Дело № 2-1597/2025

Категория № 2.219

УИД № 02RS0007-01-2024-000670-27

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 сентября 2025 года г. Горно-Алтайск

Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Кошкиной Т.Н.

с участием помощника прокурора Болотовой А.Г.,

при секретаре Сухановой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 5000000 рублей. В обоснование иска указывая, что постановлением старшего следователя Усть-Канского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. В рамках возбужденного уголовного дела в соответствии с протоколом задержания ФИО2 был задержан ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, этой же датой в отношении истца была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Впоследствии срок содержания под стражей истца неоднократно продлялся до вынесения ДД.ММ.ГГГГ постановления Усть-Канского районного суда Республики Алтай, которым мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2 была изменена на домашний арест. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ того же суда мера пресечения в виде домашнего ареста изменена в отношении истца на заключение под стражу. Приговором Усть-Канского районного суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ с участием присяжных заседателей истец оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ и п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанный приговор оставлен без изменения. Таким образом, ФИО2 в общей сложности незаконно содержался под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, то есть 3 года (1095 дней) + 211 дней итого 1306 дней. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался под домашним арестом (20 дней), фактически незаконно был лишен свободы в течение длительного периода времени. Исходя из требований законодательства, факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, в том числе незаконное возбуждение уголовного дела, является основанием для возмещения компенсации морального вреда независимо от вины причинителя. Моральный вред ФИО2 причинен в результате незаконного и необоснованного обвинения в совершении особо тяжкого преступления. Указанное привело к тому, что не только посторонние люди, но родные перестали с ним общаться, полагая, что он совершил преступление, от него отвернулись. Односельчане выражали к нему осуждение и презрение. В результате длительного содержания под стражей, существенно ухудшилось его состояние здоровья, регулярно повышается артериальное давление, истец испытывает тревожность, развились бессонница, депрессия, стало прогрессировать заболевание артроз нижних конечностей. Истец находится в состоянии ожидания, его не покидает чувство того, что за ним вновь придут сотрудники правоохранительных органов и арестуют. Страх не проходит. Из-за длительного приема не качественной пищи обострилось заболевание желудочно-кишечного тракта. Отсутствует аппетит и продолжает снижаться масса тела. В результате заключения под стражу, он был лишен возможности зарабатывать деньги. Ранее занимался разведением, содержанием и реализацией скота. Он был лишен возможности досуга и отдыха вне тюремной камеры и своего жилища, что в свою очередь так же негативно отразилось на общем состоянии его здоровья.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Представитель истца ФИО8, заявленные исковые требования поддержал, пояснил, что содержание под стражей его доверителя ухудшило состояние его здоровья, лишило его возможности создать семью в этот период, родственники отвернулись от него. На вопрос суда пояснил, что иных, кроме имеющихся в материалах дела доказательств и его устных пояснений, согласованных с истцом, не пожелавшим принимать участие в судебном заседании, в связи с занятостью на работе, у истца не имеется.

Представитель ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес> ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях. Указала, что отсутствуют какие-либо доказательства причинения моральных и нравственных страданий, с учетом положений ст. 56 ГПК РФ полагает, что оснований для удовлетворений требований ФИО2 не имеется.

Помощник прокурора <адрес> ФИО5 полагала подтвержденным факт причинения морального вреда истцу, исковые требования просила удовлетворить.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45; ст. 46).

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, порядок возмещения вреда определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, в частности, статьями 133 - 139 УПК РФ.

На основании ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пункта 1 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В силу части первой статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Согласно разъяснениям, изложенным в п 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. Применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный - в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ.

В силу ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований.

Как следует из материалов дела и установлено судом, органом предварительного следствия ФИО2 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, при следующих обстоятельствах. <данные изъяты>.

Как следует из искового заявления и не оспаривалось участниками процесса, ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело в отношении ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением оружия, повлекшее по неосторожности смерть ФИО6

В этот же день в 20 часов 45 минут в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении указанного преступления был задержан ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ приговором Усть-Канского районного суда Республики Алтай с участием присяжных заседателей ФИО2 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, оправдан в связи с непричастностью к совершению преступления в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ и п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Мера пресечения в виде содержания под стражей в отношении ФИО2 освобожденного из-под стражи на основании вердикта коллегии присяжных заседателей ДД.ММ.ГГГГ, отменена. За ФИО2 признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ, разъяснено, право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

Из вышеуказанного приговора усматривается, что ФИО2 ранее судим ДД.ММ.ГГГГ Горно-Алтайским городским судом РА по ст. 264.1 УК РФ к 360 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года, а также ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей <адрес> Республики Алтай по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от ДД.ММ.ГГГГ к 1 году 2 месяцам 10 дням лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года. ФИО2 содержался под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался под домашним арестом.

ДД.ММ.ГГГГ апелляционным определением Верховного Суда Республики Алтай приговор Усть-Канского районного суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ с участием присяжных заседателей в отношении ФИО2 оставлен без изменения.

Указанные обстоятельства послужили основанием обращения ФИО2 в суд с настоящим иском о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Принимая во внимание указанные обстоятельства и положения вышеназванных норм закона, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п. 1 ст. 1070 НК РФ).

