокно волос (т. 1 л.д. 20-28).

Согласно акту добровольной выдачи от 02 мая 2023, ФИО1 добровольно выдал куртку, кофту, джинсы и кроссовки, в которых он находился в момент совершения преступления (т. 1 л.д. 34-35).

Согласно протоколу выемки от 03 мая 2023 г. у свидетеля Л.Т.В. изъяты джинсы, куртка, кофта и кроссовки, принадлежащие ФИО1, в которых последний находился в момент совершения преступления (т. 1 л.д. 92-94).

Согласно протоколу выемки от 05 мая 2023 г. у судебно-медицинского эксперта Д.М.И. изъяты два образца крови Ч.В.В., халат с трупа Ч.В.В. (т. 1 л.д. 96-98).

Согласно протоколу получения образцов для сравнительного исследования от 02 мая 2023 г. у подозреваемого ФИО1 получены образцы паппилярных узоров рук, срезы ногтевых пластин, образцы буккального эпителия (т. 1 л.д. 118).

Согласно протоколу осмотра предметов от 14 июня 2023 г., осмотрены халат, образцы крови Ч.В.В.; кроссовки, джинсы, кофта, куртка ФИО1; тряпка с пятнами бурого цвета, ковер, метла, две табуретки. Указанные предметы (кроме тряпки с пятнами бурого цвета) признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 99-112, 114-115).

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы трупа *** от 31 мая 2023 г. смерть Ч.В.В. наступила в срок более 1-х суток до момента фиксации трупных явлений судебно-медицинским экспертом при осмотре трупа на месте его обнаружения, в результате механической асфиксии от сдавления груди и шеи тупыми твердыми предметами как с неограниченной травмирующей поверхностью (воздействия в области груди), так и с ограниченной травмирующей поверхностью (воздействия в области шеи, которыми могли быть пальцы рук человека).

2. При судебно-медицинском исследовании (экспертизе) тела трупа Ч.В.В., обнаружены:

А) состоящие в причинной связи со смертью телесные повреждения в виде линейных ссадин левой переднебоковой поверхности верхней трети шеи (1), передней поверхности верхней трети шеи (1), передней поверхности средней трети шеи (1); локальных внутрикожных кровоизлияний правой переднебоковой поверхности верхней трети шеи (1), правой переднебоковой поверхности нижней трети шеи (1), кровоподтеков в проекции левой лопатки с переходом на околопозвоночную область (1), в проекции правой лопатки (1), кровоизлияний в мягкие ткани передней поверхности грудной клетки, шеи; полных, закрытых, косопоперечных, сгибательных переломов 2-6 правых ребер по передней и задней подмышечной линиям с кровоизлияниями под пристеночную плевру; локального, очагового кровоизлияния в левую долю щитовидной железы, кровоизлияния в корень языка, которые могли быть получены в срок исчисляемый единицами минут до момента наступления смерти, от одного и, более воздействий тупым твердым предметом (ами), как с неограниченной травмирующей поверхностью (воздействия в области груди), так и с ограниченной травмирующей поверхностью (каковыми могли быть пальцы рук человека при сдавливании в области шеи), комплекс данных повреждений с развитием механической асфиксии вызвал угрожающее жизни состояние, которое оценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Б) не состоящая в причинной связи со смертью закрытая черепно-мозговая травма (ушибленные раны левой затылочной области волосистой части головы (1), наружной поверхности левой ушной раковины (1), кровоподтеки наружной и внутренней поверхности левой ушной раковины (1), левой заушной области с переходом на затылочную область волосистой части головы, левую заднебоковую поверхность шеи (1), лобной области с переходом на височные области, параорбитальные области, скуловые области (1), ссадины левой скуловой области (1), в области кончика носа (1), подбородочной области (1), кровоизлияния в области слизистой верхней и нижней губы; массивное, тотальное кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы; субарахноидальные кровоизлияния по базальной поверхности обеих лобных долей, по базальной поверхности левой затылочной доли с очагами ушиба головного мозга, левой теменной доли), данная закрытая черепно-мозговая травма с входящими в её комплекс телесными повреждениями получена от многократных травмирующих воздействий твердым тупым предметом (ами), как с ограниченной травмирующей поверхностью, так и с преобладающей травмирующей поверхностью, в срок исчисляемый десятками минут до момента наступления смерти, по аналогии с живыми лицами повлекла тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В) не состоящая в причинной связи со смертью закрытая тупая травма шейного отдела позвоночника (ссадина в области левого угла нижней челюсти с переходом на боковую поверхность шеи (1); массивные кровоизлияния в мягкие ткани задней поверхности шеи на уровне 2-7 позвонков; разрыв межпозвоночного диска 2го шейного позвонка, интрадуральные кровоизлияния на уровне 1-2 шейных позвонков), данная травма шейного отдела позвоночника могла быть получена в результате переразгибания в шейно-затылочной области с одновременной ротацией (вращением) головы, в срок исчисляемый десятками минут до момента наступления смерти, по аналогии с живыми лицами повлекла тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Г) не состоящие в причинной связи со смертью телесные повреждения в виде кровоподтеков задней поверхности правого лучезапястного сустава с переходом на тыльную поверхность кисти (1), задней поверхности правого локтевого сустава (1), наружновнутренней поверхности левого лучезапястного сустава с переходом на пястно-фаланговый сустав первого пальца левой кисти (1), задней поверхности левого плечевого сустава (1), тыльной поверхности левой стопы (1), циркулярно в области нижней трети обеих голеней с прерыванием по внутренним поверхностям (2), ссадины передней поверхности - средней трети левого предплечья (1), которые могли быть получены от многократных травмирующих воздействий твердым тупым предметом (ами), в срок до 12ти часов до момента наступления смерти, по аналогии с живыми лицами не повлекли вреда здоровью.

