Решение по делу № 2-1288/2023 от 07.09.2023 - о признании утратившим право пользования жилым помещением, выселении и снятии с регистрационного учета, и встречному иску <ФИО> <ФИО> к <ФИО> <ФИО> о признании бывшим членом семьи собственника жилого помещения и бессрочного права постоянного пользования жилым помещением.

Дело № 2-1288/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Севастополь 7 сентября 2023 года

Ленинский районный суд города Севастополя в составе: председательствующего – судьи Струковой П.С., при помощнике судьи Гринько Э.Э., с участием прокурора Волкова М.П., представителя истца – адвоката Тарасовой Т.А., ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО16 к ФИО2 ФИО15, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО2 ФИО14 о признании утратившим право пользования жилым помещением, выселении и снятии с регистрационного учета, и встречному иску ФИО2 ФИО17 к ФИО2 ФИО18 о признании бывшим членом семьи собственника жилого помещения и бессрочного права постоянного пользования жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1, в котором, уточнив исковые требования, просит суд: расторгнуть договор найма квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ней и ответчиком; прекратить право пользования ответчика жилым помещением – спорной квартирой и выселить его из указанного жилого помещения. Также заявлено требование о снятии ответчика с регистрационного учета в спорной квартире.

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на следующие обстоятельства: в 2004 году она в порядке приватизации приобрела в собственность спорную квартиру, в которой зарегистрирована и проживает по настоящее время. Ответчик также зарегистрирован и проживает в данной квартире. На протяжении длительного времени между ней и ответчиком происходят конфликты, вследствие чего она неоднократно обращалась в правоохранительные органы с жалобами на его агрессивное поведение, ответчик постоянно оскорбляет ее нецензурными словами, за что привлекался к административной ответственности, находясь в состоянии алкогольного опьянения неоднократно применял к ней физическую силу. Вследствие такого поведения ответчика, истец, находясь дома, испытывает страх, а также угрозу жизни и здоровью, что нарушает привычный уклад ее жизни и негативно отражается на ее моральном и физическом состоянии. Также истец указывает, что, несмотря на то, что ответчик приходится ей сыном, он не является членом ее семьи, поскольку общего хозяйства они не ведут, в содержании квартиры и оплате коммунальных услуг он никакого участия не принимает.

Ответчик ФИО1 исковые требования ФИО3 не признал, подал встречный иск, в котором просит суд: признать его бывшим членом семьи ФИО3 – собственника жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, и признать за ним бессрочное сохранение права постоянного пользования указанным жилым помещением.

В обоснование встречных требований ссылается на то, что между ним и ФИО3 на протяжении длительного времени происходят конфликты, основную причину которых он усматривает в навязывании ему истцом другой жизненной позиции в отношении внебрачных связей, допустимых форм и объемов употребления алкоголя, курения табака, а также по иным вопросам. Несмотря на это он от выполнения сыновних обязанностей не уклонялся, приобретал за свой счет общие предметы длительного пользования и до 2019 года материально участвовал в расходах на содержание жилья и в оплате услуг ЖКХ. Указывает, что в сложившейся обстановке недоверия и периодически обостряющейся между ним и ФИО3, вражды, он признает, что семейные отношения между ними, в части, влияющей на жилищные отношения фактически прекращены, в связи с чем требуется признание его бывшим членом семьи собственника жилого помещения в судебном порядке. Полагает, что поскольку на момент приватизации спорной квартиры он проживал в ней на правах члена семьи нанимателя, и, следовательно, имел равные права пользования жилым помещением, то в случае признания его бывшим членом семьи собственника жилья на него не распространяется действие части 4 ст. 31 ЖК РФ, и он не может быть выселен из квартиры.

Выслушав пояснения истца и его представителя, возражения ответчика, изучив доводы исков и доводы возражений против заявленных требований, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что истцу ФИО3 на праве собственности принадлежит квартира с кадастровым номером № расположенная по адресу: <адрес>.

Право собственности на указанную выше квартиру возникло у ФИО3 04.06.2004 года в результате приватизации, в подтверждение чего Управлением по вопросам имущества и коммунальной собственности Севастопольской государственной администрации ей был выдан правоустанавливающий документ – свидетельство о праве собственности на жильё.

