судья Мокрецов В.А. № 22-2007/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Сыктывкар 8 сентября 2023 года

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего судьи Размысловой О.Ю.

судей Аветисян Е.Г. и Куштанова И.А.

при секретаре судебного заседания Потюковой С.В.

с участием: прокурора Овериной С.Г.

адвоката Бабичева О.С.

осуждённого ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бабичева О.С. на приговор Корткеросского районного суда Республики Коми от 18 мая 2023 года.

Заслушав доклад судьи Размысловой О.Ю., объяснения осуждённого ФИО1 и адвоката Бабичева О.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Овериной С.Г., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Оспариваемым приговором

ФИО1, родившийся <Дата обезличена> в <Адрес обезличен>, гражданин ..., ранее судимый:

- 17.07.2013 приговором Корткеросского районного суда Республики Коми по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы сроком 1 год (основное наказание отбыто 08.04.2022, дополнительное – 07.04.2023),

осуждён по ч.4 ст.111 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы сроком 1 год 6 месяцев.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения ФИО1 в виде заключения под стражей оставлена без изменения.

Срок наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу. Время содержания под стражей в период с 16.09.2022 до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок наказания из расчёта 1 день содержания под стражей за 1 день лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Удовлетворены гражданские иски потерпевших З.И.Н. и З.В.К., в пользу которых с осуждённого взысканы по 1 000 000 в пользу каждого из потерпевших в счёт компенсации морального вреда.

Приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что в период времени с 15:06 14.09.2022 до 08:05 15.09.2022, находясь в состоянии алкогольного опьянения на веранде <Адрес обезличен> п.Намск Корткеросского района Республики Коми, на почве личных неприязненных отношений, возникших на бытовой почве к З.К.В., нанёс последнему со значительной силой три удара кулаком по голове, а затем не менее одного удара по голове ногой, обутой в обувь, от чего З.К.В. так же по инерции ударялся не менее двух раз головой о твёрдую поверхность веранды, в результате чего ему были причинены телесные повреждения, от которых он в последующем скончался на месте происшествия через непродолжительное время. Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Бабичев О.С. ставит вопрос об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела и направлении дела на новое рассмотрение.

В обоснование, излагая предъявленное обвинение, указывает на то, что суд дополнил его указанием на то, что в результате вышеуказанных ударов З.К.В. не менее двух раз по инерции с силой ударился головой о предмет с преобладающей твердой поверхностью (стену веранды). По мнению адвоката, следствием и судом на основании собственного умозаключения, без какого-либо подтверждения материалами уголовного дела вменены ФИО1 действия, которые он не совершал, а именно, что последний, удерживая З.К.В. одной рукой за предплечье правой руки, со значительной силой нанёс не менее трёх ударов кулаком другой руки в левую часть головы потерпевшего. После того, как ФИО1 нанёс не менее одного удара со значительной силой левой ногой, обутой в обувь, в лицевую часть головы З.К.В., последний упал на пол веранды и при этом всем ещё не менее двух раз по инерции с силой ударился головой о предмет с преобладающей твёрдой поверхностью (стену веранды).

Данные обстоятельства, по мнению адвоката, являются надуманными, поскольку конфликт между ФИО1 и З.К.В. происходил на веранде вышеуказанной квартиры наедине, сам ФИО1 указал, что нанёс З.К.В. три удара правой рукой в область носа, губ и левой скулы, при этом удары были не сильные, поскольку кисть его правой руки повреждена. После этого З.К.В. присел на корточки, закрывая лицо руками, затем ФИО1 нанёс один удар левой ногой в область лица З.К.В., более ФИО1 ударов З.К.В. не наносил и последний при этом не падал.

Из обвинения не ясно, какой именно рукой ФИО1 удерживал З.К.В. за предплечье правой руки, и какой наносил удары, а также из какого положения З.К.В. упал на пол веранды (стоя, либо сидя на корточках).

