Решение по делу № 2А-4832/2025 от 08.08.2025 - о признании незаконным бездействия казенного учреждения, выразившегося в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей, присуждении компенсации за нарушение условий содержания.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Нижневартовск 25 июля 2025 года

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Васениной И.А.,

при секретаре судебного заседания Назаровой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи административное дело №2а-4832/2025 по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре», начальнику федерального казенного учреждения «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» ФИО2, начальнику Управления Федеральной службы исполнения наказания России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре ФИО3, заместителю начальника Управления Федеральной службы исполнения наказания России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре ФИО4, Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконным бездействия казенного учреждения, выразившегося в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей, присуждении компенсации за нарушение условий содержания,

заинтересованные лица Министерство финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным административным исковым заявлением, в обоснование которого указал, что с <дата> по настоящее время сдержится под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре города Нижневартовска. Учреждением не были обеспечены надлежащие условия его содержания, а именно: не соблюдалась норма санитарной площади в камере на одного человека; в связи с переполненностью камер не предоставлялось индивидуальное спальное место; не обеспечивалось необходимое количество посадочных мест на скамейке за столом для приема пищи; столы, лавки и спальные места были ненадлежащего качества, имели острые ржавые углы, рвущие одежду; унитазы в камерах были размещены не в изолированных кабинах; допускались нарушения санитарно-гигиенических требований, вследствие чего в камерах образовалась плесень и повышенная влажность; в камерах водились мыши, крысы, пауки, мокрицы, сороконожки и тараканы; отсутствовало горячее водоснабжение; несвоевременно предоставлялась возможность санитарной обработки (помывки в душе); не обеспечивалось достаточное освещение в камерах; не предоставлялись предметы для уборки камеры; окна в камерах были оборудованы железными решетками, ограничивающими доступ свежего воздуха; в камере № было разбито окно; камеры не были обеспечены средствами радиовещания, телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием; нарушалось право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Просит признать незаконным бездействие ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей и взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 720000 руб.

На основании определений суда к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре И.В.Д., начальник УФСИН России по ХМАО – Югре ФИО3, заместитель начальника УФСИН России по ХМАО – Югре ФИО4

В ходе судебного заседания, проведенного в соответствии со статьей 142 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации с использованием системы видеоконференц-связи при содействии ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре, административный истец ФИО1 настаивал на заявленных требованиях по доводам, изложенным в административном иске. Объяснил, что на сегодняшний день нарушения его прав продолжаются, в том числе право пользования ежедневной прогулкой, не устранены и иные нарушения, приведенный им в административном исковом заявлении.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре по доверенности ФИО5 с доводами административного иска не согласилась, полагая их необоснованными. Объяснила, что 17, 19, 23 и <дата> действительно имели место нарушения нормы санитарной площади в камере на одного человека, также в начале октября имело место нарушение по санитарной обработке административного истца, помывку ему предоставили лишь на восьмой день после поступления в учреждение. Считает, что допущенные нарушения не являются существенными, не носят длительного характера, в связи с чем в удовлетворении требований просила отказать в полном объеме.

Административные ответчики начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре И.В.Д., начальник УФСИН России по ХМАО – Югре ФИО3, заместитель начальника УФСИН России по ХМАО – Югре ФИО4, представители ФСИН России, УФСИН России по ХМАО – Югре, заинтересованные лица Министерство финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации по доверенности представил письменные возражения, в которых просил в удовлетворении административных исковых требований отказать.

Изучив доводы административного искового заявления, выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности так, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение санитарных условий, питание и прогулки (статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное – как физическое, так и психическое – воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), с решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

Лишенные свободы лица по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации вправе оспорить действия (бездействие), решения либо иные акты органов или учреждений, должностных лиц, которые нарушают или могут нарушить условия содержания (главы 21, 22).

Нормами главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации регламентируется производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих.

По общему правилу в предмет доказывания по делам указанной категории согласно положениям части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации включаются следующие обстоятельства: факт нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдение или несоблюдение срока обращения в суд с административным исковым заявлением, а также наличие или отсутствие уважительных причин его пропуска; соблюдение требований нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); соблюдение требований нормативных правовых актов, устанавливающих порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; соблюдение требований нормативных правовых актов, устанавливающих основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствие содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, определяются судом в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным публичным правоотношениям, исходя из требований и возражений лиц, участвующих в деле. Если иное не предусмотрено законом, суд не связан правовой квалификацией спорных отношений и вправе признать оспоренное решение законным (незаконным) со ссылкой на нормы права, не указанные в данном решении. Суд также не связан основаниями и доводами заявленных требований (часть 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В соответствии с положениями части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, связанных с нарушением прав, свобод и законных интересов административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление, а также с соблюдением срока обращения в суд с административным исковым заявлением, с наличием уважительных причин его пропуска, возлагается на административного истца.

Обязанность доказывания обстоятельств, связанных с соблюдением требований нормативных правовых актов, а также с соответствием содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возлагается на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», осуществляя проверку решений, действий (бездействия), судам необходимо исходить из того, что при реализации государственных или иных публичных полномочий наделенные ими органы и лица связаны законом (принцип законности) (статья 9 и часть 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Решения, действия (бездействие), затрагивающие права, свободы и законные интересы гражданина, организации, являются законными, если они приняты, совершены (допущено) на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов, во исполнение установленных законодательством предписаний (законной цели) и с соблюдением установленных нормативными правовыми актами пределов полномочий, в том числе если нормативным правовым актом органу (лицу) предоставлено право или возможность осуществления полномочий тем или иным образом (усмотрение). При этом судам следует иметь в виду, что законность оспариваемых решений, действий (бездействия) нельзя рассматривать лишь как формальное соответствие требованиям правовых норм.