После получения телесных повреждений указанных в п. 2. А, Б, В, совершение потерпевшей активных целенаправленных действий исключается. После получения телесных повреждений указанных в п. 2. Г., потерпевшая могла совершать активные целенаправленные действия в промежуток времени ограниченный сроком переживания телесных повреждений указанных в п. 2. А, Б, В (т. 1 л.д. 122-134).

В судебном заседании стороны получили возможность задать все имеющиеся вопросы эксперту, проводившему судебно-медицинскую экспертизу.

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт Д.М.И. подтвердил выводы проведенного им экспертного исследования. Пояснил, что, исходя из морфологических свойств обнаруженных телесных повреждений потерпевшей можно сделать вывод, что изначально ей были причинены телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы, которая могла быть получена от многократных травмирующих воздействий твердым предметом, затем была причинены закрытая травма шейного отдела позвоночника, а причиной наступления смерти явилась механическая асфиксия от сдавления грудной клетки и шеи. Механизм причинения телесных повреждений Ч.В.В., продемонстрированный ФИО1, по количеству ударов, их локализации и механизму образования, их последовательности не соответствует телесным повреждениям, установленным в ходе исследования трупа Ч.В.В. Совершение потерпевшей каких-либо действий после наступления механической асфиксии исключается.

Оценивая приведенное доказательство, суд приходит к выводу, что заключение проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, а также показания эксперта по существу не опровергают, а взаимно подтверждают и дополняют друг друга. Настоящее заключение подготовлено компетентным экспертом в области судебной медицины, его выводы основаны на совокупности проведенных исследований, подтверждены имеющимися в заключении методиками проведения судебной экспертизы, а потому оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов эксперта не имеется. Также не имеется основания для назначения по делу дополнительных исследований, поскольку настоящее экспертное исследование проведено в порядке, установленном действующим уголовно-процессуальным законодательством. При назначении и проведении судебной экспертизы каких-либо нарушений прав подсудимого на ознакомление с постановлением либо заключением эксперта органами предварительного следствия не допущено, оснований для отвода эксперта, проводившего исследование, по материалам дела не усматривается. Таким образом, суд признает настоящее заключение эксперта допустимым по делу доказательством. Вероятностные выводы эксперта не подвергают сомнению обоснованность заключения, поскольку данные выводы судом оценены в совокупности с другими доказательствами по делу.