По мнению стороны защиты, следствие и суд основываются на заключении эксперта от 14.11.2022, согласно которому, при судебно-медицинском исследовании трупа З.К.В. в числе прочих телесных повреждений обнаружен один кровоподтек правого предплечья, который образовался прижизненно, в результате ударного (либо давящего) воздействия твёрдого тупого предмета (в том числе не исключается частями тела постороннего человека) в срок не более 1 суток до наступления смерти (на что указывает цвет кровоподтека). Однако согласно этой же экспертизе, у трупа З.К.В. обнаружены и другие кровоподтёки, к примеру, входящие в состав черепно-мозговой травмы, про которые эксперт однозначно указывает, что они причинены за 2 часа до наступления смерти, из чего можно сделать вывод, что вышеуказанный кровоподтёк правого предплечья причинён намного раньше и не может быть вменён ФИО1

Обращает внимание на показания свидетеля Б.А.В. о том, что когда 14.09.2022 ФИО1 и З.К.В. вышли из жилой части квартиры на веранду, то он слышал, как они ругались, звуков драки, борьбы либо падения не было. Факт того, что между верандой и жилой частью квартиры довольно хорошая слышимость, подтвердила в суде и следователь Р.Э.И. Факт того, что в результате нанесённых ФИО1 ударов З.К.В. падал, ничем не подтверждается.

Ссылаясь на протокол осмотра места происшествия от 15.09.2022, указывает на то, что осмотр начат в 10:40, трупное окоченение выражено лишь в конечностях рук и ног, при этом измерение в динамике температуры в прямой кишке либо глубокая термометрия (печени), а также измерение температуры воздуха на уровне ложа трупа с помощью электротермометра следователем не производились, не установлено точное время смерти, температура окружающей среды на момент осмотра в протоколе также не отражена, тогда как она влияет на сроки проявления трупного окоченения.

Ссылаясь на заключение эксперта от 14.11.2022, отмечает, что обнаруженная открытая черепно-мозговая травма, повлекшая смерть З.К.В., получена прижизненно за 2 часа до наступления смерти. При этом смерть наступила за 24-48 часов до начала исследования трупа 16.09.2022, то есть в период с 9 часов 14.09.2022 до 9 часов 15.09.2022. Совершение З.К.В. активных целенаправленных (осознанных) действий после получения черепно-мозговой травмы с переломами костей свода и основания черепа в данном случае возможно со значительным снижением двигательной активности в течение крайне ограниченного промежутка времени, исчислимо несколькими минутами, что обусловлено быстрым развитием общемозговой симптоматики (нарушение сознания, дезориентация в пространстве, головная боль, головокружение), характерной для данного объёма и тяжести черепно-мозговой травмы. Вместе с тем, потерпевшая З.И.Н. показала суду, что когда она около 8 часов 15.09.2022 пришла к Ш.С.Ю., то её сын З.К.В. лежал на полу веранды без признаков жизни и при этом, когда она его потрогала под одеждой, тело было ещё тёплым, для определения чего каких-либо медицинских познаний не требуется. Выводы суда о том, показания потерпевшей в данной части не принимаются, поскольку она не обладает медицинскими познаниями, являются необоснованными.

Необоснованно приняты во внимание показания злоупотребляющего спиртными напитками Ш.С.Ю., которому лишь показалось, что труп З.К.В. был окоченевшим. Показания Ш.С.Ю. противоречат протоколу осмотра места происшествия от 15.09.2022 и показаниям следователя Р.Э.И., согласно которым в ходе смотра трупа З.К.В. установлено, что трупное окоченение было выражено лишь в конечностях рук и ног.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, сторона защиты настаивает, что установление температуры окружающей среды в период с 14.09.2022 на 15.09.2022, что не было установлено в ходе предварительного расследования и суда, необходимо, поскольку преступление в отношении З.К.В. совершено при неочевидных обстоятельствах, а судя по результатам осмотра трупа З.К.В. на месте происшествия, смерть последнего наступила за несколько часов до его обнаружения 15.09.2022, тогда как конфликт между ФИО1 и З.К.В. произошёл в вечернее время 14.09.2022.