Отсутствие вины органов и лиц, наделенных публичными полномочиями, в нарушении прав, свобод и законных интересов административного истца (заявителя) не является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (заявления).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 с <дата> содержится под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре в статусе обвиняемого.

Полагая, что в период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре было нарушено его право на обеспечение надлежащих условий содержания под стражей, ФИО1 обратился в суд с рассматриваемым административным иском.

В соответствии с частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если данным кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Проверяя соблюдение ФИО1 срока обращения в суд с административным исковым заявлением, суд руководствуется разъяснения, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», согласно которым, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Как указано в административном исковом заявлении оспариваемое бездействие было допущено ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре в период его содержания в учреждении с <дата> по настоящее время. Административный иск подписан ФИО1 <дата>. Следовательно, оспариваемым является период с <дата> по <дата>.

Штампом на почтовом конверте подтверждается, что административное исковое заявление ФИО1 было направлено в суд <дата>.

Принимая во внимание приведенные выше разъяснения Верховного Суда Российской Федерации о том, что административное исковое заявление о признании незаконными бездействия учреждения, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, суд приходит к выводу, что срок для обращения в суд с рассматриваемым иском ФИО1 не пропущен.

Рассматривая требование ФИО1 о признании незаконным бездействия казенного учреждения, выразившегося в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей, суд приходит к следующему.

Одной из основных задач Федеральной службы исполнения наказаний (ее территориальных органов) является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов (пп. 6 п. 3 положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314).

Гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, порядок и условия их содержания под стражей регулирует и определяет Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Закон о содержании под стражей).

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации (статья 4 названного Закона).

Статьями 6 и 7 Закона о содержании под стражей установлено, что подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений считаются невиновными, пока их виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Они пользуются правами и свободами и несут обязанности, установленные для граждан Российской Федерации, с ограничениями, предусмотренными настоящим Федеральным законом и иными федеральными законами. Местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с положениями статьи 17 данного закона подозреваемые и обвиняемые помимо прочего имеют право получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, а также право на получение компенсации в денежной форме за нарушение условий содержания под стражей, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

Согласно статье 17.1 Закона о содержании под стражей подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Статьей 23 Закона о содержании под стражей предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 июля 2022 № 110 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правила внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы (далее – Правила № 110), которые регламентируют внутренний распорядок следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы при реализации предусмотренных Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» порядка и условий содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, обеспечения их изоляции, охраны их прав и законных интересов, исполнения ими своих обязанностей.

Основные права и обязанности подозреваемых и обвиняемых закреплены в главе II Правил № 110, согласно пункту 5 которой подозреваемые и обвиняемые помимо прочего имеют право получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение (пп. 5.9), пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа (пп. 5.12), выполнять физические упражнения при проведении ежедневных прогулок (пп. 5.32).

Материально-бытовое обеспечение подозреваемых и обвиняемых регламентировано главой V Правил № 110.

Пунктом 23 Правил № 110 предусмотрено, что норма санитарной площади в камере СИЗО на одного человека составляет четыре квадратных метра.

Согласно пункту 24 Правил № 110 подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются в СИЗО для индивидуального пользования спальным местом (пп. 24.1). В соответствии с пунктом 27 для общего пользования в камеры, в расчете на количество содержащихся в них лиц, помимо прочего выдаются предметы для уборки камеры (пп. 27.5).

В соответствии с пунктом 28 Правил № 110 камера СИЗО оборудуется, в том числе одноярусными или двухъярусными кроватями (пп.28.1), столом и скамейками с посадочными местами, соответствующими числу лиц, содержащихся в камере (пп. 28.2), радиодинамиком для вещания общегосударственной программы (пп. 28.9), светильниками дневного и ночного освещения (пп. 28.12), телевизором и холодильником (при наличии возможности) (пп. 28.13), вентиляционным оборудованием (при наличии возможности) (пп. 28.14), унитазом, умывальником (пп. 28.17).

Унитазы в камерах размещаются в изолированных кабинах в целях обеспечения приватности. При наличии возможности умывальник в камере размещается за пределами кабины (пункт 30 Правил № 110).

При отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности (пункт 31 Правил № 110).

Не реже одного раза в неделю для подозреваемых и обвиняемых организуется помывка в душе продолжительностью не менее 15 минут. В случае, если подозреваемые и обвиняемые участвовали в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время не могли помыться в душе, их помывка в душе проводится в день прибытия либо на следующий день (пункты 32, 34 Правил № 110).

Прием пищи подозреваемыми и обвиняемыми регламентирован главой VI Правил № 110, в соответствии с которой подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются трехразовым горячим питанием (при наличии медицинских показаний – пятиразовым) (п. 41). Прием пищи подозреваемыми и обвиняемыми осуществляется в местах их содержания (п. 43). Время приема пищи подозреваемыми и обвиняемыми устанавливается в распорядке дня подозреваемых и обвиняемых (п. 44).

Администрация СИЗО обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (пункт 40 Правил № 110).

Проведение ежедневных прогулок подозреваемых и обвиняемых регламентировано главой XIII Правил №110, согласно положениям которой подозреваемым и обвиняемым предоставляется ежедневная прогулка продолжительностью не менее одного часа. Прогулка предоставляется подозреваемым и обвиняемым в любое время суток, за исключением ночного. Во время прогулки подозреваемым и обвиняемым предоставляется возможность заниматься физическими упражнениями с использованием стационарного спортивного оборудования (при его наличии) по разрешению администрации СИЗО. На прогулку выводятся одновременно все подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в камере. Освобождение от прогулки дается только врачом (фельдшером) медицинской организации уголовно-исполнительной системы (пункты 162,164,166,167).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснил, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В качестве одного из доводов административного иска ФИО1 указал, что в период содержания в следственном изоляторе была нарушена норма санитарной площади в камере на одного человека.