Согласно заключению судебной биологической экспертизы *** от 25 мая 2023 г. кровь потерпевшей Ч.В.В. относится к О?? группе. Кровь обвиняемого ФИО1 относится к А? группе. На халате Ч.В.В. обнаружена кровь человека, при определении групповой принадлежности которой выявлен только антиген Н. Эта кровь произошла от человека с О?? группой крови, например, от потерпевшей Ч.В.В. Произойти от ФИО1 эта кровь не могла (т. 1 л.д. 155-156).

Согласно заключению судебной биологической экспертизы *** от 24 мая 2023 г. кровь потерпевшей Ч.В.В. относится к О?? группе. Кровь обвиняемого ФИО1 относится к А? группе. На ковре, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека и выявлен антиген Н. Следовательно, данная кровь принадлежит лицу с О?? группой крови, возможно потерпевшей Ч.В.В. Эта кровь обвиняемому ФИО1 принадлежать не может (т. 1 л.д. 162-165).

Согласно заключению судебной биологической экспертизы *** от 13 июня 2023 г. на сиденьях представленных табуреток обнаружена кровь, которая произошла от ФИО1 (т. 1 л.д. 179-184).

Согласно заключению судебной дактилоскопической экспертизы *** от 22 мая 2023 г. на представленных трёх отрезках тёмной дактилоплёнки имеется два следа папиллярного узора пальцев рук и один след ладони руки, пригодных для идентификации человека. Два следа пальцев рук, и один след ладони руки, откопированные на отрезки тёмной дактилоплёнки, оставлены ФИО1 (т. 1 л.д. 191-193).

Согласно заключению судебной дактилоскопической экспертизы *** от 23 мая 2023 г., на отрезке темной дактилопленки, изъятой в ходе осмотра места происшествия, имеется один след обуви, пригодный для идентификации обуви его оставившей. След обуви на отрезке темной дактилопленки оставлен кроссовкой на правую ногу обвиняемого ФИО1 (т. 1 л.д. 203-205).

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы *** от 17 мая 2023 г. при объективном осмотре экспертом от 03 мая 2023 г. у ФИО1 были обнаружены телесные повреждения в виде ссадин на тыльной поверхности пястно-фалангового сустава 1-го пальца правой кисти (1), по наружной поверхности 2-го пястно-фалангового сустава и 2-й пястной кости правой кисти (1), в проекции левой ключицы кнаружи от среднеключичной линии (1), в проекции 7-го левого ребра между среднеключичной и переднеподмышечной линиями (1), в проекции левой реберной дуги кнаружи от среднеключичной линии (1), в правой височной области перед верхней третью ушной раковины (1). Данные телесные повреждения образовались от множественных (не менее 6-ти) травмирующих скользящих воздействий твердым тупым предметом с ограниченной контактной поверхностью, не исключается руками (в том числе ногтевыми пластинками) постороннего человека, в срок около 1-2 суток до момента осмотра экспертом, что подтверждается степенью заживления ссадин, и могли быть причинены в срок и при обстоятельствах, указанных в Постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы и самим гр. ФИО1 (01.05.2023г.). Вышеуказанные телесные повреждения квалифицируются как не причинившие вреда здоровью, так как подобные повреждения не влекут кратковременного расстройства здоровья либо незначительной стойкой утраты общей трудоспособности (т. 1 л.д. 142-143).

Научность и обоснованность выводов экспертиз, а также компетентность экспертов и соблюдение при проведении экспертных исследований необходимых требований уголовно-процессуального закона, сомнений у суда не вызывает и суд принимает их как достоверные доказательства. Все заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, сомнений в обоснованности их выводов у суда не возникло.

Суд не находит оснований признавать недопустимыми доказательствами протокол осмотра места происшествия, выемок и осмотра вещественных доказательств, которые в совокупности с показаниями самого ФИО1, свидетелей и результатами экспертиз в соответствующей части подтверждают факт нанесения телесных повреждений Ч.В.В. ФИО1

Оснований для признания иных письменных доказательств недопустимыми и недостоверными не имеется.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что вина ФИО1 в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, полностью установлена.

Исходя из совокупности вышеприведенных доказательств, суд приходит к однозначному выводу, что местом преступления является именно комната *** г. Черногорска, то есть место, указанное подсудимым.