Стороной защиты было заявлено соответствующее ходатайство о запросе в филиале ФГБУ Северное УГМС «Коми ЦГМС» сведений о состоянии погодных условий в период времени с 15 часов 14.09.2022 до 08 часов 15.09.2022 в п.Намск Корткеросского района Республики Коми, однако судом в данном ходатайстве было отказано, после чего на основании ч.1 ст.282 УПК РФ было заявлено ходатайство о вызове в суд для допроса эксперта ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» Т.А.В., однако судом также необоснованно в его удовлетворении было отказано.

В приговоре суд ссылается на показания свидетеля Б.А.В., находившегося в квартире и слышавшего звуки драки и плач З.К.В., однако данные сведения не соответствуют действительности, поскольку Б.А.В. показал суду, что звуков драки на веранде не слышал, что подтверждается протоколом судебного заседания от 31.03.2023. Кроме того, из показаний Б.А.В. также следует, что когда ФИО1 и З.К.В. вышли из жилой части квартиры на веранду, то последний был одет в куртку. Спустя примерно 2 часа после этого Б.А.В. вышел из квартиры Ш.С.Ю. и увидел З.К.В. лежащим на полу веранды, одежда на нём была одета нормально, в связи с чем, решил, что З.К.В. спит. Однако согласно протоколу осмотра места происшествия от 15.09.2022 куртка на трупе З.К.В. снята и находится под ним, что не согласуется с заключением эксперта №14/98-22/131-22 (Д), согласно которому, совершение З.К.В. активных действий после получения черепно-мозговой травмы, невозможно и он не смог бы самостоятельно снять с себя куртку.

Необоснованно судом поставлены под сомнения показания свидетеля К.Л.В., которая якобы не определилась с датой описываемых ею событий, хотя её показания согласуются с другими доказательствами.

Учитывая, что ФИО1 ушёл из дома Ш.А.В. около 17-18 часов 14.09.2022, а труп З.К.В. обнаружен в период с 5 до 7 часов 15.09.2022, сторона защиты считает, что последний после нанесения ему ФИО1 ударов рукой и ногой мог осуществлять в течение длительного периода времени активные действия, такие как уйти из квартиры и вновь вернуться туда. Данные обстоятельства указывают на то, что причинённые в результате ударов ФИО1 телесные повреждения не могут состоять в причинно-следственной связи со смертью З.К.В., а те телесные повреждения, которые повлекли смерть последнего, могли быть причинены в результате действия третьих лиц, на что указывают также такие факты как наличие свободного доступа в квартиру Ш.А.В., входная дверь веранды которой не запиралась, и что в ходе осмотра места происшествия от 15.09.2022 в глубине веранды на расстоянии 2 метров от трупа З.К.В. обнаружен след обуви, образованный наслоением вещества тёмного цвета, который при простом визуальном сравнении не схож с рисунком на подошве кроссовок, изъятых у ФИО1

Версия ФИО1 о падении с сарая и получении на момент освидетельствования 16.09.2022 телесных повреждений, не опровергнута. Судебно-медицинская экспертиза в отношении ФИО1 не производилась, давность и характер образования телесных повреждений не устанавливались.

Отмечает, что, суд неверно оценил показания свидетелей защиты У.М.Н. и Ш.Т.И. о возможной непричастности подсудимого ФИО1 к инкриминируемому ему преступлению, ни стороной обвинения, ни судом ничего не предпринималось для опровержения доводов вышеуказанных свидетелей. В суд Б.А.В. для дополнительного допроса не вызывался.

Ссылаясь на ст.14 УПК РФ, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении №55 от 29.11.2016, полагает, что приговор подлежит отмене, как основанный на предположениях.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Бархатов А.Е. полагает, что указанные в ней доводы подлежат отклонению вследствие их необоснованности.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Установленные судом в приговоре выводы о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления и квалификация его действий по ч.4 ст.111 УК РФ являются верными и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.273-291 УПК РФ. Как усматривается из приговора, в судебном заседании были исследованы собранные по делу доказательства, выводы суда относительно оценки доказательств по делу подробно мотивированы в приговоре и сомнений в своей объективности и правильности не вызывают.