1 июля 2004 года право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> в установленном законом порядке было зарегистрировано ГКП БТИ и ГРОНИ г. Севастополя, о чем в реестровой книге 106 доп стр. 278 под реестровым № № была сделана соответствующая регистрационная запись.

22 сентября 2016 года спорная квартира была поставлена на кадастровый учет с присвоением ей кадастрового номера №.

10.01.2018 года право собственности ФИО3 на указанную выше квартиру было зарегистрировано в ЕГРН (запись о регистрации права собственности № №).

В настоящее время в указанной квартире зарегистрированы и проживают: истец ФИО3 (собственник) и ответчик ФИО1 (сын собственника).

Согласно техническому паспорту спорная квартира является двухкомнатной, комнаты смежные площадью 14,9 кв.м. и 12,1 кв.м., общая площадь квартиры составляет 39,7 кв.м.

Из пояснений сторон следует, что истец ФИО3 проживает в проходной комнате площадью 14,9 кв.м., тогда как ответчик ФИО1 занимает изолированную комнату площадью 12,1 кв.м.

Согласно справке серии № от ДД.ММ.ГГГГ года истец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является инвалидом третьей группы с поражением опорно-двигательного аппарата, инвалидность установлена бессрочно.

Из материалов дела следует и полностью признается ответчиком ФИО1, спорная квартира была приватизирована истцом в соответствии с законодательством Украины.

Согласно статье 1 Закона Украины «О приватизации государственного жилищного фонда» от 19.06.1992 приватизация государственного жилищного фонда – это отчуждение квартир (домов), комнат в квартирах и одноквартирных домах, где проживают два и более нанимателей, и относящиеся к ним хозяйственных сооружений и помещений (подвалов, сараев и т.п.) государственного жилищного фонда в пользу граждан Украины.

Аналогичным образом вопросы приватизации жилья были урегулированы в Законе Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" от 4 июля 1991 г. № 1541-1, согласно ст. 2 которого граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения на условиях договора социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных названным Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Наличие в указанных законах Российской Федерации и Украины непосредственного указания на то, что отчуждение объектов государственного жилищного фонда производится в пользу граждан РФ (граждан Украины) означает, что иностранные граждане не могут стать собственниками в результате приватизации жилого помещения, занимаемого ими по договору найма (социального найма). При этом не имеет правового значения, в каком качестве они проживают в жилом помещении: как наниматели, члены его семьи или бывшие члены семьи.

В судебном заседании ответчик ФИО1 пояснил, что на момент вселения в спорную квартиру он являлся гражданином Российской Федерации, гражданство Украины не принимал.

При таких обстоятельствах, являясь на момент приватизации спорной квартиры гражданином Российской Федерации, т.е. иностранным гражданином, ответчик не обладал правом на участие в приватизации занимаемого им жилья.

Соответственно, его согласия на приватизацию спорной квартиры не требовалось, и он не мог отказаться от отсутствовавшего у него права в пользу других лиц, в том числе в пользу истца ФИО3

В связи с изложенным, довод ответчика о том, что приватизация спорной квартиры была проведена с нарушением, поскольку у него не был отобран отказ от участия в ней, несостоятелен.

При этом суд отмечает, что результаты приватизации спорной квартиры ответчиком не оспариваются.

Удовлетворяя требования ФИО3 в части прекращения права ответчика пользования жилым помещением и его выселении из спорной квартиры суд исходит из следующего.

Частями 1, 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены данным Кодексом, и вправе предоставить во владение и (или) пользование, принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

Согласно ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его пользования, которые установлены настоящим Кодексом.

В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были связаны с лишением владения.

В соответствии с частью 4 ст. 31 ЖК РФ и согласно разъяснениям, приведенным в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 2 июля 2009 года "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ", в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.

Прекращение семейных отношений при совместном проживании граждан в одном жилом помещении предполагает ведение раздельного хозяйства, изменение порядка пользование жилым помещением и порядка несения бремени расходов по уплате за жилое помещение и коммунальные услуги, а также за содержание и ремонт жилого помещения. Следовательно, такие граждане фактически становятся по отношению друг к другу соседями.

При этом из руководящих разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14, следует, что положения части 4 статьи 31 ЖК РФ могут применяться и в том случае, когда отношения между собственником жилого помещения и членом его семьи прекращены в период совместного проживания в принадлежащем ему жилом помещении.

