Решение по делу № 2-1672/2023 от 23.08.2023 - о признании решений об отказе в установлении утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы незаконными, взысканию судебных расходов.

Дело № 2-1672/2023 66RS0004-01-2022-011916-27

Мотивированное решение изготовлено 23.08.2023 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 16 августа 2023 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего Пономарёвой А.А., при секретаре судебного заседания Баженовой А.А.,

с участием представителя истца ФИО1, помощника прокурора Камалтдиновой О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» о признании решений об отказе в установлении утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы незаконными, взысканию судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» о признании незаконными решений об отказе в установлении утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от 12.03.2019 г., 21.05.2019 г. и 30.05.2019 г., взыскании расходов по оплате услуг представителя 30000 руб., почтовых расходов, расходов по оплате услуг нотариуса 2500 руб.

В обоснование заявленных требований истец пояснила, что 10.12.2018 г. с ней при исполнении трудовых обязанностей произошел несчастный случай, полученная травма относится к категории тяжелых (<данные изъяты>.). В связи с травмой истец проходила стационарное лечение в период с 10.12.2018 по 29.12.2018 г., затем проходила амбулаторное лечение до 21.05.2019 г. По направлению медицинского учреждения 12.03.2019 г. была освидетельствована в ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» по вопросу определения степени утраты профессиональной трудоспособности. Решением от 12.03.2019 г. степень утраты профессиональной трудоспособности истцу не установлена. Затем 21.05.2019 г. истец была вновь освидетельствована очно, решением от 21.05.2019 г. и от 30.05.2019 г. степень утраты профессиональной трудоспособности ей также не установлена, с чем она не согласна. Полагает, что по последствиям травмы частично утратила способность осуществлять профессиональную деятельность.

Ответчик исковые требования не признал, просил в их удовлетворении отказать, пояснил, что на момент производственной травмы истец работала лифтером. По представленным медицинским документам, данным реабилитационной диагностики у истца было выявлено нарушение здоровья со стойким незначительным нарушением динамической функции организма, установлено, что истец не утратила возможность выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю. После полученной травмы истец вернулась на свое прежнее рабочее место, выполняет работу того же содержания и объема по настоящее время.

Определением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 20.02.2023 г. по гражданскому делу назначена судебная медико-социальная экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы:

какие нарушения функций организма и какой степени выраженности имелись у ФИО2 на даты освидетельствований 12.03.2019, 21.05.2019 г., 30.05.2019 г.?

имелись ли основания для установления ФИО2 степени утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от 10.12.2018 г. на даты освидетельствований 12.03.2019, 21.05.2019 г., 30.05.2019 г. Если имелись, то в каком размере?

Согласно заключению судебной медико-социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по Тюменской области» № 374.1Э.72/2023 нарушений функций организма в результате несчастного случая на производстве от 10.12.2018 г. у ФИО2 на даты освидетельствований 12.03.2019, 21.05.2019 и 30.05.2019 г. не имелось; имелись нарушения функций организма, не связанные с несчастным случаем на производстве от 10.12.2018 г. 1 степени – стойкие незначительные нарушения в диапазоне от 10 до 30 процентов; нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций, функций сердечно-сосудистой системы, сенсорных функций (зрение).

Оснований для установления ФИО2 утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от 10.12.2018 г. на момент освидетельствования 12.03.2019, 21.05.2019 и 30.05.2019 г. не имелось.

После возобновления производства по делу в судебное заседание явился представитель истца ФИО1, который с выводами судебной медико-социальной экспертизы не согласился, просил удовлетворить иск по заявленным в нем доводам.

Ответчик представителя в судебное заседание не направил, просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя, в удовлетворении иска по результатам судебной медико-социальной экспертизы отказать.

Помощник прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Камалтдинова О.С. в заключении по делу указала, что с учетом выводов судебной медико-социальной экспертизы заявленные требования подлежат оставлению без удовлетворения.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональной трудоспособностью является способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества. Степень утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

На основании п.3 ст.11 указанного Закона степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.

Порядок установления учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности лицами, получившими повреждение здоровья в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний установлен Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16 октября 2000 г. N 789.

Согласно п. 2 данных Правил степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации.

Пунктами 14, 16 и 17 указанных Правил определены условия установления степени утраты профессиональной трудоспособности.

