Дело № 2-1099/2025
УИД 23RS0047-01-2024-007761-68
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Краснодар 30 октября 2025 года
Советский районный суд г. Краснодара в составе:
судьи Овдиенко В.Е.
при секретаре Степанцовой Е.С.,
при участии
представителя истца ФИО1,
ответчика ФИО2,
представителя ответчика ФИО3,
представителя ответчика ФИО4– ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО6, ФИО4, ФИО7 о расторжении договора,
установил:
ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО4, ФИО7 о расторжении договора. В обоснование иска и уточнения к нему указано, что в производстве Советского районного суда г. Краснодара находится гражданское дело № 2-9418/2023 по иску ФИО6 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества. В ходе производства по делу ФИО2 были представлены возражения на иск, в котором указано, что спорные автомобили были проданы им в период брака 25.07.2022. 31.01.2024 Ленинградским районным судом Краснодарского края по заявлению ФИО2 рассмотрено дело об оспаривании отцовства, в котором судом установлено, что брачные отношения между сторонами фактически прекращены с июня 2022 года. Следовательно, истец не знала о продаже автомобилей и согласия на их отчуждение не давала. В ходе рассмотрения настоящего дела истцу стало известно, что одно из спорных ТС, а именно автомобиль <данные изъяты> в настоящее время зарегистрирован за ФИО7 на основании договора купли-продажи от 10.11.2023 с ФИО4 Просит суд признать договор купли-продажи транспортного средства от 25.07.2022, заключенный между ФИО2 и ФИО4 на автомобиль <данные изъяты>; признать договор купли-продажи транспортного средства от 10.11.2023, заключенный между ФИО4 и ФИО7 на автомобиль <данные изъяты> – недействительным; признать договор купли-продажи транспортного средства от 25.07.2022 между ФИО2 и ФИО4 на автомобиль <данные изъяты> недействительным; вернуть стороны в первоначальное положение.
Истец в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, обеспечила явку своего представителя.
Представитель истца в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала, просила суд удовлетворить их. Указывала, что на момент продажи автомобилей стороны уже не проживали совместно, хозяйство общее не вели, ответчик не доказал, что денежные средства были потрачены на нужды семьи. Истец не давала согласие на сделки, тем более по заниженной цене. Ответчик ФИО4 был знакомым и мог запросить согласие истца. Полагает, что ответчик ФИО2 увел от раздела совместно нажитого имущества спорные автомобили. <данные изъяты> Присутствует признак мнимой сделки.
Ответчик ФИО2 и его представитель в судебном заседании просили суд отказать в удовлетворении уточненных исковых требований, поддержав доводы, изложенные в возражении на иск.
Ответчик ФИО4 и его представитель в судебном заседании просили суд отказать в удовлетворении уточненных исковых требований по доводам, изложенным в возражении на иск и дополнения к нему. Представителем ответчика ФИО4 также указано на пропуск истцом срока исковой давности.
Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, просила суд рассмотреть дело в свое отсутствие. Представлено возражение на иск, в котором указывает, что считает себя добросовестным приобретателем. Указала, что стала собственником автомобиля <данные изъяты> на основании договора купли продажи транспортных средств от 10.11.2023. Данный автомобиль ей порекомендовал приобрести на тот момент знакомый, а ныне ее муж-ФИО2, т.к. он узнал что ФИО4 выставил его на продажу, автомобиль ее устроил по цене и состоянию и она приняла решение его приобрести. С продавцом ФИО4 рассчиталась в полном объеме в размере 120 000 руб. Далее, поставила автомобиль на учет в ГИБДД.
Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, считает исковые требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
В силу части 2 статьи 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов, по распоряжению общим имуществом супругов может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Бремя доказывания того, что другая сторона в сделке, получая по этой сделке право требования, знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки по смыслу абз. 2 пункта 2 статьи 35 СК РФ возложено на супруга, заявившего требование о признании сделки недействительной.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна. Если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.
В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела что истец и ответчик ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с 14.02.2015 по 08.11.2022 (брак расторгнут на основании решения мирового судьи судебного участка № 31 Карасунского внутригородского округа г. Краснодара от 04.10.2022).
В период брака было приобретено следующее имущество: автомобиль <данные изъяты>
Из материалов дела следует, что 25.07.2022 между ответчиками ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля Hyundai Elantra 1,6 GLS AT, 2010 года выпуска, № кузова VIN <***>, стоимостью 120 000 руб.
25.07.2022 между ответчиками ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>
В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что автомобили были реализованы ответчиком ФИО2 на момент, когда фактически брачные отношения были прекращены, согласие истец на реализацию автомобилей не давала.
Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 ноября 1998 г. N 15 (ред. от 06.02.2007) "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", в соответствии с п. 1 ст. 25 СК РФ брак, расторгнутый в судебном порядке, считается прекращенным со дня вступления решения суда в законную силу.
Как установлено в судебном заседании, брак между сторонами прекращен 08.11.2022, то есть после заключения оспариваемых сделок по купле-продаже автомобилей от 25.07.2022.
Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Довод стороны истца о преюдиции решения Ленинградского районного суда Краснодарского края от 31.01.2024, вступившим в законную силу 04.03.2024, которым установлено, что брачные отношения между сторонами фактически прекращены с июня 2022 года, для настоящего дела, судом не принимаются во внимание, поскольку в настоящем дела участвуют лица, которые не были привлечены к участию в деле, рассматриваемым Ленинградским районным судом Краснодарского края.
Из приведенных положений СК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом по взаимному согласию супругов предполагается.
В том случае, если один из супругов ссылается на отчуждение другим супругом общего имущества или его использование вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, то именно на него возлагается обязанность доказать данное обстоятельство.
Отказывая в удовлетворении исковых требований истца о признании сделок недействительными от 25.07.2022, суд исходит из того, что отчуждение автомобилей ответчиком ФИО2 произведено в период брака, денежные средства от его продажи также получены в период брака.
При этом бремя доказывания обстоятельств того, что денежные средства, полученные от продажи автомобилей, были израсходованы не на нужды семьи, а в личных целях, в соответствии со статьей 56 ГПК РФ, лежит на истце.
Кроме того, в силу требований статьи 35 СК РФ при совершении сделки по распоряжению спорными автомобилями предполагается, что ответчик ФИО2 действовал с согласия и ведома истца.
Из материалов дела усматривается, что автомобили были проданы в период брака и денежные средства от его продажи получены также в период брака, в связи с чем, именно на истца, заявившую требования о признании сделки недействительной, законом возложена обязанность доказать, что супруг распорядился совместным имуществом в отсутствие согласия другого супруга и денежные средства потрачены им не в интересах семьи, однако таких доказательств суду представлено не было.
Пунктом 3 статьи 35 СК РФ не предусмотрено требования получения нотариального согласия супруга на распоряжение транспортными средствами, исходя из чего ответчик ФИО4 не мог и не должен был требовать от ответчика ФИО2, либо от самого истца ее согласия на совершение сделки.
На основании изложенного, отсутствие согласия супруга при заключении договора купли-продажи автомобиля не может повлечь за собой признания сделки недействительной.
Доводы истца о том, что она не знала и была против спорной сделки, не являются достаточным основанием для признания сделки недействительной; оспариваемые договоры купли-продажи транспортных средств от 25.07.2022 составлены в письменной форме, подписаны сторонами, по содержанию отвечают требованиям, предъявляемым к такого рода договорам.
В обоснование требований о признании договоров купли-продажи автомобилей от 25.07.2022 истец также указывает, что присутствует признак мнимой сделки.
Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).
В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).
В п. 1 ст. 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. 10 и п. 2 ст. 168 ГК РФ.
В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, в том числе, лица, имеющего охраняемый законом интерес.
Установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестного лица.
Согласно разъяснениям, данным в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). При этом, следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.
Из разъяснений, данных в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).
При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Исследовав материалы дела, с учетом позиции сторон, суд приходит к выводу, что допустимых и относимых доказательств тому, что ответчик ФИО2 сохранил контроль за спорными автомобилями после совершения сделки – договоров купли-продажи, а сторонами договора не совершались действия, которые были направлены на исполнение сделки, а равно доказательств тому, что переход права собственности на автомобили носил фиктивный характер и являлся формальным, истцом не представлено.
В соответствии с договором купли-продажи спорные транспортные средства реально продавцом были переданы покупателю, покупатель реализовал свои права собственника, так как зарегистрировал машины с целью ее эксплуатации, то есть имело место изменение прав и обязанностей участников договора купли-продажи по отношению к автомобилям и эти изменения признавались и использовались другими лицами, в связи с чем, у суда нет оснований считать сделку недействительной или мнимой, а договор купли-продажи формальным.
Доводы истца о недействительности сделки ввиду того, что транспортные средства проданы по заниженной цене, также не могут служить основанием для признания договора купли-продажи недействительным, поскольку в соответствии со ст. 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора.
При этом, доказательств того, что спорные автомобили были проданы по заниженной цене, суду не представлено.
Запрета продажи автомашины своему родственнику или знакомому законом не установлено.
Также необоснованны доводы стороны истца о том, что ответчик ФИО2 старался увести спорные автомобили от раздела совместно нажитого имущества, поскольку иск о разделе совместно нажитого имущества и взыскании компенсации за причитающуюся ей доли, истцом инициирован в сентябре 2023 года, тогда как оспариваемые сделки совершены 25.07.2022.
С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска в части признания договоров купли-продажи от 25.07.2022 транспортных средств <данные изъяты>, заключенных между ФИО2 и ФИО4, недействительными.
Отказывая в удовлетворении требования о признании недействительными договоров купли-продажи от 25.07.2022, суд также отказывает в удовлетворении требований о признании договора купли-продажи транспортного средства от 10.11.2023, заключенного между ФИО4 и ФИО7 на автомобиль <данные изъяты>, поскольку данное требование производно от основного требования о признании недействительными договоров купли-продажи от 25.07.2022.
Стороной ответчика ФИО4 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.
В силу ч.2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.
В соответствии с п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.
В силу части 3 статьи 40 ГПК РФ, части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).
Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи).
В силу вышеназванной части 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Сроки исковой давности по недействительным сделкам указаны в статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поскольку договоры купли-продажи с учетом обстоятельств дела являются оспоримыми сделками, срок исковой давности в данном случае составляет один год и начинает течь со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (статьи 195 и 196 ГК РФ).
Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст.200 ГК РФ).
О заключении договоров купли-продажи от 25.07.2022 истцу было известно в момент их заключения, в суд с рассматриваемым иском истец обратилась 02.07.2024, то есть с пропуском срока исковой давности, о восстановлении данного срока не заявлял, уважительных причин пропуска не указывал, пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.
При этом, суд принимает во внимание, что иск о разделе совместно нажитого имущества и взыскании компенсации за причитающуюся ей доли, истцом инициирован в сентябре 2023 года, что свидетельствует об осведомленности истца об оспариваемых сделках в момент их заключения.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Уточненные исковые требования ФИО6 к ФИО2, ФИО4, ФИО7 о расторжении договора оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г. Краснодара.
Судья Советского
районного суда г. Краснодара В.Е. Овдиенко
Мотивированное решение
изготовлено 11.11.2025
Судья Советского
районного суда г. Краснодара В.Е. Овдиенко