При этом из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14, также следует, что положения части 4 статьи 31 ЖК РФ могут применяться и в том случае, когда отношения между собственником жилого помещения и членом его семьи прекращены в период совместного проживания в принадлежащем ему жилом помещении.

Из приведенных выше законоположений следует, что законодатель связывает прекращение права пользования жилым помещением с фактом прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения, данное обстоятельство является самостоятельным и достаточным основанием для прекращения права пользования спорным жилым помещением, если между собственником и бывшим членом его семьи не достигнуто какое-либо соглашение.

Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (ч. 1 ст. 35 ЖК РФ). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения.

В судебном заседании ответчик ФИО1 подтвердил тот факт, что семейные отношения между ним и ФИО3 прекращены, членом его семьи является только его жена – ФИО4, с которой он состоит в зарегистрированном браке.

По взаимному признанию сторон общее хозяйство они не ведут, питаются раздельно, оплату за коммунальные услуги и содержание жилья производит только истец ФИО3, участия в поддержании квартиры в пригодном состоянии ответчик не принимает, соглашение между истцом, как собственником жилого помещения и ответчиком о праве пользования жилым помещением отсутствует.

Представленными в материалы дела письменными доказательствами подтверждается, и признается ответчиком, что на протяжении уже достаточно длительного времени между ним и собственником квартиры существуют конфликтные отношения, что также подтверждается постановлениями от 04.12.2018 и от 18.01.2023 о привлечении его к административной ответственности по ст. 20.1 КоАП РФ (мелкое хулиганство).

Кроме того, из показаний свидетелей ФИО19. следует, что несколько раз ФИО3 приезжала к ним домой в позднее время и оставалась ночевать. При этом она была одета только в домашнюю одежду, несмотря на холодное время года. Свой приезд к ним ФИО3 поясняла тем, что ее сын (ответчик ФИО1) находится в нетрезвом состоянии и ведет себя агрессивно, поэтому она его боится. Также жаловалась на то, что он применял к ней физическую силу.

Учитывая установленные судом обстоятельства, поскольку истец является собственником жилого помещения, и в силу закона имеет право требовать устранения нарушений ее жилищных прав, выводы о прекращении семейных отношений в том смысле, который им придают положения ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, являются достаточным основанием для решения вопроса о прекращении у ответчика права пользования жилым помещением и его выселении.

Требования ФИО3 о расторжении договора найма квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ней и ответчиком суд находит не подлежащим удовлетворению по тем основаниям, что доказательств заключения такого договора в материалах дела отсутствуют.

При этом суд разъясняет, что решение суда, которым разрешен вопрос о прекращении у ответчика права пользования жилым помещением, является основанием для снятия его с регистрационного учета по спорной квартире, а потому разрешения данного вопроса в отдельном порядке не требуется.

Отказывая в удовлетворении встречного иска, суд исходит из следующего.

Согласно пояснениям ФИО1, он был вселен в спорную квартиру в ДД.ММ.ГГГГ году бывшим основным нанимателем жилого помещения – ФИО20., которая приходилась ему его бабушкой по линии матери.

Из содержания части 2 ст. 64 Жилищного кодекса Украинской ССР следует, что к членам семьи нанимателя законодатель относил следующих лиц: супруга нанимателя, его детей и родителей.

Кроме того, как следует из указанной нормы, членами семьи нанимателя могут быть признаны и другие лица, если они постоянно проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство.

Таким образом, определяя круг членов семьи нанимателя, часть 2 ст. 64 ЖК УССР разделила их на две группы. К первой группе были отнесены супруг нанимателя, его дети и родители. Вторую группу членов семьи нанимателя составляют другие лица, постоянно проживающие с ним и ведущие общее хозяйство. К таким лицам относятся не только родственники нанимателя, но и лица, не состоящие с ним в родстве. При этом обязательным условием для признания указанных лиц членами семьи нанимателя, помимо совместного проживания, является ведение с нанимателем общего хозяйства.

При этом следует учитывать, что если включенные в первую группу лица относятся к членам семьи нанимателя безусловно, то указанные во второй группе другие лица членами семьи нанимателя могут быть признаны таковыми в судебном порядке. То есть с учетом конкретных обстоятельств, в каждом конкретном случае суд может и не признать их в качестве члена семьи нанимателя, даже если они вселились в жилое помещение в установленном законом порядке.

В свою очередь, круг лиц, являющихся членами семьи нанимателя, определен в части 1 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой к ним относятся:

а) супруг, а также дети и родители данного нанимателя, проживающие совместно с ним;

б) другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство.

К другим родственникам при этом могут быть отнесены любые родственники как самого нанимателя, так и членов его семьи независимо от степени родства как по восходящей, так и нисходящей линии.

Членами семьи нанимателя, кроме перечисленных выше категорий граждан, могут быть признаны и иные лица, но лишь в исключительных случаях и только в судебном порядке.

В п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что под ведением общего хозяйства, являющимся обязательным условием признания членами семьи нанимателя других родственников и нетрудоспособных иждивенцев, следует, в частности, понимать наличие у нанимателя и указанных лиц совместного бюджета, общих расходов на приобретение продуктов питания, имущества для совместного пользования и т.п.

В случае спора факт вселения лица в качестве члена семьи нанимателя либо по иному основанию может быть подтвержден любыми доказательствами (статья 55 ГПК РФ).

Вместе с тем, довод ответчика ФИО1 о том, что он был вселен в спорную квартиру в качестве члена семьи нанимателя ФИО30. не нашел своего документального подтверждения.

При этом, на момент вселения в спорную квартиру ответчик ФИО1 не относился к числу лиц, указанных в части 2 ст. 64 Жилищного кодекса УССР, поскольку не входил в круг лиц, которых законодатель относил к членам семьи нанимателя (супруг, дети, родители).

В отсутствие доказательств, подтверждающих, что с момента вселения ответчик ФИО1 вел с основным нанимателем ФИО5 общее хозяйство, оснований считать, что он был вселен в спорную квартиру в качестве члена семьи данного нанимателя, у суда не имеется.

Мать ответчика – истец ФИО3 стала основным нанимателем спорной квартиры после смерти ФИО29, т.е. уже после того как ответчик был вселен в спорную квартиру.

При этом доказательств, подтверждающих факт ведения ответчиком ФИО1 общего хозяйства с истцом ФИО3 после того как она стала основным нанимателем спорной квартиры, в материалы дела также представлено не было.

При таких обстоятельствах довод ответчика о том, что с момента вселения в спорную квартиру он обладал равными с нанимателем данной квартиры правами, поскольку был вселен как член семьи нанимателя (ст. 64 ЖК УССР), в связи с чем, после приватизации жилого помещения его нанимателем, в отношении него, как проживавшего без заключения договора найма члена семьи нанимателя, должна применяться статья 156 ЖК УССР, судом отклоняется.

Ссылки ФИО1 на то, что после приватизации спорной квартиры к нему применяются правила, установленные ст. 156 ЖК УССР, основаны на неверном толковании и применении данной нормы.

Так, в соответствии с частью 1 ст. 156 ЖК УССР члены семьи собственника жилого дома (квартиры) проживающие совместно с ним в принадлежащем ему доме (квартире), пользуются жилым помещением наравне с собственником дома (квартиры), если при их вселении не было иного соглашения о порядке пользования этим помещением.

Вместе с тем, согласно части 4 указанной статьи закона, к членам семьи собственника дома (квартиры) относятся лица, указанные в части 2 ст. 64 настоящего Кодекса, т.е. лица, которые не только совместно проживают с собственником в принадлежащем ему доме (квартире), но и ведут с ним общее хозяйство.

Однако, доказательств подтверждающих факт ведения ответчиком ФИО1 общего хозяйства с истцом ФИО3 после того как она стала собственником спорной квартиры, в материалах дела не имеется.

Довод ответчика о том, что в силу ст. 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» от 29.12.2004 № 189-ФЗ на него не распространяется действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ он основан на неверном толковании закона, а потому подлежит отклонению.

Так, согласно статье 19 Федерального закона от 29.12.2004 № 189-ФЗ действие положений части 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

При этом, из содержания статьи 2 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (в редакции, действовавшей до внесения в нее изменений Федеральным законом от 16 октября 2012 г. № 170-ФЗ) также следовало, что реализация права на приватизацию жилого помещения поставлена в прямую зависимость от наличия согласия всех лиц, занимающих его по договору социального найма, которое предполагает достижение договоренности о сохранении за теми из них, кто отказался от участия в приватизации, права пользования приватизированным жилым помещением.