Как следует из представленных доказательств, мотивом совершения убийства Ч.В.В. явились личные неприязненные отношения, возникшие у ФИО1 к Ч.В.В., которая высказала ему требование найти работу либо уходить от нее. Каких-либо данных, свидетельствующих о тяжком оскорблении подсудимого со стороны потерпевшей, ее аморальных действиях, а также о том, что ФИО1 находился в длительной психотравмирующей ситуации, из материалов дела не усматривается. При этом вопреки доводам защитника характер установленных у ФИО1 телесных повреждений не свидетельствует о неправомерном поведении потерпевшей Ч.В.В., действия которой носили оборонительный характер.

Действия ФИО1 носили умышленный характер и были направлены на причинение смерти потерпевшей, при этом ФИО1 осознавал характер и опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления в их результате смерти потерпевшей и желал этого. Об умышленных действиях подсудимого свидетельствует то, что ФИО1 осуществил непосредственные действия с целью наступления преступных последствий в виде смерти Ч.В.В. - нанес табуретом множественные (не менее 8) удары по жизненно-важному органу – голове, затем руками повернул голову в сторону, и, придавив коленом ноги грудную клетку, с силой сдавил шею, причинив в результате этого телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни потерпевшего, и состоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти, которая наступила в результате механической асфиксии от сдавления груди и шеи.

Характер сложившихся между ФИО1 и Ч.В.В. взаимоотношений, нахождение обоих в состоянии алкогольного опьянения, поведение после совершения преступления, указывают на то, что подсудимый не находился в состоянии сильного душевного волнения, либо в состоянии необходимой обороны, вызванного действиями потерпевшей. Как видно из приведенных выше доказательств, преступное деяние было совершено подсудимым на почве сложившихся у него с потерпевшей личных неприязненных отношений, усугубившихся нахождением его в состоянии алкогольного опьянения.

Суд находит установленным, что у ФИО1 отсутствовала угроза жизни и здоровью со стороны потерпевшей во время причинения ей телесных повреждений. Данное обстоятельство исключает возможность квалифицировать его действия как совершенные в условиях необходимой обороны либо при превышении ее пределов.

Об отсутствии у подсудимого ФИО1 состояния аффекта в момент причинения потерпевшей телесных повреждений свидетельствует и проведенная по делу в отношении ФИО1 экспертиза.

***

***

Суд, оценив в совокупности исследованные доказательства, с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела, приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении убийства, то есть умышленном причинении смерти Ч.В.В.

Учитывая изложенное, никаких сомнений в виновности ФИО1 у суда не возникло, доказательств, оправдывающих его, по делу не получено. Причастность иных лиц не установлена, оснований для переквалификации его действий не имеется.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влияющих на доказанность вины подсудимого, в ходе предварительного следствия по делу не допущено.

Приведенные доказательства свидетельствуют о наличии в действиях подсудимого ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Определяя вид и меру наказания ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений против жизни и здоровья, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, на условия его жизни и жизни его семьи, возраст, семейное положение – разведен, иждивенцев не имеет, *** суд учитывает все иные заболевания подсудимого и его родственников, а также личность ФИО1, который не судим, имеет регистрацию и постоянное место жительства в г. Черногорске, характеризуется по месту жительства начальником ОУУП ОМВД России по г. Черногорску – удовлетворительно (т. 2 л.д. 86), не трудоустроен.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признаёт: признание вины и фактических обстоятельств дела, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления путём дачи объяснений и добровольной выдачи вещей до возбуждении уголовного дела, признательных показаний, участия в проверке показаний на месте с указанием обстоятельств и механизма причинения телесных повреждений, а также возраст и состояние здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не имеется.

Сведений о том, что ФИО1 осознавал возможность общественно-опасных последствий своего поведения в состоянии опьянения, что в результате, именно состояние опьянения обусловило совершение им преступления, не имеется. Фактическое нахождение виновного в момент совершения преступления в состоянии опьянения и констатация этого при описании преступного деяния само по себе не является основанием для признания данного обстоятельства отягчающим наказание, в связи с чем, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, суд не признает отягчающим наказание обстоятельством в соответствии с ч. 11 ст. 63 УК РФ – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности и наказания, суд не усматривает.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает положения ст. 6 УК РФ о том, что одним из принципов уголовного закона является соответствие наказания характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств дают основание суду руководствоваться при назначении наказания ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Суд не усматривает исключительных обстоятельств как отдельных, так и в совокупности, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ при назначении наказания, назначив наказание ниже низшего предела либо более мягкое, чем предусмотрено санкцией.

С учетом фактических обстоятельств преступления, относящегося к категории особо тяжких, степени его общественной опасности, способа совершения преступления, степени реализации преступных намерений, вида умысла, мотива, цели совершения деяния, характера и размера наступивших последствий, учитывая наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Учитывая все данные, характер совершенного преступления, степень и общественную опасность данного деяния, данные о личности подсудимого, его возраст, условия его жизни, состояние здоровья, влияние наказания на исправление осужденного, совокупность всех смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд полагает, что исправление подсудимого ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества и назначении ему наказания в виде лишения свободы на определенный срок.

Рассматривая вопрос о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд, с учетом обстоятельств дела и личности подсудимого, приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, а именно, восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, предупреждение совершения новых преступлений возможно, без назначения ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Оснований для применения при назначении наказания положений ст. 73 УК РФ, суд не усматривает, поскольку полагает, что исправление ФИО1 невозможно без реального отбывания наказания. Нет законных условий для освобождения от наказания по состоянию здоровья.

Учитывая вышеизложенное, суд не находит оснований для назначения подсудимому ФИО1 иных основных видов наказания, не связанных с лишением свободы, в том числе принудительных работ в качестве альтернативы лишению свободы, поскольку принудительные работы не предусмотрены санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ.

В соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО1 следует назначить в исправительной колонии строгого режима.

Именно такое наказание ФИО1, по мнению суда, будет отвечать целям восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения осужденным новых преступлений, а также целям его исправления, перевоспитания и является целесообразным и справедливым.

Согласно протоколу задержания ФИО1 задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ – 02 мая 2023 года г. и до настоящего времени содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия.

Поскольку ФИО1 признан виновным и осуждается за совершение особо тяжкого преступления к реальному лишению свободы, до вступления приговора в законную силу в целях обеспечения исполнения назначенного наказания, суд полагает необходимым оставить ему меру пресечения в виде заключения под стражу.

При принятии решения о мере пресечения осужденному ФИО1 суд принимает во внимание отсутствие данных о невозможности содержания его под стражей по состоянию здоровья и медицинских документов, свидетельствующих о наличии у него заболеваний, требующих длительного лечения в условиях специализированного медицинского стационара.

На основании п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 следует зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся, в том числе суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению. В соответствии с ч. 2 ст. 132 УПК РФ суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением сумм, выплаченных переводчику и защитнику в случаях, предусмотренных частями 4 и 5 ст. 132 УПК РФ.

При разрешении вопроса о возмещении процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг адвоката Сиговой М.В. за осуществление ею защиты подсудимого на стадии судебного разбирательства, суд, принимая во внимание возраст, состояние здоровья, материальное и семейное положение подсудимого, отсутствие у него постоянного места работы, в соответствии ч.6 ст.132 УПК РФ полагает возможным уменьшить размер взыскиваемых с него процессуальных издержек до 5000 рублей.

Оснований для полного освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек судом не установлено, поскольку подсудимый трудоспособен, то есть имеет возможность получать доход, в том числе, работая во время и после отбывания наказания. Заявление ФИО1 об отказе от защитника в связи с его материальным положением, которое защитник просит признать как отказ от услуг защитника, не является основанием для его освобождения от уплаты процессуальных издержек, т.к. по смыслу закона отказ от услуг защитника по мотиву имущественной несостоятельности нельзя рассматривать как отказ от защитника. В таких случаях согласно ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника обязательно, а соответствующие процессуальные издержки могут быть взысканы с осужденного в общем порядке.

Вопрос о вещественных доказательствах подлежит разрешению в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание за данное преступление в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения и до вступления приговора в законную силу содержать в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 со 02 мая 2023 г. до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в размере 5000 (пять тысяч) рублей.

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу:

- ***

***

***

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в порядке и в сроки, предусмотренные ст. 389.4 УПК РФ, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Дополнение к апелляционной жалобе может быть подано не позднее 5 суток до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий О.А. Худякова