В судебном заседании установлено, сторонами не оспаривалось, что ФИО1 содержался под стражей в период с <дата> по <дата> в камере №, в период с <дата> по <дата> – в камере №, в период с <дата> по <дата> – в камере №.

Согласно техническому паспорту режимного корпуса № общая площадь камеры № составляет 18,2 кв.м. В соответствии с техническим паспортом режимного корпуса № общая площадь камеры № составляет 16,2 кв. м., общая площадь камеры № – 16,3 кв.м.

Как следует из журнала учета количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-<дата> год (начат <дата>), в камере № содержалось: <дата> – 5 человек; 15 и <дата> – 6 человек; <дата> – 7 человек; <дата> – 5 человек; <дата> – 7 человек; <дата> – 6 человек; <дата> – 7 человек; <дата> – 6 человек; <дата> – 7 человек.

Условия содержания ФИО1 в камере № в период с <дата> по <дата> нельзя признать надлежащими, поскольку исходя из минимально установленных 4 квадратных метров на одного человека, в камере общей площадью 18,2 квадратных метров должны были содержаться не более 4 человек. Период нарушений составил 10 календарных дней.

Из журнала учета количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-<дата> год (начат <дата>) также следует, что в камере № содержалось: <дата> – 5 человек; <дата> – 6 человек; <дата> – 5 человек; с 27 по <дата> – 6 человек; <дата> – 7 человек; <дата> – 6 человек; с 1 по <дата> – 6 человек; с 14 по <дата> – 5 человек; с 19 по <дата> – 6 человек; с 27 ноября по <дата> – 5 человек; с 3 по <дата> – 6 человек; с 7 по <дата> – 5 человек.

Согласно журналу учета количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-<дата> год (начат <дата>), в камере № содержалось: 22 и <дата> – 5 человек; с <дата> по <дата> – 6 человек; 8 и <дата> год – 5 человек; с 10 по <дата> – 6 человек; с 17 по <дата> – 5 человек; с <дата> по <дата> – 6 человек; с 3 по <дата> – 5 человек; с 15 по <дата> – 4 человека; с 20 по <дата> – 5 человек; с 23 по <дата> – 4 человека.

Условия содержания ФИО1 в камере № в период с <дата> по <дата> (114 календарных дней), а также в период с 20 по <дата> (3 календарных дня) также нельзя признать надлежащими, поскольку исходя из минимально установленных 4 квадратных метров на одного человека, в камере общей площадью 16,2 квадратных метров должны были содержаться не более 4 человек. Период нарушений составил 117 календарных дней.

Также из журнала учета количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-<дата> год (начат <дата>) следует, что в камере № содержалось: <дата> – 5 человек; <дата> – 6 человек; с 1 по <дата> – 6 человек; с 7 по <дата> – 5 человек.

Как следует из журнала учета количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-<дата> год (начат <дата>), в камере № содержалось: с 13 по <дата> – 5 человек; с 16 по <дата> – 6 человек; с 25 по <дата> – 5 человек; с 29 марта по <дата> – 4 человека.

Условия содержания ФИО1 в камере № в период с <дата> по <дата> нельзя признать надлежащими, поскольку исходя из минимально установленных 4 квадратных метров на одного человека, в камере общей площадью 16,3 квадратных метров должны были содержаться не более 4 человек. Период нарушений составил 30 календарных дней.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от <дата> №-П, федеральный законодатель определил четыре квадратных метра в качестве минимального предела для признания размера площади камеры следственного изолятора, приходящегося на одного человека, отвечающим его минимальным бытовым потребностям и санитарно-гигиеническим требованиям, с учетом условий содержания в следственном изоляторе; применение меньших нормативов санитарной площади для содержащихся в условиях изоляции в камере следственного изолятора лиц, безотносительно к тому, что послужило правовым основанием для их помещения туда, объективно ведет к повышенной наполняемости камер, создает трудности для указанных лиц в перемещении по камере, приеме пищи, пользовании санитарным узлом.

Таким образом, в судебном заседании установлен факт нарушения нормы санитарной площади в камерах содержания ФИО1, продолжительностью календарных 157 дней. Переполненность камер следственного изолятора, являющихся запираемыми помещениями, является существенным нарушением требований законодательства в сфере материально-бытового обеспечения лиц, содержащихся под стражей.

Доказательства того, что администрацией СИЗО-1 нарушенное право ФИО1 было восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности, административным ответчиком в материалы дела не представлено.

Проверяя доводы административного истца о необеспечении его индивидуальным спальным местом при размещении в камерах учреждения, суд приходит к следующему.

Из журналов количественной поверки за 2024, 2025 годы, следует, что камеры №, № и № ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре обеспечены 6 спальными местами. Данное обстоятельство само по себе является нарушением, поскольку исходя из общей площади камер и минимально установленных норм санитарной площади на одного человека, в указанных камерах подлежали размещению не более четырех человек с индивидуальным спальным местом для каждого.

Вместе с тем, согласно установленным данным в камере № содержалось: <дата> – 7 человек; <дата> – 7 человек; <дата> – 7 человек; <дата> – 7 человек. В камере № содержалось: <дата> – 7 человек.

Из этого следует, что в указанные дни индивидуальных спальных мест в камерах было недостаточно. Следовательно, в эти дни было нарушено право административного истца на восьмичасовой сон в ночное время, а также право находиться на спальном месте в неотведенное для сна время, что непосредственно влияло на возможность полноценного отдыха и, соответственно, сохранения здоровья истца. Период нарушений составил 5 календарных дней.

Данные нарушения являются существенными, поскольку затрагивают фундаментальное право на здоровье и не могут быть соразмерно восполнены какими-либо иными обстоятельствами, улучшающими положение лишенного свободы лица.

Проверяя доводы административного истца о необеспечении его посадочным местом за столом для приема пищи, суд приходит к следующему.