Изложенная стороной защиты в апелляционной жалобе версия о том, что смерть З.К.В. от полученных телесных повреждений не связана с действиями ФИО1, а именно нанесением им трёх не сильных ударов правой рукой в область носа, губ, левой скулы и одного удара левой ногой в область лица З.К.В. судом первой инстанции была тщательно проверена и обоснованно отвергнута с приведением в приговоре мотивов принятого решения, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Суд обоснованно положил в основу обвинительного приговора показания потерпевших З.В.К. и З.И.Н., свидетелей Р.Э.И., Ш.С.Ю., З.А.Н., Б.А.В., поскольку они были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются последовательными, обстоятельными, согласуются друг с другом и подтверждаются письменными материалами уголовного дела.

Из показаний потерпевших З.В.К. и З.И.Н., усматривается, что сын страдал эпилепсией, имел инвалидность 3 группы и состоял на учете у психиатра, по характеру был спокойным. 14.09.2022 сын с З.А.Н. кололи дрова на участке ФИО1 Около 14 часов сын приходил домой на 5 минут, был чем-то расстроен, озабочен, затем ушёл, не сказав куда, и дома в тот день не ночевал. Около 07:30 15.09.2022 Ш.С.Ю. сказал, что З.К.В. умер на веранде его дома. З.И.Н. дополнительно поясняла, что на веранде квартиры Ш.С.Ю. обнаружили труп З.К.В., он был без сапог, которые стояли рядом, и его куртка лежала под ним и была надета лишь на рукава, был сильно избит, голова в форме груши. Вернувшись в дом Ш.С.Ю. по приезду сотрудников полиции, обратила внимание, что сапоги были уже одеты на ноги трупа, а сам труп был накрыт, полагает, что это сделал Ш.С.Ю.

Из рапорта от 15.09.2022 следует о поступлении в 08:05 сообщения фельдшера ФАП И.А.В. о том, что около 07:00 этого дня Ш.С.Ю. обнаружил на веранде своего дома труп З.К.В. (т.1 л.д.23).

В ходе осмотра 15.09.2022 <Адрес обезличен> в п. Намск Корткеросского района Республики Коми перед входом в помещение № 2 веранды на полу обнаружен труп З.К.В. с телесными повреждениями, под грудью трупа, на полу находится чёрная куртка из дерматина, правый рукав которой одет на кисть трупа, под головой трупа обнаружено вещество биологического происхождения, на расстоянии 2 метров от трупа обнаружен след обуви, образованный наслоением вещества тёмного цвета, рядом с ногами трупа обнаружены следы вещества биологического происхождения, похожие на кровь в виде капель (т.1 л.д.7-18).

Согласно заключению генетической судебно-медицинской экспертизы № 04/311-22/356-22 от 18.10.2022 вещество биологического происхождения, обнаруженное при осмотре места происшествия 15.09.2022 под головой трупа З.К.В. является кровью и с вероятностью 99,9 % произошла от З.К.В. (т.1 л.д.175-185).

Из показаний свидетеля Б.А.В. явствует, что 14.09.2022 с ФИО1 и Ш.С.Ю. в квартире последнего распивали спиртное, куда спустя какое-то время пришёл З.К.В., который также стал употреблять спиртное, сидел в какой-то рабочей куртке отдельно от них, никаких телесных повреждений у З.В.К. в тот момент не было. Также приходил З.А.Н., но практически сразу ушёл. В ходе распития спиртного ФИО1 неоднократно просил З.К.В. не подходить к столу и называл его «петухом», из-за чего между ними возник конфликт. Затем они оба вышли на веранду, после чего услышал звуки драки, а также плач З.К.В., находились на веранде минут 15-20. Ш.С.Ю. в это время уже спал. Он сидел за столом и ждал их, не дождавшись их возвращения, решил пойти домой, выйдя на веранду, обнаружил лежащего на полу З.К.В., ФИО1 уже не было, решил, что З.К.В. спит пьяный и ушёл домой. Все эти события происходили в период с 15 до 17 часов.

Несмотря на утверждение адвоката о несостоятельности показаний свидетеля Б.А.В., взятых за основу приговора, оснований сомневаться в показаниях последнего не имеется, поскольку суд надлежащим образом оценил их и мотивировал в приговоре, почему он принимает их во внимание. Оснований для признания показаний Б.А.В., недопустимым доказательством у суда не имелось, они были правильно использованы для установления указанных в ст.73 УПК РФ обстоятельств.