В случае если у пострадавшего наступила полная утрата профессиональной трудоспособности вследствие резко выраженного нарушения функций организма при наличии абсолютных противопоказаний для выполнения любых видов профессиональной деятельности, даже в специально созданных условиях, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности 100 процентов (пункт 14)

В случае если пострадавший вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания может в обычных производственных условиях продолжать профессиональную деятельность с выраженным снижением квалификации либо с уменьшением объема выполняемой работы или если он утратил способность продолжать профессиональную деятельность вследствие умеренного нарушения функций организма, но может в обычных производственных условиях выполнять профессиональную деятельность более низкой квалификации, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности от 40 до 60 процентов (пункт 16).

В случае если пострадавший может продолжать профессиональную деятельность с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка, или если выполнение его профессиональной деятельности требует большего напряжения, чем прежде, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов (пункт 17).

Критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний установлены Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 30.09.2020 г. № 687н.

В соответствии с п. 3 Критериев степень утраты профессиональной трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема (тяжести) выполняемой работы и/или необходимости создания дополнительных условий доступности для выполнения профессиональной деятельности путем изменения условий труда, оснащения (оборудования) специального рабочего места, выражается в процентах и устанавливается в размере от 10 до 100 процентов с шагом в 10 процентов.

На основании п. 4 Критериев состояние здоровья пострадавшего оценивается с учетом:

характера и тяжести несчастного случая на производстве или профессионального заболевания;

особенности течения патологического процесса, обусловленного несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием;

характера (вида) и степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием.

Выделяется 4 степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, которые оцениваются в процентах и устанавливаются в диапазоне от 10 до 100 процентов с шагом в 10 процентов:

I степень - стойкие незначительные нарушения функций организма человека, обусловленные несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в диапазоне от 10 до 30 процентов;

II степень - стойкие умеренные нарушения функций организма человека, обусловленные несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в диапазоне от 40 до 60 процентов;

III степень - стойкие выраженные нарушения функций организма человека, обусловленные несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в диапазоне от 70 до 80 процентов;

IV степень - стойкие значительно выраженные нарушения функций организма человека, обусловленные несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в диапазоне от 90 до 100 процентов.

Степень выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, устанавливается в соответствии с количественными системами оценки, предусмотреннымиприложениями N 1и2 к классификациям и критериям, используемым при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы(утвержденыприказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27 августа 2019 г. N 585н "О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы").

В силу п. 5 Критериев степень снижения способности к профессиональной деятельности определяется в рамках установленной степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, на основании анализа характеристик профессиональной деятельности.

При оценке способности к профессиональной деятельности учитывается способность пострадавшего выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема (тяжести) выполняемой работы и/или необходимости создания дополнительных условий доступности для выполнения профессиональной деятельности путем изменения условий труда и/или оснащения (оборудования) специального рабочего места (пункт 5 Критериев).

На основании п. 14 критерием определения степени утраты профессиональной трудоспособности в размере от 90 до 100 процентов является повреждение здоровья пострадавшего с IV степенью выраженности стойких нарушений функций организма человека (в диапазоне от 90 до 100 процентов), обусловленное несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием.

В случае, когда пострадавший может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ на специальных рабочих местах, степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в размере 90 процентов.

На основании п. 17 критерием определения степени утраты профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов является повреждение здоровья пострадавшего с I степенью выраженности стойких нарушений функций организма человека (в диапазоне от 10 до 30 процентов), обусловленное несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием.

При этом степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в зависимости от снижения квалификации и/или уменьшения объема (тяжести) работ пострадавшего с учетом наличия или отсутствия необходимости изменения условий труда либо невозможности продолжать выполнять профессиональную деятельность:

в случае, когда пострадавший может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, при снижении квалификации и/или уменьшении объема (тяжести) работ с учетом необходимости изменения условий труда, а также в случае невозможности продолжать выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, - в размере 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности;

в случаях, когда пострадавший может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию без снижения квалификации и уменьшения объема (тяжести) работ, но при необходимости изменения условий труда, - в размере 20 процентов утраты профессиональной трудоспособности;

в случаях, когда пострадавший может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, при снижении квалификации и/или объема (тяжести) работ, но без изменения условий труда, - в размере 10 процентов утраты профессиональной трудоспособности.