Как было указано ранее, пунктом 28.2 Правил № установлено, что камера следственного изолятора оборудуется столом и скамейками с посадочными местами, соответствующими числу лиц, содержащихся в камере.

Требования к размерам столов в камерах следственных изоляторов установлены каталогом «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», утвержденным приказом ФСИН России от <дата> №, согласно пункту 13.2 которого в камерах на 4 места устанавливается стол камерный СТ-2, габаритные размеры: длина – 800 мм, ширина – 410 мм, высота – 870 мм. Пунктом 13.3 предусмотрено, что в камерах на 6 мест устанавливается стол камерный СТ-3, габаритные размеры: длина – 1200 мм, ширина – 610 мм, высота – 870 мм. Пунктом 14 предусмотрено, что скамью камерную для установки в камерах СИЗО изготавливают трех типоразмеров, различающихся количеством посадочных мест и габаритными размерами. Скамья камерная, соответствующая количеству 2 посадочных мест, имеет габаритные размеры: длина – 800 мм, ширина – 260 мм, высота – 530 мм. Скамья камерная, соответствующая количеству 3 посадочных мест, имеет габаритные размеры: длина – 1200 мм, ширина – 260 мм, высота – 530 мм. Скамья камерная, соответствующая количеству 4 посадочных мест, имеет габаритные размеры: длина – 1600 мм, ширина – 260 мм, высота – 530 мм.

Административным ответчиком в материалы дела представлены фотографии камеры №, из которой следует, что длина стола и скамейки приблизительно составляет 120,6 см. Скамья установлена одна. Из фотографий камеры № следует, что в ней установлены аналогичные стол и скамья, приблизительно длина составляет 120 см.

Следовательно, камерные столы, установленные в камерах № и №, исходя из их размера, предназначены для камер на 6 мест, скамья камерная, установленная в каждой камере, рассчитана на 3 посадочных места.

Как было установлено ранее, в камере № в период с <дата> по <дата> и в камере № с 27 февраля по <дата> содержалось от 4 до 6 человек.

Следовательно, количество посадочных мест за столом для приема пищи в данных камерах не соответствовало числу содержащихся в них лиц.

Как следует из фотографий камеры №, в ней имеются стол, скамья для приема пищи. Сведения о габаритных размерах мебели в данной камере административным ответчиком в нарушение положений статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не представлены.

Принимая во внимание имеющиеся в материалах дела фотографии других камер, оценив их по внутреннему убеждению, в отсутствие других доказательств, суд полагает, что стол и скамья, установленные в камере № имеют аналогичные габаритные размеры и приходит к выводу, что административный ответчик, как сильная сторона в публичном споре, не опроверг утверждения административного истца о недостаточности посадочных мест за столом для приема пищи в камере № посредством документальных доказательств.

Как установлено в судебном заседании, в камере № в период с 14 по <дата> содержалось от 5 до 7 человек. Следовательно, количество посадочных мест за столом для приема пищи в данной камере не соответствовало числу содержащихся в них лиц.

Таким образом, за весь оспариваемый период содержания ФИО1 в следственном изоляторе с <дата> по <дата> количество посадочных мест за столом для приема пищи не соответствовало количеству содержащихся в ней лиц. Период нарушений составил 173 календарных дня.

К справке, представленной административным ответчиком, о том, что в случаях превышения лимита содержащихся в камерах лиц камеры дополнительно оборудуются кровати и столы с лавкой, вследствие чего все лица обеспечиваются спальными и посадочными местами, суд относится критически, считая, что такие справки сами по себе (в отсутствие иных письменных доказательств) не являются надлежащими доказательствами по делу.

Вместе с тем, несмотря на то, что данное нарушение является длящимся, суд не может признать его существенным по следующим основаниям.

Как было указано ранее, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются трехразовым горячим питанием, прием пищи осуществляется в местах их содержания, время приема пищи устанавливается в распорядке дня подозреваемых и обвиняемых.

Административным ответчиком распорядок дня подозреваемых и обвиняемых ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре в нарушение положений статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не представлен. Рекомендуемый образец приведен в приложении № 4 к Приказу № 110, согласно которому установлено; завтрак – до 40 минут; обед – с 13.00 до 14.00; ужин – с 18.00 до 19.00.

Общеизвестным, то есть не требующим доказывания, является тот факт, что врачи рекомендуют тратить на один прием пищи минимум 10 – 15 минут, об этом указано в открытых источниках в сети «Интернет», в частности, на официальном сайте Управления Роспотребнадзора по <адрес> по ссылке: https://77.rospotrebnadzor.ru/index.php/press-centr/186-press-centr/11509-edim-v-odno-i-to-zhe-vremya-zachem-eto-nuzhno-19-01-2023).

Из изложенного следует, что за 40 минут, отведенные для завтрака, с учетом трех посадочных мест и рекомендованных 10 – 15 минут для приема пищи, принять пищу на скамейке за столом по очереди могли от 6 до 12 человек.

За один час, приходящийся на обед и ужин, принять пищу на скамейке за столом, с учетом трех посадочных мест и 10 – 15 минут для приема пищи, по очереди могли от 12 до 18 человек.

Таким образом, недостаточное количество посадочных мест за обеденным столом не препятствовало истцу принимать пищу в установленное для этого время по очереди с другими лицами, содержащимися в камере, то есть право истца на прием пищи существенно нарушено не было и восполнялось очередностью принятия пищи.

В ходе судебного разбирательства были проверены доводы административного истца о нарушении условий его содержания под стражей по причине ненадлежащего санитарно-технического состояния камер (в камерах было влажно, имелась плесень, грызуны и насекомые; столы, лавки и спальные места были ненадлежащего качества, имели острые ржавые углы).

Как следует из справки начальника ОИ и ХО ФКУ СИЗО-1, в камерных помещениях №, № сантехника в исправном состоянии. Полы, стены и оконные рамы в исправном состоянии, наличие плесени не допускается. В случае неисправных сантехнических приборов, сколов и трещин потолков, стен, грибковых повреждений, в камерах режимных корпусов учреждения, принимаются меры для немедленного устранения нарушений. Ремонтные работы проводятся материалами, закупленными по государственным контрактам и договорам, согласно выделенным денежным средствам из федерального бюджета.

Из справки заместителя начальника учреждения следует, что в помещениях относительная влажность в камерах в холодный период находится в диапазоне 45-30%, при допустимой не более 60%, в теплый период 30-60% при допустимой не более 65%. из актов замера температурного режима, усматривается, что нарушений температурного режима не выявлено. Ежедневно проводится технический осмотр камер, сотрудниками проверяется исправность камерного оборудования, персонал медико-санитарной части проверяет санитарное состояние камер, температурный режим, наличие насекомых и грибка на стенах. Жалоб административного истца в адрес администрации СИЗО-1 не поступало.

Согласно справке врача по общей гигиене филиала «Медицинская часть №» ФКУЗ МСЧ-72 ФСИН России в следственном изоляторе каждый день по будням проводится покамерная проверка, проводится оценка технического и санитарного состояния камер. В случае необходимости ремонт проводится в плановом порядке по очередности, санитарное состояние камер №, №, № в настоящее время удовлетворительное.

Удовлетворительное состояние камер №, № и № и предметов мебели в совокупности со справками подтверждается представленными административным ответчиком фотоснимками. Сведения о влажности в камерах подтверждаются актами замера температурного режима в камерах №, № и №. Факт систематического проведения ответчиками дезинсекционных и дератизационных мероприятий в ФКУ СИЗО-1 подтверждается актами выполненных работ, счетами на оплату за выполненные работы по дератизации и дезинсекции от <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, актами списания материальных запасов от <дата>, <дата>, <дата>, от <дата>.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела доводы административного истца о ненадлежащем санитарно-техническом состоянии камер ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре не нашли своего подтверждения.

Также подлежат отклонению доводы административного истца о том, что в камере № было разбито окно.

Как следует из справки заместителя начальника ФКУ СИЗО – 1 в камере № третьего режимного корпуса в исправном состоянии. Ежедневно при проведении технических осмотров камер, сотрудниками проверяется исправность оконных проемов. ФИО1 жалоб и заявлений на неисправность, отсутствие окна и оконных проемов (блоков), в адрес администрации учреждения не подавал.

Административный ответчик в подтверждение факта отсутствия жалоб ФИО1 по поводу разбитого окна не представил журнал учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных в СИЗО (рекомендуемый образец приведен в приложении № к Правилам №).

Вместе с тем, данные доводы являлись предметом прокурорской проверки, что подтверждается жалобой (обращением) ФИО1 от <дата>, представленной по запросу суда заместителем прокурора г.Нижневартовска, и ответом на его жалобу (обращение) от <дата>, согласно которому в ходе проверки выявлены факты нарушения периодичности помывки, норм санитарной площади, а также факт отсутствия изолированной кабины в камере. Иные доводы обращения своего подтверждения не нашли.

Судом также были проверены доводы административного истца о нарушении условий его содержания под стражей по причине отсутствия в камерах системы вентиляции, о том, что установленные на окнах решетки ограничивали доступ свежего воздуха, а также о недостаточности освещения камер.

В силу подпункта 10 пункта 20 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 года № 279 «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» в камерах устанавливаются металлические решетки, преграждающие доступ к окнам со стороны камер.

Каталогом «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», утвержденным приказом ФСИН России от 27 июля 2007 года № 407, предусмотрены требования к решеткам, устанавливаемым в камерах, которыми предусмотрены решетки для установки как с наружной стороны зданий, так с внутренней стороны оконных проемов камер.

В силу раздела IV пункта 4.7 «Гигиенические требования к отоплению, вентиляции, микроклимату и воздушной среде помещений» СанПиН 2.1.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях» естественная вентиляция осуществляется посредством открывания фрамуг оконных проемов.

Пунктом 4.9 раздела IV указанных СанПиН предусмотрена принудительная вентиляция посредством вытяжной вентиляции.

В соответствии с пунктом 19.13 СП 247.1325800.2016 в помещениях зданий СИЗО в зависимости от их назначения, как правило, следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением.

Согласно подпункту 13 пункта 60 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 года № 279 «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» в камерах предусматривается общее и дежурное освещение; общее освещение обеспечивается светильниками с люминесцентными лампами или с лампами накаливания, которые устанавливаются на потолке и ограждаются металлической сеткой; для дежурного освещения централизованного управления применяются светильники с лампами накаливания мощностью 15 – 25 Вт, которые устанавливаются над дверью и закрываются плафоном с металлической сеткой, предотвращающей доступ к ним.

Из справки заместителя начальника учреждения следует, что в камерах СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре используется искусственное освещение, люминесцентные светильники ЛПО 2x36 с люминесцентными лампами мощностью 36 ВТ каждая, а также естественное освещение из окна. Для естественного освещения предусмотрены оконные блоки размером 170x150 см., которые закрыты решеткой с ячейкой. Для проветривания помещения в оконных блоках предусмотрены форточки. Место установки светильных ламп определены в соответствии с п. 14.28 нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства Юстиции России, утвержденной приказом Министерства Юстиции России от 28 мая 2001 года № 161 (СП 15-01 Минюста России).

В подтверждение наличия в учреждении светильников для дежурного освещения с люминесцентными лампами и с лампами накаливания мощностью 25 Вт административным ответчиком представлена номенклатура.