Свидетель З.А.Н. подтвердил, что 14.09.2022 вместе с З.К.В. колол дрова на участке ФИО1, при этом все употребляли спиртное. В ходе разговора ФИО1 спросил у З.К.В., действительно ли тот является лицом нетрадиционной сексуальной ориентации, на что последний ответил утвердительно, после чего ФИО1 стал оскорблять З.К.В., велел отсесть от них. Во второй половине этого же дня З.А.Н. ненадолго приходил к Ш.С.Ю., где в состоянии алкогольного опьянения находились Ш.С.Ю., Б.А.В., ФИО1 и З.К.В. Каких-либо конфликтных ситуаций между присутствующими при нём не было. Около 5 часов утра 15.09.2022 он вернулся в дом Ш.С.Ю., где увидел избитого и лежащего в крови на полу веранды З.К.В.Ш.С.Ю. еще спал. Испугавшись увиденного, убежал.

Из показаний свидетеля Ш.С.Ю. следует, что между З.К.В. и ФИО1 14.09.2022 был конфликт во дворе дома последнего, он с ФИО1 употреблял алкоголь, а З.К.В. и З.А.Н. кололи дрова. З.К.В. просил у ФИО1 дать выпить алкоголя, но тот почему-то не подпускал его к столу. Спустя какое-то время он с ФИО1 и Б.А.В. пошли к нему домой употреблять спиртное, позже подошёл З.К.В., которого ФИО1 вновь не подпускал к столу. Опьянев, уснул, а проснувшись утром 15.09.2022, обнаружил на веранде труп З.К.В., на нём была та же одежда, что и 14.09.2022. Труп на ощупь был уже остывшим и, как ему показалось, окоченевшим, под головой трупа было много крови, в иных местах веранды крови не было. Он сразу сообщил об этом отцу и матери З.К.В., которые вызвали фельдшера И.А.В., а та сообщила в полицию. Сапоги, стоявшие рядом с трупом З.К.В., забрала мать последнего вместе с участковым. От Б.А.В. узнал о том, что 14.09.2022 в ходе конфликта между З.К.В. и ФИО1 последний побил З.К.В.

Руководитель следственного отдела по Корткеросскому району СУ СК РФ по РК П.А.А. пояснил об обстоятельствах допроса им Ш.С.Ю. и подтвердил, что свидетель действительно давал показания, оглашённые в судебном заседании.

Старший следователь СО по Корткеросскому району СУ СК РФ по РК Р.Э.И. показала, что производила осмотр места происшествия по факту обнаружения трупа З.К.В., в ходе которого были осмотрены все имеющиеся в квартире и на веранде бутылки, с целью установления места, даты и времени приобретения, обнаруженных пустых бутылок из-под спиртных напитков, ею использовалось приложение «АнтиКонтрафактАлко», являющееся официальным приложением Федеральной службы РФ по регулированию алкогольного рынка.

Несущественные противоречия в показаниях свидетелей Р.Э.И., Ш.С.Ю., З.А.Н., Б.А.В., на что ссылается защита, были судом устранены.

Показания допрошенных по делу лиц подтверждаются письменными доказательствами, в числе которых: протокол осмотра одежды и обуви потерпевшего З.К.В. из которого следует, что на их поверхности обнаружены пятна бурого цвета, похожего на кровь, различной формы (т.1 л.д.116-119, 120-125); заключение генетической судебно-медицинской экспертизы № 04/313-22/359-22 от 18.10.2022, согласно которому кровь на рубашке, футболке, брюках, трусах З.К.В. произошла от З.К.В. с вероятностью 99,9% (т.1 л.д.226-244); заключение генетической судебно-медицинской экспертизы № 04/314-22/366-22 от 21.10.2022, устанавливающее, что кровь на сапогах З.К.В. могла произойти от З.К.В. с вероятностью 99,9%(т.2 л.д.1-13); протокол осмотра одежды и кроссовок ФИО1, в которых он находился 14.09.2022, со следами вещества бурого цвета, похожего на кровь (т.1 л.д.128-132, 133-137); заключение генетической судебно-медицинской экспертизы № 04/315-22/357-22 от 18.10.2022, свидетельствующее о том, что обнаруженная в следах вещества на кроссовках ФИО1 кровь, могла произойти от З.К.В. с вероятностью 99,9% (т.1 л.д.207-220) и иные доказательства, указывающие на виновность ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Вопреки утверждению адвоката надлежащую судебную оценку получили показания свидетелей К.Л.В., У.М.Н. и Ш.Т.И. о возможной непричастности ФИО1 к инкриминируемому ему преступлению. Суд обоснованно счёл их не достоверными, противоречащими показаниям свидетеля Б.А.В., а также иным приведённым в приговоре доказательствам.