В свою очередь, согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 3 пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", к названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Также, Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 2 июля 2013 года № 1033-О разъяснил, что бывшие члены семьи собственника, отказавшиеся от участия в приватизации, сохраняют право постоянного (бессрочного) пользования данным жилым помещением и осуществляют его на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

Поскольку ФИО1, на момент приватизации спорной квартиры, членом семьи нанимателя жилого помещения не являлся, права на приватизацию жилья не имел, оснований для применения к спорным правоотношениям ст. 19 Вводного закона не имеется.

Кроме того, как верно отмечено представителем истца, Закон «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» № 189-ФЗ от 29.12.2004 был принят в Российской Федерации, вступил в силу 13.01.2005 года, т.е. уже после того, как спорная квартира была приватизирована ФИО3 по правилам, установленным гражданским законодательством Украины.

То обстоятельство, что начиная с 04.12.1992, ответчик ФИО1 зарегистрирован в спорной квартире, не является достаточным основанием для признания за ним бессрочного права на проживание в спорной квартире, поскольку сам по себе факт регистрации по месту жительства не имеет самостоятельного правообразующего значения для признания лица приобретшим право пользования жилым помещением, а также не является безусловным доказательством наличия у него с истцом равных прав на проживание в спорной квартире.

Приведенный выше довод в полном объеме согласуется с положениями статей 1 и 3 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 г. № 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", содержание которых свидетельствует о том, что факт государственной регистрации лица по месту жительства или отсутствие этого факта сами по себе не порождают для гражданина прав и обязанностей и не могут ограничивать права и обязанности иных лиц, предусмотренные Конституцией РФ, федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

Таким образом, регистрация лица по месту жительства или ее отсутствие не является определяющим обстоятельством для решения вопроса о признании его членом семьи собственника жилого помещения либо бывшим членом семьи собственника, и порождает административные правоотношения.

Как следствие, факт регистрации является административно-правовым действием и не влияет на жилищно-правовой статус ответчика.

Наличие или отсутствие у лица регистрации в жилом помещении является лишь одним из доказательств по делу, которое подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами.

Требование ФИО1 о признании его бывшим членом семьи ФИО3, как самостоятельное материально-правовое требование, не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из разъяснений, приведенных в абзацах 2 и 3 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", следует, что по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения, в связи с чем вопрос о признании лица бывшим членом семьи собственника жилого помещения при возникновении спора решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.

Как следует из содержания первоначального иска, обращаясь в суд в качестве одного из оснований для выселения ответчика ФИО1 из спорной квартиры, ФИО3 ссылалась на то, что семейные отношения между ней и ответчиком полностью отсутствуют, в спорной квартире они проживают как соседи.

Также ответчик не отрицает тот факт, что в 2017 году он вступил в брак с ФИО2 ФИО28, т.е. создал свою собственную семью.

Поскольку и истец ФИО3 и ответчик ФИО1 полностью признают тот факт, что они не являются членам одной семьи, признания ответчика бывшим членом семьи собственника квартиры в судебном порядке не требуется.

Как указывалось выше, по общему правилу, установленному в части 4 ст. 31 ЖК РФ бывшие члены семьи собственника утрачивают права пользования жилым помещением. Они могут сохранить право на временное проживание по решению суда.

Вместе с тем, требования о сохранении права на временное проживание в спорной квартиры ФИО1 заявлено не было, в связи с чем данный вопрос судом не разрешался.

Принимая во внимание то обстоятельство, что у жены ответчика ФИО4 в собственности имеется собственное жилье – ? доля квартиры, и в настоящее время она проживает в частном домовладении, расположенном по адресу: <...>, оснований для сохранения за ответчиком права на временное проживание в спорной квартире суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 ФИО21 к ФИО2 ФИО22 о расторжении договора найма жилого помещения, признании прекратившим право пользования квартирой, расположенной по адресу: <...> выселении и снятии с регистрационного учета - удовлетворить частично.

Признать ФИО2 ФИО23 прекратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

Выселить ФИО2 ФИО24 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

В остальной части иска – отказать.

Разъяснить, что решение суда является основанием для снятия ФИО2 ФИО25 с регистрационного учета.

Встречное исковое заявление ФИО2 ФИО26 о признании бывшим членом семьи ФИО2 ФИО27 – собственника жилого помещения и признании права постоянного пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес> – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Ленинский районный суд города Севастополя.

Решение в окончательном виде изготовлено 13 сентября 2023 года.

Судья П.С. Струкова