Согласно предоставленной заместителем начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре справке, система приточно-вытяжной вентиляции в камерах учреждения выполнена единообразно в виде короба по всему коридору корпуса и ответвлений от него в камеры. Все камеры оснащены вентиляционным оборудованием, функционирует система принудительной вентиляция воздуха и естественная вентиляция – сквозная ниша над камерной дверью. Приточно-вытяжная система находится в рабочем состоянии, включается по мере необходимости. Для проветривания в оконных блоках предусмотрены форточки. Установленные на них решетки не препятствуют проветриванию камер.

Наличие системы вентиляции ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре также подтверждается представленной исполнительной документацией.

Утверждение административного истца о том, что установленные камерах решетки ограничивают доступ свежего воздуха, судом также отклоняется. Ни один вид решетки, предусмотренный каталогом №, не ограничивает доступ к свежему воздуху, поскольку отсекающие решетки устанавливаются с выступом от стены, конструкцией некоторых видов предусмотрен механизм закрывания форточки.

Установка в камерах СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре оконных решеток предусмотрена действующим законодательством и обусловлена необходимостью обеспечения безопасности в следственном изоляторе. Само по себе наличие этих конструкций не свидетельствует о нарушении прав административного истца.

При таких обстоятельствах, в судебном заседании было установлено, что камеры ФКУ СИЗО – 1 УФСИН России по ХМАО – Югре обеспечены искусственным и естественным освещением, вентиляция в камерах обеспечивается принудительной вытяжной вентиляцией круглосуточно, а также путем проветривания из оконной форточки. Доступ свежего воздуха камерными решетками не ограничен.

Также в качестве нарушений условий содержания в период нахождения в ФКУ СИЗО – 1 УФСИН России по ХМАО – Югре ФИО1 указывает на отсутствие в камерах, где он был размещен, радиодинамика, телевизора и холодильника.

Частью 4 статьи 23 Федерального закона от <дата> №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» определено, что все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием.

Пунктом 28.13 Правил № 110 установлено, что камеры СИЗО оборудуются телевизором и холодильником (при наличии возможности), камеры для содержания женщин и несовершеннолетних – в обязательном порядке.

Таким образом, обязательное оборудование камер следственных изоляторов, в которых содержатся мужчины, телевизором и холодильником не предусмотрено действующим законодательством, соответственно, отсутствие в камерах телевизора и холодильника не свидетельствует о нарушении прав административного истца на надлежащие условия содержания под стражей.

В соответствии с пунктом 28 Правил № 110 камера СИЗО оборудуется радиодинамиком для вещания общегосударственной программы (пп. 28.9).

Как следует из актов ввода в эксплуатацию от 6 и <дата>, на первом и втором этаже режимного корпуса № ФКУ СИЗО № УФСИН России по ХМАО – Югре оборудована система радиовещания (радиоточки).

Поскольку камеры № и № расположены на втором этаже режимного корпуса № ФКУ СИЗО № УФСИН России по ХМАО – Югре, доводы административного истца об отсутствии в указанных камерах системы радиовещания не нашли своего подтверждения.

Согласно акту ввода в эксплуатацию от <дата>, работа по оборудованию системы радиовещания в режимном корпусе №, № выполнена в полном объеме.

Соответственно, доводы административного истца об отсутствии системы радиовещания в период его содержания в камере №, которая расположена на первом этаже режимного корпуса №, административным ответчиком опровергнуты.

При этом суд учитывает, что само по себе его отрицательное мнение относительно той информации (музыкального репертуара, радиопередач), которая доводится до содержащихся в камерах лиц посредством радиовещания, не свидетельствует о нарушении условий его содержания в следственном изоляторе.

Также административный истец, обращаясь настоящим иском в суд, указал, что унитазы в камерах не были размещены в изолированных кабинах, что не обеспечивало приватность.

Пунктом 30 Правил № 110 императивно установлено, что унитазы в камерах размещаются в изолированных кабинах в целях обеспечения приватности.

Право на приватность неразрывно связано с человеческим достоинством, приоритетом личности, ее честью и достоинством. Защита от непрошеного наблюдения и публичного обсуждения является необходимым условием для психологического благополучия человека, чувства безопасности и самоуважения.

В абзаце 2 пункта 10.7 СП 247.1325800.2016 «Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» указано, что при камерных помещениях унитазы следует размещать в изолированных кабинах с дверями, открывающимися наружу. Перегородки кабин (в том числе санузлов при палатах медицинской части) следует выполнять кирпичными, толщиной 120 мм на всю высоту камеры. Дверной проем кабины выполняется габаритами не менее 700 x 1900 мм в свету, дверной блок с распашным полотном должен соответствовать габаритам проема. Умывальник размещается за пределами кабины.

Представленными административным ответчиком фотографиями подтверждается, что в камерах № унитаз размещен в изолированной кабине, огорожен тремя стенами, однако двери отсутствуют. Умывальник размещен за пределами кабины. Для обеспечения приватности санузла место двери оборудовано подвесной шторкой, которая полностью закрывает дверной проем.

Несмотря на отсутствие двери в изолированной кабине, суд считает, что приватность в достаточной мере обеспечивалась подвесной шторкой, в связи с чем данное нарушение нельзя признать существенным.

Наличие шторки подтверждено фотографиями, объяснениями представителя административного ответчика, административным истцом не оспаривалось. Кроме того, согласно объяснениям представителя административного ответчика проведение ремонтных работ по установке дверей и замене пола в данных камерах включено в план финансирования на 2026 год.

В части доводов административного истца о несоблюдении ответчиком условий его содержания под стражей в связи с необеспечением горячей водой, суд приходит к следующему.

Как следует из технической документации камер, единого типового договора холодного водоснабжения и водоотведения, камеры СИЗО-1 оборудованы системой холодного водоснабжения (присоединены к централизованным городским сетям). Исходя из времени постройки зданий, не все камеры СИЗО-1 оборудованы системой горячего водоснабжения. При этом в соответствии с требованиями пункта 31 вышеуказанных Правил при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности.