В совокупности с собранными по делу доказательствами суд оценил показания ФИО1 о получении телесных повреждений при её самостоятельном падении, а также в результате действий третьих лиц, признал их несостоятельными и направленными на избежание ответственности за содеянное. С данным выводом суда соглашается и суд апелляционной инстанции.

Показания осуждённого различны, версия защиты о нанесении ФИО1 потерпевшему в глубине веранды несильных ударов, от которых не могла наступить смерть З.К.В., а также причинении последнему телесных повреждений третьими лицами, была тщательно проверена судом и признана несостоятельной, поскольку опровергается собранными по делу доказательствами.

Суд обоснованно признал достоверными признательные показания ФИО1, данные им в качестве обвиняемого 17.10.2022 о том, что раскаивается в содеянном, не предполагал, что З.К.В. умрёт от его ударов, а также данные им 16.11.2022 о нахождении З.К.В. в момент нанесения ему ударов вначале веранды, ближе к выходу на крыльцо, около сложенных дров, после чего он присел на корточки в том же месте, рядом с дровами, поскольку они соответствуют заключениям судебно-медицинских экспертиз, показаниям свидетелей Б.А.В., З.А.Н., Ш.С.Ю.

Показания ФИО1 о нанесении потерпевшему ударов кулаком и ногой по лицу согласуются с выводами судебно-медицинской экспертизы № 14/98-22/131-22 от 14.11.2022 о том, что причиной смерти З.К.В. явилась открытая черепно-мозговая травма с переломами костей свода и основания черепа, двусторонней субдуральной гематомой, субарахноидальными кровоизлияниями и ушибами обеих височных долей головного мозга, осложнившаяся отеком и дислокацией головного мозга. Открытая черепно-мозговая травма причинена прижизненно, не более чем за 2 часа до наступления смерти, в результате не менее чем шести ударных воздействий твёрдыми тупыми предметами, с приложением травмирующей силы в области контактных телесных повреждений (четыре из которых были нанесены в область лица, два - в левую височную область), все повреждения, входящие в состав открытой черепно-мозговой травмы, образовались в короткий промежуток времени (несколько минут), обнаруженная открытая черепно-мозговая травма по признаку опасности для жизни квалифицируется, как причинившая тяжкий вред здоровью (п.п.6.1.2, 6.1.3 приказа Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Между данной открытой черепно-мозговой травмой и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. При этом, в составе выявленной черепно-мозговой травмы имеются телесные повреждения, возникшие в результате различных травмирующих воздействий. Давность наступления смерти З.К.В. соответствует промежутку времени за 24-48 часов до исследования трупа, которое проводилось с 09 до 10 часов 16.09.2022 (т.1 л.д.143-149).

Показания ФИО1 о нанесении удара ногой по лицу потерпевшего подтверждаются результатом его освидетельствования 16.09.2022, в ходе которого на ступне его левой ноги был обнаружен синяк (т.1 л.д.39), наличие которого ФИО1 объяснил образованием его от удара ногой потерпевшего З.К.В.

Кроме того, при проведении трасологической медико-криминалистической экспертизы № 7/159-22/163-22 от 07.11.2022 на фрагменте свода черепа З.К.В. обнаружен перелом, имеющий 2 зоны травматического воздействия - линейной перелом, на левой височной кости и левой теменной области, которые образовались в результате воздействия тупым твёрдым предметом с преобладающей контактной поверхностью, с приложением силы в левую височную и теменную области. Обнаруженный кровоподтёк в левой скуловой области трупа мог образоваться в результате воздействия одного из кроссовок ФИО1 (при ударе областью шнуровки кроссовка), или другой обуви с подобным типом шнуровки (т.2 л.д.19-27).