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Согласно п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абз. 2 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в п. 1 ст. 1070 ГК РФ незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

В силу частей первой и второй статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно части первой статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Копии документов, представленных в суд лицом, участвующим в деле, направляются или вручаются им другим лицам, участвующим в деле, если у них эти документы отсутствуют, в том числе в случае подачи в суд искового заявления и приложенных к нему документов в электронном виде. Суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Частью первой статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно ст. 15 УК РФ ч. 4 ст. 111 УК РФ указанное преступление относится к категории особо тяжких.

Как указано выше, ФИО2 ранее судим ДД.ММ.ГГГГ Горно-Алтайским городским судом РА по ст. 264.1 УК РФ к 360 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года, а также ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей <адрес> Республики Алтай по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от ДД.ММ.ГГГГ к 1 году 2 месяцам 10 дням лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года. ФИО2 содержался под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался под домашним арестом.

Таким образом, часть периода содержания под стражей ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ пришелся на период отбывания им наказания в виде лишения свободы по приговору мирового судьи <адрес> Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ.

Оценивая доводы истца о том, что нахождение в местах лишения свободы вызвало ухудшение его здоровья, вызвало регулярное повышение артериального давление, истец испытывал тревожность, развились бессонница, депрессия, стало прогрессировать заболевание артроз нижних конечностей суд приходит к следующему выводу.

Согласно информации, предоставленной врио начальника ФКУ СИЗО-1 ОФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, содержался в ФКУ СИЗО-1 с ДД.ММ.ГГГГ. По прибытию ФИО2 был обследован клинически, лабораторно, проведено ФГ ОГК, заведена медицинская карта №. Согласно журналу амбулаторного приема, ФИО2 неоднократно проходил курсы лечения с диагнозом: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ прием врача-терапевта. Заключение: <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. Заключение: <данные изъяты>. Рентген коленных суставов от ДД.ММ.ГГГГ. Заключение: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ был принят начальником МЧ-1. Получал лечение у стоматолога ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

По данным БУЗ РА «<адрес> больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обращался за медицинской помощью, ему поставлен основной диагноз: «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». На основании жалоб, анамнеза заболевания, объективного осмотра выставлен диагноз: <данные изъяты>», «<данные изъяты>».

Иных доказательств, свидетельствующих о состоянии здоровья истца до и после возбуждения в отношении него уголовного преследования в материалах дела не имеется.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что стороной истца доказательств прямой причинной связи между незаконным уголовным преследованием истца и ухудшением состояния здоровья суду не представлено, как и доказательств повышения артериального давления, наличие депрессии и бессонницы.

Также стороной истца не представлено доказательств тому, что в период содержания под стражей в изоляторе истец получал некачественную пищу, что спровоцировало у него обострение желудочно-кишечных заболеваний, и как следствие снижение массы тела.

Суд критически относится к доводам истца о ненадлежащих условиях его содержания под стражей (отсутствие в камерах отопления и вентиляции, наличие затхлого и зловонного запаха), поскольку доказательств тому не представлено, как и доказательств обращения истца с жалобами на условия его содержания. Доводы представителя истца о неоднократном обращении с исками в суд иных лиц, содержащихся в СИЗО в указанный период, суд находит необоснованными и не подтверждающими факт ненадлежащих условий содержания в отношении истца.

Доводы истца о том, что в период нахождения под домашним арестом он также испытывал неудобства, поскольку он находился в избушке у одного из родственников, и был вынужден состоятельно заготавливать дрова и топить печь в зимний период, также не нашли своего подтверждения в судебном заседании, каких-либо доказательств стороной истца представлено не было, а кроме того, как пояснил представитель истца, ходатайство о замене содержания под стражей на домашний арест было заявлено стороной защиты.

Доводы истца о том, что в результате незаконного уголовного преследования он лишился заработка (ранее он занимался разведением и реализацией скота, сбором кедровых орехов), что также причинило ему моральные страдания, также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Также в период нахождения в местах лишения свободы истец не был лишен возможности создать семью. Однако доказательств того, что истец принимал какие-либо меры с целью создания семьи, в материалы дела представлено не было.

Таким образом, каких-либо убедительных доказательств того, что по вине органов следствия он находился в состоянии постоянного психологического дискомфорта, у него ухудшилось состояние здоровья, а также доказательства того, что привлечение к уголовной ответственности повлияло на его взаимоотношения с друзьями, с близкими родственниками, односельчанами ФИО2 в ходе рассмотрения дела также не были представлены.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, учитывая глубину и характер нравственных и физических страданий истца в период незаконного привлечения к уголовной ответственности, принимая во внимание то, что ФИО2 часть периода содержания под стражей отбывал наказание по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют сведения о причинении здоровью истца и его репутации какого-либо вреда, суд приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей является достаточной компенсацией причиненного истцу морального вреда вследствие незаконного уголовного преследования. Присуждая компенсацию морального вреда именно в таком размере, суд полагает, что компенсация в таком размере будет соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда истцу, а также обеспечит баланс частных и публичных интересов.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2, <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай.

Судья Т.Н. Кошкина

Решение в окончательной форме изготовлено 01 октября 2025 года.