Согласно справке начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 в учреждении находится 166 камер для содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных. По стоянию на <дата> в камерах имеются водонагревательные приборы, около 175 кипятильников, также на балансе магазина «Промсервис» находилось 30 кипятильников. Кипятильники не являются учитываемыми предметами, разрешены в получении в передачах, посылках и для приобретения в магазине учреждения.

Из представленных административным истцом раскладок продуктов по норме питания для подозреваемых и обвиняемых следует, что нормы питания предусматривают выдачу различных напитков, в том числе горячих на завтрак, обед и ужин.

Указанные обстоятельства свидетельствуют, что несмотря на отсутствие централизованной системы горячего водоснабжения, права административного истца на получение горячей воды не нарушались, соразмерно восполнялись способом, непосредственно предусмотренным Правилами. В связи с чем отсутствуют основания для признания существенными отклонениями от установленных законом требований условий содержания истца, связанных с отсутствием горячего водоснабжения в камере.

Кроме того, пунктом 31 Правил № допускается отсутствие в камерах учреждений крана с горячей водой либо водонагревательного прибора.

Также не нашел своего подтверждения в судебном заседании довод административного истца о несоблюдении ответчиками условий его содержания под стражей в связи с непредоставлением предметов для уборки камеры.

Как было указано ранее, авил № для общего пользования в камеры в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются предметы для уборки камеры.

Согласно представленной справке начальника ОИ и ХО СИЗО-1 осужденные, подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в учреждении, обеспечены инвентарем для уборки камер и дезинфицирующими средствами. Ветошь для уборки в период содержания ФИО1 имелась в наличии, что подтверждается актами о списании мягкого и хозяйственного инвентаря, оборотно-сальдовой ведомостью. Кроме того, прокурорской проверкой не установлен факт отсутствия предметов для уборки камеры.

Доводы административного истца о нарушении его права в период нахождения в ФКУ СИЗО-1 на своевременную санитарную обработку суд полагает обоснованными.

В соответствии с пунктом 32 Правил № подозреваемые и обвиняемые не реже одного раза в неделю проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут.

Из представленных административным ответчиком журналов санитарной обработки за 2024 – 2025 годы (3 корпус), в которых содержатся сведения о дате и времени проведения санитарной обработки по каждой камере с указанием количества лиц, выведенных на помывку, следует, что за период содержания в камере № с <дата> по <дата> помывка поводилась <дата> (10:50 – 11:10), <дата> (15:45-16:00), <дата> (15:50-16:20), <дата> (14:43-15:45), <дата> (17:10-17:30), <дата> (13:32-13:52), <дата> (15:00-15:30), <дата> (09:20-10:00), <дата> (13:30-13:50), <дата> (10:55-11:15), <дата> (10:20-11:30), <дата> (10:45-11:00), <дата> (17:15-17:30), <дата> (10:30-10:50), <дата> (15:00-15:20), <дата> (15:45, время окончания не указано), <дата> (14:40-15:20), <дата> (16:45-17:05), <дата> (16:20-16:45), <дата> (11:45-12:00), <дата> (11:40-11:55).

Из этого следует, что после <дата> помывка ФИО1 была проведена по истечении 9 дней, после <дата> – 8 дней, после <дата> – 9 дней, после <дата> – 8 дней, после <дата> – 8 дней, после <дата> – 9 дней, после <дата> – 13 дней, после <дата> – 15 дней. Период нарушений с <дата> по <дата> составил 87 календарных дней. При этом нарушения продолжительности помывки не допускались, отсутствие указания на время окончания помывки <дата> суд признает несущественным.

За период содержания в камере № с <дата> по <дата> помывка поводилась <дата> (10:55-11:10), <дата> (11:16-11:35), <дата> (18:30-18:50), <дата>(16:53-17:10), <дата> (10:30-10:50), <дата> (09:00-10:00), <дата> (18:50-19:10), <дата> (12:20-12:55), <дата> (11:40-11:55). За указанный период периодичность и продолжительность помывки ФИО1 не нарушалась.

Журнал санитарной обработки режимного корпуса № за период содержания в камере № с <дата> по <дата> административный ответчик вопреки требованиям статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суду не представил. Следовательно, доводы о том, что в этот период были нарушения периодичности и, соответсетственно, продолжительности помывки ФИО1 административным ответчиком не опровергнуты. Период нарушений составил 10 календарных дней.

Таким образом, доводы административного истца о том, что санитарная обработка (помывка) осуществлялась реже, чем один раз в неделю, что повлекло невозможность пребывания в нормальных санитарно-гигиенических условиях, нашли свое подтверждение предоставленными в дело доказательствами. Данное нарушение носило длящийся характер, приводило к невозможности поддержания личной гигиены.

Общеизвестным является факт, что поддержание личной гигиены – это основа здорового образа жизни и важная профилактическая мера, позволяющая избежать инфекционных заболеваний.

Суд также находит обоснованными доводы административного истца о нарушении его права на пользование ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Как было указанно выше, согласно пунктам 162,164,166,167 Правил №110 подозреваемым и обвиняемым предоставляется ежедневная прогулка продолжительностью не менее одного часа. Прогулка предоставляется подозреваемым и обвиняемым в любое время суток, за исключением ночного. Во время прогулки подозреваемым и обвиняемым предоставляется возможность заниматься физическими упражнениями с использованием стационарного спортивного оборудования (при его наличии) по разрешению администрации СИЗО. На прогулку выводятся одновременно все подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в камере. Освобождение от прогулки дается только врачом (фельдшером) медицинской организации уголовно-исполнительной системы. Выводимые на прогулку должны быть одеты по сезону.

Возражая против доводов о нарушении права на прогулку, административный ответчик представил журнал учета прогулок за период с <дата>, а также справку начальника дневной смены отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре, согласно которой журнал учета прогулки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 за период с 2024 года по март 2025 года не представляется возможным представить, в связи с приведением его в негодность.