Нельзя признать убедительными допрошенного в суде апелляционной инстанции по ходатайству защиты показания свидетеля Н.С.В. о том, что вечером накануне дня, когда он узнал о смерти З.К.В., видел последнего выпившим после 18 часов, а также о том, что со слов ФИО1 последний ушёл после конфликта с З.К.В. и того не избивал, поскольку они противоречат показаниям ФИО1, данным им в качестве обвиняемого <Дата обезличена> <Дата обезличена>, показаниям свидетелей Б.А.В., З.А.Н., Ш.С.Ю., а также заключению дополнительной медицинской судебной экспертизы трупа З.К.В. <Номер обезличен> (Д) от <Дата обезличена>, согласно которому совершение З.К.В. активных целенаправленных (осознанных) действий, в том числе передвижение, после получения обнаруженной у него черепно-мозговой травмы, возможно со значительным снижением двигательной активности в течение крайне ограниченного промежутка времени, исчисляемого несколькими минутами, что обусловлено быстрым развитием общемозговой симптоматики, характерной для данного объёма и тяжести черепно-мозговой травмы (т.2 л.д.21-26), иным приведённым в приговоре доказательствам.

Следует отметить, что согласно протоколу осмотра места происшествия, показаниям свидетелей Ш.С.Ю., З.А.Н. под головой трупа было много крови, в иных местах веранды крови не было, что указывает на получение потерпевшим З.К.В. телесного повреждения, повлёкшего его смерть, на месте обнаружения и маловероятность его передвижения, тем более прогулок по улице, в противном случае в других местах веранды также бы остались следы крови.

Доводы защитника о не верном установлении времени смерти З.К.В., выраженности трупных явлений в момент обнаружения трупа последнего, а также сроков причинения обнаруженных у него телесных повреждений, были тщательно проверены в судебном заседании и обоснованно отвергнуты как несостоятельные по мотивам, подробно приведённым в приговоре.

Каких-либо данных о чьей-либо заинтересованности при даче показаний, оснований для оговора ФИО1, а также для самооговора осуждённым в материалах дела не имеется.

Версия защиты о причинении иными лицами телесных повреждений, в результате которых наступила смерть З.К.В., была проверена в судебном заседании и признана противоречащей совокупности исследованных по делу доказательств.

В судебном заседании были проверены доводы защиты о возвращении потерпевшего в дом после нанесения ему ударов осуждённым, где он продолжил употребление спиртного, в связи с обнаружением на поверхности бутылки из-под водки «Морошковая», следов пальцев, принадлежащих З.К.В., и обоснованно признаны несостоятельными.

Отрицание осуждённым падения потерпевшего в результате нанесённых им ударов, на что ссылается адвокат, не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осуждён.

Таким образом, доводы осуждённого и адвоката об отсутствии совокупности бесспорных доказательств вины ФИО1 в инкриминируемом преступлении представляются несостоятельными, поскольку все исследованные по делу и изложенные в приговоре доказательства, взятые за основу обвинительного приговора, свидетельствуют об обратном.

Субъективная оценка происшедшего и анализ части доказательств, которую даё в жалобе адвокат, не может быть признана состоятельной, поскольку суд в соответствии со ст.87 и ст.88 УПК РФ, все доказательства по делу проверил и должным образом оценил в совокупности. Указанным доказательствам судом дана правильная оценка. В приговоре подробно изложены причины, почему суд отверг одни и принял во внимание другие из доказательств, представленных сторонами.

Изложенные в приговоре доказательства отражают фактические обстоятельства дела и полностью изобличают ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступного деяния.

Утверждения адвоката о непричастности ФИО1 к смерти З.К.В., не соблюдении судом требований ст.14 УПК РФ, а также о том, что приговор постановлен на предположениях, не соответствуют действительности.