В судебном заседании установлено, что 10.12.2018 г. с истцом ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, замещаемая ей в момент несчастного случая должность – лифтер. По последствиям травмы с 10.12.2018 по 29.12.2018 г. истец находилась на стационарном лечении в МАУ «<данные изъяты>» с диагнозом: «<данные изъяты>

С 17.01.2019 по 06.02.2019 г. истец находилась на лечении в специализированном реабилитационном отделении профессиональных заболеваний ФБУ ЦРФСС РФ «<данные изъяты>». С 04.01.2019 по 20.02.2019 г. находилась на амбулаторном лечении МАУ «<данные изъяты>».

06.03.2019 г. МАУ «<данные изъяты>» истцу выдано направление на медико-социальную экспертизу с целью установления группы инвалидности, определения степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, разработки программы реабилитации лица, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания. Диагноз при направлении на медико-социальную экспертизу установлен по основному заболеванию: «<данные изъяты>».

По результатам медико-социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» истцу установлен клинико-функциональный диагноз, основное заболевание: «<данные изъяты>» (в диагнозе год несчастного случая на производстве указан, вероятно, ошибочно). Сопутствующие заболевания: «<данные изъяты> На основании представленных медицинских документов сделан вывод о том, что ограничений основных категорий жизнедеятельности у истца не имеется, степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах не установлена.

06.05.2019 г. МАУ «<данные изъяты>» истцу выдано направление на медико-социальную экспертизу для определения степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах и разработки программы реабилитации лица, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания. Диагноз при направлении на медико-социальную экспертизу: «<данные изъяты> 2».

По результатам медико-социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» истцу установлен клинико-функциональный диагноз: «<данные изъяты>. Решение в бюро не вынесено, истец направлена на консультацию в экспертный состав № 3.

21.05.2019 г. истцу проведена очная медико-социальная экспертиза с целью проведения специальных (особо сложных специальных) видов обследования в экспертном составе № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области». Решением экспертов ограничений основных категорий жизнедеятельности, видов и степени выраженности стойких функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травмы или дефектами у истца не выявлено, степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах не установлена.

С 21.05.2019 по 30.05.2019 г. истцу проведена очная медико-социальная экспертиза, по результатам которой степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах также не установлена.

В целях установления юридически значимых обстоятельств по заявленному спору определением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 20.02.2023 г. по гражданскому делу назначена судебная медико-социальная экспертиза, проведение которой поручено ФКУ «ГБ МСЭ по Тюменской области».

03.07.2023 г. проведено очное освидетельствование ФИО2 в ФКУ «ГБ МСЭ по Тюменской области». Экспертами на основании данных обследования истца установлен клинико-функциональный диагноз, основное заболевание: «<данные изъяты>.».

По выводам экспертов последствия несчастного случая на производстве от 10.12.2018 г. в виде <данные изъяты> слева не приводят к нарушениям функций организма. Оценить степень выраженности нарушений функций организма по сопутствующим заболеваниям в настоящее время не представляется возможным, поскольку не проведены все необходимые диагностические, лечебные и реабилитационные мероприятия. Полученная специалистами экспертного состава ФКУ «ГБ МСЭ по Тюменской области» клиническая картина соответствует закономерному клиническому развитию заболеваний.

Экспертами указано, что имеющиеся последствия несчастного случая на производстве от 10.12.2018 г. в виде <данные изъяты> не приводят к нарушениям функций организма и не позволяют продолжать выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве, того же содержания и в том же объеме, без снижения квалификации, без уменьшения объема (тяжести) выполняемой работы, без необходимости создания дополнительных условий доступности для выполнения профессиональной деятельности путем изменения условий труда, без оснащения (оборудования) специального рабочего места. В соответствии с действующими Правилами и Критериями, оснований для установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастного случая на производстве не имеется.

На основании изложенного, экспертами сделан вывод о том, что на даты освидетельствований 12.03.2019, 21.05.2019 и 30.05.2019 у ФИО2 имелись и имеются в настоящее время последствия несчастного случая на производстве от 10.12.2018 г., не приводящие к стойким нарушениям функций организма. Также отсутствует причинно-следственная связь «<данные изъяты>» с несчастным случаем на производстве от 10.12.2018 г.

Оснований не доверять выводам судебной медико-социальной экспертизы об отсутствии у истца на даты освидетельствований оснований для установления утраты профессиональной трудоспособности у суда не имеется, выводы экспертов являются полными и мотивированными.

В связи с тем, что решения ответчика от 12.03.2019 г., 21.05.2019, 30.05.2019 г. допустимыми письменными доказательствами не оспорены, заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 (<данные изъяты>) к федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» о признании решений об отказе в установлении утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы незаконными, взысканию судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья А.А. Пономарёва