Как следует из журнала учета прогулок, осужденным из камеры № в период с <дата> по <дата> предоставлялась ежедневная часовая прогулка.

Вместе с тем, суд считает установленным факт нарушения права административного истца на пользование ежедневной прогулкой в период с <дата> по <дата>.

Приведение журнала или иных документов не является уважительной причиной, обосновывающей невозможность предоставления необходимых доказательств.

Таким образом, административный ответчик, как сильная сторона в публичном споре, в данной части не опроверг утверждения административного истца о нарушении условий содержания посредством документальных доказательств.

Провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства, Конституция Российской Федерации относит к числу неотъемлемых и неотчуждаемых прав, принадлежащих человеку от рождения и охраняемых государством, право каждого на охрану здоровья (статья 2; статья 17, часть 2; статья 41, часть 1).

Конституционное право на охрану здоровья должно гарантироваться и подозреваемым, обвиняемым в совершении преступлений, подсудимым, в том числе когда они заключены под стражу.

В соответствии с положениям статьи 2 Федерального закона от <дата> № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан представляет систему мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

Под профилактикой понимается комплекс мероприятий, направленных на сохранение и укрепление здоровья и включающих в себя формирование здорового образа жизни, предупреждение возникновения и (или) распространения заболеваний, их раннее выявление, выявление причин и условий их возникновения и развития, а также направленных на устранение вредного влияния на здоровье человека факторов среды его обитания.

По мнению суда, данное определение полностью отвечает целям еженедельной санитарной обработки и предоставления прогулок.

Предоставление права на еженедельную санитарную обработку имеет целью сохранение и укрепление здоровья лишенных свободы лиц, профилактику инфекционных заболеваний, обусловлено заботой о здоровье таких лиц. При этом нарушение права на еженедельную санитарную обработку негативно влияет не только на индивидуальное здоровье конкретного лица, но и на здоровье окружающих.

Предоставление права на ежедневную прогулку имеет целью поддержание физической формы лишенных свободы лиц через двигательную активность и спортивные упражнения, профилактику различных заболеваний, вызванных гиподинамией и ограничением доступа к открытому воздуху, в укреплении и защите психического здоровья, снятии эмоционального напряжения, снижении агрессии, предотвращении психологических срывов.

Посредством обеспечения прав на прогулки и своевременную санитарную обработку реализуется принцип гуманизма и гарантируется минимум надлежащего (достойного) обращения с лишенными свободы лицами.

По мнению суда, установленные нарушения прав ФИО1 на ежедневную прогулку и еженедельную санитарную обработку являются существенными, поскольку затрагивают фундаментальное право ФИО1 на здоровье, соответственно данные нарушения не могли быть соразмерно восполнены какими-либо иными обстоятельствами, улучшающими его положение.

Таким образом, административным ответчиком ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре допущено незаконное бездействие, выразившееся в необеспечении ФИО1 надлежащих условий содержания под стражей.

Разрешая требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, суд исходит из следующего.

Специальными правилами статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей. При рассмотрении административного искового заявления о нарушении условий содержания и присуждении компенсации суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В судебном заседании установлено, что ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ХМАО – Югре были допущены следующие существенные нарушения прав ФИО1 на надлежащие условия содержания под стражей: нарушение норм санитарной площади за период с <дата> по <дата> (124 календарных дня), с 20 по <дата> (3 календарных дня), с <дата> по <дата> (30 календарных дней), всего 157 дней; нарушение права на обеспечение индивидуальным спальным местом 17, 19, 21, 23 и <дата> – 5 календарных дней; нарушение права на еженедельную санитарную обработку в период с <дата> по <дата> (98 календарных дней); нарушение права пользования ежедневной прогулкой в период с <дата> по <дата> (154 календарных дня).

При определении размера компенсации, принимая во внимание конкретные обстоятельства по делу, индивидуальные особенности административного истца, объем и характер и продолжительность нарушений его прав, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что соразмерной компенсацией за установленные судом существенные нарушения условий содержания ФИО1, затрагивающие его права на физическое и психическое здоровье, является сумма в размере 6710 руб. исходя из следующего расчета: за нарушение норм санитарной площади – 1570 руб. (10 руб. в день); за нарушение права на обеспечение индивидуальным спальным местом – 100 руб. (20 руб. в день); за нарушение права на еженедельную санитарную обработку 1960 руб. (20 руб. в день); за нарушение права пользования ежедневной прогулкой 3080 руб. (20 руб. в день). Суд считает данные суммы соразмерными допущенным нарушениям, принимая во внимание, что доказательств наступления серьезных последствий для здоровья административного истца материалы дела не содержат. Заявленную административным истцом к взысканию сумму компенсации в размере 720000 руб. суд полагает чрезмерной.

На основании вышеизложенного административные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

Административное исковое заявление к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре», начальнику федерального казенного учреждения «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» ФИО2, начальнику Управления Федеральной службы исполнения наказания России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре ФИО3, заместителю начальника Управления Федеральной службы исполнения наказания России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре ФИО4, Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконным бездействия казенного учреждения, выразившегося в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей, присуждении компенсации за нарушение условий содержания, удовлетворить частично.

Признать незаконным бездействие федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 УФСИН России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре», выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей ФИО1, а именно в несоблюдении нормы санитарной площади на одного человека (подозреваемого и обвиняемого), непредоставлении ежедневной прогулки продолжительностью не менее одного часа, необеспечении индивидуальным спальным местом, непредоставлении еженедельной санитарной обработки.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной Службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания под стражей за период с <дата> по <дата> в размере 6710 рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по административным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Мотивированное решение изготовлено <дата>.

Судья И.А. Васенина

КОПИЯ ВЕРНА:

Судья И.А. Васенина

Подлинный документ находится в Нижневартовском городском суде ХМАО - Югры в материалах дела №