Справедливо придя к выводу о доказанности вины ФИО1, суд правильно квалифицировал его действия по ч.4 ст.111 УК РФ. Оснований для переквалификации действий осуждённого не имеется.

Каких-либо объективных сведений о том, что потерпевший мог получить телесные повреждения, повлёкшие его смерть, при иных обстоятельствах, в материалах уголовного дела не содержатся и стороной защиты суду не представлены.

Утверждение адвоката о том, что причинённые в результате ударов ФИО1 телесные повреждения не могут состоять в причинно-следственной связи со смертью З.К.В., безосновательно, опровергается совокупностью собранных по делу доказательств, которые свидетельствуют об обратном.

Экспертные заключения основаны на материалах настоящего уголовного дела, экспертизы проведены с соблюдением правил и процедуры, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, имеют надлежащее оформление, содержат мотивированные и непротиворечивые выводы, основания не согласиться с которыми отсутствуют.

Вопреки утверждению адвоката изложенные им в жалобе доводы не ставят под сомнение выводы суда о механизме причинения потерпевшему травмы, повлёкшей его смерть и лице её причинившем.

Каких-либо противоречий в доказательствах, положенных в основу обвинительного приговора, ставящих под сомнение доказанность вины ФИО1 и несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, о чём в жалобе указывает адвокат, не имеется. Совокупность представленных доказательств являлась достаточной для правильного разрешения дела, необходимости в расширении их круга не имелось.

Из протокола судебного заседания видно, что судом были созданы сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание.

Судебное разбирательство осуществлялось с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, непосредственности и устности исследования доказательств, с учётом требований ст.252 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суть предъявленного ФИО1 обвинения отражена в приговоре без искажения, в рамках ст.252 УПК РФ, при этом закон не требует дословного изложения текста обвинения, изложенного в обвинительном заключении. Фактические обстоятельства происшедшего, как они установлены судом, изложены в приговоре, который в своей описательной части не допускает каких-либо противоречий, напротив, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения преступления, действиях ФИО1, количестве нанесённых им потерпевшему ударов, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного им.

Все ходатайства в судебном заседании были разрешены с учётом мнения сторон в соответствии с законом, по ним приняты законные и мотивированные решения, которые нашли своё отражение и в приговоре. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств осуждённого ФИО1 и его защитника, в том числе о запросе сведений о состоянии погодных условий и вызове в суд эксперта ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» Т.А.В., судом апелляционной инстанции не установлено.

Несогласие стороны защиты с оценкой, данной судом исследованным доказательствам, с результатами рассмотрения ходатайств, не свидетельствует о нарушении судом принципа состязательности сторон, о необъективности суда, рассмотрении дела с обвинительным уклоном и основанием к отмене или изменению приговора не является.

Вопреки мнению стороны защиты, каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осуждённого на защиту, или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным образом повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Не усматривается и чьей-либо заинтересованности в незаконном привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, не установлено фактов фальсификации материалов уголовного дела и доказательств.

Все изложенные в апелляционной жалобе доводы проверялись в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, с выводами которого суд апелляционной инстанции соглашается.

Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями ст.6, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности виновного, ранее судимого, не привлекавшегося к административной ответственности, по месту жительства характеризующегося удовлетворительно, по месту отбывания наказания – отрицательно, не трудоустроенного, а также суд принял во внимание влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1 и условия жизни его семьи.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, признано активное способствование расследованию преступления.

Отягчающими обстоятельствами по делу обоснованно признаны совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а также рецидив преступлений, который в соответствии с «б» ч.3 ст.18 УК РФ является особо опасным.

Судом были учтены и указаны в приговоре все значимые обстоятельства по делу.

Несправедливым приговор вследствие чрезмерной мягкости или чрезмерной суровости назначенного наказания не является. Наказание соразмерно характеру и степени общественной опасности содеянного ФИО1

Невозможность применения к осуждённому правил, предусмотренных ч.6 ст.15, ст.64, ст.73 УК РФ, судом мотивирована.

Вид исправительного учреждения определён согласно правилам п.«г» ч.1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Корткеросского районного суда Республики Коми от 18 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: