УИД № 57RS0023-01-2025-004836-66 Производство № 2-4286/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

1 октября 2025 г. г. Орёл

Советский районный суд г. Орла в составе

председательствующего судьи Флоря Д.В.,

при секретаре Хохловой Т.С.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указано, что ФИО2 совершила в отношении него преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). Уголовное дело по обвинению ФИО2 по ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ прекращено по нереабилитирующим основаниям, предусмотренным ст.25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ст.76.2 УК РФ. В ходе уголовного судопроизводства ФИО1 гражданский иск не заявлялся. Вопрос о характере причиненного преступлением вреда, его размере в суде первой и апелляционной инстанции не исследовался. Возмещение ущерба происходило без учета позиции потерпевшего. После заявления защитником ходатайства о прекращении уголовного дела ФИО2 извинилась перед потерпевшим, перечислила ему на счет <данные изъяты> руб. в счет компенсации морального вреда. Несмотря на возражения ФИО1, утверждавшего, что преступлением ФИО2 ему причинены физические и нравственные страдания, требующие компенсации в большем размере, уголовное дело в отношении ФИО2 было прекращено с назначением штрафа. Суд первой инстанции счел сумму компенсации морального вреда достаточной для принятия указанного решения. Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с судом первой инстанции относительно прекращения уголовного дела, признал за ФИО1 право на самостоятельное обращение за возмещением морального вреда в полном объеме в порядке гражданского производства. У ФИО1 на фоне стресса, вызванного совершением в отношении него преступления, участились сердечные боли. Действия ответчика подорвали его уверенность в правильности своих действий по взысканию ущерба вследствие дорожно-транспортного происшествия, что привело к нарушению душевного спокойствия. Он почувствовал себя беспомощным, так как его представитель, которого он знал и которому доверял, не защищал, не отстаивал его права, а пытался его обмануть и похитить у него денежные средства, что привело к разочарованию в ней и досрочном прекращении договора об оказании юридических услуг. На основании изложенного, ФИО1 просил суд взыскать с ФИО2 в его пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель адвокат Харламов А.Н. исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать. Ссылалась на то, что законодательство не содержит указаний на возможность компенсации морального вреда, причиненного преступлением против собственности (мошенничеством). Обращала внимание суда на то, что она признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ, то есть в совершении преступления против собственности, где объектом преступления является собственность потерпевшего, и не затрагивается такой объект преступного посягательства как его личность, в связи с чем на нее не может быть возложена обязанность денежной компенсации морального вреда. Кроме того, переданные ФИО1 ей денежные средства в размере <данные изъяты> руб. не являлись его личными денежными средствами, а были переданы ФИО1 сотрудниками полиции в рамках проводимого эксперимента. Реального материального ущерба в результате ее действий для истца не наступило. Также указала на то, что истцом не представлено доказательств причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1).

Размер компенсации морального вредаопределяется судомв зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требованияразумностии справедливости.

Характерфизических и нравственныхстраданий оценивается судом с учетомфактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, ииндивидуальных особенностейпотерпевшего (п.2).

Согласно разъяснениям, изложенным в п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (часть первая статьи 151, статья 1099ГК РФ и часть 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, далее - УПК РФ).

В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.

В силу разъяснений, приведенных в пунктах 17, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Согласно пунктам 25, 26 вышеприведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно п.29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года «По делу о проверке конституционности статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО3», любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия.

В соответствии сКонституциейРоссийской Федерации к числу основных прав и свобод человека и гражданина относится и право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами(статья 35, часть 2). С учетом этого любое преступление против собственности (обладая - как и всякое преступление - наибольшей степенью общественной опасности по сравнению с гражданскими или административными правонарушениями, посягающими на имущественные права) не только существенно умаляет указанное конституционное право, но и фактически всегда посягает на достоинство личности. В то же время - при определенных обстоятельствах - оно может причинять потерпевшему от преступления как физические, так и нравственные страдания (моральный вред).

Вместе с тем сам факт причинения потерпевшему от преступления против собственности физических или нравственных страданий не является во всех случаях безусловным и очевидным.

К тому же характер и степень такого рода страданий могут различаться в зависимости от вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершения самого деяния, а также от состояния физического и психического здоровья потерпевшего, уровня его материальной обеспеченности, качественных характеристик имущества, ставшего предметом преступления, его ценности и значимости для потерпевшего и т.д.

Таким образом, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права.

В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В судебном заседании установлено, что вступившим в законную силу постановлением Советского районного суда г.Орла от ДД.ММ.ГГ прекращено уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ, на основании ст.25.1 УПК РФ с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере <данные изъяты> руб.

Судом при рассмотрении уголовного дела установлено, что органом предварительного расследования ФИО2 обвинялась в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ, при следующих обстоятельствах.

ФИО2, являясь индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которой является деятельность в области права и бухгалтерского учета, предоставляя квалифицированную юридическую помощь ФИО1 по гражданскому делу о возмещении причиненных убытков при дорожно-транспортном происшествии с участием ФИО1, достоверно зная, что по определению Железнодорожного районного суда г. Орла назначена оценочная экспертиза автомобиля ФИО1 у ФИО11, не позднее ДД.ММ.ГГ, находясь в своем рабочем кабинете №*** по адресу: <...>, под предлогом завышения стоимости поврежденных деталей автомобиля ФИО1 решила путем обмана похитить денежные средства в размере <данные изъяты> руб., принадлежащие ФИО1 То есть в это время у нее возник и сформировался преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества, путем обмана, а именно денежных средств ФИО1

Реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение денежных средств путем обмана ранее ей знакомого ФИО1, ДД.ММ.ГГ в период с <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут по <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут ФИО2, находясь в своем рабочем кабинете №*** по адресу: <...>, действуя с прямым умыслом, безвозмездно, противоправно, с корыстной целью, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда собственнику имущества, и желая их наступления, при личной встрече сообщила ФИО1 ложную, несоответствующую действительности информацию о том, что для того, чтобы эксперт ФИО7, не осведомленный о ее преступных намерениях, внес в экспертное заключение помимо запасных частей, подлежащих замене, крышку багажника и подтвердил, что крышка багажника повреждена именно в ходе дорожно-транспортного происшествия, ему необходимо передать <данные изъяты> руб., тем самым обманув его. ФИО1, будучи обманутым и не осведомленным о преступных намерениях ФИО2, согласился.

Продолжая свои преступные действия, направленные на хищение денежных средств путем обмана ранее ей знакомого ФИО1, ДД.ММ.ГГ в период с <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут по <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут ФИО2, находясь в своем рабочем кабинете №*** по адресу: <...>, действуя с прямым умыслом, безвозмездно, противоправно, с корыстной целью, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда собственнику имущества, и желая их наступления, по ранее достигнутой договоренности с ФИО1, в ходе личной встречи путем обмана ФИО1 получила от последнего денежные средства в размере <данные изъяты> руб. Однако довести свой преступный умысел до конца не смогла по независящим от нее обстоятельствам, поскольку была задержана сотрудниками полиции.

Таким образом, ФИО2 в период с <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГ по <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГ, находясь в своем рабочем кабинете №*** по адресу: <...>, действуя с прямым умыслом, безвозмездно, противоправно, с корыстной целью, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда собственнику имущества, и желая их наступления, пыталась похитить денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., принадлежащие ФИО1, и причинить последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму.

Действия ФИО2 органом предварительного расследования квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ как покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Согласно постановлению Советского районного суда г.Орла от ДД.ММ.ГГ адвокат ФИО8 в интересах ФИО2 заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, пояснив, что ФИО2 возместила ущерб, принесла извинения, впервые привлекается к уголовной ответственности.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 поддержала заявленное ходатайство, просила суд прекратить в отношении неё уголовное дело в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, пояснив, что она вину признает в полном объеме, в содеянном раскаивается, причиненный ущерб потерпевшему возместила, извинилась перед потерпевшим.

Из материалов дела следует, что ФИО2 ущерб возместила путем выплаты потерпевшему денежных средств в сумме <данные изъяты> руб., извинилась перед потерпевшим, свою вину признала полностью и в содеянном раскаялась.

Из постановления также следует, что ходатайство о прекращении уголовного дела и применении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа к подсудимой ФИО2 заявлено ею самостоятельно и добровольно, она согласна на прекращение уголовного дела по данному основанию, выдвинутое в отношении ФИО2 обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3, ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ, обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Апелляционным постановлением Орловского областного суда от ДД.ММ.ГГ постановление Советского районного суда г.Орла от ДД.ММ.ГГ в отношении ФИО2 оставлено без изменения.

Вышеуказанное постановление Советского районного суда г.Орла имеет для настоящего дела значение, указанное в части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а установленные им обстоятельства не подлежат оспариванию.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО4 пояснила, что после совершенного в отношении истца преступления он начал болеть, в ходе расследования уголовного дела истец плохо себя чувствовал, <данные изъяты>. Тем, что в отношении ФИО1 было совершено преступление, ему были причинены страдания, он переживал.

При разрешении заявленных требований суд исходит из того, что в отношении ответчика, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ, было прекращено уголовное дело в соответствии со ст.25.1 УПК РФ, ст.76.2 УК РФ, ФИО2 освобождена от уголовной ответственности в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. Поскольку любое преступление против собственности посягает не только на имущественные права потерпевшего, но и на достоинство личности, чем, безусловно, причиняет потерпевшему нравственные страдания, то есть моральный вред, суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с нее компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд оценивает действия ответчика, их объем, тяжесть причиненных истцу нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, в частности состояние здоровья, учитывает заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, в том числе то обстоятельство, что истец обратился к ответчику за юридической помощью в рамках гражданского дела, вместе с тем, в результате действий ответчика истцу помощь им при рассмотрении гражданского дела оказана не была, что несомненно, вызвало переживания истца, нравственные страдания, степень эмоциональных страданий, переживаний, а также требования разумности и справедливости, и приходит к выводу о том, что разумной суммой компенсации морального вреда будет являться сумма в размере <данные изъяты> руб., при этом с учетом того, что в ходе рассмотрения уголовного дела ФИО2 возместила ФИО1 моральный вред в размере <данные изъяты> руб., с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает и полагает его достаточным.

Доводы ответчика о прекращении производства по делу подлежат отклонению, поскольку оснований с учетом доводов о тождественности спора с требованиями по гражданскому делу по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о защите прав потребителя, рассмотренному мировым судьей судебного участка №1 Советского района г.Орла, не имеется.

Основаны на неправильном толковании действующего законодательства доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку преступление совершено против собственности, а также в связи с тем, что истцу не был причинен материальный ущерб, в связи с чем также подлежат отклонению.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец от уплаты государственной пошлины освобожден на основании части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, то с ответчика в бюджет муниципального образования «Город Орел» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №***, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГ) в пользу ФИО1 (паспорт №***, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГ) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

В остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №***, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГ) в доход бюджета муниципального образования «Город Орел» государственную пошлину в размере <данные изъяты> руб.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Советский районный суд г. Орла в течение месяца со дня изготовления судом мотивированного текста решения.

Мотивированный текст решения изготовлен 15 октября 2025 года.

Судья Д.В. Флоря